АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А45-3478/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 09 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Шаровой Н.А.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1 -

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нурписовым А.Т. рассмотрел кассационную жалобу ФИО4 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 (судьи Сбитнев А.Ю., ФИО2, ФИО3) по делу № А45-3478/2021 Арбитражного суда Новосибирской области о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СТС-Лизинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «СТС-Лизинг», должник), принятое по заявлению ФИО4 (далее также - кредитор) о включении требования в размере 57 021 793,01 руб. в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр).

В заседании принял участие ФИО5 – представитель конкурсного управляющего ФИО6 по доверенности от 05.06.2023.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Майкова Т.Г.) в заседании участвовали ФИО7 – представитель ФИО4 по доверенности от 14.04.2023, ФИО8 – представитель участника общества «СТС-Лизинг» ФИО9 по доверенности от 25.05.2023.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника ФИО4 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требования в размере 57 021 793,01 руб., основанного на вступившем в законную силу решении Обского городского суда Новосибирской области от 02.10.2020 по делу № 2-447/2020 о взыскании задолженности по договорам займа.

Определением суда от 10.12.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 01.03.2022, требование кредитора в размере 57 021 793,01 руб. включено в реестр с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Постановлением суда округа от 29.06.2022 указанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении должник ссылался на обстоятельства, свидетельствующие о подконтрольности общества «СТС-Лизинг», не обладающему достаточными ресурсами для осуществления лизинговой деятельности, ФИО4, которым предоставлены суммы займа, без которых предпринимательская деятельность была невозможной, впоследствии совершены действия, приведшие к прекращению деятельности и, как следствие, банкротству общества.

Определением суда от 09.01.2023 требование ФИО4 в размере 57 021 793,01 руб., из них: 36 395 000 руб. – основной долг, 20 566 793,01 руб. – проценты, 60 000 руб. – расходы по уплате государственной пошлины, включены в реестр с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Суд первой инстанции пришёл к выводу об отсутствии оснований для субординации требований исходя из того, что ФИО4 не является контролирующим должника лицом, поскольку не мог влиять на принятие существенных деловых решений должника, при заключении договоров займа должник не находился в состоянии имущественного кризиса.

Постановлением апелляционного суда от 21.03.2023 определение от 09.01.2023 изменено, указанное требование ФИО4 признано подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты должника.

Суд апелляционной инстанции исходил из установления возможности кредитора определять действия должника по совершению сделок, в том числе с контролируемыми им самим обществом с ограниченной ответственностью «Чистоозёрный электродный завод» (далее – общество «ЧЭЗ»); предоставлении финансирования деятельности должника, которое на случай неуспешности коммерческого проекта позволяло кредитору перераспределить риски утраты крупного вклада.

В кассационной жалобе ФИО4 просит постановление от 21.03.2023 отменить, определение от 09.01.2023 оставить в силе, в обоснование ссылается на отсутствие признаков подконтрольности ему деятельности должника, рыночный характер  условий договоров займа, их направленность на извлечение прибыли; отсутствие фактов, свидетельствующих о нахождении должника в период предоставления займов в состоянии имущественного кризиса, осуществления кредитором действий по финансированию должника для выхода из ситуации имущественного кризиса; отсутствие нарушений прав и законных интересов иных лиц – других кредиторов должника при предоставлении в 2017-2018 годах займов должнику ввиду того, что задолженность по оплате обязательных платежей образовалась за период с 25.03.2020, поэтому предоставление займов не было направлено на сокрытие реального неблагоприятного финансового положения должника вопреки интересам кредиторов; отсутствие достаточных оснований полагать, что у кредитора имелась возможность оказывать влияние на действия должника, поскольку за период с 23.05.2017 по настоящее время общие собрания участников общества «СТС-Лизинг» не созывались и не проводились, фактически кредитор был отстранён от участия в деятельности общества; нецелевой характер договоров займа и заключение в конце 2017 года договоров купли-продажи оборудования, в которых указан не аффилированный с кредитором лизингополучатель – общество с ограниченной ответственностью «СоюзСпецТехника», в то время как, в указанный период общества «ЧЭЗ», зарегистрированного в качестве юридического лица 23.11.2018, ещё не существовало; недоказанность факта приобретения должником двух автомобилей КАМАЗ на сумму 4 183 000 руб. исходя из данных, содержащихся в книге покупок за период с 01.04.2017 по 31.12.2017 (имеется в материалах дела).

Представитель ФИО4 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные кассационной жалобе. Представители участника общества «СТС-Лизинг» ФИО9, конкурсного управляющего ФИО6 возражали против её удовлетворения.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемого постановления, суд округа не находит оснований для его отмены.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Согласно пункту 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), очерёдность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Понижение очерёдности требований контролирующих лиц, как правило, имеет место в тех случаях, когда возникновение указанных требований связано с финансированием должника контролирующим лицом в рамках корпоративных правоотношений, исходя из принципа преимущественного удовлетворения требований независимых кредиторов относительно требований кредиторов, возникающих из правоотношений по управлению должником.

Субординация требований осуществляется в связи с явно несправедливым уравниванием прав независимых кредиторов с требованиями контролировавших должника лиц, которые, избрав отличную от предписанной Законом о банкротстве модель поведения, пошли на дополнительный риск и предоставили подконтрольному им лицу компенсационное финансирование. В таких условиях риск объективного банкротства должника и, как следствие, утраты компенсационного финансирования, не может в равной степени перекладываться на независимых кредиторов.

По существу, понижение очерёдности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Тем самым, субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности для исключения получения заинтересованными лицами необоснованных выгод от банкротства связанного с ними предприятия.

Так, согласно пункту 9 Обзора от 29.01.2020, очерёдность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа (имущественного предоставления в ином виде), предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

Как следует из заявления Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России) о признании должника банкротом, общество «СТС-Лизинг» состоит на налоговом учёте с 24.05.2017, основной вид деятельности предприятия является аренда и управление собственным и арендованным недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20).

Из материалов дела, ФИО4 является одним из участников (учредителей) общества «СТС-Лизинг» (20 % доли в уставном капитале), а 30% доли в уставном капитале принадлежат зависимым от него лицам – 20 % супруге ФИО10, и 10 % сыну ФИО4

Доля в размере 30 % принадлежит ФИО9, не являющейся заинтересованным лицом по отношению к ФИО11, а также Камышанам, которым принадлежит 10 % (6,6 % ФИО12, 1,7 % ФИО12, 1,7 % ФИО12).

20.02.2020 доля 10 % в уставном капитале перешла к обществу «СТС-Лизинг» вследствие выхода участника общества ФИО13 из состава учредителей.

Апелляционным судом констатировано, что ФИО4 имел возможность определять действия должника, в том числе, путём принятия решений общим собранием участников общества «СТС-Лизинг», поскольку 10 % доли в уставном капитале общества с февраля 2020 года не были распределены и ФИО4 с супругой и сыном фактическим владели большинством долей.

При указанных обстоятельствах, апелляционный суд признал, что в указанный период ФИО4 являлся лицом, контролирующим деятельность должника, по формальным основаниям, установленным статьями 19, 61.10 Закона о банкротстве.

Оснований для вывода об отстранении Н-вых от управления обществом не представлено, суды правильно исходили из того что, непроведение общих собраний участников хозяйственного общества имеет место по соответствующему допущению участников общества и об утрате ими контроля над финансово-хозяйственной деятельностью не свидетельствует.

Судом апелляционной инстанции установлено, должник не обладал собственными ресурсами для осуществления основной деятельности, не имел финансовой возможности вести нормальную предпринимательскую деятельность.

На начальном этапе осуществления обществом «СТС-Лизинг» деятельности аффилированным с ним лицом ФИО4 осуществлялось финансирование деятельности должника посредством предоставления заёмных денежных средства, за счёт которых производилось закупка оборудования, техники и предоставление в лизинг.

Предоставление ФИО4 займов имело место и в иные периоды существования должника.

Суды правильно исходили из анализа выписок о движении денежных средств по счетам должника, подтверждающего, что соврешение должником хозяйственных операций начиналось именно после поступления займов со стороны ФИО4, тогда как в их отсутствие должник фактически хозяйственную деятельность не демонстрирует.

Относительно благополучные (до возникновения задолженности по налогам) показатели финансово-хозяйственной деятельности должника достигались именно за счёт предоставления ФИО4  значительных сумм необходимых средств, в отсутствие которых исключалось заключение новых лизинговых сделок как источника дохода и исполнения обязательств. В отсутствие у должника капитала, предоставленного ФИО4, значение указанных показателей очевидно было бы отрицательным, иной вывод на основе материалов дела не возможен.

Доводы кассатора о том, что имели место займы от других лиц, погашенные впоследствии, отклоняются: суммы других займов очевидно кратно меньше и несопоставимы по финансовому значению для должника с займами от ФИО4, а их возврат может быть проанализирован заинтересованными лицами на предмет правомерности и своевременности.

По общему правилу в связи с неопределённостью, присущей предпринимательской деятельности, учредителям хозяйственного общества заранее может быть неизвестно, является ли формируемый ими уставный капитал достаточным или нет.

Вместе с тем в рассматриваемом случае у ФИО4 не было какой-либо неопределённости относительно масштабов деятельности созданного им участника гражданского оборота ввиду явного, очевидного несоответствия полученного обществом имущества (денежные средства в сумме 500 000 руб.) объёму планируемых мероприятий (приобретение и размещение в лизинг дорогостоящего имущества); при этом заинтересованное лицо намеренно отказалось от предусмотренных законом механизмов капитализации через взносы в уставный капитал или вклады в имущество (статьи 15, 27 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») и воспользовалось размером уставного капитала, явно не достаточным  для осуществления запланированной деятельности.

Иной цели, кроме как перераспределение риска утраты своего вклада на случай неуспешности коммерческого проекта по предоставлению в лизинг, повлёкшей банкротство подконтрольной организации, судами не установлено и из материалов дела не следует.

Кроме того, структура заявленной задолженности (36 395 000 руб. – основной долг, 20 566 793,01 руб. – проценты) подтверждает, что ФИО4 длительное время у должника не истребовались крупнейшие суммы процентов, что допускалось либо с целью обеспечения должника достаточным капиталом для хозяйственной деятельности либо для предотвращения его неплатёжеспособности.

Оба случая предусмотрены в Обзоре от 29.01.2020 как основания для субординации требования контролирующего должника лица.

Как пояснили лица, участвующие в заседании, у должника только один кредитор – ФНС России.

Не устранённые контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Судами установлено, что денежные средства, оформленные между обществом «СТС-Лизинг» и ФИО4 договорами займа, фактически шли на финансирование деятельности должника, в частности, на закупку оборудования для последующей передачи в лизинг обществу «ЧЭЗ», в котором 76 % доли уставного капитала также принадлежит ФИО4, а также материалов для последующей поставки обществу «ЧЭЗ».

Так, с обществом «ЧЭЗ» был заключён договор финансовой аренды (лизинга) от 20.12.2018 № ОБ-7.1, передано оборудование стоимостью 16 580 300,85 руб.           По указанному договору общество «СТС-Лизинг» должно было получить за 5 лет лизинга 37 305 676,91 руб., однако от общества «ЧЭЗ» лизинговых платежей не поступало, в связи с чем общество «СТС-Лизинг» было вынуждено обратиться в суд.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.04.2021 по делу № А45-29615/2020 в связи с досрочным расторжением договора лизинга с обществом «ЧЭЗ» в пользу общества «СТС-Лизинг» взыскано 8 106 300,86 руб. задолженностипо лизинговым платежам и 2 087 957,22 руб. –пени.

Задолженность до настоящего времени не погашена, оборудование возвращено обществу «СТС-Лизинг», но при этом оно фактически не используется, так как закупалось конкретно для специфической деятельности электродного завода – общества «ЧЭЗ».

Доводы кассатора об отсутствии правоотношений и кредитования должником подконтрольного ФИО4 другого общества отклоняются как несоответствующие действительности.

Суд апелляционной инстанции указал на то, что о влиянии ФИО4 свидетельствуют полученные директором общества «СТС-Лизинг» в апреле 2020 года письма, подтверждающие, что ФИО4 давал поручения, в частности, письмо от 10.04.2020 о ведении переговоров только в присутствии ФИО4 и письмо от 06.04.2020 о финансовой ревизии (электронный документ 20.09.2021 11:26).

Между тем обязательства по возврату займов по договорам от 19.06.2017, от 20. 09.2017 № 20, от 26.02.2018 № 27, от 27.03.2018 № 30, от 11.04.2018 № 32, от 25.04.2018 № 33 общество «СТС-Лизинг» не исполняло, что послужило основанием для обращения ФИО4 с иском в суд.

Решением Обского городского суда Новосибирской области от 02.10.2020 по делу № 2-447/2020 исковые требования удовлетворены, с должника в пользу ФИО4 взыскана задолженность в сумме 37 514 500 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.                                                    Обращение в суд с иском о взыскании задолженности, а также за обеспечительными мерами в виде ареста денежных средств должника привели к невозможности ведения лизинговой деятельности.

Вместе с тем, уплата долга подконтрольным ФИО4 другим обществом могла исключить неплатёжеспособность должника.

Определением суда от 17.03.2021 дело о банкротстве общества «СТС-Лизинг» возбуждено по заявлению самого должника от 10.02.2021 в связи с наличием задолженности в размере 47 681 411,50 руб., в том числе 37 514 500 руб. перед ФИО4

Кроме того, 15.03.2021 с заявлением о банкротстве должника обратилась ФНС России, указав на наличие задолженности в общей сумме 5 148 242,48 руб., которая начала формироваться, начиная с 25.03.2020 и в последующем её размер только увеличивался.

Избранная учредителями должника, в том числе ФИО4, модель наделения должника капиталом для ведения бизнеса в сфере лизинга свидетельствует о цели перераспределения риска банкротства должника на независимых кредиторов, что правомерно исключил суд апелляционной инстанции.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судом апелляционной инстанции в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 по делу № А45-3478/2021 Арбитражного суда Новосибирской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

 

ФИО1