120/2020-93525(1) 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу

Дело № А65-15205/2019

г. Самара

10 ноября 2020 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 03 ноября 2020 года   Постановление в полном объеме изготовлено 10 ноября 2020 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Серовой Е.А.,  

судей Садило Г.М., Селиверстовой Н.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о  месте и времени судебного разбирательства  

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 2  апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2  

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28 августа 2020 года, об  

отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной  в рамках дела № А65-15205/2019  

О несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 июля 2019 года  принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Частное  Охранное Предприятие «Кеннард», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  о признании ФИО3, ИНН 

<

***>, несостоятельным  (банкротом).  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2019 гражданин  ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура  реализации имущества гражданина.  

Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2.  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 177 (6657) от  28.09.2019г.  

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового  управляющего ФИО2 (с учетом уточнения) о признании  сделки недействительной.  

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 51  АПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  

относительно предмета спора, привлечены: конкурсный управляющий ООО «ЗПМК Даль  -Кама» Латыпова Елена Евгеньевна; Тадтаев Эдуард Теймуразович; Ван Чжэньсинь.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28 августа 2020 года  отказано в удовлетворении заявленных требований.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение  Арбитражного суда Республики Татарстан 28 августа 2020 года.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

 От ФИО7 поступил отзыв, в котором возражает против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

От ООО «ЧОП Кеннард» поступил отзыв, в котором поддерживает доводы  апелляционной жалобы.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном  акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для  отмены определения суда первой инстанции, в связи со следующим.  

Из материалов дела следует, 14.02.2018 между ФИО3  (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор № 1  купли - продажи транспортного средства, в соответствии с условиями которого продавец  продал, а покупатель купил автомобиль LEXUS LX 570; 2009 года выпуска; цвет черный;  VIN: 

<

***>; № двигателя 3UR 3055327; ПТС 16 ОУ 199020 (т. 1, л.д. 22,  46). Цена автомобиля определена сторонами в договоре в 1 700 000 руб.  

Согласно представленной расписке от 14.02.2018, денежные средства за проданный  автомобиль продавец ФИО3 от покупателя ФИО8 получил в полном  объеме (т. 1, л.д. 45).  

Полагая, что указанная сделка недействительна по основаниям п. 1 и п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ, финансовый управляющий обратился с настоящим  заявлением в суд.  

В силу п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или  другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная  стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного  исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  

исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств.  

Оспариваемая сделка совершена должником 14.02.2018, т.е. в срок более одного  года до принятия заявления о признании банкротом (08.07.2019), следовательно, не может  быть оспорена по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как указано в п. 5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  

Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление  Пленума № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Обосновывая свою позицию о наличии признаков неплатежеспособности заявитель  жалобы указал, что на момент заключения договора купли-продажи автотранспортного  средства (LEXUS LX 570, 2009 года выпуска; цвет черный, VIN: 

<

***>, №  двигателя 3UR 3055327, ПТС 16 ОУ 199020, выдан 06.02.2018 г., ОГИБДД ОМВД России  по Зеленодольскому району РТ г. Зеленодольск) от 14.02.2018г., заключенного между  ФИО3 и ФИО8 должник  ФИО3 был осведомлен о наличии у ООО «ЗМПК «Даль-Кама» задолженности  по договору об открытии кредитной линии № 07/17-1КБ-ЛВ от 08.02.2017г. в сумме 128,4  млн. рублей, а также о том, что к нему, как к поручителю могут быть предъявлены  требования об оплате задолженности основного должника ООО «ЗМПК «Даль-Кама».  ФИО3 помимо того, что являлся поручителем по обязательствам ООО «ЗМПК  «Даль-Кама», также и являлся единственным учредителем ООО «ЗМПК «Даль- Кама»Должником также велись переговоры с ООО «Банк «Аверс», как контролирующим  должника лицом ООО «ЗМПК «Даль-Кама» в части принятия решения по отсрочке  применения мер воздействия в отношении ООО «ЗМПК «Даль-Кама» и согласовании  реструктуризации договора № 07/17-1КБ-ЛВ от 08.02.2017г.  

Наличие налоговой и иной задолженности перед иными независимыми  кредиторами у ООО «Зеленодольский мясоперерабатывающий комбинат «Даль-Кама»  образовалось в 2016 - 2017г.г. При этом, как следует из переписки с ООО Банк «Аверс»,  данный факт не остался незамеченным банком (т.е. фактически независимым  кредитором), и тем более был известен единственному учредителю общества —  ФИО3  

Более того, кризисная ситуация, как правило, возникает не одномоментно, ей  предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию  объективного банкротства. ФИО3, являющийся учредителем общества, не  представил доказательств того, что в преддверии банкротства ООО «Зеленодольский  мясоперерабатывающий комбинат «Даль-Кама» имелась реальная возможность  исполнения им кредитных обязательств, которая была утрачена в относительно короткий  промежуток времени.  

Вместе с тем, осведомленность должника о том, что у него имеются  неисполненные обязательства не свидетельствует об осведомленности другой стороны  сделки, в данном случае осведомленность ответчика ФИО8  

При этом как следует из материалов, основанием для признания должника  банкротом послужила задолженность, подтвержденная решением Ново-Савиновского  районного суда г. Казани РТ от 15.02.2019 по делу № 2-39/19.  

В ходе рассмотрения указанного обособленного спора установлено, что  задолженность определена истцом на 05.07.2018, тогда как оспариваемая сделка  заключена 14.02.2018.  

Кроме того, задолженность возникла в связи с неисполнением заемщиком ООО  «Зеленодольский мясоперерабатывающий комбинат «Даль - Кама» условий кредитных  договоров, в обеспечение исполнения которых были заключены договоры поручительства  с ФИО3. Согласно условиям кредитных договоров № 72/16-1КБ- ЛВ от 01.07.2016, № 73/16-1КБ-ЛВ от 01.07.2016, № 07/17-1КБ-ЛВ от 08.02.2017 и  дополнительных соглашений к ним, сроком возврата кредитных денежных средств  являются 29.06.2018, 30.06.2021 и 30.06.2021.  

Таким образом, на дату заключения оспариваемой сделки 14.02.2018 сроки  возврата ООО «Зеленодольский мясоперерабатывающий комбинат «Даль - Кама»  денежных средств не наступили.  

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, в силу абзаца первого  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки  знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов,  

если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции  являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств.  

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к  должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители,  дети, сестры и братья супруга.  

Доказательств заинтересованности ответчика по отношению к должнику не  представлено.  

Доказательств, подтверждающих осведомленность ответчика о совершении сделки  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, либо об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника, материалы дела не содержат.  

Доказательств, подтверждающих наличие у сторон сделки цели причинить вред  имущественным правам кредиторов либо факт причинения вреда кредиторам также не  представлено.  

Согласно п. 9 Постановления Пленума № 63 если подозрительная сделка с  неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но  не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может  быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6  

настоящего постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Доводы финансового управляющего об отсутствии доказательств получения  должником встречного исполнения правомерно отклонены судом первой инстанции как  несостоятельные.  

Представленная расписка от 14.02.2018, подтверждает получение должником от  ответчика денежных средств в размере 1 700 000 руб.  

Кроме того, ответчиком подтверждено наличие финансовой возможности оплатить  1 700 000 руб. по оспариваемому договору.  

Согласно договора займа от 06.02.2018, ФИО6 представил ФИО8 денежные средства в займ на сумму 1 900 000 руб. на срок до 31.12.2018  (т. 1, л.д. 44; т. 6, л.д. 87).  

В обоснование финансовой возможности предоставить займ третье лицо ФИО6 представил договоры купли - продажи имущества на общую сумму 1 950 000  руб. Указанные договоры зарегистрированы в соответствующем порядке.  

Кроме того, согласно ведомости остатков по счетам ФИО6, за период с  30.06.2017 по 18.02.2018 на счетах данного лица имелись денежные средства в сумме  более 10 000 000 руб. (т. 6, л.д. 94).  

Согласно истребованным судом сведениям из налоговых органов, а именно исходя  из справки о доходах ФИО6 по форме 2-НДФЛ за 2018 г., его доход в 2018 г.  составил 117 188,71 руб. (т. 6, л.д. 78-80, 84).  

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во  внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное  

значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с  другими условиями и смыслом договора в целом.  

Учитывая, что договор купли-продажи от 14.02.2018 содержит сведения о  получении денежных средств продавцом от покупателя в полном объеме в счет оплаты  стоимости имущества, довод о том, что ФИО8 не оплатил стоимость автомобиля  правомерно признан судом первой инстанции несостоятельным.  

Согласно условиям договора, стоимость транспортного средства оценена  сторонами в размере 1 700 000 руб. Доказательств, подтверждающих иную стоимость  транспортного средства материалы дела не содержат.  

Представленные объявления из сети Интернет правомерно не приняты судом  первой инстанции во внимание, поскольку датированы спустя значительное время после  совершении оспариваемой сделки (14.02.2018). Более того, указанные объявления не  содержат информации об идентичности технических характеристик со спорным  транспортным средством.  

Согласно представленному в материалы дела ответчиком отчету № 520/1-А от  20.03.2020 об оценке рыночной стоимости автомобиля LEXUS LX 570; 2009 года выпуска;  цвет черный; VIN: 

<

***>, на дату 22.05.2018, выполненный ООО «ЭБОС»  (т. 5, л.д. 6-49), стоимость спорного автомобиля LEXUS LX 570 составляла 1 697 300 руб.  

Как верно указано судом первой инстанции, несогласие с данным отчетом и ссылка  на не проведение осмотра автомобиля не свидетельствуют о неправомерности и  необоснованности содержащихся в нем выводов. Само по себе не проведение осмотра  оцениваемого автомобиля в рассматриваемом случае с учетом: наличия у проводившего  оценку эксперта соответствующей квалификации, опыта работы в оценочной  деятельности, образования; указания на ретроспективный характер оценки; выбор  моделей - аналогов с последующей корректировкой по вышеуказанным параметрам  рыночной стоимости спорного автомобиля; не препятствует суду расценивать выводы,  изложенные в отчете, как достоверные.  

Доказательств недостоверности данных, отраженных в отчете не представлено. 

Следовательно, стоимость транспортного средства, указанная в договоре  соответствует рыночной на дату 14.02.2018.  

Ходатайство о назначении экспертизы либо о фальсификации представленных  доказательств лицами, участвующими в деле не заявлялось.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу  об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего по основаниям п. 2 ст.  61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, данным в абзаце четвертом пункта 4 постановления  Пленума от 23.12.2010 N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ (в редакции, действующей на момент  возникновения спорных правоотношений) не допускаются действия граждан и  юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной  нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих  сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить  вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не  совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не  соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не  устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий  нарушения.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте пункту 10 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых  вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Постановления  Пленума ВАС РФ N 60 от 30.07.2013) исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пунктом 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при  банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного  управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до  или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение  прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение  конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам. Такая сделка с имуществом должника может быть признана  недействительной по общегражданским основаниям в случае наличия у сделки пороков.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные  основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может  быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная  цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой  стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также  презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.  Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также  стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее  проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок  исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности  заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве,  пункт 32 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не  говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и  168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в  самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по  статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за  рамки признаков подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же  основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность  для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок,  и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.  

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному  обособленному спору может быть удовлетворено только в том случае, если он докажет  наличие в оспариваемой сделке требования пороков, выходящих за пределы  подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая  судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  

Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного  Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15- 20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).  

Между тем, обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной  сделки, финансовым управляющим не указывались. Более того, таких обстоятельств не  названо и в апелляционной жалобе.  

Согласно позиции финансового управляющего, ответчик не мог не знать, что  приобретает имущество по заниженной стоимости и получает при этом неосновательное  обогащение, злоупотребляя своими правами, поэтому не может быть признан  добросовестным приобретателем.  

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, нерыночная цена сделки даже  при доказанности таковой сама по себе не подтверждает факт ее ничтожности. В  противном случае любая сделка, в которой договорная цена отличается от рыночной,  может быть опорочена по пункту 1 статьи 575 ГК РФ в части, касающейся разницы в  ценах. Однако это противоречит пункту 1 статьи 424 ГК РФ о праве сторон исполнять  договор по согласованной ими цене и влечет за собой нивелирование понятия рыночной  цены, формируемой на основании усредненного спроса и предложения. Аналогичная  позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 05 ноября  2020 г. N Ф06-55832/2019 по делу А55-19581/2016.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу  об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с выводами суда первой инстанции,  не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.  

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда,  положенные в основу принятого судебного акта, и не могут служить основанием для его  отмены.  

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы  дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы  материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм  процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют  фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со  статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.  

В силу положений подпункта 2 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации исковые заявления о признании сделок недействительными оплачиваются  государственной пошлиной. Согласно разъяснениям, данным в пункте 19 постановления  Пленума от 23.12.2010 № 63 государственная пошлина уплачивается и в том случае, когда  сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве.  

Поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков,  связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и  должника, и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих  процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих  процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам  осуществляются за счет должника (пункт 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Учитывая, что расходы по уплате государственной пошлины относятся на  заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации,  в связи с предоставлением ему отсрочки при подаче апелляционной жалобы в сумме 3 000  рублей.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28 августа 2020 года, об  отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной в рамках дела   № А65-15205/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета  государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Е.А. Серова  

Судьи Г.М. Садило  

 Н.А. Селиверстова