АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

22.08.2022 Дело № А40-109445/19  

Резолютивная часть постановления объявлена 15.08.2022  Полный текст постановления изготовлен 22.08.2022  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего - судьи Перуновой В.Л., судей: Зеньковой Е.Л., Уддиной В.З., при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего должника – ФИО1, доверенность от  30.12.2021,  

от конкурсного управляющего ПАО «Банк «Югра» в лице ГК «Агентство по  страхованию вкладов» - ФИО2, доверенность от 22.12.2021,  

от ООО «Юг-Газэнергоресурс» - ФИО3, доверенность от 07.02.2022,  

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего  должника  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2022 на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2022 

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании платежей в пользу  ООО «Юг-Газэнергоресурс» недействительными сделками, применении  последствий недействительности сделок  

в рамках дела о признании ООО «Базис» несостоятельным (банкротом), 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 ООО «Базис»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего ФИО4 о признании недействительными сделками  перечислений должником в пользу ООО «Юг-Газэнергоресурс» денежных средств в  размере 87 264 172,61 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2022,  оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 26.04.2022, в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий  должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной  жалобой, в которой просит судебные акты отменить и принять новый судебный акт  об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника  

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение  судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального  права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах,  фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте  https://kad.arbitr.ru/.  

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации к материалам дела приобщен отзыв ООО «Юг-Газэнергоресурс» на  кассационную жалобу конкурсного управляющего должника.  

Представители конкурсного управляющего должника, конкурсного  управляющего ПАО «Банк «Югра» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов»  в судебном заседании суда округа поддержали кассационную жалобу по  изложенным в ней доводам, а представитель ООО «Юг-Газэнергоресурс» против  удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего возражал.  

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по  рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного  заседания извещены надлежащим образом.  

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека  арбитражных дел» в сети Интернет, в связи, с чем кассационные жалобы  рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном  статьями 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав  лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм  материального и процессуального права, а также соответствие выводов,  содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору  фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд  кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем  Федеральном законе.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может  быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения  был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона  сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если  она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику)  должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо  совершена при наличии следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов  должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой  стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или  сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные  учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством  Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  

обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены  или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Постановление № 63) в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного  в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для  целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения  сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не  является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу  абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом  (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются  опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также  злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы  предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих  сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением  причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный  

интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом  сделок такого рода.  

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1  постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные  интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации.  

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под  злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по  осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением  установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов  осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или  незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других  лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые  негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом  осуществления субъективного права.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания  неразумности и недобросовестности действий участника гражданских  правоотношений на лицо, заявившее требования.  

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является  оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия  нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного  правового акта и при этом посягающая на публичные интересы, либо права и  охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 7, 8 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от  23.06.2015 № 25) если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом  1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть  признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 ГК РФ).  

Согласно разъяснениям Верховного суда Российской Федерации,  изложенным в Обзоре судебной практики № 2 (2015), презумпция  добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее  совершенную со злоупотреблением права сделку представило достаточно серьезные  доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при  ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда  истцу.  

Как установили суды, конкурсным управляющим при анализе банковской  выписки из ПАО Банк «Югра» по расчетному счету должника   № 40702810705230000572 выявлены перечисления денежных средств на сумму 87  264 172,61 руб. в пользу ООО «Юг-Газэнергоресурс» - 30.09.2016 на сумму 6 254  100 000 руб., 21 02.2017 на сумму 32 091 122,47 руб., 21.02.2017 на сумму 48 918  950,14 руб.  

Ссылаясь на отсутствие доказательств правомерности перечислений  денежных средств в размере 87 264 172,61 руб. в пользу ООО «Юг- Газэнергоресурс», конкурсный управляющий обратился с заявлением указывая, что  оспариваемые платежи являются недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, а также статей 10, 168,170 Гражданского кодекса Российской  Федерации, поскольку денежные средства перечислены в пользу ответчика  безвозмездно, реальные правоотношения сторон по договорам отсутствуют.  

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды  первой и апелляционной инстанции исходили из того, что в назначении  оспариваемых платежей значится, что денежные средства перечислялись ООО  «Базис» в пользу ООО «Юг-Газэнергоресурс» на основании договора поставки; а  также, что между ООО «Юг-Газэнергоресурс» (поставщик) и ООО «Базис»  

(покупатель) заключен договор поставки от 18.09.2015 № Юг/БА-180915, согласно  которому поставщик обязался поставить в адрес покупателя товар в соответствии  со спецификацией, а покупатель обязался оплатить поставленный товар (пункт 1.1  договора).  

Констатируя, что оспариваемые сделки заключены в рамках обычной  хозяйственной деятельности во исполнение договора поставки стройматериалов,  суды учитывали, что в соответствии с товарной накладной от 25.09.2015 № 6  поставщик поставил покупателю товар, а покупатель принял и произвел оплату  поставленного товара, что подтверждается платежными поручениями,  представленными ответчиком. Расчеты по договору осуществлялись также и в  более ранние периоды, однако данные перечисления не попали в период  оспоримости по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о  банкротстве.  

Судами указано, что факт отсутствия у конкурсного управляющего  документов, подтверждающих обоснованность перечисления денежных средств в  пользу ООО «Юг-Газэнергоресурс» не освобождает его от обязанности доказывать  обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований;  поскольку ответчиком в материалы дела представлены надлежащие  доказательства, подтверждающие факт исполнения обязательств по договору  поставки (договор, товарная накладная, счет-фактура, иные документы).  

Таким образом, суды пришли к выводу о недоказанности самого факта  причинения вреда имущественным правам кредитором и о том, что конкурсным  управляющим не представлено надлежащих доказательств того, что оспариваемый  договор поставки является мнимой сделкой, поскольку материалами дела  подтвержден факт реальности поставки товара, сделка носила возмездный  характер.  

Вместе с тем суды не учли следующие обстоятельства. 

Отказывая в удовлетворении заявления на основании пункте 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, судами не исследована реальность встречного  предоставления, исходя из доводов конкурсного управляющего о том, что оплата по  сделке произведена участниками межсубъектной схемы, носящей транзитный  характер.  

Суд округа полагает, что заслуживает внимания и дополнительного  исследования судов довод конкурсного управляющего должника о том, что  реальной целью заключения договора поставки от 18.09.2015 № Юг/БА-180915  являлось создание искусственной кредиторской задолженности должника перед  ООО «Юг-Газэнергоресурс» для придания видимости наличия оснований  совершения платежей между обществами, поскольку имело место транзитное  движение денежных средств, и сделка совершена на условиях, не доступных другим  независимым участникам рынка.  

Без надлежащей оценки судов остались доказательства, приводимые  кассатором в подтверждение отсутствия реальности работ по договору поставки от  18.09.2015 № Юг/БА-180915 конкретным исполнителем - кредитором.  

Кассатором приводились последовательные доводы о нереальности  выполненных работ, поскольку был реализован формальный документооборот для  придания видимости реальности договора, между тем, выводы судов сделаны при  неправильном распределении бремени доказывания.  

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в  арбитражном суде иными доказательствами.  

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов,  подтверждающих выполнение работ, суды не должны ограничиваться проверкой  соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям.  

Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а  также иные доказательства, рассмотреть обстоятельства возникновения спорной  задолженности путем исследования всей совокупности доказательств.  

Так, конкурсный управляющий ссылается, что из имеющихся документов  невозможно установить происхождение товара (у какого контрагента приобретался  спорный товар или он был самостоятельно произведен), где кредитор намеревался  передать товар (отсутствуют договоры на склады, перевозку и т.д.), отсутствуют  доказательства транспортировки товара (учета работы водителя, маршрут  автомобиля, путевые листы, выданные водителю, заявки на поставку товара, место  и способ доставки товара, сведения об оплате перевозки), наличия собственных  

складских помещений (где хранился товар, складские документы), переписка между  сторонами или иные документы, подтверждающие намерение покупателя  приобрести товар для осуществления хозяйственной деятельности и возможность  его приобретения ООО «Базис». Также конкурсный управляющий обоснованно  обращал внимание судов, что для подтверждения реальности сделки ответчик  должен был представить сведения о деловой переписке между сторонами, о том,  откуда стороны узнали друг о друге, кто был инициатором возникновения  финансово-хозяйственных отношений, где происходило заключение договора, с  кем из представителей ООО «Юг-газэнергоресурс» контактировали, кто со стороны  ООО «Базис» принимал товар, иную информацию, доказывающую реальность  сделки.  

Суд округа соглашается с доводами кассатора о том, что наличие в  материалах дела товарных накладных является недостаточным для опровержения  аргумента о мнимости поставок.  

Суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления  достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по  поставке. Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить  для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).  

Приведенная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 29.10.2018 № 308-ЭС18- 9470, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740 и в Постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через  подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц  к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О  наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

При этом судам следует учитывать, что установление факта  аффилированности участников цепочки сделок прямо влияет на распределение  бремени доказывания, перенося его на аффилированных лиц.  

Конкурсный управляющий обращал внимание судов, что должник и ответчик  входят в одну группу лиц, что подтверждается, в том числе, постановлением  Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2019 по делу № А7512928/2017, являются техническими компаниями, однако надлежащей оценки судов  данные доводы конкурсного управляющего не получили.  

Таким образом, определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции подлежат отмене.  

В связи с тем, что для принятия обоснованного и законного судебного акта  требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение  процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой  инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий,  обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации подлежит направлению на новое  рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить  юридически значимые для рассмотрения данного обособленного спора  обстоятельства, в том числе обстоятельства наличие (отсутствие)  аффилированности должника и ответчика, в том числе, фактической, после чего,  верно распределив бремя доказывания, установить наличие (отсутствие) реальности  поставки товара с помощью исследования вышеуказанных доказательств,  соблюдением требований статей 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дать надлежащую правовую оценку доводам сторон и  доказательствам в их совокупности и взаимной связи, при необходимости  рассмотреть вопрос об истребовании в дело дополнительных пояснений и  доказательств, и при правильном распределении бремени доказывания, соблюдении  норм процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2022,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2022 по делу   № А40-109445/2019 отменить, обособленный спор направить на новое  рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья В.Л. Перунова 

Судьи: Е.Л. Зенькова 

 В.З. Уддина