Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-5734/2020

г. Владивосток

20 сентября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 сентября 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.А. Лойко,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Морские технологии»,

апелляционное производство № 05АП-4936/2021  

на определение от 24.06.2021 

судьи Ю.А. Караман

по делу № А59-5734/2020 Арбитражного суда Сахалинской области 

по обособленному спору по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Морские технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о включении требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Атлантика»,

в рамках дела по заявлению Садовской Светланы Васильевны

о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Атлантика» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии:

лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 13.11.2020 обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Атлантика» (далее – ООО «Атлантика», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.11.2020 заявление ФИО1 принято к производству, возбуждено производство по делу № А59-5734/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Атлантика».

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 25.12.2020 (резолютивная часть от 24.12.2020) в отношении ООО «Атлантика» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утверждён ФИО2, член Ассоциации «Дальневосточная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Соответствующий сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.01.2021 № 6(6968).

В рамках дела о банкротстве общество с ограниченной ответственностью «Морские технологии» (далее – ООО «Морские технологии», заявитель) 17.02.2021 обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Атлантика» требований в размере 6 745 525,07 руб. 

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 24.06.2021 требование кредитора в размере 6 745 525,07 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Морские технологии» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт о включении предъявленных к установлению в реестр требований кредиторов должника требований в состав третьей очереди удовлетворения. В обоснование своей позиции заявитель привел доводы об ошибочности вывода суда о том, что правоотношения сторон носили характер компенсационного финансирования, в том числе в связи с длительным неистребованием долга. Согласно документам бухгалтерского учета ООО «Атлантика» в период 2017-2020 годы не находился в состоянии имущественного кризиса, общество имело прибыль, высокие финансовые показатели. Сослался на документальную подтвержденность требований.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2021 апелляционная жалоба ООО «Морские технологии» оставлена без движения на срок до 18.08.2021. Определением от 16.08.2021 в связи с устранением заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 13.09.2021. 

В материалы дела от ООО «Дальзавод» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором кредитор просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения. В тексте представленного отзыва кредитор привел доводы о компенсационном финансировании должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса, на условиях недоступных для независимых участников гражданского оборота. 

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанных лиц.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Одним из последствий введения в отношении должника наблюдения, предусмотренным статьей 63 Закона о банкротстве, является наступление сроков исполнения возникших до введения наблюдения денежных обязательств и уплаты обязательных платежей. С даты принятия арбитражным судом определения о введении наблюдения все требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей могут быть предъявлены к должнику с соблюдением установленного статьей 71 названного закона порядка предъявления требований к должнику.

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов, кредиторы вправе предъявить требования по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Поскольку сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано 16.01.2021, кредитор – ООО «Морские технологии» предъявил требования к должнику, исходя из даты обращения кредитора в арбитражный суд – 15.02.2021 (согласно штампу, проставленному канцелярией суда), в пределах установленного пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве срока.

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Таким образом, арбитражный суд в любом случае проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов. 

В состав предъявленного к установлению в реестр требований кредиторов должника требования заявителем включена задолженность, связанная с неисполнением обязательств по генеральному договору от 01.07.2019 № 013/А, договору на оказание услуг по стоянке судна от 01.07.2019 № 2/П-19, агентскому договору от 01.07.2019 № 009/А, полученная по договору уступки прав (требования) от 30.06.2019 № 1-АТЛ. 

В силу статей 307, 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из договора, иных оснований, предусмотренных законом, и должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Основанием для прекращения обязательства является его надлежащее исполнение (статья 408 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершать определенные действия или осуществлять определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Пунктом 1 статьи 781 ГК РФ установлено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

По смыслу приведенных правовых норм следует, что обязанность заказчика по оплате по договору возмездного оказания услуг возникает при совершении исполнителем определенных в договоре действий (деятельности).

По условиям заключенного между ООО «Атлантика» (заказчик) и ООО «Морские технологии» (исполнитель) генерального договора № 013/А от 01.07.2019 исполнитель принял на себя обязательства по осуществлению работ по ремонту, техническому обслуживанию и контролю за технической эксплуатацией рыбопромысловых судов заказчика, а также контроль за соответствием судоремонтных работ, осуществляемых заказчиком с привлечением третьих лиц, в том числе за пределами РФ, требованиям МРС РФ. 

Во исполнения заключенного договора кредитор оказал ремонтные работы (демонтаж) на РШ «Санширо Мару» на сумму 75 620,02 руб., что подтверждается подписанной сторонами сметой от 13.01.2020, отчетами об использовании материалов исполнителя, материальной картой от 21.02.2020, расходным ордером на товары от 07.02.2020 № 20, заявкой от 12.02.2020, актом приема-сдачи выполненных работ от 21.02.2020, ремонтной ведомостью от 13.01.2020, дефектовочным актом № 1 от 13.01.2020. Аналогичные документы представлены к акту от 30.04.2020 № 246 на ремонтные работы в сумме 19 776 руб. 

Указанная задолженность ООО «Атлантика» не погашена.

По условиям заключенного между ООО «Атлантика» (судовладелец) и ООО «Морские технологии» (исполнитель) договора на оказание услуг по стоянке судна № 2/П-19 от 01.07.2019 исполнитель по заявке судовладельца оказывает услуги по обеспечению стоянки судов компании у причальной стенки Исполнителя, расположенной: причал № 44, г. Владивосток, согласно прилагаемого расчета. Исполнитель предоставляет место для стоянки заказчику на основании договора аренды от 01.07.2019 № ПР/МТ/2019. В состав услуг входит:

- предоставление определенного согласно габаритным размерам судна в заявке заказчика места у причала; 

- предоставление условий для электроснабжения судна, заявленную Заказчиком на весь период стоянки, напряжение сети 380 V; потребляемая мощность до 50 кВт/ч.

Обеспечение электроэнергией по отпускной цене энергоснабжающей компании с учетом потерь энергии и использования электросетей Исполнителя (пункт 1.2 договора). 

В состав дополнительных услуг входит: 

- организация сдачи с судов балластных, льяльных вод и КГМ; 

- погрузо-разгрузочные работы: 

- швартовые и иные услуги берегового персонала, связанные с постановкой судна на стоянку; 

- вывоз с судов твердых коммунальных отходов и крупногабаритного мусора осуществляет ООО «Даль-ЭКО» и выдает справку каждому судну отдельно о количестве вывезенных и размещенных твердых коммунальных отходов на спец.полигоне; 

- обеспечение пропускного режима для прохода (проезда) заказчика, а также его транспортных средств на территорию ООО «Морские технологии» (пункт 1.3 договора). 

Согласно пунктам 6.2 и 6.3 договора срок его действия определен на неопределенный срок и до письменного уведомления одной из сторон за 14 дней о предстоящем расторжении договора. 

Во исполнение заключенного договора в период февраль, апрель, июнь 2020 года исполнитель оказал судовладельцу по его письменным заявкам услуги на общую сумму 225 032,87 руб., что подтверждается подписанными сторонами документами: актом от 21.02.2020 № 76 (стоянка у причала РШ «Санширо Мару» с 01.02.2020 по 21.02.2020; электроэнергия, обеспечение подачи РШ «Санширо Мару» с 01.02.2020 по 21.02.2020; услуги автопогрузчика с манипулятором РШ «Санширо Мару») на сумму 196 647,42 руб. (путевые листы, приема-сдаточный акт, заявка прилагаются); актом от 08.06.2020 № 310 (стоянка у причала РШ «Санширо Мару» с 01.06.2020 по 08.06.2020; электроэнергия, обеспечение подачи РШ «Санширо Мару» с 01.06.2020 по 08.06.2020) на сумму 29 730,09 руб. (приемо-сдаточный акт прилагается); актом от 30.04.2020 № 241 (услуги автопогрузчика с манипулятором РШ «Санширо Мару», услуги автогрузовика РШ «Санширо Мару») на сумму 37 250 руб. 

Задолженность за оказанные услуги ООО «Атлантика» погашена частично на сумму 38 594,64 руб., непогашенный остаток составил 225 032,87 руб.

Согласно пункту 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора (пункт 1 статьи 1008 ГК РФ).

По условиям заключенного между ООО «Атлантика» (принципал) и ООО «Морские технологии» (агент) договора агентского договора № 009/А от 01.07.2019 агент, действуя по поручению принципала, от его имени и за его счет, предоставляет интересы принципала за пределами двенадцати мильной зоны территориальных вод России и на территории иностранных государств, выполняя организацию технического обслуживания и ремонта судов рыбопромыслового флота путем заключения, оформления по поручению принципала договоров подряда на ремонтные работы, договоров на оказание услуг, в том числе на стоянку судов и обеспечение судов на период стоянки электроэнергией, договоров купли-продажи судового оборудования и ЗИПов с привлечением сторонних юридических и физических лиц, надзор за техническим состянием судов принципала, контроль за качеством работ, выполняемых сотрудниками привлеченных подрядных организаций и судовыми специалистами. 

В соответствии с пунктами 2.2.3, 2.2.4 соглашения должник обязан возместить понесенные им в связи с исполнением настоящего договора, а также уплатить причитающееся компании вознаграждение, которое согласно пункту 3.1 соглашения составляет 13 % от каждой сделки. 

В рамках данного соглашения за период с 2019 по 2020 год должнику оказаны соответствующие услуги, что подтверждается актами от 14.01.2020 № 02, от 06.02.2020 № 0602-Б, от 07.02.2020 № 10, от 29.02.2020 № 127, от 30.09.2019 № 129, от 31.10.2019 № 189, от 31.01.2019 № 19, от 04.06.2020 № 19, 21.10.2019 № 193, от 30.04.2020 № 205, от 31.05.2020 № 290, от 31.12.2019 № 30, от 30.09.2019 № 3009/4, от 30.11.2019 № 305, от 04.06.2020 № 308, 01.11.2019 № 37-2, от 15.11.2019 № 38-1, от 31.10.2019 № 42, от 13.11.2019 № 45, от 30.11.2019 № 485, от 30.11.2019 № 485, от 30.09.2019 № 50, от 21.11.2019 № 62, от 29.02.2020 № 77, счетами-фактурами от 28.04.2020 № 902 с-ф, от 08.05.2020 № 993 с-ф, от 08.05.2020 № 994 с-ф, а также документами приложенными к указанным актам и счет-фактурам. Задолженность по агентскому договору № 009/А от 01.07.2019 составила 1 546 522,12 руб. 

Факт оказания спорных услуг, их объем никем из участвующих в деле лиц не оспаривается, сомнений в реальности договорных отношений между заявителем и должником также не высказано. Услуги по снабжению судов, принадлежащих должнику, соответствуют его хозяйственной деятельности, факт принадлежности судов подтвержден.

Материалы дела не содержат доказательства погашения должником образовавшейся по договорам задолженности. Фактическое наличие задолженности и ее размер участниками обособленного спора не оспорены. 

Также из материалов дела следует, что 30.06.2019 между ООО «Морские технологии» (цессионарий) и ООО «Кантегир» (цедент) заключен договор уступки прав (требования), по условиям которого цессионарий принял на себя право требования суммы задолженности с ООО «Атлантика» в сумме 5 298 574,06 руб. по следующим договорам: 

- агентскому договору № 8/А от 19.11.2012 на сумму 2 786 363,74 руб., 

- договору на оказание услуг по стоянке судна № 13/П-12 от 19.11.2012 на сумму 478 182,72 руб., 

- генеральному договору № 001/16-АТ от 19.02.2016 в сумме 2 034 027,60 руб. 

Согласно пункту 5.2 договора настоящий договор вступает в силу с момента его подписания, то есть с 30.06.2019. 

Оплата по уступленному обязательству от должника поступила не в полном объеме, задолженность составляет 4 878 574,06 руб.

Уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (пункт 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (статья 384 ГК РФ).

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Поскольку произведенная 30.06.2019 между ООО «Морские технологии» и ООО «Кантегир» уступка права требований не противоречит закону, свидетельств обратному не представлено, то у последнего возникло право требования к ООО «Атлантика» указанной задолженности.

Таким образом, совокупный размер задолженности ООО «Атлантика» перед ООО «Морские технологии» составил 6 745 525,07 руб. 

Доказательства погашения предъявленной задолженности материалы дела не содержат.

Таким образом, поскольку материалами дела подтверждается наличие на стороне должника задолженности в общей сумме 6 745 525,07 руб., ее размер не оспорен и документально не опровергнут, требование кредитора является обоснованным. 

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции ООО «Дальзавод», не оспаривая по существу право заявителя на получение от должника спорной задолженности, возражало против включения требований ООО «Морские технологии» в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди удовлетворения, ссылаясь на аффилированность сторон спорных правоотношений, неудовлетворительное финансовое положение должника, длительное неистребование кредитором задолженности по договорам, что, по сути, является разновидностью компенсационного финансирования должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса, аффилированным по отношению к нему кредитором.

При проверке доводов ООО «Дальзавод» апелляционным суд руководствовался следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Понятие аффилированных лиц приведено в пункте 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон № 948-1). Кроме того, в пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве приведен перечень лиц, признаваемых также заинтересованными лицами по отношению к должнику.

В частности, согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона № 135-ФЗ группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

По смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; при этом, аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Атлантика» зарегистрировано в качестве юридического лица 15.03.2002 Администрацией г. Южно-Сахалинска за регистрационным номером 3257, о чем 22.08.2002 Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>, ИНН 

<

***>, расположено по адресу: 

<

...>.

Учредителями общества с 20.02.2020 являются ФИО3 с размером доли 1 %, с 20.02.2020 ФИО4 с размером доли 99 %, руководителем должника с 05.03.2020 является ФИО5.

До этого, участниками общества являлись ФИО6, ООО «Владконэк».

Учредителями ООО «Владконэк» в различное время являлись ФИО7 (в настоящее время), ФИО8, ФИО9, ООО «ВЛАДОРИОН».

ФИО9, которая приходится дочерью ФИО10 (установлено судебным актом по делу № А51-12586/2019), совместно с отцом являлись учредителями компании ООО «Владорион», в настоящее время единственным учредителем общества является ФИО9

ФИО4 являлся учредителем таких компаний как ООО «Тайфун», ООО «Хасанрыба». 

Генеральным директором ООО «Тайфун» является ФИО4, учредителями данного общества в различное время являлись ФИО4, ФИО6, ООО «Владконэк», ФИО10 

Таким образом, должник ООО «Атлантика» имеет прямое отношение к ФИО10, ФИО9, ООО «Владконэк». 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Морские технологии» руководителем общества с 30.07.2019 является ФИО11, участником ФИО12.

Одновременно ФИО12 является руководителем ООО «Зарубинская база флота». 

В свою очередь ФИО9 в различное время вплоть до августа 2018 года владела от 98 % доли в ООО «Зарубинская база флота», в том числе совместно с бывшим руководителем ООО «Морские технологии» ФИО13 

Представленные ООО «Морские технологии» договоры, на которых последний основывает свои требования, подписаны генеральным директором ООО «Морские технологии» ФИО13 (генеральный договор от 01.07.2019 № 013/А, договор уступки прав (требования) от 30.06.2019 № 1-АТЛ, агентский договор от 01.07.2019 № 009/А).

Следовательно, заявитель требований и его учредитель напрямую связаны с такими лицами, как ФИО10 и ФИО14 

Из обстоятельств настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Атлантика» следует, что основной объем требований к должнику предъявлен компаниями: 

- ООО «Дальдизель», руководителем которого является ФИО15, участниками ФИО15, ФИО16, на общую сумму 19 476 961,49 руб. по агентскому договору от 28.12.2018 № 28-18-2;

- ООО «Сахрыба-1», руководителем которого является ФИО17, участником ФИО9, на общую сумму 624 649,29 руб. по договорам морской перевозки от 16.07.2019, 17.08.2019, 25.08.2019;

- ООО «Пасифик Марин Тролерз», руководителем которого является ФИО17, участником ЗАО «Пасифик Марин», на общую сумму 677 535,35 руб. по договору купли-продажи от 01.01.2020 № 06Н-2020/ПМТ-АТ;

- ООО «Мегатрансинвест-1», руководителем и учредителем которого является ФИО18, на общую сумму 16 648 213 руб. по решению Арбитражного суда Приморского края от 01.10.2020 по делу № А51-9383/2020;

- ООО «Дальзавод» (находится в процедуре банкротства), учредителем которого является ФИО19, требований на общую сумму 13 102 113,40 руб. по решению Арбитражного суда Сахалинской области от 10.06.2020 по делу № А59-5683/2019., проценты за пользование чужими денежными средствами в общем размере 488 339,20 руб.;

- ООО «Хасанрыба», учредителем и руководителем которого является ФИО4, на общую сумму 145 205 661,31 руб. по поставке товара (без договора), по договору поставки от 15.04.2020 ГСМ № ХРАТЛ/15/04/2020, договору процентного займа от 19.09.2018, а также по агентскому договору от 01.09.2017;

- ООО «Зарубинская база флота», руководителем которого является ФИО12, участники ФИО20, ФИО13, на общую сумму 87 052 470,72 руб. по договору уступки прав (цессии) № 02-03/2018;

- АО Холдинговая компания «Дальморепродукт», владельцем 72,67 % акций которого в 2013 году принадлежали ФИО10, с ноября 2013 года по февраль 2017 года функции единоличного исполнительного органа исполнял ФИО10, на общую сумму 10 945 673,93 руб. по договору купли-продажи товара от 10.10.218, договору поставки от 27.04.2020 № 27/02/20-ГСМ, договору поставки от 01.01.2019 № 01-01/2019Атлантика, неоплатой авансового отчета на командировку ФИО21, услуг связи, договора оказания услуг от 27.03.2017 № 2703-17/А, агентскому договору от 04.05.2010 № 02-04/10, договору купли-продажи от 01.01.2018 № 01/01;

- ООО «Востокснаб-ДВ», руководителем которого является ФИО16, участником ФИО15, на общую сумму 10 395 211,83 руб. по договорам поставки от 28.12.2018 №№ Пр-Атл, СНАБ/АТЛ.

Также следует учесть следующие обстоятельства, имеющие в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для разрешения настоящего спора, установленные решением Арбитражного суда Приморского края от 05.09.2019 по делу № А51-12586/2019 по заявлению АО ХК «Дальморепродукт» к Приморскому территориальному Управлению Федерального агентства по рыболовству о признании незаконным отказа в заключении договора пользования водными биологическими ресурсами: согласно заключению ФАС России от 31.01.2017 NIIA/5398/17, 72,848% акций ПАО ХК «Дальморепродукт» распоряжалось ООО «Владконэк», находящееся под контролем ФИО9, в период до10.01.2014 и с 10.01.2014 по 18.05.2016 контроль над ПАО ХК «Дальморепродукт» осуществлял ФИО10 (отец ФИО9) через ООО «Акваресурсы», ООО «Владорион», ООО ГК «Дальморепродукт» и через компанию «ДВС-Р ПТЕ ЛТД» соответственно.

ФИО9 является дочерью ФИО10 и согласно антимонопольному законодательству указанные физические лица признаются группой лиц.

Таким образом, ООО «Морские технологии» является аффилированным по отношению к ООО «Атлантика» лицом.

При этом, согласно правовых подходов в сложившейся судебной практике предусмотрена не только юридическая аффилированность, но и фактическая.

С учетом длительности взаимоотношений и общности экономических интересов суд первой инстанции правомерно признал, что и должник и заявитель входят в одну группу лиц.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

В силу специфики доказывания обстоятельств, при которых предоставлялось финансирование, неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ и исходя из смысла разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Исходя из предъявленных в рамках настоящего дела требований кредиторов о включении в реестр, основной объем обязательств у должника перед кредиторами возник в 2017-2019 гг. 

Как установлено судом по материалам дела, в спорный период должником неоднократно привлекались заемные денежные средства в значительном размере, что свидетельствует о том, что должник не имел в собственном распоряжении достаточно финансов для осуществления самостоятельно хозяйственной деятельности. 

В частности, при рассмотрении обособленного спора по заявлению ООО «Хасанрыба» о включении требований в реестр требований кредиторов должника (определение суда первой инстанции от 18.06.2021, оставленное в силе постановлением апелляционного суда от 01.09.2021) установлено, что исполнение своих обязательств перед работниками, бюджетом, иными контрагентами должник исполнял в большей своей части за счет заемных средств, предоставленных ему ООО «Хасанрыба». 

В соответствии с бухгалтерской отчетностью должника, с 2016 года должник имел отрицательные финансовые показатели - «капитал и резервы» - за 2020 год - 172959000, за 2019 год - 123497000, за 2018 год - 87796000, за 2017 год - 45327000, за 2016 год -1378000; чистая прибыль (убыток) - за 2020 год - 47451000, за 2019 год -39277000, за 2018 год - 39496000, за 2017 год - 43949000, за 2016 год -94568000; кредиторская задолженность с 2016 года возрастала ежегодно, в 2016 году - 73387000, в 2017 году - 76621000, в 2018 году - 211913000, в 2019 году - 247186000, в 2020 году - 241025000, то есть за 4 года выросла более, чем в три раза.

Указанное свидетельствует о том, что состояние должника в период с 2018 по 2020 годы не являлось стабильным.

Заявитель, как заинтересованное по отношению к должнику лицо, не мог не знать о финансовых трудностях ООО «Атлантика». 

Вместе с тем, заявитель в 2019 году при наличии у должника значительной кредиторской задолженности перед агентирующей компанией ООО «Кантегир»,  выкупает ее, а в последующем, в условиях неисполнения должником обязательств, право требования которых перешло к заявителю, заключает должником договоры на оказание услуг. В рамках данных договоров заявитель оказывал услуги, не требуя их оплаты в установленные договорами сроки. 

Длительное неистребование сумм долга в согласованные договорами сроки не является типичным поведением для обычного участника гражданского оборота, не входящего в одну группу лиц с должником, и рассчитывающего вернуть денежные средства и плату за пользование ими, в свою очередь, аффилированное лицо в условиях нестабильного финансового положения должника не только не истребует долг, но, напротив, продолжает оказывать услуги, поставлять товар, тем самым, выражая заинтересованность в продолжении ведения им хозяйственной деятельности в условиях финансового кризиса, при возникновении признаков неплатежеспособности.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что неистребование долга длительное время, а равно приобретение права требования у другого участника группы к должнику свидетельствует о предоставлении ООО «Морские технологии» о должнику своего рода отсрочки исполнения обязательств, т.е. предоставлении компенсационного финансирования.

В пунктах 3.1, 3.2, 4 Обзора от 29.01.2020 изложены позиции о том, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование в условиях имущественного кризиса последнего.

При этом, исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 4 данного Обзора, следует, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Основанием понижения очередности удовлетворения требования контролирующего лица является то, что, предоставляя в ситуации имущественного кризиса компенсационное финансирование, это лицо в одностороннем порядке (без участия независимых кредиторов) принимает рискованное решение о способе выхода из сложившейся ситуации, затрагивающее судьбу уже вложенных независимыми кредиторами средств, отклоняясь от стандарта поведения, установленного пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В связи с этим все возможные риски, связанные с реализацией данного решения, относятся на контролирующее лицо.

При этом указанное лицо, предоставляя финансирование, рассчитывает не только и не столько на получение выгоды в виде согласованного в договоре процента за пользование займом, сколько на участие в распределении всей потенциальной прибыли должника, заранее неопределимой и неограниченной.

Таким образом, аффилированное лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу денежных средств путем заключения договора займа, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

В рассматриваемом случае, поведение кредитора, который в условиях осведомленности о неплатежеспособности должника, продолжал осуществлять предоставление должнику, практически авансируя последнего без встречного исполнения в течение длительного времени, не прекращал договорные отношения, которые очевидно являлись для него невыгодными и убыточными, нельзя признать разумным.

При таких обстоятельствах, требование заявителя о возврате задолженности подлежит признанию компенсационным финансированием должника с отнесением на заявителя как на заинтересованное по отношению к должнику лицо риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

На основании пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

При этом, согласно пункту 3 Обзора от 29.01.2020 требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса; согласно пункту 4 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Таким образом, поскольку материалами дела подтверждено, что должник в ситуации имущественного кризиса получил от аффилированного по отношению к нему кредитора компенсационное финансирование, апелляционный суд признал правомерным вывод суда первой инстанции о том, что такое требование ООО «Морские технологии» подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество ООО «Атлантика» по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Выражая несогласие с квалификацией судом первой инстанции предъявленной к установлению в реестр задолженности в качестве компенсационного финансирования контролирующего лица предприятия, находящегося в состоянии имущественного кризиса, апеллянт не представил каких-либо доказательств, опровергающих указанные выводы суда. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на судебные акты, принятые арбитражным судом по результатам проверки обоснованности требований кредиторов о включении в реестр по делам о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 24.06.2021 по делу № А59-5734/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

 

Председательствующий

Т.В. Рева

 

Судьи

 

А.В. Ветошкевич

 

ФИО22