ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определение арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-7026/2022

26 июля 2022 г.                                                                                 Дело № А65-40151/2018

Резолютивная часть постановления оглашена 19 июля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 июля 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Машьяновой А.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4, 

апелляционную жалобу ФИО2 

на определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков

в рамках дела № А65-40151/2018 

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Цереком»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.07.2019 общество с ограниченной ответственностью "Цереком" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков в размере 10 311 605 руб. (с учетом уточнения).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года заявление удовлетворено. Взысканы с ФИО2 убытки в размере 10 311 605 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью "Цереком".

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года, отказать в удовлетворении заявленного требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 июня 2022 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 19 июля 2022 года.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков в рамках дела № А65-40151/2018, в связи со следующим.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) признана утратившей силу.

При этом для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу указанного Закона, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

В свою очередь к действиям, совершенным после вступления указанного федерального закона в силу, применимы положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 10 Закона о банкротстве (до внесения изменений Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ) в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений данного закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Обращаясь с настоящим заявлением конкурсный управляющий указал на совершение руководителем должника сделок в отсутствие доказательств встречного исполнения.

Согласно расчету конкурсного управляющего убытки составляют: за 2016 год - 4 789 802 руб. за 2017 год - 5 521 803 руб. 

Из материалов дела следует, ответчик являлся руководителем должника в период с 19.12.2014 (решение единственного участника №8 от 19.12.2014) по 11.02.2018 (решение единственного участника №10 от 12.02.2018).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу положений статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно; он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу своими виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами; при определении оснований и размера ответственности должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Доводы о том, что срок подлежит исчислению с момента утверждения нового руководителя 12.02.2018 и конкурсным управляющим пропущен срока исковой давности на предъявление требования о взыскании убытков отклоняются судебной коллегией.

Согласно статье 195 Кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности установлен в три года (статья 196 Кодекса).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Аналогичные разъяснения приведены в п.68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в котором указано, что поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

Единообразная судебная практика при определении начала течения срока исковой давности прибегает к применению указанных критериев таким образом, применительно к рассматриваемому делу для определения начала исчисления срока исковой давности необходимо установить: 1) наличие лица, исполняющего функции директора, не связанного с предшествующим директором, допустившим нарушения; 2) момент получения реальной возможности у такого лица узнать о допущенном нарушении бывшим директором (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.10.2020 N Ф05-15488/2015 по делу NА40-228/2014).

При установлении связанности соответствующих органов управления юридического лица судебная практика указывает на необходимость исследования вопроса наличия заинтересованности нового директора в обращении в суд с требованием о взыскании убытков с бывшего директора.

Так из материалов дела следует, что ФИО4 занимала должность главного бухгалтера ООО «Цереком» в период руководства ФИО2 и была лицом, ответственным за оформление документов, составленных в период руководства ФИО2

В соответствии со ст. 9 ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Пункт 6 указанной статьи содержит обязательное требование указания в документе наименования должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименования должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события.

Так, в авансовых отчетах за 2016 год с назначением «хозрасходы» имеется подпись главного бухгалтера ФИО4

Тем самым, ФИО4 было известно о снятии ФИО2 денежных средств под хозрасходы, о чем свидетельствуют подписанные ею авансовые отчеты.

При этом вступившим в законную силу определением от 11.05.2021 установлено участие ФИО4 и аффилированных с ней лиц в недостоверном оформлении кассовой книги.

Так, в ходе рассмотрения обособленного спора о признании недействительной сделки, совершенной ФИО4 установлено, что отраженные в кассовой книге приходные операции соотносятся с операциями по выдаче наличных денежных средств в тот же день сыну ответчика - ФИО5 (факт родства подтверждается сведениями, представленными ЗАГС) на хоз. расходы, однако кассовая книга не содержит чеков, бланков строгой отчетности, способных подтвердить реальность отраженных в ней операций по внесению и расходованию денежных средств с участием аффилированных лиц.

Также в соответствии с кассовой книгой денежные средства выдавались ООО «Бизнес Инновации», ООО «Системные решения» и ООО «Зилант-Сервис» через ФИО5, однако книги покупок и продаж не содержат сведений о данных контрагентах. Более того, ООО «Системные решения» и ООО «Зилант-Сервис» исключены из ЕГРЮЛ 26.05.2017 и 24.01.2018 как недействующие юридические лица, не проявлявшие признаков ведения хозяйственной деятельности в течение двенадцати месяцев. Целесообразность осуществления наличных расчетов через аффилированное физическое лицо ответчиком также не раскрыта.

Кроме того, ФИО2 и ФИО4 являлись солидарными поручителями по договору на открытие кредитной линии под лимит выдачи №4502/03/2-14/0597 от 20.05.2015, заключенному между ООО «Цереком» и ПАО «АК БАРС» Банк. Факт поручительства установлен апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от 10 февраля 2020 года по гражданскому делу №2-106/2019.

Таким образом ФИО2 и ФИО4 еще в 2014 году осуществляли фактическое совместное сопровождение деятельности ООО «Цереком», обладая сведениями об объеме взятых на ООО «Цереком» обязательств, о финансовом состоянии и прочих факторах деятельности.

Более того, ранее доля в ООО «Цереком» принадлежала ФИО6 (в период с 22.04.2011 по 07.02.2014), являющемуся близким родственником ФИО4

Из указанных обстоятельств следует, что фактическое руководство деятельностью ООО «Цереком» было сосредоточено в руках одной группы лиц, участники которой не были заинтересованы в раскрытии обстоятельств совершения сделок по снятию денежных средств с расчетного счета должника. Смена руководителей являлась лишь формальной и не могла повлечь необходимость обращения кого-либо из вновь назначенных директоров в суд с требованием о взыскании убытков с бывших руководителей.

Указанное обстоятельство также подтверждает, что исчисление начала течения срока исковой давности на обращение с настоящим заявлением должно производиться с даты утверждения конкурсного управляющего как первого независимого руководителя, обладающего интересом и возможностью к предъявлению требования о возмещении убытков бывшими руководителями должника.

Поскольку конкурсное производство открыто решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.07.2019, то трехлетний срок исковой давности к моменту подачи заявления (25.08.2021) не истек.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума от 30.07.2013 N 62, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пп.5 п.2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (п.3 того же постановления).

Ссылка ответчика на данные, отраженные в кассовой книге правомерно не принята судом первой инстанции во внимание, поскольку как указывалось ранее, в ходе рассмотрения обособленного спора по оспариванию сделки должника установлена недостоверность информации, отраженной в кассовой книге.

Иных доказательств, подтверждающих внесение ответчиком денежных средств в материалы дела не представлено.

Отсутствие оправдательных документов, подтверждающих использование снятых со счета денег на хозяйственные нужды организации, свидетельствует о присвоении этих средств руководителем со злоупотреблением правами, принадлежащими ему как руководителю на распоряжение активами, что безусловно умаляет интересы должника и создает условия для причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств, подтверждающих, что денежные средства были использованы в интересах должника также не представлено.

 Как верно указано судом первой инстанции, поскольку ответчик в силу своего должностного положения обязан был не только обеспечить расходование снятых денежных средств на нужды должника, в том числе опосредованно через внесение в кассу, но и контролировать надлежащее и достоверное отражение операций по их расходованию главным бухгалтером,  следовательно он является лицом, ответственным за причинение обществу убытков в связи с отсутствием доказательств, опровергающих правомерность выбытия денежных средств из обладания должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Однако доказательства того, что юридическое лицо (должник) уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, контрагента), не представлено.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления и взыскании с ответчика в пользу должника убытков в размере 10 311 605 руб.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 июня 2022 года исполнение определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года приостановлено до принятия арбитражным судом апелляционной инстанции постановления по результатам рассмотрения апелляционной жалобы. Поскольку апелляционная жалоба рассмотрена, следовательно, отсутствуют основания для дальнейшего приостановления исполнения обжалуемого определения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 апреля 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков в рамках дела № А65-40151/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       Н.А. Мальцев

                                                                                                                      А.В. Машьянова