ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

11АП-18971/2022

Дело № А65-22728/2022

г. Самара

29 декабря 2022 года

Судья Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда Коршикова Е.В.

рассмотрев без вызова лиц, участвующих в деле, апелляционную жалобу Индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 октября 2022 года в виде резолютивной части (мотивированное решение от 09 ноября 2022 года), принятое в порядке упрощенного производства, по делу № А65-22728/2022 (судья Андреев К.П.)

по иску Акционерного общества "Сеть Телевизионных Станций", г. Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, Тукаевский район, д. Старые Ерыклы (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведения изобразительного искусства, 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, 319 руб. 50 коп. стоимости товара, 186 руб. почтовых расходов,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество "Сеть Телевизионных Станций" обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведения изобразительного искусства, 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, 319 руб. 50 коп. стоимости товара, 186 руб. почтовых расходов.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 октября 2022 года в виде резолютивной части исковые требования удовлетворены.

Мотивированное решение изготовлено судом первой инстанции по ходатайству ответчика в соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, считая что из представленных истцом чека и видеозаписи невозможно установить факт приобретения именно у ответчика спорного товара; указывает, что в данном случае имелись условия для снижения размера компенсации, установленные пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ.

Истец направил суду отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил обжалуемое решение оставить без изменения.

Стороны надлежащим образом извещены о судебном разбирательстве, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда http://11ааs.аrbitr.ru.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации", при наличии в материалах дела уведомления о вручении лицу, участвующему в деле, либо иному участнику арбитражного процесса копии первого судебного акта по рассматриваемому делу либо сведений, указанных в части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, такое лицо считается надлежаще извещенным при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, если судом, рассматривающим дело, выполняются обязанности по размещению информации о времени и месте судебных заседаний, совершении отдельных процессуальных действий на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в соответствии с требованиями абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих получение лицами, участвующими в деле, названных документов, не может расцениваться как несоблюдение арбитражным судом правил Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о надлежащем извещении.

Законность и обоснованность судебного решения, принятого по делу Арбитражным судом Республики Татарстан, проверена Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с требованиями статей 268 – 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

На основании части 1 статьи 272.1 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 N 45-ФЗ), пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи по имеющимся в деле доказательствам.

  Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, истцу принадлежат исключительные права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации №707375 (изображение персонажа «Коржик»), зарегистрирован 09.04.2019 (дата приоритета – 19.07.2018, дата истечения срока действия регистрации – 19.07.2028) в отношении товаров и услуг 5, 9, 16, 18, 21, 24, 25, 28, 29, 30, 32, 35, 38, 41 классов МКТУ. 

Кроме того, 17.04.2015 между АО "Сеть телевизионных станций" (СТС) и ООО "Студия Метраном" (продюсер) заключен договор №Д-СТС-0312/2015 заказа производства с условием об отчуждении исключительного права, по которому СТС поручает, а продюсер обязуется осуществить производство фильма, соответствующего характеристикам, указанным в п.1.2 договора и передать (произвести отчуждение) СТС исключительное право на фильм в полном объеме.

Исключительное право на фильм в полном объеме включает исключительное право (в полном объеме) на каждый из фрагментов фильма, каждый из элементов фильма, а также на рабочие материалы; при этом исключительное право на фильм/элементы фильма отчуждается продюсером в полном объеме без ограничения на территории и способам использования фильма на весь срок действия исключительного права на фильм, а также использования любых элементов фильма, как в составе фильма, так и отдельно от него в любой форме и любыми способами. 

Продюсер осознает, что СТС вправе распоряжаться передаваемым (отчуждаемым) по договору исключительным правом без ограничения способов использования фирма/элементов фильма в т.ч. но не ограничиваясь в целях осуществления мерчендайзинга, производства любой продукции, использования фильма технологиями и способами, которые появятся в будущем, создания любых производных произведений на основе фильма/элементов фильма, использования любых элементов фильма в целях регистрации любых средств индивидуализации и т.д. и никакие из способов распоряжения исключительным правом не сохраняются за продюсером. 

Продюсер также предоставляет СТС право использования музыкальных произведений, специально не создаваемых, но включаемых в фильм, отдельно от фильма в производственных, демонстрационных, промо- и рекламных целях исключительно в связи с популяризацией (анонсированием, рекламированием) фильма и СТС (пункт 1.1 договора). 

17.04.2015 между ООО "Студия Метраном" (впоследствии ООО "Студия Метрафильмс") (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (исполнитель) заключен договор № 17-04/2, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель обязуется оказать заказчику комплекс услуг по производству фильма, соответствующего характеристикам, указанным в п.1.2 договора, включая услуги художника-постановщика фильма, а также передать (произвести отчуждение) заказчику исключительное право на результат интеллектуальной деятельности по настоящему договору, а также на фильм в целом и полном объеме в пользу заказчика (пункт 1.1 договора). 

В пункте 1.2 договора указана характеристика фильма. 

Факт выполнения исполнителем работ по разработке изображений персонажей оригинального аудиовизуального произведения – анимационного многосерийного фильма под названием "Три кота", в том числе на изображения персонажей "Компот", "Коржик", "Карамелька", "Мама", "Папа", логотип «Три кота», а также передача прав на них заказчику подтверждается копией акта приема-передачи от 25.04.2015 к договору №17-04/2 от 17.04.2015. 

04 апреля 2022 года истцом было установлено, что ответчиком в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: 

<

...> был реализован товар «Игрушка», на котором размещены изображения, являющиеся воспроизведением/переработкой произведений изобразительного искусства «Изображения персонажа «Коржик», «Логотип Три Кота», средство индивидуализации – товарный знак № 707375.

Факт реализации ответчиком названного товара подтверждается кассовым чеком от 04.04.2022 на сумму 369 руб., видеозаписью процесса покупки товара, а также приобщенным к материалам дела вещественным доказательством.

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на объекты интеллектуальных прав, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав. 

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме суд первой инстанции, руководствуясь нормами статей  493, 1225, 1229, 1250, 1252, 1253, 1259, 1270, 1301, 1477, 1479, 1482, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", разъяснениями  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, пришел к выводу об отсутствии оснований для снижения компенсации в порядке п. 3 ст. 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав.

Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра. В силу статьи 1477 ГК РФ правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ). Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ). В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу. В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (далее - Правила), утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 (ред. от 12.03.2018) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Согласно пункта 43 Правил Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: - внешняя форма; - наличие или отсутствие симметрии; - смысловое значение; - вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); - сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 вместе с тем вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего Постановления.

Истец не заявлял, что обозначения, нанесенные на товар, являются тождественными, а наличие различий в цветовой гамме обозначений свидетельствует всего лишь о незначительных различиях, позволяющих признать обозначение сходным до степени смешения с товарными знаками истца.

Учитывая высокую различительную способность товарных знаков истца, а также узнаваемость персонажей, обусловленную, в том числе, наличием мультипликационного сериала, с аналогичными персонажами, обозрев вещественное доказательство, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что реализованный ответчиком товар, содержит на себе обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, что влечет за собой объективный риск смешения потребителями товаров различных производителей.

Материалами дела подтверждено и верно установлено судом первой инстанции, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак и объекты авторского права - изображения, в отношении которых было зафиксировано их нарушение ответчиком. 

Истцом представлены: кассовые чеки, фотографии с изображением товаров, приобретенных у ответчика в момент закупки, сами приобретенные товары, видеозапись процесса закупки. 

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (набор игрушек) в торговой точке ответчика.

Ведение видеозаписи в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В силу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Согласно пункта 55 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара (игрушки) в торговой точке ответчика, из видеозаписи покупки усматривается адрес торговой точки, момент передачи денег, момент передачи кассового чека, выданного на иные товары в спорной закупке, передачи спорного товара (именно того товара, который приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства), что позволяет сделать вывод о том, что спорный товар продан именно ответчиком.

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 АПК РФ). На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной отсутствуют.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о недоказанности нарушения ответчиком прав истца, о том, что видеозапись не отражает дату и время совершения покупки спорного товара, апелляционный суд исходит из нижеследующего.

Видеозапись сделки купли-продажи спорного товара подтверждает, что покупатель, зафиксировав дату, время и место съемки (временная отметка 00:01-00:08), направляется в магазин на втором этаже здания, выбирает к покупке льняной шпагат, школьные тетради и проходит к отдел с игрушками; проходя вдоль отдела, фиксирует множество ценников. На которых указаны три стоимости товара – розничная стоимость, стоимость при оплате картой и оптовая цены; на каждом ценнике указано наименование ответчика; далее покупатель подходит к полке со спорным товаром (временная отметка 12:24-13:25 видеозаписи), однако не обнаруживает его ценник; выбрав к покупке еще ряд товаров, покупатель направляется к кассе, где продавец сканирует товары и спрашивает покупателя, каким способом будет произведена оплата; на временной отметке 24:55 покупатель расплачивается за покупку игрушек и уточняет, возможна ли выдача чека; продавец сообщает, что на данные товары чеки не выдаются (временная отметка 24:45-25:05 видеозаписи); в подтверждение покупки иных товаров (клей, льняной шпагат, тетради) продавец выдал покупателю три чека (товарный, кассовый, эквайринговый), при этом на кассовом и товарном чеках указаны реквизиты ответчика.

О фальсификации видеозаписи контрольной закупки ответчиком заявлено не было.  Таким образом, судом первой инстанции верно оценены и обоснованно отклонены указанные доводы ответчика.

Осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему прав на произведение изобразительного искусства, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с произведениями изобразительного искусства истца. При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком товара - набор игрушек, содержащий изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу. Учитывая изложенное, вопреки позиции ответчика, аналогичной одному из доводов апелляционной жалобы, совокупность надлежащих доказательств позволяет с достоверностью установить факт продажи спорных контрафактных товаров ответчиком.

 Указание в обжалуемом решении на реализацию безалкогольного газированного напитка апелляционный суд считает опечаткой, которая не свидетельствует об ошибочности выводов обжалуемого судебного акта по существу рассмотренного спора. 

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего. 

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 60, 61 постановления N 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение и проч., компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (пункт 63 постановления N 10).

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем. 

Истцом заявлено о взыскании компенсации в размере 30 000 руб., то есть по 10 000 руб. (в минимальном размере) за каждый факт нарушения прав на каждый объект. Ответчиком заявлено о снижении размера компенсации на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления Пленума №10 при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд первой инстанции обоснованно расценил ходатайство ответчика о снижении размера компенсации как не подтвержденное надлежащими доказательствами. Также установив, что ответчик – предприниматель ФИО1, - в 2018-2021 гг. неоднократно привлекалась судом за нарушение авторских прав (в рамках арбитражных дел №№ А65-34052/2018, А65-12832/2019, А65-16737/2020, А65-2153/2021, А65-12245/2021, А65-21188/2021, А65-25901/2021 и др.), Арбитражный суд Республики Татарстан  усмотрел в действиях ответчика понимание последствий торговли данной категорией товаров, прямо свидетельствующее об их (действий) умышленном характере, что исключает возможность снижения судом заявленной компенсации и возлагает на ответчика все бремя ответственности, предусмотренное законом.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также характер доводов апелляционной жалобы, объем имеющихся в деле доказательств, суд апелляционной инстанции оснований для снижения размера компенсации, в том числе до величины ниже минимального предела, не усматривает.

Ответчиком в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства, подтверждающие правомерность использования им товарных знаков и персонажей, исключительное право на которые принадлежит истцу, Арбитражный суд Республики Татарстан правомерно удовлетворил исковые требования в заявленном размере.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих вышеназванные выводы Арбитражного суда Республики Татарстан и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным. 

В соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 110, 269 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07 октября 2022 года в виде резолютивной части (мотивированное решение от 09 ноября 2022 года), принятое в порядке упрощенного производства, по делу № А65-22728/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу Индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух  месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

 

Судья                                                                                                  Е.В. Коршикова