, № 18АП-12724/2021, 

№ 18АП-13014/2021

г. Челябинск

19 октября 2021 года

Дело № А07-43318/2019 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2021 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 19 октября 2021 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Журавлева Ю.А., 

судей Кожевниковой А.Г., Поздняковой Е.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экзид Салвис» ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.07.2021 по делу № А07-43318/2019

Судебное заседание проведено с использованием систем веб-конференции. 

В судебном заседании приняли участие:

ФИО4 (паспорт), участие онлайн; 

ФИО2, конкурсный управляющий ООО «Экзид Салвис» (паспорт), его представитель - ФИО5, участие онлайн (паспорт, доверенность)

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены, в том числе посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей.

ИП ФИО6 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭКЗИД САЛВИС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 14.02.2020 заявление ИП ФИО6 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ООО «ЭКЗИД САЛВИС», назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления кредитора.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.12.2020 (резолютивная часть от 01.12.2020) отсутствующий должник ООО «ЭКЗИД САЛВИС» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден арбитражный управляющий ФИО2, член Ассоциации «РСОПАУ».

В Арбитражный суд Республики Башкортостан 21.12.2020 поступило заявление ФИО4 (ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов ООО «ЭКЗИД САЛВИС» требования в размере 5 627 070,03 руб., в том числе 3 655 334,49 руб. основного долга, 1 017 068,50 руб. процентов, 954 667,09 руб. пени.

Определением суда от 28.07.2021 требование индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН 

<

***> ОГРНИП 3016028000101115) в размере 5 620 070 руб. 03 коп. признано обоснованным, и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Не согласившись с вынесенным определением конкурсный управляющий должника и ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов.

По мнению апеллянтов, Генеральное лицензионное соглашение от 03.07.2017г. заключено при отсутствии зарегистрированного интеллектуального права ФИО4 на предмет договора; между аффилированными лицами; названное соглашение является мнимой сделкой, заключенной с целью вывода денежных средств общества в пользу ФИО4

ФИО4 также обратился в суд с апелляционной жалобой, просит определение изменить, признать требование подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника, ссылаясь на несоответствие выводов суда о наличии с его стороны компенсационного финансирования должника несоответствующими фактическим обстоятельствам и материалам дела.

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2021, 25.08.2021, 02.09.2021 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 21.09.2021. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2021 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 12.10.2021.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением 12.10.2021 произведена замена судьи Матвеевой С.В., находящейся на больничном, на судью Позднякову Е.А.

В настоящем судебном заседании к материалам дела приобщены все дополнительные документы, поступившие до начала судебного заседания от лиц, участвующих в рассмотрении настоящего обособленного спора.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Как следует из материалов дела, 03.07.2017 между ООО «ЭКЗИД САЛВИС» (Лицензиат) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Лицензиар) (в настоящее время статус ИП прекращен) был заключен договор, именуемый Генеральное лицензионное соглашение №б/н (далее по тексту «Соглашение»), в соответствии с которым «Лицензиар» обязуется предоставить «Лицензиату» право использования Объектами интеллектуальной собственности (далее - ОИС), поименованными ниже в порядке, предусмотренном настоящим Соглашением, а «Лицензиат» обязуется уплатить «Лицензиару» обусловленное Соглашением вознаграждение. 

«Лицензиар» обязуется предоставить «Лицензиату» право использования ОИС: 

1.1. Состав (рецепт) вяжущего полимер-резинобитумного гранулированного (далее по тексту ВПРБ тип Г). 

1.1.2. Документацию, именуемую «Регламент приготовления гранулированного полимер-резинобитумного вяжущего» (Предмет Соглашения). По условиям Соглашения «Лицензиар» обязуется предоставить «Лицензиату» необходимую для использования ОИС в срок не позднее 03.07.2017 на электронном носителе. 

Срок действия Соглашения определен до 31.12.2021 (пункт 1.5. Соглашения). 

Размер, сроки и порядок уплаты лицензионного вознаграждения определены в пунктах 3.1. – 3.5 Соглашения. 

В последующем между «Лицензиаром» и «Лицензиатом» подписано дополнительное соглашение №1 от 02.10.2017г. к Соглашению, в котором стороны определили, что сумма вознаграждения «Лицензиара» по итогам 3 квартал 2017 составляет 4 936 500,00 руб. 

Как указывает заявитель, ООО «ЭКЗИД САЛВИС» свои обязательства по уплате вознаграждения в полном объеме не исполнило.

Из представленного ФИО4 расчета задолженность по Соглашению составляет 5 627 070,03 руб., в том числе 3 655 334,49 руб. основного долга, 1 017 068,50 руб. процентов, 954 667,09 руб. пени.

Неисполнение должником обязанности по оплате оказанных услуг явилось основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов.

Признавая требования кредитора обоснованными в заявленном размере суд первой инстанции указал на наличие всей совокупности доказательств, подтверждающих наличие и размер задолженности, а также реальность вышеназванного генерального соглашения.

Вместе с тем установив, что взаимоотношения и поведение сторон в предбанкротном состоянии общества должника, безусловно, свидетельствуют о том, что взаимоотношения между ИП ФИО4 и должником носят корпоративный характер, между сторонами возникли взаимоотношения, вытекающие из факта участия в обществе, так как обстоятельства, при которых возникли соответствующие обязательства, не соответствуют сложившейся практике хозяйственного оборота между независимыми сторонами сделки, суд пришел к выводу, что требования ФИО7 подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ.

Изучив материалы дела, заслушав доводы сторон, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения обжалуемого определения не усматривает. 

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнение его обязанности (часть 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с условиями Соглашения, 03.07.2017 по Акту приемки – передачи объекта интеллектуальной собственности на материальном носителе, ИП ФИО4 передал ООО «ЭКЗИД САЛВИС» ОИС согласованным сторонами способом – на материальном носителе.

Впоследствии ФИО4 произвел регистрацию объекта интеллектуальной собственности . получив патент на изобретение №2638963, дата регистрации 19.12.2017г. приоритет изобретения – 12.01.2017г., срок действия исключительных прав на изобретение – 12.01.2037

Оценив в совокупности представленное документы, судебная коллегия приходит к выводу, что генеральное соглашение от 03.07.2017 г. имеет элементы лицензионного договора на передачу в пользование должнику секрета производства «ноу-хау». 

Согласно пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» если лицензионным договором прямо не предусмотрена его безвозмездность, но при этом в нем не согласовано условие о размере вознаграждения или о порядке его определения, такой договор в силу абзаца второго пункта 5 статьи 1235 ГК РФ считается незаключенным. При этом сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по такому лицензионному договору либо иным образом подтвердившая его действие, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 432 ГК РФ). По смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с этим лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства». 

Судебными актами по делу №А07-23330/2018 установлено, что ФИО4 что, став участником общества «Витарубикс», ФИО4 продолжил научно-исследовательскую работу, приступив к работам по разработке нового состава продукции и способа ее получения. 

В 2016 году ФИО4 разработан состав нового материала – полимернорезинобитумного вяжущего. 

Утверждение конкурсного управляющего о том, что в производстве третьих лиц не использовался ОИС (не производилась продукция), разработанный по технологии ФИО4, который позже был защищен патентом, противоречат выводам арбитражных судов по делу №А07-23330/2018, в котором в качестве представителя ответчика (ООО «Витарубикс») участвовал представитель конкурсного управляющего настоящего должника ФИО5  

Кроме того, из материалов дела следует, что ООО «ЭКЗИД САЛВИС» используя предоставленное ОИС производил гранулированное полимерно-резинобитумное вяжущее по договору на переработку давальческого сырья №1ДАВ от 03.07.2017 г., заключение которого одобрено  Протоколом участников ООО Витарубикс от 03.07.2017 г.

Выработанная на технологической линии ООО Витарубикс продукция – гранулированное полимерно-резинобитумное вяжущее (далее ВРБ тип Г) являлось собственностью ООО Экзид салвис. 

В результате заключения между ИП ФИО4 и ООО «ЭКЗИД САЛВИС» Соглашения, последний получал прибыль, путём передачи ООО «Витарубикс» разработанного ФИО4 ОИС для использования ООО «Витарубикс» в своем производстве. Получая от ООО «Витарубикс» готовую продукцию, ООО «ЭКЗИД САЛВИС» реализовывало эту продукцию, тем самым общество-должник получало прибыль и согласно условиям Соглашения было обязано уплачивать ФИО4 определённое соглашением вознаграждение. 

Доводы конкурсного управляющего должником о том, что производимая ООО «Витарубикс» продукция является предметом разработки и поставки белорусской организации противоречат выводам арбитражных судов по делу №А07-23330/2018.

Факт того, что в результате исполнения условий Соглашения ООО «ЭКЗИД САЛВИС» получило прибыль также подтверждается подписанием 02.10.2017 между «Лицензиаром» и «Лицензиатом» дополнительного соглашения №1 к Соглашению.

Учитывая изложенное, выводы суда первой инстанции о наличии у должника задолженности перед ФИО4 подтверждены материалами дела.

Утверждение конкурсного управляющего о мнимости соглашения от 03.07.2017 носит предположительный характер и не подтверждаются какими-либо документальными доказательствами.  

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Нужно учитывать и то, что законодательство и публично-правовой аспект дела о банкротстве устанавливают повышенный стандарт доказывания обоснованности применительно к требованиям лиц, аффилированных к должнику.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

В связи с чем к таким кредиторам допустимо применение высокого стандарта доказывания, а лицу, возражающему относительно таких требований в данном конкретном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

В таком случае судам необходимо надлежащим образом исследовать отношения, сложившиеся между должником и аффилированным кредитором, предъявившим требование о включении в реестр, их вовлеченность в производственно-экономический процесс друг друга, мотивы совершения сделки, характер платежей в рамках группы, поведение участников группы лиц в преддверии банкротства, насколько такое поведение отвечало принципам разумности и экономической целесообразности.

Указанные обстоятельства подлежат исследованию и оценке в совокупности, поскольку целью такого изучения является предотвращение включения в реестр требований кредиторов аффилированных лиц, требования которых основаны на внутригрупповых отношениях данных лиц.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника. 

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве указано, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац третий статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»). 

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. 

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года N 306-ЭС16-20056 по делу N А12-45751/2015). 

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. 

Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. 

Оценив представленные доказательства и пояснения сторон относительно обстоятельств заключения и исполнения заключении всей цепочки сделок, суд первой инстанции  пришел к верному выводу, ФИО4  является контролирующим должника лицом, поскольку общества, в которых ФИО4 являлся основным участником, поставляли ООО «Витарубикс», через ООО «ЭКЗИД САЛВИС», давальческое сырье в виде материалов, необходимых для создания ООО «Витарубикс» конечной продукции, соответственно,  ФИО4 на протяжении всего производственного цикла участвовал в определении условий поставки давальческого сырья, по выпуску конечной продукции, получения ООО «ЭКЗИД САЛВИС» прибыли.

Согласно пункту 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротстве требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. 

Следовательно, при разрешении вопроса о том, подлежит ли требования аффилированного кредитора (контролирующего должника лица) понижению в очередности, определяющим фактором является не наличие формальных признаков аффилированности, а характер гражданских взаимоотношений между должником и лицом, которое заявило требование о включении в реестр требований кредиторов. Иное бы позволяло сделать вывод о том, что требование аффилированного или контролирующего должника лица в любом случае подлежит понижению в очередности, то есть противоречило бы сложившемуся правопорядку, в том числе основополагающим принципам законодательства о банкротстве. 

Исходя из смысла разъяснений и подходов, изложенных в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

Учитывая изложенное, и принимая во внимание наличие в реестре требований кредиторов независимых кредиторов, судебная коллегия, соглашается с выводами суда первой инстанции, о наличии оснований для субординации требования кредитора ФИО4 и признании его подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы конкурсного управляющего должника и ФИО3 выражают несогласие с выводами суда, сделанными с учетом правильно установленных фактических обстоятельств на основании представленных в материалы дела доказательств, и направлены на их переоценку, но не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются  апелляционным судом несостоятельными.

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела не свидетельствуют о нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Доводы ФИО4 об отсутствии оснований для субординации заявленного требования противоречат фактическим обстоятельствам дела, вследствие чего подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.07.2021 по делу № А07-43318/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экзид Салвис» ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья Ю.А. Журавлев 

Судьи: А.Г. Кожевникова

Е.А. Позднякова