ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-809/2023, 10АП-812/2023

Дело № А41-29270/21

02 февраля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  01.февраля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 февраля 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Мизяк В.П., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Специализированный застройщик «Томстрой»:  ФИО2, представитель по доверенности от 06.10.22;

от ФИО3: ФИО3 лично, предъявлен паспорт;  ФИО3, представитель по доверенности от 26.01.23;

от ФИО4 (ФИО5): ФИО6, представитель по доверенности от 10.01.23; ФИО7, представитель по доверенности от 10.01.23;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области  от 03 января 2023 года (резолютивная часть оглашена 06 декабря 2022 года) по делу №А41-29270/21, по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника, применении последствий ее недействительности,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 08.10.2021 по делу N А41-29270/21 ООО "Специализированный застройщик "Томстрой" (ИНН 

<

***>, далее - ООО "СЗ "ТомСтрой") признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком до 08.10.2022, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

В деле о банкротстве применены положения параграфа 7 главы IX Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ, в котором просил суд: признать недействительной сделку по передаче жилого помещения по одностороннему акту № 16 о передаче объекта долевого строительства – квартиры с к/н 50:22:0040306:1537, расположенной по адресу: 

<

...>; признать сделки с последующими приобретателями недействительными в силу ничтожности и применить последствия недействительности сделок истребовав у ФИО9 в конкурсную массу жилого помещения с к/н 50:22:0040306:1537, расположенного по адресу: 

<

...>. В случае признания ФИО9 добросовестным приобретателем, взыскать с ФИО5 и ФИО3 солидарно стоимость квартиры, в соответствии с отчетом об оценке № 0049/01/2022 от 28.01.2022 г., определенную на момент введения процедуры банкротства в сумме 8 955 921 руб.

Заявление подано в соответствии со статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьями 10, 170 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 января 2023 года (резолютивная часть оглашена 06 декабря 2022 года) признаны недействительными сделками передача жилого помещения, к/н 50:22:0040306:1537, от ООО «Специализированный застройщик «ТомСтрой» в пользу ФИО5 и от ФИО5 в пользу ФИО3; применены последствия недействительности сделок и взысканы с ФИО5 и ФИО3 солидарно в пользу конкурсной массы ООО «Специализированный застройщик «ТомСтрой» 8 955 921 руб. В удовлетворении заявленных требований в оставшейся части отказано.

          Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 и ФИО4 (ФИО5) обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить в части удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

            В апелляционной жалобе заявители указывает, что сделки являются реальными, оснований для признания их недействительными в соответствии со ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 170 ГК РФ у суда не имелось.

            В судебном заседании представители заявителей поддержали доводы апелляционных жалоб в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего должником против доводов апелляционных жалоб возражал.

            Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

            Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

           Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав позиции участвующих в судебном заседании лиц, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.12.2017 N 305-ЭС17-12763(1,2) по делу N А40- 698/2014 указано, что по смыслу статьи 61.1 Закона о банкротстве перечень юридических действий, которые могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве, не ограничен исключительно понятием "сделки", предусмотренным статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фактически в деле о банкротстве в целях защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника и части его контрагентов, а также в целях соблюдения принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 31.03.2017 г. между должником и ФИО5 был заключен договор участия в долевом строительстве № 35-5А, согласно условиям которого должник обязался передать ФИО5 2-комнатную квартиру № 39, площадью 58,31 кв.м, в строящемся МКД адресу: 

<

...>, стоимостью 4 227 475 руб. 

Цена договора оплачена ФИО5 в безналичной форме в полном объеме (чек от 12.04.2017 г.). 

22.05.2018 г. решением Люберецкого городского суда Московской области по делу 2-3699/18 указанный договор участия в долевом строительстве № 35-5А расторгнут, с должника в пользу ФИО5 взыскано 8 257 256 руб. 

Апелляционным определением Московского областного суда указанное решение суда изменено в части определения суммы взыскания. 

На основании указанных судебных актов Люберецким городским судом Московской области выдан исполнительный лист ФС № 030160982. 

Во исполнение указанного исполнительного листа с должника в пользу ФИО5 взыскано 6 090 325 руб. 23 коп. в период с февраля по март 2019 года. 

28.05.2019 между должником и ФИО5 подписано «мировое соглашение», согласно которому стороны установили размер непогашенной задолженности должника перед ФИО5 в размере 2 166 930 руб. из расторгнутого договора № 35-5А, а также возобновили действие договора № 35-5А. 

В то же время указанное «мировое соглашение» судом не утверждалось, государственную регистрацию не проходило. 

17.12.2020 спорный МКД сдан в эксплуатацию, 30.08.2021 - поставлен на кадастровый учет. 

11.07.2021 квартира передана должником ФИО5 на основании акта № 16 в порядке исполнения «мирового соглашения» от 28.05.2019 года. 

05.10.2021 зарегистрировано право собственности ФИО5 на квартиру. 

01.12.2021 зарегистрирован переход права собственности на спорную квартиру с ФИО5 на ФИО3 на основании договора купли-продажи от 23.11.2021.

18.12.2021 зарегистрирован переход права собственности на спорную квартиру с ФИО3 на ФИО9 на основании договора купли-продажи от 14.12.2021.

Конкурсный управляющий, полагая, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, отвечающих признакам мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), поскольку у  сторон оспариваемых сделок отсутствовали намерения создать соответствующие правовые последствия, сделки совершены ответчиками в отсутствие равноценного встречного предоставления исключительно с целью вывода активов должника без какой-либо экономической обоснованности, в целях недопущения обращения на него взыскания в деле о банкротстве должника, что является основанием для признания их недействительными в соответствии с положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве, обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что первая из оспариваемых в цепочке сделок (передача спорного помещения от должника в пользу ФИО5) совершена 05.10.2021 (дата регистрации перехода права собственности) на основании акта № 16 от 11.07.2021 в период подозрительности, установленный п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве (после возбуждения дела о банкротстве 17.06.2021). При этом  рыночная стоимость спорного имущества составляет 8 955 921 руб. В то же время, согласно условиям «мирового соглашения» стороны определили стоимость указанного имущества в размере 2 810 000 руб., в связи с чем суд пришел к выводу о неравноценном встречном предоставлении. Судом, исходя из представленных в материалы дела доказательств,  также сделан вывод о заинтересованности сторон сделок, что, по мнению суда, позволяет признать сделки по передаче спорного помещения от должника в пользу ФИО5 и от ФИО5 в пользу ФИО3 единой цепочкой сделкой. В свою очередь, суд указал, что достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих недобросовестное и связанное с иными ответчиками поведение ФИО9, не представлено, что исключает возможность признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 14.12.2021, заключенного между ФИО3 на ФИО9, и истребование спорной квартиры от текущего добросовестного собственника. Таким образом, суд пришел к выводу, что требования конкурсного управляющего подлежат удовлетворению в части, а именно: подлежат признанию недействительными сделками передача жилого помещения, к/н 50:22:0040306:1537, от ООО «Специализированный застройщик «ТомСтрой» в пользу ФИО5 и от ФИО5 в пользу ФИО3 В качестве применения последствий суд взыскал с ответчиков в конкурсную массу должника денежные средства в размере рыночной стоимости объекта на дату фактической передачи квартиры первому приобретателю.

В  части отказа в удовлетворении требований к ФИО9 судебный акт не оспаривается.

 Апелляционная коллегия, соглашаясь с выводом суда о наличии оснований для признания сделок, заключенных должником с ФИО5, а впоследствии ФИО5 с ФИО3, недействительными и отклоняя доводы, изложенные в апелляционных жалобах, исходит из следующего.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. 

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, (пункт 86 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как отмечалось ранее, конкурсным управляющим оспариваются сделки по передаче квартиры от должника к ФИО5 на основании одностороннего акта № 16 о передаче объекта долевого строительства от 11.07.2021 и последующее отчуждение указанного объекта ФИО5 в пользу ФИО3 на основании договора купли-продажи от 23.11.2021.

 В соответствии со статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в процессе подготовки дела к судебному разбирательству судья определяет предмет доказывания; факты, указанные сторонами, имеющие юридическое значение для дела; характер спорного правоотношения и обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела; нормы права, подлежащие применению при разрешении спора.

Таким образом, арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

         В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. 

Как указано в Определении Верховного суда от 02.07.2020 № 307- ЭС19-18598(3) по делу N А56-94386/2018в  суды не должны ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются.

Как отмечалось ранее, 31.03.2017 г. между должником и ФИО5 был заключен договор участия в долевом строительстве № 35-5А, согласно условиям которого должник обязался передать ФИО5 2-комнатную квартиру № 39, площадью 58,31 кв.м, в строящемся МКД адресу: 

<

...>, стоимостью 4 227 475 руб. 

Цена договора оплачена ФИО5 в безналичной форме в полном объеме (чек от 12.04.2017 г.). 

22.05.2018 г. решением Люберецкого городского суда Московской области по делу 2-3699/18 указанный договор участия в долевом строительстве № 35-5А расторгнут, с должника в пользу ФИО5 взыскано 8 257 256 руб. 

Основанием для расторжения указанного договора явилось неисполнение Застройщиком (должником) своих обязательств по передаче объекта долевого строительства Участнику долевого строительства.

Согласно статье 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором, либо по решению суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной, в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закона об участии в долевом строительстве) по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

Пунктом 1 части 1 статьи 9 Федерального закона N 214-ФЗ от 30.12.04 "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" предусмотрено право участника долевого строительства в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора в случае неисполнения застройщиком обязательства по передаче объекта долевого строительства в срок, превышающий установленный договором срок передачи такого объекта на два месяца.

При рассмотрении вышеуказанного дела Люберецким городским судом Московской области было установлено, что со стороны Застройщика обязательства по передаче объекта долевого строительства Участнику не были исполнены в срок, согласованный сторонами в Договоре, в связи с чем суд пришел к выводу о наличии оснований для расторжения Договора и взыскания в пользу Участника уплаченный цены Договора, суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа, убытков и судебных расходов (л.д. 11-12). 

Апелляционным определением Московского областного суда указанное решение суда изменено в части определения суммы взыскания. 

На основании указанных судебных актов Люберецким городским судом Московской области выдан исполнительный лист ФС № 030160982. 

Во исполнение указанного исполнительного листа с должника в пользу ФИО5 взыскано 6 090 325 руб. 23 коп. в период с февраля по март 2019 года. 

В силу статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Между тем, в нарушение указанной нормы права 28.05.2019 между должником и ФИО5 подписано «мировое соглашение», согласно которому стороны установили размер непогашенной задолженности должника перед ФИО5 в размере 2 166 930 руб. из расторгнутого договора № 35-5А, а также возобновили действие договора № 35-5А, изменив стоимость  объекта на сумму  2 810 000 руб. 

Согласно ч. 3 ст. 4 и ст. 17 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено названным федеральным законом.

Соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное (пункт 1 статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время указанное «мировое соглашение» судом не утверждалось, государственную регистрацию не проходило, новый договор участия в долевом строительстве сторонами не подписывался.

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что между сторонами существовали правоотношения, вытекающие из договора участия в долевом строительстве, не имеется.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, предусматривающая изменение условий зарегистрированной сделки, подлежит государственной регистрации.

При этом с фактом такой регистрации связывается наступление соответствующих правовых последствий сделки (пункт 1 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, подписанное сторонами мировое соглашение нельзя считать действительным, в том числе, в части изменения сторонами цены договора (существенное условие ДДУ).

Кроме того, судом установлено, что Должником во исполнение вступившего в законную силу решения Люберецкого городского суда Московской области в пользу ФИО5 были перечислены денежные средства в размере 6 090 325,23 руб.

Соглашением о взаимозачете встречных однородных требований стороны пришли к соглашению о зачете встречных требований на сумму 2 166 930 руб. с учетом условий подписанного сторонами мирового соглашения. 

17.12.2020 спорный МКД сдан в эксплуатацию, 30.08.2021 - поставлен на кадастровый учет. 

11.07.2021 квартира передана должником ФИО5 на основании акта № 16 в порядке исполнения мирового соглашения от 28.05.2019 года, то есть фактически в счет погашения задолженности Должника по вступившему в законную силу судебному акту. 

Исходя из установленных фактических обстоятельств квартира была передана ФИО5 в порядке отступного.

В то же время, денежные средства в размере 643 070 руб. (разница, подлежащая оплате ФИО5 Должнику, с учетом условий мирового соглашения) ФИО5 не оплачена.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом пункта 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Исходя из изложенного, следует, что воля сторон была направлена не на заключение договора, а на предоставление отступного.

При таких обстоятельствах прикрывающие сделки (мировое соглашение, акт зачета взаимных требований) являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду (отступное), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества, при этом согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2007 года N 7134/07, соглашение об отступном не изменяет и не расторгает договора, а является способом прекращения обязательства.

05.10.2021 зарегистрировано право собственности ФИО5 на квартиру. 

При этом, апелляционная коллегия принимает во внимание, что квартира была передана ФИО5 в отсутствие равноценного встречного предоставления.

Так, как отмечалось ранее, ФИО5 во исполнение заключенного между сторонами договора участия в долевом строительстве Должнику были перечислены денежные средства в размере 4 227 475 руб.

Впоследствии во исполнение вступившего в законную силу Люберецкого городского суда Московской области Должником ФИО5 были частично возвращены денежные средства в размере 6 090 325,23 руб. (остаток задолженности  2 166 930 руб. с учетом взысканных судом сумм неустоек, компенсации морального вреда, судебных расходов). Указанная задолженность подлежала включению в реестр требований кредиторов должника.

В то же время, согласно представленному в материалы дела заключению об оценке рыночная стоимость спорной квартиры на дату сделки (05.10.2021) с учетом указанной выше позиции высшей судебной инстанции составляет 8 995 921 руб. Обратного не доказано.

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу, что имущество передано ФИО5 фактически безвозмездно. 

Впоследствии 01.12.2021 зарегистрирован переход права собственности на спорную квартиру с ФИО5 на ФИО3 на основании договора купли-продажи от 23.11.2021. Цена договора согласована была сторонами в размере 4 200 000 руб.

В качестве доказательств оплаты ФИО3 представлена расписка.

В то же время в рамках дела о банкротстве суд не может ограничиться формальным подходом при установлении пороков при заключении сделок, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделок, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. 

Апелляционная коллегия полагает, что факт реальности передачи денежных средств не подтвержден надлежащими доказательствами.

В данном случае, ФИО3 не представлено в материалы дела надлежащих и допустимых доказательств, подтверждающих снятие им или получения крупных сумм денежных средств в период, предшествующий дате заключения сделки, движения достаточной суммы денежных средств по расчетному счету, доказательства исполнения за него обязательств третьими лицами. 

Из представленной в ходе судебного заседания выписки по счету ФИО3 данное обстоятельство не следует. 

Сам по себе договор аренды банковской ячейки, вопреки доводам ответчика, таким доказательством также не является.

В связи с тем, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством, необходимо принимать во внимание дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (Определение ВС от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843). 

Из вышеизложенного следует, что датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом подозрительности, следует признать дату регистрации перехода права собственности на объект недвижимости на ФИО3 – 18.12.2021, то есть вывод недвижимого имущества из конкурной массы Должника, то есть после принятия заявления о признания должника несостоятельным (банкротом) (17.06.2021), в период явной неплатежеспособности должника.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна-единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. 

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу конечного приобретателя. 

Такая цепочка является недействительной на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве регулируется оспаривание подозрительных сделок должника, а п. 1 указанной статьи Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В частности, положениями указанного пункта предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Также в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Как отмечалось ранее, оспариваемая сделка была совершена с учетом даты регистрации права собственности за ФИО5 05.10.2021, за ФИО3 – 01.12.2021, то есть после возбуждения дела о банкротстве должника, то есть в период его явной неплатежеспособности.

В рассматриваемый период должник прекратил исполнение обязательств перед участниками строительства и иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской? Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) наличие обязательств должника, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период неисполнения заключенного договора. 

       В данном конкретном случае, сходя из фактических обстоятельств дела следует, что  оспариваемые сделки являются взаимосвязанными сделками, прикрывающими единую сделку по безвозмездному выводу ликвидного актива должника, с целью недопущения обращения взыскания на отчужденное имущество, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившегося в уменьшении потенциальной конкурсной массы в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника. 

            Действия сторон спорных сделок свидетельствуют о том, что их воля не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из заключенных ими договоров, а совершены лишь в целях прикрытия единой сделки по безвозмездному выводу актива должника, что привело к причинению вреда имущественным правам как самого должника, так и его кредиторов. 

При этом, апелляционная коллегия также принимает во внимание факт совершения сделок  в течение непродолжительного времени (регистрации права собственности за ФИО5 05.10.2021, за ФИО3 – 01.12.2021) и последующее отчуждение ФИО3 14.12.2021 (через 9 дней после регистрации своего права собственности), то есть действия сторон спорных сделок свидетельствуют о том, что их воля не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из договоров купли-продажи недвижимого имущества, а совершены лишь в целях прикрытия единой сделки по безвозмездному выводу актива должника, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника. 

Доводы апеллянтов об их добросовестности ввиду отсутствия аффилированности или иной заинтересованности сторон сделки, подлежат отклонению апелляционной коллегией.

Действительно, в соответствии с п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

В рассматриваемом случае, апелляционной коллегией принимается во внимание, что ФИО3 (покупатель по договору, заключенному с ФИО5) является братом ФИО3, который являлся представителем ФИО5 при рассмотрении ее требований к Должнику в суде общей юрисдикции.

Соответственно, ему могло и должно было быть известно об обстоятельствах возникших правоотношений между ФИО5 и Должником.

Данный факт, подтверждает общность их интересов.  

Кроме того, об их заинтересованности также свидетельствует короткий период, в который заключались спорные сделки, а также отсутствие бесспорных доказательств оплаты по договору.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

         Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.09.2018 № 308-ЭС18-6318 по делу №А32-45671/2015, о недобросовестности приобретателя может свидетельствовать не только заинтересованность, но приобретение имущества по многократно заниженной цене, отсутствие встречного предоставления. 

         В данном случае, исходя из фактических обстоятельств дела, спорный объект выбыл из собственности должника фактически безвозмездно.

В то же время, исходя из разъяснений, изложенных в  пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, доводы об отсутствии заинтересованности сторон сделок не имеют значение.

            Судом верно установлено, что все рассматриваемые сделки (акт передачи имущества от Должника ФИО5, договор купли-продажи, заключенный между ФИО5 и ФИО3) являются цепочкой сделок, направленных на вывод имущества должника в преддверии его банкротства, совершенных между заинтересованными лицами в отсутствие встречного предоставления.  Обратного не доказано.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

            Согласно правовому подходу, выработанному судебной практикой, если цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является использование правового механизма, установленного п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ, а не виндикационный иск (определение Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС15-11230 от 31.07.2017).

 С учетом того, что суд покупателя ФИО9 признал добросовестным приобретателем (судебный акт в данной части не обжалуется и не ревизуется судебной коллегией), суд обосновано применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 и ФИО3, учитывая установленный факт общности их интересов, рыночную стоимость имущества, одновременно восстановив задолженность ФИО5 к Должнику по вступившему в законную силу судебному акту.

Доводы апеллянтов о том, что судом неверно определена стоимость имущества на 2021 год, с учетом того, что договор долевого участия в строительстве был заключен сторонами в 2017 году, а мировое соглашение сторонами было подписано и начало исполняться в 2019 году, при кадастровой стоимости спорного объекта 4 013 086 руб. на 2021 год, подлежат отклонению апелляционной коллегией.

Как отмечалось ранее,  конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством, необходимо принимать во внимание дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (Определение ВС от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843). 

Из вышеизложенного следует, что датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом подозрительности, следует признать дату регистрации перехода права собственности на объект недвижимости на ФИО3 – 18.12.2021.

В материалы дела представлено заключение специалиста об оценке рыночной стоимости 1 кв. м жилых помещений  в объектах недвижимости, расположенных по адресу: Московская область, Люберецкий район, г.п. Томилино, в которых расположен и спорный объект. 

Указанное заключение не оспорено надлежащими доказательствами по делу.

Ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы сторонами не заявлялось.

В судебном заседании апелляционного суда ФИО3 было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, которое рассмотрено и отклонено судом.

  Исходя из положений статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

            В соответствии со статьей 82 АПК РФ назначение судебной экспертизы является правом суда и производится в случае необходимости разъяснения вопросов, требующих специальных познаний.

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, апелляционная коллегия исходит из того, что в данном случае в обоснование сомнений в подлинности представленного в материалы дела заключения заявителем не представлено доказательств, объективно свидетельствующих о невозможности использования указанного документа в качестве доказательства по настоящему спору. Альтернативное заключение апеллянтами представлено не было.

 При этом судом также учтено, что ходатайство о проведении по спору судебной экспертизы заявлено в судебном заседании, тогда как до момента вынесения судебного акта по спору ответчик не обеспечил размещение денежных средств на депозите суда для ее проведения, как и не представил варианты экспертных учреждений, готовых провести соответствующее экспертное исследование.

          Таким образом, с учетом изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" разъяснений вследствие непредставления суду кандидатур экспертных учреждений и не перечисления на депозит суда денежных средств для оплаты услуг эксперта, не представления доказательств, опровергающих выводы Заключения, представленного ответчиком, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для назначения по делу судебной экспертизы.

Кроме того, в суде первой инстанции соответствующее ходатайство не заявлялось ответчиками, в связи с чем, апелляционная коллегия не находит оснований для назначения по делу судебной экспертизы.

Доводы ответчиков о необходимости исходить из кадастровой стоимости объекта также подлежат отклонению.

Действительно, в соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.06.2013 № 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). 

В то же время, установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

В данном случае представлено заключение специалиста, в котором определена рыночная стоимость спорного объекта, не оспоренное надлежащими доказательствами по делу.

Доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности с учетом даты подписания сторонами мирового соглашения, подлежат отклонению, поскольку датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом подозрительности, следует признать дату регистрации перехода права собственности на объект недвижимости на ФИО3 – 18.12.2021.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителями апелляционных жалоб в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 03 января 2023 года по делу №А41-29270/21 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

 

В.А. Мурина

 

Судьи:

 

В.П. Мизяк

 

Н.В. Шальнева