Арбитражный суд  Сахалинской области

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28,

http://sakhalin.arbitr.ru  

Именем  Российской  Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А59-6269/2019

г. Южно-Сахалинск

2 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 ноября 2019 года. Полный текст решения изготовлен 2 декабря 2019 года. 

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Киселева С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, секретарем ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Амурское» к Сахалинской таможне о признании незаконным заключения эксперта № 12410007/0014757 от 25.06.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019 и об изменении постановления от 03.10.2019 о назначении административного наказания по административному делу № 10707000-144/2019 в виде замены административного штрафа на предупреждение,

с участием:

от заявителя – представителя ФИО3  по доверенности  от  03.06.2019,

от административного органа – представителей ФИО4 по доверенности от 18.12.2018 № 05-16/17199, ФИО5 по доверенности от 18.12.2018 № 21-10/17153,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Амурское» (далее – общество, заявитель) обратилось в арбитражный суд с указанным заявлением к Сахалинской таможне (далее – таможня, таможенный орган), которое определением от 18.10.2019 принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу. 

В обоснование заявленного требования указано, что общество привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 16.19 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) за пользование (распоряжение) товарами в нарушение таможенной процедуры, выразившееся в передаче товара, помещенного под таможенную процедуру временного ввоза, в пользование иному лицу без разрешения таможенного органа. Не оспаривая по существу факт совершения вмененного правонарушения, заявитель отметил, что протокол от 12.04.2019 года об аресте товаров, транспортных средств и иных вещей по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019 был вынесен таможенным органом без наличия необходимых оснований, а также с нарушением процедуры ареста морского судна СРМТ «Матуа», установленной статьей 27.14 КоАП РФ. Так, наложение ареста не соответствовало определенным частью 1 статьи 27.1 КоАП РФ целям применения мер обеспечения производства по административному делу, поскольку на момент возбуждения административного производства (11.04.2019) судно СРМТ «Матуа» было выпущено для внутреннего потребления на территории ЕАЭС согласно решению Сахалинской таможни от 05.03.2019 по ДТ                                                    № 10707090/040319/0001286. Для обеспечения исполнения решения по административному делу общество платежным поручением № 208 внесло денежные средства в размере 6 647 478 рублей 50 копеек на счет таможенного органа за «оплату в счет возможного штрафа по делу об АП № 10707000-144/2019 в отношении ООО «Амурское»». Кроме того, арест предмета административного правонарушения осуществлялся без участия общества и его надлежащего уведомления. Также заявитель просит учесть, что заключение эксперта № 12410007/0014757 от 25.06.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019 было получено таможней с нарушением Федерального закона РФ от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». В частности, в нарушение статьи 4 данного Федерального закона в заключении эксперта нет данных о соответствии эксперта ЭКС - регионального филиала ЦЭКТ управления г. Владивосток ФИО6, выполнившего оценку СРМТ «Матуа», требованиям, предъявляемым к субъектам оценочной деятельности, а именно нет данных о наличии у эксперта квалификационного аттестата соответствующего направления оценочной деятельности, об образовании в области оценочной деятельности, о членстве в саморегулируемой организации оценщиков и об опыте в оценочной деятельности, о сдаче единого квалификационного экзамена по направлению «Оценка движимого имущества», о страховании ответственности при осуществлении оценочной деятельности. В нарушение статьи 11 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ, а также требований Федерального стандарта оценки (ФСО) № 1 «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки», Федерального стандарта оценки (ФСО) № 2 «Цель оценки и виды стоимости», Федерального стандарта оценки (ФСО) № 3 «Требования к отчету об оценке» и Федерального стандарта оценки (ФСО) № 10 «Оценка стоимости машин и оборудования» заключение эксперта                        № 12410007/0014757 от 25.06.2019 содержит ошибки при применении сравнительного подхода к определению стоимости объекта оценки, а именно: эксперт не применяет различные методы сравнительного подхода к определению стоимости объекта оценки; отсутствует обоснование выбора методов сравнительного подхода и описание применяемых методов оценки сравнительным подходом к определению стоимости объекта оценки; заключение не содержит оценку стоимости судна, рассчитанную с применением иных подходов к определению стоимости объекта оценки (затратный подход, доходный подход и т.д.). Принадлежность  должностного лица, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, и эксперта, производящего товароведческую экспертизу по делу, к одному региональному государственному органу Федеральной таможенной службы Российской Федерации ставит под сомнение объективность полученного заклания эксперта, что в силу части 3 статьи 26.2 КоАП РФ определяет невозможность его использования в качестве доказательства. В этой связи таможенным органом незаконно определена рыночная стоимость судна  СРМТ «Матуа» на рынке Российской Федерации по состоянию на 15.07.2018 в размере 38 321 104 рубля 39 копеек. Наряду с изложенным общество отмечает, что при вынесении оспариваемого постановления таможенным органом в отсутствие законных основании неправомерно отказано в применении положений статьи 4.1.1 КоАП РФ, а также признании совершенного правонарушения малозначительным.

До рассмотрения дела по существу общество заявило отказ от требования в части признания незаконным заключения эксперта № 12410007/0014757 от 25.06.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019, поскольку данный вопрос является предметом рассмотрения суда при оценке законности оспариваемого постановления. 

В судебном заседании представитель общества в остальной части требование поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и представленных письменных дополнениях.

Таможня в представленном отзыве, поддержанном ее представителями в судебном заседании, с заявленным требованием не согласилась и в его удовлетворении просила отказать, считая привлечение общества к административной ответственности и назначение ему наказания в виде штрафа, предусмотренного санкцией части 2 статьи 16.19 КоАП РФ, законным и обоснованным, что подтверждается материалами административного производства. 

Заслушав участников процесса и изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество создано  путем реорганизации в форме выделения и зарегистрировано в качестве юридического лица 31 октября  2016 года Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 1166501059185, при постановке на налоговый учет присвоен  ИНН 

<

***>. 

Основным видом экономической деятельности общества по данным ЕГРЮЛ являются рыболовство морское (код ОКВЭД 03.11).

Как видно из материалов дела, 20 апреля 2018 года генеральным директором ООО «Амурское» ФИО7 в Южно-Сахалинский таможенный пост в целях помещегния товара – морское рыболовецкое судно «Матуа», бывшее в эксплуатации, идентификационный номер ИМО 9178707, таможенная стоимость 6 647 478 рублей 502 копеек –  под таможенную процедуру временного ввоза (допуска) подана декларация на товары. Декларация зарегистрирована за № 10707090/200418/0004407. Товар фактически ввезен на таможенную территорию Евразийского экономического союза 23 апреля 2018 года, судно прибыло своим ходом из порта Пусан              (Республика Корея) в порт Холмск (РФ).

26 апреля 2018 года таможенным органом принято решение о выпуске товара в соответствии с заявленной таможенной процедурой с частичной уплатой ввозных таможенных пошлин/налогов, периодичностью один раз в три месяца.

5 марта 2019 года таможенная процедура временного ввоза (допуска) завершена помещением товара под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ № 10707090/040319/0001286.

Как следует из информации, предоставленной отделом противодействия коррупции Сахалинской таможни, после помещения рыболовного судна «Матуа» под таможенную процедуру временного ввоза (допуска) указанное судно было передано обществом по договору фрахтования № АМ/КУК-01/2018 от 19.04.2018 в ООО «Курильский Универсальный Комплекс» согласно акту приема-передачи от 15.07.2018, подписанному руководителями названных организаций.

Согласно информации, предоставленной Южно-Сахалинским таможенным постом, письменного уведомления о намерении передать в пользование СРТМ «Матуа» другому лицу от общества не поступало. Разрешения на передачу не выдавалось.

По результатам контрольных мероприятий таможня пришла к выводу, что, передав право пользования судном СРТМ «Матуа» по договору фрахтования  № АМ/КУК-01/2018 от 19.04.2018 в ООО «Курильский Универсальный Комплекс», общество нарушило требования статьи 222 Таможенного кодека Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС).

Данные обстоятельства явились поводом к возбуждению административного производства, в связи с чем, должностным лицом таможни вынесено определение от 11.04.2019 о возбуждении в отношении общества дела № 10707000-144/2019 об административном  правонарушении  по  части 2 статьи 16.19 КоАП РФ и проведении административного расследования, в рамках которого таможней применена мера обеспечения производства по делу в виде наложения ареста на СРТМ «Матуа» согласно протоколу от 12.04.2019.

Определением от 15.04.2015 по административному делу назначена товароведческая экспертиза по вопросу определения рыночной стоимости судна СРТМ «Матуа» на рынке Российской Федерации по состоянию на 15.07.2018, производство которой поручено экспертам ЭКС – региональный филиал ЦЭКТУ г. Владивосток.

По окончании административного расследования таможенный орган в отношении общества составил протокол № 10707000-144/2019 от 11.09.2019 об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 16.19 КоАП РФ.

По результатам рассмотрения материалов административного производства № 10707000-144/2019 заместитель начальника таможни постановлением от 03.10.2019  признал общество виновным в совершении вмененного административного правонарушения, назначив наказание с учетом положений  части 3.2 статьи 4.1  КоАП РФ в виде штрафа в размере  9 580 276 рублей 10 копеек.

Полагая, что указанное постановление в части назначенного наказания вынесено с нарушением действующего законодательства, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленного требования и возражений доказательства, суд находит заявление общества подлежащим удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с частью 6 статьи 210 АПК при рассмотрении дела об оспаривании решения о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность такого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи  210 АПК РФ).

Частью 2 статьи 16.19 КоАП РФ установлена административная ответственность за пользование или распоряжение товарами в нарушение таможенной процедуры, под которую они помещены, в том числе передача права использования таможенной процедуры посредством передачи в отношении товаров прав владения, пользования или распоряжения, если это допускается в соответствии с таможенной процедурой, другому лицу без разрешения таможенного органа, если такое разрешение обязательно.

Объектом правонарушения является порядок применения таможенных процедур.

Объективную сторону названного административного правонарушения образует противоправное деяние, выразившееся в пользовании и распоряжении товарами в нарушение таможенного режима, под который они помещены, в том числе передача права использования таможенного режима посредством передачи в отношении товаров прав, владения, пользования и распоряжения, если это допускается в соответствии с таможенным режимом, другому лицу без разрешения или письменного уведомления таможенного органа.

Под соблюдением таможенной процедуры следует понимать пользование и распоряжение товарами, помещенными под таможенную процедуру, с учетом запретов и ограничений, установленных ее правовой регламентацией, а также завершение действия таможенной процедуры предусмотренным способом.

Субъектом административного правонарушения может быть любое лицо, пользующееся или распоряжающееся товаром в нарушение требований и условий выбранной таможенной процедуры.

Пунктом 2 статьи 13 ТК ЕАЭС установлено, что владение, пользование и (или) распоряжение товарами на таможенной территории Союза или за ее пределами после их выпуска таможенным органом осуществляются в соответствии с таможенной процедурой, под которую помещены товары, или в порядке и на условиях, которые установлены для отдельных категорий товаров, подлежащих таможенному декларированию и (или) выпуску без помещения под таможенные процедуры.

В целях таможенного регулирования пунктом 2 статьи 127 ТК ЕАЭС в отношении товаров установлены виды таможенных процедур.

Содержание таможенных процедур и положения, регулирующие порядок применения таможенных процедур, включая условия помещения товаров под таможенные процедуры, условия и порядок использования товаров в соответствии с таможенными процедурами после их помещения под такие таможенные процедуры, порядок завершения, прекращения, приостановления и возобновления действия таможенных процедур, а также обстоятельства возникновения и прекращения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, срок и (или) особенности их исчисления и уплаты в отношении товаров, помещаемых (помещенных) под таможенные процедуры, либо товаров, полученных (образовавшихся), изготовленных (полученных) в рамках применения таможенных процедур, определяются соответствующими главами раздела IV ТК ЕАЭС, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, - Комиссией и (или) законодательством государств-членов о таможенном регулировании (пункт 4 статьи 127 ТК ЕАЭС).

Требования и условия пользования и (или) распоряжения товарами в рамках таможенной процедуры временного ввоза (допуска) определены положениями главы 29 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 219 ТК ЕАЭС таможенная процедура временного ввоза (допуска) – это таможенная процедура, применяемая в отношении иностранных товаров, в соответствии с которой такие товары временно находятся и используются на таможенной территории Союза при соблюдении условий помещения товаров под эту таможенную процедуру и их использования в соответствии с такой таможенной процедурой, с частичной уплатой ввозных таможенных пошлин, налогов и без уплаты специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин либо без уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов и без уплаты специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин. Товары, помещенные под таможенную процедуру временного ввоза (допуска), сохраняют статус иностранных товаров.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 220 ТК ЕАЭС одним из условий использования товаров в соответствии с таможенной процедурой временного ввоза (допуска) является соблюдение ограничений по владению и пользованию временно ввезенными товарами, установленных статьей 222 ТК ЕАЭС.

Пунктом 1 статьи 222 ТК ЕАЭС определено, что временно ввезенные товары должны оставаться в неизменном состоянии, кроме изменений вследствие естественного износа, а также изменений вследствие естественной убыли при нормальных условиях перевозки (транспортировки) и (или) хранения.

Допускается совершение с временно ввезенными товарами операций, необходимых для обеспечения их сохранности, включая ремонт (за исключением капитального ремонта, модернизации), техническое обслуживание и другие операции, необходимые для поддержания товаров в нормальном состоянии, при условии обеспечения идентификации товаров таможенным органом при завершении действия таможенной процедуры временного ввоза (допуска) в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 224 настоящего Кодекса.

Допускается проведение испытаний, исследований, тестирования, проверки, проведение опытов или экспериментов с временно ввезенными товарами либо их использование в ходе испытаний, исследований, тестирования, проверки, проведения опытов или экспериментов.

Согласно пункту 2 статьи 222 ТК ЕАЭС временно ввезенные товары должны находиться в фактическом владении и пользовании декларанта, за исключением случаев, когда допускается их передача во владение и пользование иным лицам в соответствии с пунктами 3 и 4 данной статьи.

На основании пункта 3 статьи 222 ТК ЕАЭС допускается передача декларантом во владение и пользование иным лицам без разрешения таможенного органа:

1) временно ввезенной многооборотной (возвратной) тары, предназначенной для упаковки и защиты товаров, ввезенных на таможенную территорию Союза;

2) временно ввезенных товаров в целях их технического обслуживания, ремонта (за исключением капитального ремонта, модернизации), хранения, перевозки (транспортировки);

3) временно ввезенных товаров в целях проведения испытаний, исследований, тестирования, проверки, опытов или экспериментов;

4) временно ввезенных товаров в иных целях в случаях, определяемых Комиссией и (или) предусмотренных международными договорами государств-членов с третьей стороной.

В иных случаях, чем установленные пунктом 3 указанной статьи, передача декларантом временно ввезенных товаров во владение и пользование иным лицам допускается с разрешения таможенного органа либо в случаях, в порядке и сроки, которые определяются Комиссией, - после уведомления таможенного органа (пункт 4 статьи 222 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 5 статьи 222 ТК ЕАЭС в целях получения разрешения таможенного органа на передачу временно ввезенных товаров во владение и пользование иным лицам декларант этих товаров подает таможенному органу, в котором производилось их помещение под таможенную процедуру, заявление с указанием в нем причины передачи временно ввезенных товаров другому лицу и сведения об этом лице.

Передача временно ввезенных товаров во владение и пользование иным лицам не освобождает декларанта этих товаров от соблюдения иных условий использования товаров в соответствии с таможенной процедурой временного ввоза (допуска), установленных главой 29, а также не приостанавливает и не продлевает срока временного ввоза (пункт 5 статьи 222 ТК ЕАЭС).

Товары, определенные Комиссией в соответствии с пунктом 3 статьи 219 ТК ЕАЭС и (или) предусмотренные международными договорами государств-членов с третьей стороной, в отношении которых таможенная процедура временного ввоза (допуска) применяется без уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов, используются в пределах таможенной территории Союза, если иное не определено Комиссией (пункт 6 статьи 222 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 8 статьи 222 ТК ЕАЭС допускается использование временно ввезенных товаров, являющихся транспортными средствами, за пределами таможенной территории Союза, если они используются в качестве транспортных средств международной перевозки и к ним применяются положения главы 38 названного Кодекса.

При использовании временно ввезенных товаров, являющихся транспортными средствами, за пределами таможенной территории Союза в отношении таких товаров допускается совершение операций, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 277 ТК ЕАЭС.

Совершение операций, не предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 277 ТК ЕАЭС, допускается в соответствии с пунктом 4 статьи 277 данного Кодекса.

Использование временно ввезенных товаров, являющихся транспортными средствами, в качестве транспортных средств международной перевозки за пределами таможенной территории Союза не прекращает и не приостанавливает действия таможенной процедуры временного ввоза (допуска).

Таким образом, из системного анализа указанных норм следует, что товары, помещенные под таможенную процедуру временного  ввоза (допуска)  должны находиться в фактическом владении и пользовании декларанта, а также могут передаваться в пользование иному лицу с разрешения таможенного органа.

Из материалов дела следует и заявителем по существу не оспаривается, что при декларировании товара (СРТМ «Матуа») по ДТ                                                       № 10707090/200418/0004407 общество обратилось в Южно-Сахалинский таможенный пост с заявлением  от 20.04.2018 с просьбой выдать разрешение на помещение товара под таможенную процедуру временного ввоза (допуска) сроком до 31.12.2018, с уплатой таможенных пошлин и налогов один раз в три месяца.

26 апреля 2018 года товар выпущен в соответствии с заявленной декларантом таможенной процедурой временного ввоза (допуска) с частичной уплатой таможенных пошлин один раз в три месяца. 

После помещения рыболовного СРТМ «Матуа» под таможенную процедуру временного ввоза (допуска) указанное судно было передано ООО «Амурское» по договору фрахтования № АМ/КУК-01/2018 от 19.04.2018 в ООО «Курильский Универсальный Комплекс» на период с 15.07.2018 по 31.12.2018 согласно актам приема-передачи от 15.07.2018 и от 31.12.2018, подписанным руководителями названных организаций.

Однако письменного уведомления (заявления) о намерении передать указанный временно ввезенный товар в пользование другому лицу от общества в таможенный орган не поступало. Разрешения на передачу товара не выдавалось.

Таким образом,  общество распорядилось (передало в пользование) СРТМ «Матуа», помещенное под таможенную процедуру  временного ввоза (допуска), иному лицу (ООО «Курильский Универсальный Комплекс») в нарушение требований статьи 222 ТК ЕАЭС, а именно, без разрешения таможенного органа.

Указанное нарушение подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе: протоколом об административном правонарушении  № 10707000-144/2019 от 11.09.2019; объяснениями защитника общества от 19.09.2019; протоколом опроса свидетеля ФИО8; протоколом опроса свидетеля ФИО9; протоколом опроса свидетеля ФИО10; договором фрахтования № АМ/КУК-01/2018 от 19.04.2018; актами приема-передачи от 15.07.2018, от 31.12.2018; ДТ                            № 10707090/200418/0004407; ДТ № 10707090/040319/0001286 и другими материалами административного производства, а также признано обществом.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства и собранные по делу доказательства, суд соглашается с выводами таможни о наличии в действиях общества признаков административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 16.19 КоАП РФ, выразившегося в передачи прав пользования товаром, помещенным под таможенную процедуру временного ввоза (допуска), иному лицу без разрешения таможенного органа.

В соответствии с частью 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Согласно данной формулировке вины субъекты административного производства не лишены возможности доказывать, что нарушение обязательных правил и норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для соответствующих отношений препятствиями, находящимися вне их контроля, при том, что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения законодательно установленных правил (норм), и что с их стороны к этому были приняты все меры.

Следовательно, сделать выводы о невиновности юридического лица возможно только при наличии объективно непредотвратимых обстоятельств либо непредвиденных препятствий, находящихся вне контроля данного лица.

Исследовав и оценив материалы дела с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суд не установил объективных причин, препятствовавших соблюдению  ограничения по владению и пользованию временного ввезенными товарами, установленного статьей 222 ТК ЕАЭС, за нарушение которого общество привлечено к административной ответственности. 

Вступая в правоотношения, регулируемые таможенным законодательством, общество должно было в силу публичной известности и доступности не только знать о существовании обязанностей, вытекающих из таможенного законодательства, но и обеспечить их выполнение, то есть использовать все необходимые меры для недопущения события противоправного деяния при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в целях надлежащего исполнения своих обязанностей и требований закона. 

Однако установленный факт правонарушения свидетельствует о том, что обществом не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению норм и правил, регулирующих данные правоотношения, а, следовательно, о наличии вины в противоправных действиях заявителя.

Довод общества о том, что нарушение таможенного законодательства произошло в  связи с тем, что агент ООО «Агент-Флот», принявший на себя обязательства по таможенному оформлению ввоза СРТМ «Матуа», не сообщил обществу об ограничениях в распоряжении и пользовании временно ввезенным товаром, отклоняется судом как несостоятельный и неисключающий возложенную на заявителя обязанность по соблюдению установленных законом ограничений, поскольку согласно статье 132 ТК ЕАЭС обязанность по соблюдению условий использования товаров в соответствии с заявленной таможенной процедурой, подлежащих соблюдению после помещения товаров под таможенную процедуру, возлагается на декларанта.

При этом заключение договора агентирования и транспортно-экспедиционного обслуживания морских судов от 16.04.2018 № 18/7 не может подменять требования таможенного законодательства, является предпринимательским риском общества в осуществляемой хозяйственной деятельности. 

Доказательства, исключающие возможность обществу соблюсти правила, за нарушение которых частью 2 статьи 16.19 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, материалы дела не содержат.

Имеющиеся в материалах дела доказательства суд в соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ и статьей 71 АПК РФ находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными в своей совокупности для признания общества виновным в совершении вмененного административного правонарушения.

Таким образом, факт правонарушения и вина общества являются доказанными.

В ходе проверки соблюдения таможенным органом процессуальных требований административного производства, сроков давности привлечения к административной ответственности, существенных нарушений не выявлено. Возбуждение административного производства, составление протокола об административном правонарушении и вынесение в отношении общества постановления о назначении административного наказания осуществлено уполномоченными должностными лицами с соблюдением предоставляемых привлекаемому к ответственности лицу административным законодательством прав. 

При осуществлении указанных процессуальных мероприятий общество не лишено было возможности ознакомиться с материалами административного дела, квалифицированно возражать по существу вмененного нарушения, предоставлять объяснения и доказательства в обоснование и подтверждение своих доводов.

Оспариваемое постановление содержит все необходимые сведения, предусмотренные статьей 29.10 КоАП РФ, в том числе установленные в ходе административного производства обстоятельства и мотивированное решение таможни со ссылкой на статью вмененного административного правонарушения, что позволяет объективно оценить событие противоправного действия общества. 

Доводы заявителя о незаконности произведенного таможней ареста судна, явившегося предметом административного правонарушения, судом не принимаются ввиду ошибочного толкования административного законодательства.

Санкцией части 2 статьи 16.19 КоАП РФ предусмотрено административное наказание в виде наложения административного штрафа на юридических лиц от одной второй до двукратного размера стоимости товаров, явившихся предметами административного правонарушения, с их конфискацией или без таковой либо конфискации предметов административного правонарушения.

На основании пункта 8 части 1 статьи 27.1 КоАП РФ арест товаров, транспортных средств и иных вещей как мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении может быть применена в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления.

По правилам части 1 статьи 27.14 КоАП РФ арест товаров, транспортных средств и иных вещей, явившихся орудиями совершения или предметами административного правонарушения, заключается в составлении описи указанных товаров, транспортных средств и иных вещей с объявлением лицу, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении, либо его законному представителю о запрете распоряжаться (а в случае необходимости и пользоваться) ими и применяется в случае, если указанные товары, транспортные средства и иные вещи изъять невозможно и (или) их сохранность может быть обеспечена без изъятия. Товары, транспортные средства и иные вещи, на которые наложен арест, могут быть переданы на ответственное хранение иным лицам, назначенным должностным лицом, наложившим арест.

Согласно части 2 статьи 27.14 КоАП РФ арест товаров, транспортных средств и иных вещей осуществляется должностными лицами, указанными в статье 27.3, части 2 статьи 28.3 названного Кодекса, в присутствии владельца вещей и двух понятых либо с применением видеозаписи. В случаях, не терпящих отлагательства, арест вещей может быть осуществлен в отсутствие их владельца.

Об аресте товаров, транспортных средств и иных вещей составляется протокол (часть 4 статьи 27.14 КоАП РФ).

По смыслу приведенных норм права та или иная мера обеспечения избирается уполномоченным лицом не произвольно, а при наличии достаточных оснований считать ее необходимой и соразмерной задачам административного производства.

Как следует из материалов административного производства, 12 апреля 2019 года старшим уполномоченным по особо важным делам отдела административных расследований ФИО11 в присутствии капитана судна, двух понятых, с применением средств фотосъемки был произведен арест судна СРТМ «Матуа», о чем составлен соответствующий процессуальный документ.

В протоколе о наложении ареста на судно в качестве законного представителя указан капитан судна ФИО9, который в соответствии со статьей 71 Кодекса торгового мореплавания РФ в силу своего служебного положения признается представителем судовладельца и грузовладельца, если на месте нет иных представителей судовладельца или грузовладельца.

Поскольку согласно прямому указанию части 2 статьи 27.14 КоАП РФ арест вещей может осуществляться в отсутствие их владельца, а капитан судна в силу действующего законодательства рассматриваться как законный представитель судовладельца, то суд не усматривает процессуальных нарушений в действиях таможни при наложении ареста на СРТМ «Матуа».

Учитывая, что таможенным органам предоставлено право рассматривать дела об административных правонарушениях по части 2 статьи 16.19 КоАП РФ, а также принимая во внимание предусмотренные данной нормой виды административных наказаний (в том числе конфискация предмета административного правонарушения), то суд также признает, что мера обеспечения в виде ареста правомерно применена в целях обеспечения своевременного и правильного рассмотрения административного дела и исполнения принятого по делу постановления.

В этой связи таможней соблюдены установленные КоАП РФ основания для применения ареста судна СРТМ «Матуа».

Доводы общества о том, что экспертное заключение, в соответствии с которым определен размер штрафа за вмененное правонарушение, является ненадлежащим и недопустимым доказательством по делу, суд отклоняет в силу следующего.

Согласно части 2 статьи 27.11 КоАП РФ стоимость изъятых вещей определяется на основании государственных регулируемых цен в случае, если таковые установлены. В остальных случаях стоимость таких вещей определяется на основании их рыночной стоимости. В случае необходимости стоимость изъятых вещей определяется на основании заключения эксперта.

Поскольку ввезенный товар (судно СРТМ «Матуа»), явившийся предметом административного правонарушения, не включен ни в один из нормативных актов, устанавливающих перечень товаров и услуг, в отношении которых осуществляется государственное регулирование цен и тарифов, то его стоимость подлежала определению в соответствии с частью 2 статьи 27.11 КоАП РФ посредством назначения экспертизы.

Требования к форме и содержанию экспертного заключения, оформляемого в рамках производства по делу об административном правонарушении, содержатся в статье 26.4 КоАП РФ и Федеральном законе от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Представленное в материалы дела заключение № 12410007/0014757 от 25.06.2019 эксперта Экспертно-криминалистической службы - регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления г. Владивосток ФИО6 по форме и содержанию соответствует вышеназванным нормативным требованиям.

Заключение эксперта содержит все необходимые реквизиты, в том числе: отметку о предупреждении эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; основания для проведения экспертизы; вопросы, поставленные перед экспертом; данные о нормативном обосновании и методологии проводимого исследования; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований; обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам, что соответствует требованиям КоАП РФ и Закона № 73-ФЗ.

Выводы эксперта исключают двусмысленное толкование результатов проведенной оценки объекта.

Утверждения общества об отсутствии у эксперта соответствующего профильного образования является необоснованными и противоречат материалам дела, поскольку из доказательств по делу следует, что эксперт ФИО6 имеет экспертную специальность – судебные экспертизы технических объектов (товаров) и транспортных средств, экспертное свидетельство № 000204, стаж экспертной работы 21 год. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие личную, прямую или косвенную заинтересованность эксперта, проводившего товароведческую экспертизу, в исходе данного дела, в связи с чем доводы заявителя относительно косвенной служебной заинтересованности эксперта подлежат отклонению.

Также не принимаются судом ссылки заявителя на проведение экспертизы с нарушением требований Федерального закона РФ от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», поскольку к отношениям, возникающим при осуществлении государственной судебно-экспертной деятельности, положения названного Закона не применяются. В этой связи эксперты ЭКС - филиала ЦЭКТУ в г. Владивостоке в своей деятельности правомерно руководствуются положениями Закона № 73-ФЗ. 

Выводы, изложенные в представленной обществом рецензии от 12.08.2019 на заключение эксперта, не могут быть приняты как имеющие доказательственную силу при рассмотрении настоящего спора, поскольку подготовивший рецензию специалист не был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что предполагает возможность для дачи заключения с сомнительными выводами.

Более того, определение в законе обязанностей таможенного эксперта и его ответственности направлены на обеспечение достоверности и объективности заключения эксперта как одного из источников доказательств с учетом того, что оно формируется лицом, обладающим специальными познаниями, уровень профессиональной подготовки которого, применяемые им методы исследования и изготовления текста заключения в письменном виде должны исключать возможность искажения результатов экспертных исследований.

Само по себе несогласие общества с результатами экспертизы и с выбранными экспертом методами не является доказательством недостоверности заключения эксперта.

Следовательно, находящееся в материалах административного производства заключение эксперта от 25.06.2019 является относимым и допустимым доказательством. 

Оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ суд не усматривает.

Данной нормой предусмотрено, что при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, административное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Как разъяснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 18 Постановления от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», при квалификации правонарушения в качестве малозначительного необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Учитывая изложенное, категория малозначительности относится к числу оценочных.

Суд, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ совокупность представленных доказательств с учетом конкретных обстоятельств дела и приняв во внимание характер охраняемых государством общественных отношений, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания вмененного обществу правонарушения малозначительным.

В рассматриваемом случае существенная угроза охраняемым общественным отношениям выражается не в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, а в пренебрежительном отношении общества к исполнению своих публичных правовых обязанностей, к формальным требованиям публичного права, поскольку установленная обязанность заявителем исполнялась недобросовестно, ненадлежащим образом. Совершенное обществом правонарушение посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере таможенного дела.

Доказательств наличия исключительного случая, при котором совершенное обществом правонарушение может быть признано малозначительным, материалы дела не содержат.

Учитывая изложенное, применение положений статьи 2.9 КоАП РФ и освобождение общества от административной ответственности не оправдает установленной законом цели административного наказания (статья 3.1 КоАП РФ).

Проверив порядок определения размера наказания при вынесении оспариваемого постановления, судом установлено, в качестве обстоятельств, имеющий значение по административному делу, таможней учтены финансовое положение общества и характер вмененного правонарушения, в связи с чем применены положения части 3.2 статьи 4.1 КоАП РФ и назначено наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера санкции по части 2 статьи 16.19 КоАП РФ, а именно 9 580 276 рублей 10 копеек.

При этом размер административного штрафа определен таможенным органом на основании заключения эксперта № 12410007/0014757 от 25.06.2019, которым установлено, что рыночная стоимость рыболовного судна «Матуа» (номер ИМО 9178707), на рынке Российской Федерации по состоянию на 15.07.2018 составляла 38 321 104 рублей 39 копеек.

Между тем, назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний, а также ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Согласно части 1 статьи 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с названным Кодексом.

При назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (часть 3 статья 4.1 КоАП РФ).

Частью 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ установлено, что являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 указанного Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 данной статьи.

Частью 2 названной нормы определено, что административное наказание в виде административного штрафа не подлежит замене на предупреждение в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного статьями 13.15, 14.31 - 14.33, 19.3, 19.5, 19.5.1, 19.6, 19.8 - 19.8.2, 19.23, частями 2 и 3 статьи 19.27, статьями 19.28, 19.29, 19.30, 19.33 КоАП РФ.

В силу части 2 статьи 3.4 КоАП РФ предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Согласно сведениям из Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства, размещенным на официальном сайте Федеральной налоговой службы, общество является субъектом малого и среднего предпринимательства, относится к категории – микропредприятие.

Как следует из материалов дела и не оспаривается таможней, общество ранее к административной ответственности не привлекалось. 

Доказательств причинения вреда совершенным административным правонарушением или наличия реальной угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, причинению имущественного ущерба, в  материалах дела не имеется. 

Содержащийся в оспариваемом постановлении вывод таможни об отсутствии совокупности обстоятельств, указанных в части 2 статьи 3.4 КоАП РФ, является необоснованным и декларативным, а, следовательно, не мог быть положен в обоснование неприменения статьи 4.1.1 названного Кодекса.

Поскольку предусмотренный частью 2 статьи 3.4 КоАП РФ перечень условий для назначения наказания в виде предупреждения является закрытым и не подлежит расширительному толкованию, то суд также отклоняет как не имеющий правового значения довод таможни о том, что совершенное правонарушение посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере таможенного дела.

Аналогично суд не принимает довод таможни в представленном отзыве, что нарушение обществом требований таможенного законодательства создало невозможным реализацию таможенным органом возложенных на него функций по таможенному контролю в отношении условно выпущенных в соответствии с таможенной процедурой временного ввоза (допуска) товаров, тем самым создало угрозу причинения вреда экономической безопасности государства. Данные утверждения, как и вывод таможни в оспариваемом постановлении относительно статьи 4.1.1 КоАП РФ, основан на предположениях и не подтверждается какими-либо доказательствами. Доказательств того, что таможня была лишена или ограничена в применение какой-либо формы таможенного контроля (статья 322 ТК ЕАЭС) в отношении товара в период таможенной процедуры временного ввоза (допуска), материалы дела не содержат. В любом случае характер владения и пользования таким товаром мог быть установлен через декларанта (общество). 

В целом  факт передачи судна, помещенного под таможенную процедуру временного ввоза, в пользование иному лицу, в отсутствие на то разрешения таможенного органа, с учетом конкретных обстоятельств дела не свидетельствует о наличии угрозы безопасности государства, в том смысле, который заложен данному понятию в статье 4.1.1 КоАП РФ.

Делая указанный вывод, суд учитывает, что негативных последствий совершенное обществом правонарушение не повлекло, поскольку товар, переданный в пользование сторонней организации, возвращен декларанту в неизменном состоянии и в условиях обеспечения идентификации товара таможенным органом при завершении действия таможенной процедуры временного ввоза (допуска). Допущенное нарушение также не повлекло препятствий для помещения товара под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ № 10707090/040319/0001286. Немаловажен и тот факт, что в рамках таможенной процедуры выпуска для внутреннего потребления таможенная стоимость судна увеличилась до 10 331 807 рублей 12 копеек, в связи с чем, произведенные улучшения в отношения товара повлекли уплату таможенных платежей в бюджетную систему в большем размере.

Причинение какого-либо имущественного вреда, в том числе в виде неуплаты/недоплаты обществом причитающихся таможенных пошлин, налогов, сборов и компенсационных платежей (пеней, процентов), из материалов дела не установлено. Напротив, представитель общества в судебном заседании указал и таможней не опровергнуто, что все предусмотренные таможенным законодательством таможенные платежи в отношении рассматриваемого судна СРТМ «Матуа» были уплачены декларантом в полном объеме. 

Значительная стоимость товара, пользование которым осуществлено в нарушение таможенной процедуры, сама по себе не может исключать возможность замены административного штрафа на предупреждение на основании статьи 4.1.1 КоАП РФ, поскольку применение положений указанной нормы не поставлено в зависимость от стоимости предмета административного правонарушения. 

Таким образом, с учетом взаимосвязанных положений части 2 статьи 3.4 и части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, суд считает возможным заменить назначенный административный штраф на предупреждение, поскольку материалами дела подтверждается наличие соответствующих условий, а именно: общество отнесено к категории субъектов малого предпринимательства, привлечено к ответственности за впервые совершенное административное правонарушение при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Учитывая установленные обстоятельства и характер совершенного правонарушения, применение меры административного наказания в виде штрафа в размере 9 580 276 рублей 10 копеек для организации, имеющей статус микропредприятия, будет носить неоправданно карательный характер, не соответствующий тяжести правонарушения и степени вины лица, привлеченного к ответственности.

В рассматриваемом случае применение административного наказания в виде предупреждения отвечает общим конституционным принципам справедливости наказания, его индивидуализации, соразмерности конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, разумности и является достаточным для реализации превентивного характера мер административной ответственности.

Возможность применения положений статьи 4.1.1 КоАП РФ при схожих административных деяниях также подтверждается существующей судебной практикой, в частности: постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018 по делу № А71-3019/2018 и от 18.07.2019 по делу № А50-6395/2019, постановлениями Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2018 по делу № А32-39241/2017 и от 13.08.2019 по делу № А53-14086/2019.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 16 Постановления от 27.01.2003  № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» определение судом конкретной меры ответственности для нарушителя (в частности, размера штрафа) является его правом, реализуемым с учетом фактических обстоятельств конкретного дела.

В соответствии с пунктом 16 данного Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности суд при наличии соответствующих оснований вправе принять решение об изменении оспариваемого решения административного органа (часть 2 статьи 211 АПК РФ, часть 1 статьи 30.7 КоАП РФ).

С учетом  изложенного суд приходит к выводу, что назначенное обществу административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение.

При таких обстоятельствах и согласно части 2 статьи 211 АПК РФ оспариваемое обществом постановление от 03.10.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019 подлежит изменению в части назначения наказания.

Иные доводы участвующих в деле лиц на исход по настоящему делу не влияют.

Нарушение срока обжалования постановления в суд со стороны общества не выявлено.

Как указывалось выше, до рассмотрения дела по существу общество заявило отказ от требования в части оспаривания заключения эксперта              № 12410007/0014757 от 25.06.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019.

В силу статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия решения арбитражным судом отказаться от иска полностью или частично, а суд принимает отказ, если он не противоречит закону и иным правовым актам и не нарушает права других лиц. 

Принимая во внимание, что данный отказ от части заявленных требований не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, суд принимает его.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 АПК РФ производство по делу подлежит прекращению, если заявитель отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Из материалов дела также следует, что обществом в рамках судебного процесса было дважды подано заявление о принятии обеспечительных мер и для рассмотрения которых уплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей по чеку-ордеру ПАО «Сбербанк» (Приморское отделение № 8635/141) от 11.10.2019 и в размере 3 000 рублей по чеку-ордеру ПАО «Сбербанк» (ОСБ 8635, банкомат 048983) от 01.11.2019.

Учитывая, что испрашиваемые обществом обеспечительные меры (о разрешении пользоваться судном СРТМ «Матуа», в том числе осуществлять выход за пределы таможенной территории ЕАЭС) не связаны с заявленным требованием об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности и в их удовлетворении суд определениями от 18.10.2019, от 11.11.2019 отказал, то указанная госпошлина не подлежит возврату и относится на общества.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 150, 167-170, 176 и 211 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Постановление Сахалинской таможни от 03.10.2019 по делу № 10707000-144/2019 об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 16.19 КоАП РФ, вынесенное в отношении общества с ограниченной ответственностью «Амурское», изменить в части назначения административного наказания, заменив административный штраф в размере 9 580 276 рублей 10 копеек на предупреждение.

Принять отказ общества с ограниченной ответственностью «Амурское» от требования в части оспаривания заключения эксперта № 12410007/0014757 от 25.06.2019 по делу об административном правонарушении № 10707000-144/2019. Производство по делу в данной части прекратить.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в десятидневный срок со дня его принятия. 

Судья                                                                                                        С.А. Киселев