﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-6000/2015

г. Краснодар

26 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена19 ноября 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 ноября 2019 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей  Денека И.М. и Калашникова М.Г., при участии в судебном заседании от Ефимовой М.К. – Жабрев Е.А. (доверенность от 25.10.2018), в отсутствие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агро-Макс» (ИНН 2635103186, ОГРН 1072635013626) Шереметова А.А., Смирнова С.А., Путилова С.А., иных лиц участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Ефимовой М.К. на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 по делу № А63-6000/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Агро-Макс» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Шереметов А.А. (далее – конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением к Ефимовой М.К. о признании недействительными договора купли-продажи от 01.09.2015 № М-2092-15 транспортного средства Audi Q7 2012 года выпуска, VIN WAUZZZ4L4DD011181, черного цвета, а также соглашений о зачете взаимных требований от 31.12.2014, 03.07.2015, 30.09.2016 и применении последствий их недействительности в виде взыскания с Ефимовой М.К. в пользу должника 2 692 тыс. рублей (с учетом уточнений заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 28.11.2018, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 06.08.2019, заявленные требования удовлетворены. Договор от 01.09.2015, заключенный должником и Ефимовой М.К., признан недействительным; признаны недействительными соглашения о проведении зачета взаимных требований 31.12.2014, 03.07.2015, 30.09.2016 по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Феерации, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Ефимовой М.К. 1 300 тыс. рублей задолженности; задолженность Ефимовой М.К. перед должником восстановлена в размере 4 123 284 рублей 43 копеек.

В кассационной жалобе Ефимова М.К. просит судебные акты отменить, принять новый, которым отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего. По мнению заявителя, суды не дали оценку предоставленным доказательствам в отношении истечения срока давности; не принято во внимание то, что конкурсный управляющий и внешний управляющий должника одно и то же лицо. Ефимова М.К. ссылается на правовую позицию изложенную в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.10.2018 по аналогичном уделу.

В отзыве на жалобу конкурсный управляющий просит отказать в удовлетворении жалобы.

В судебном заседании представитель  Ефимовой М.К. поддержал доводы жалобы, просил судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления в виду того, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 03.06.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 21.08.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Смирнов С.А.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 05.09.2015 № 162.

Определением от 16.11.2016 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Шереметов А.А.

Сведения о введении процедуры внешнего управления опубликованы в газете «Коммерсантъ» 26.11.2016 № 220.

Решением суда от 27.10.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Шереметова А.А.

Суды установили, что должник создан в качестве юридического лица 18.07.2007, основным видом его деятельности является смешанное сельское хозяйство, о чем в ЕГРЮЛ внесены соответствующие записи. Единственным участником общества с 18.07.2007 является Ефимов К.И., которому принадлежит 100 % доли в уставном капитале, номинальной стоимостью 10 тыс. рублей.

Ефимова Марина Константиновна (дочь Ефимова К.И.) зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 22.07.2013; основным видом ее деятельности является – оптовая торговля удобрениями и агрохимическими продуктами, о чем в ЕГРЮЛ внесены соответствующие записи.

31 декабря 2014 года должник в лице директора Ефимова К.И. и Ефимова М.К. заключили соглашение о проведении зачета взаимных требований (далее – соглашение от 31.12.2014)

По условиям указанного соглашения должник имел задолженность перед Ефимовой М.К. по договору займа от 17.01.2014 № 03-2013-14 в размере 7 627 419 рублей 45 копеек, в свою очередь Ефимова М.К. имела задолженность перед должником по договорам займа в размере 1 530 139 рублей 68 копеек, из которых задолженность по договору от 11.10.2013 № З-2317-13 в размере 220 475 рублей  63 копеек, по договору от 21.06.2013 № З-2224-13 в размере 654 973 рублей 62 копеек, по договору от 23.12.2013№ З-2403-13  в размере 654 690 рублей 43 копеек.

Из пунктов 2.2-2.2.2 соглашения следует, что стороны договорились о проведении взаиморасчетов путем уменьшения задолженности должника перед Ефимовой М.К. на 1 530 139 рублей 68 копеек и уменьшения задолженности Ефимовой М.К. перед должником на 1 530 139 рублей 68 копеек.

После проведения взаимозачета задолженность должника перед Ефимовой М.К. по договору от 17.01.2014 № 03-2013-14 составила 6 097 279 рублей 77 копеек, а задолженность Ефимовой М.К. перед должника по договорам от 11.10.2013 № З-2317-13, от 21.06.2013 № З-224-13, от 23.12.2013 № З-2403-13 отсутствует. О состоявшемся взаимозачете стороны составили акт от 31.12.2014, из которого следует, что сторонами производился зачет по погашению основного долга и процентов за пользование денежными средствами по договорам займа.

3 июля 2015 года должник в лице директора Ефимова К.И. и Ефимова М.К. заключили соглашение о проведении зачета взаимных требований (далее – соглашение от 03.07.2015).

По условиям соглашения от 03.07.2015 должник имел задолженность перед Ефимовой М.К. в размере 2 289 592 рублей по договору от 01.07.2015 № ИП-01-15, в свою очередь Ефимова М.К. имела задолженность перед должником в размере 2 289 592 рублей по договору от 31.05.2015 № СЗ-2068-15.

Из пунктов 2.2-2.2.2 соглашения следует, что стороны договорились о проведении взаиморасчетов путем уменьшения задолженности должника перед Ефимовой М.К. по договору от 01.07.2015 № ИП-01-15 на 2 289 592 рублей и уменьшения задолженности Ефимовой М.К. перед должником по договору от 31.05.2015 № СЗ-2068-15 на 2 289 592 рублей.

После проведения взаимозачета задолженность между сторонами отсутствует.

1 сентября 2015 года должник (продавец) в лице директора Ефимова К.И. и Ефимова М.К. (покупатель) заключили договор купли-продажи автомобиля № М2092-15, в соответствии с пунктом 1 которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить легковой автомобиль: Audi Q7 2012 года выпуска с идентификационным номером (VIN) WAUZZZ4L4DD011181 (тип двигателя бензиновый, мощность 272 л. с., рабочий объем двигателя 2995 куб. см).

Стороны оценили автомобиль в 1 300 тыс. рублей (пункты 3, 6 договора).

Во исполнение обязательств по договору должник передал указанное транспортное средство Ефимовой М.К., что подтверждается актом приема-передачи от 01.09.2015.

В подтверждение оплаты Ефимова М.К. представила квитанцию к приходному кассовому ордеру на сумму 1 300 тыс. рублей, которая содержит оттиск печати должника, а также подпись в строке «Главный бухгалтер Рундуева Т.А.».

30 сентября 2016 года должник в лице директора Ефимова К.И. и Ефимова М.К. заключили соглашение о проведении зачета взаимных требований (далее – соглашение от 30.09.2016), по условиям которого должник имел задолженность перед Ефимовой М.К. в размере 303 552 рублей, из которых задолженность по договору поставки от 31.08.2016 № ИП-9216 в размере 28 500 рублей, по договору поставки от 19.07.2016 № ИП-55-16 в размере 223 077 рублей 75 копеек, по договору от 26.08.2016 № ИП81-16 в размере 51 975 рублей; в свою очередь Ефимова М.К. имела задолженность перед должником в размере 576 210 рублей, из которых задолженность по договору аренды от 30.09.2015 № АД-2099-15 в размере 300 тыс. рублей, по договору от 02.08.2016 № СМ-87-16 в размере 276 210 рублей.

Из пунктов 2.2-2.2.2 соглашения следует, что стороны договорились о проведении взаиморасчетов путем уменьшения задолженности должника перед Ефимовой М.К. по договорам от 31.08.2016 № ИП-92-16, от 19.07.2016 № ИП-55-16, от 26.08.2016 № ИП81-16 на 303 552 рубля 75 копеек и уменьшения задолженности Ефимовой М.К. перед должником на 303 552рубля  75 копеек, из которых по договору аренды от 30.09.2015 № АД2099-15 на 300 тыс. рублей, по договору от 02.08.2016 № СМ-87-16 на сумму 3 552 рубля 75 копеек.

После проведения взаимозачета задолженность Ефимовой М.К. перед должником по договору аренды от 30.09.2015№ АД-2099-15  отсутствует, по договору от 02.08.2016 № СМ-87-16 составляет 272 657 рублей 25 копеек.

В подтверждение проведенного взаимозачета стороны составили акт от 30.09.2016.

Конкурсный управляющий должника, полагая, что договор купли-продажи от 01.09.2015 № М-2092-15 имеет признаки недействительности предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве, а соглашения о зачете взаимных требований от 31.12.2014, 03.07.2015, 30.09.2016 имеют признаки недействительности, предусмотренные статьей 61.3, что привело к преимущественному удовлетворению требований Ефимовой М.К., обратился в суд.

Удовлетворяя заявленные требования и применяя последствия недействительности сделок, судебные инстанции не приняли во внимание следующее.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником – банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В данном случае, при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий  при рассмотрении заявления в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства: аффилированность, отсутствие встречного предоставления, у судов не было бы оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением от 16.11.2016 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Шереметов А.А., который приступил к исполнению полномочий 23.11.2016; решением от 27.10.2017 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства, определением от 20.10.2017 Шереметов А.А. утвержден на должность исполняющего обязанности конкурсного управляющего.

В рамках дела о банкротстве должника, рассматривались иные требования конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи иного транспортного средства, где при аналогичных обстоятельствах суд квалифицировал сделку по основаниям предусмотренным пунктом 2 стати 61.2 закона о банкротстве.

Таким образом, суды необоснованно отклонили довод Ефимовой М.К. о пропуске конкурсным управляющим срока на обжалование договора купли продажи транспортного срелства. При этом судебные инстанции не учли, что Шереметов А.А., являясь внешним управляющим должника с 23.11.2016, впоследствии утвержден конкурсным управляющим должника, а заявление конкурсного управляющего должника о признании сделок должника недействительными поступило в суд только 22.12.2017.

Доказательства, того, что Шереметов А.А., будучи внешним управляющим, действуя добросовестно и разумно, в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязанностей принял все возможные и достаточные меры для получения информации о сделках должника в целях их оспаривания, не представлены.

Поскольку фактические обстоятельства в части требований о признании недействительным договора купли продажи транспортного средства от 01.09.2015 № М-2092/15, имеющие значение для дела, установлены судом первой и апелляционной инстанций, но неправильно применены нормы права, суд кассационной инстанции считает возможным отменить судебные акты в указанной части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного конкурсным управляющим в указанной части, в связи с пропуском срока исковой давности.

В части требований о признании недействительными соглашений о зачете судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий просил признать недействительными соглашения о зачетах по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, признавая недействительными сделки в указанной части, также применил положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав на мнимость сделок.

Вместе с тем судами не приняты во внимание следующие обстоятельства.

Определением от 23.03.2016 в рамках данного дела о банкротстве требования Ефимовой М.К. включены в реестр требований кредиторов. При рассмотрении заявленных требований, судом установлен факт предоставления Ефимовой М.К. платежным поручением № 3 от 11.02.2014 должнику займа в размере 15 000 000 рублей и его частичное погашение, в том числе оспариваемым соглашением о зачете взаимных требований от 31.12.2014 на 1 530 139,68 рублей. В данном случае, суды не указали, в чем выразилась мнимость соглашения о зачете, с учетом ранее установленного факта реальности предоставленного займа.

По условиям соглашения от 03.07.2015 должник имел задолженность перед Ефимовой М.К. в размере 2 289 592 рублей по договору от 01.07.2015 № ИП-01-15, в свою очередь Ефимова М.К. имела задолженность перед должником в размере 2 289 592 рублей по договору от 31.05.2015 № СЗ-2068-15.

Из представленных в материалы дела документов следует, что первоначально Ефимова М.К. приобрела у должника по товарным накладным от 31.05.2015 № 50 и 30.06.1015 № 39  товар, а уже 01.07.2015 и 02.07.2015 по товарным накладным  № 1 и  № 2  общество приобрело тот же самый товар, по той же цене, обратно у Ефимовой М.К. (т. 1, л. д. 69-79). В данном случае, судами не дана оценка указанным обстоятельствам, не указано каким образом причинен вред кредиторам, каким образом преимущественно удовлетворены требования Ефимовой М.К., в чем выразилось злоупотребление правом.

Из пунктов 2.2-2.2.2 соглашения следует, что стороны договорились о проведении взаиморасчетов путем уменьшения задолженности должника перед Ефимовой М.К. по договорам от 31.08.2016 № ИП-92-16, от 19.07.2016 № ИП-55-16, от 26.08.2016 № ИП81-16 на 303 552 рубля 75 копеек и уменьшения задолженности Ефимовой М.К. перед должником на 303 552рубля  75 копеек, из которых по договору аренды от 30.09.2015 № АД2099-15 на 300 тыс. рублей, по договору от 02.08.2016 № СМ-87-16 на сумму 3 552 рубля 75 копеек.

Из представленных в материалы дела документов следует, что уже после введения в отношении должника процедуры наблюдения, общество приобрело у Ефимовой М.К.  оборудование и строительные материалы. Следовательно, теоретически требования Ефимовой М.К. о погашении задолженности по договору от 19.07.2016 № ИП-55-16 являются текущими. В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего в указанной части, судами не исследовался вопрос о наличии указанного оборудования и строительных материалов у должника, не установлены обстоятельства формального документооборота между должником и Ефимовой М.К. в целях сокращения дебиторской задолженности Ефимовой М.К. перед должником.

Таким образом, выводы судов о несоответствии соглашений о зачете от 31.12.2014, 03.07.2015, 30.09.2016 статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не соответствуют представленным в дело доказательствам, сделаны при неполном исследовании обстоятельств дела, поэтому в силу части 1 статьи 288 Кодекса определение суда от 28.11.2018 и постановление апелляционного суда от 06.08.2019  в указанной части подлежат отмене, обособленный спор в указанной части следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения норм процессуального и материального права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, после чего разрешить данный спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 по делу № А63-6000/2015 в части признания недействительным договора купли-продажи от 01.09.2015 № М-2092-15 и применения последствий недействительной сделки  отменить. В удовлетворении требований в указанной части отказать.

В остальной части определения Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 отменить, направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                  А.Н. Герасименко

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

И.М. Денека