1077/2024-29244(1) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-98885/2022

26 февраля 2024 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 26 февраля 2024 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Аносовой Н.В. судей Бурденкова Д.В., Юркова И.В. при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1 

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 19.02.2024  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-38711/2023) ФИО2 на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 25.10.2023 по делу № А56-98885/2022/тр.25 (судья Орловой Н.Ф.), принятое по  заявлению ФИО2 о включении требования в реестр  требований кредиторов должника  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ГСК Ресурс»,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее  - арбитражный суд) 28.09.2022 (зарегистрировано 29.09.2022) посредством почтовой  связи поступило общества с ограниченной ответственностью «КМ «АРХЭНЕРГО»  (далее - заявитель) о признании несостоятельным (банкротом) общества с  ограниченной ответственностью «ГСК Ресурс» (далее - должник).  

Решением арбитражного суда от 08.12.2022, резолютивная часть которого  объявлена 01.12.2022, заявление ООО «КМ «АРХЭНЕРГО» признано  обоснованным, в отношении ООО ГСК Ресурс» введена процедура конкурсного  производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника,  конкурсным управляющим утверждена ФИО3.  

Сведения о введении процедуры конкурсного производства в отношении  должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 230 от 10.12.2022.  

08.02.2023 в арбитражный суд от ФИО2 (далее -  кредитор) поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов  должника требования в размере 5 326 625,87 руб.  

Определением от 15.10.2023 суд в удовлетворении заявления ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ООО «ГСК  Ресурс» отказал.  

Кредитор не согласился с вынесенным определением и обратился с  апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по  делу новый судебный акт, включив требование в размере 5 326 625,87 руб. в реестр  требований кредиторов ООО «ГСК Ресурс».  

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции не учтено, что при  выдаче займов должник не находился в имущественном кризисе, вывод о наличии  корпоративного финансирования является неверным; судом не учтено, что заем  выдан Страховым в 2018 году задолго до продажи имущества завода, когда какие-либо негативные результаты воздействия на хозяйственную деятельность должника  отсутствовали. Также, кредитор отмечал, что не соответствует действительности и  материалам дела вывод суда о том, что заключение договора цессии от 05.02.2022  было произведено в период, когда хозяйственная деятельность должника была  прекращена.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель  налогового органа возражал против удовлетворения жалобы, ходатайствовал об  отложении судебного заседания.  

Апелляционным судом не установлено оснований для отложения судебного  заседания, в связи с чем ходатайство удовлетворению не подлежит.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не  направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со  статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения  законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в  деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".  

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном  порядке.  

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в  обоснование требования кредитор указал, что у должника имеется задолженность  по договору займа № 13/2018 от 27.11.2018 в размере 5 326 625,87 руб. из них  

4 037 000,00 руб. основной долг и 1 289 625,87 руб. начисленные проценты. 

ФИО4 (Цедент и Заимодавец) полностью выполнил свои  обязательства перед ООО «ГСК Ресурс» (Заемщик), перечислив на расчетный счет  заемщика денежные средства в размере 4 037 000,00 руб. тремя платежами  29.11.2018, 28.03.2019 и 27.09.2019, что подтверждается соответствующими  банковскими чеками.  

Данная задолженность (основной долг с процентами) подтверждается актом  сверки между ФИО4 (Заимодавец) и ООО «ГСК Ресурс» (Заемщик),  подписанным по состоянию на 31.01.2022.  

 В соответствии с условиями договора уступки права (требования) от  05.02.2022 ФИО4 (Цедент) уступил ФИО2  (Цессионарий) право требования задолженности ООО «ГСК Ресурс» по договору  займа № 13/2018 от 27.11.2018. За уступку права требования долга ООО «ГСК  Ресурс» ФИО2 уплатил ФИО4 2 000 000 руб.  

Уведомление о переходе права требования долга от ФИО4 к  ФИО2 направлено должнику и получено им 15.04.2022.  

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а  также законодательства о банкротстве, исследовав представленные  доказательства, суд первой инстанции счел заявление необоснованным, поскольку  суд установил, что фактические отношения должника и ФИО4 не  складывались как отношения заемщика и займодавца, а являлись отношениями по  развитию бизнеса, когда за счет предоставляемых должнику заемных средств  аффилированное лицо стремилось минимизировать негативные результаты своего  косвенного воздействия на хозяйственную деятельность должника, что было  обусловлено принятием неэффективных управленческих решений, приведших к  кризисной ситуации банкротства.  

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы  апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и  отмены или изменения обжалуемого судебного акта.  

Исходя из пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ N 35 от 22.06.2012 года  "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о  банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов  осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих  требований между должником и лицами, имеющими право заявлять  соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование  кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о  банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть  признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности.  

В силу статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера  требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий  относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право  заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим  требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве суд исходит из того, что установленными могут  быть признаны только требования, в отношении которых представлены  достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности  требований является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных  интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его  учредителей (участников).  

Кредитор обязан доказать относимыми, допустимыми, достоверными и  достаточными доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из  неисполнения другой стороной ее обязательств, так, в силу ст. 71 Закона о  банкротстве к требованию кредитора прилагаются документы, подтверждающие  обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер  задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований  возникновения задолженности, позволяющие установить документальную  обоснованность этих требований.  

Согласно абзацу 4 статьи 2 Закона о банкротстве, под денежным  обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору  определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному  предусмотренному ГК РФ, бюджетным законодательством Российской Федерации  основанию.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым, очередность удовлетворения требований аффилированных  (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся  корпоративными, понижается.  

Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам  по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату  суммы займа для целей банкротства.  

Вместе с тем, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве, к числу  конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к  должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.  

По смыслу названной нормы, к подобного рода обязательствам относятся не  только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным  законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.),  но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую  природу, в действительности таковыми не являются (в том числе, по причине того,  что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец  не участвовал в капитале должника).  

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам  должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются  по отношению к нему аффилированными.  

О заинтересованности сторон сделки может свидетельствовать как  аффилированность юридическая (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), так и фактическая. Заинтересованность не  исключается и в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления  искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако,  сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере  ведения предпринимательской деятельности (Определения Верховного суда  Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308-ЭС16- 1475).  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его  участник как член высшего органа управления объективно влияет на хозяйственную  деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок,  условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия  стратегических управленческих решений и т.д.).  

Поэтому, в случае последующей неплатежеспособности (либо  недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности,  разумности и справедливости, на такого участника подлежит распределению риск  банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на  неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о  несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных  (независимых) кредиторов.  

В этой связи, при оценке допустимости включения основанных на договорах  займа требований участников следует детально исследовать природу  соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а  также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий  банкротству.  

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в  том числе, на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах  свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные  результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.  

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения  уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить  подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью  последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц  количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем  нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.  

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения  уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении  противоправной цели - по правилам об обходе закона, признав за прикрываемым  требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во  включении его в реестр.  

В обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением  в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020)  также указано на то, что Основанием для отказа во включении требования  аффилированного к должнику лицу в реестр требований кредиторов должника могут  являться установленные судом обстоятельства мнимости договора займа, которые  выражаются, в частности, в отсутствие доказательств реального перечисления  (передачи) денежных средств либо при наличии доказательств транзитного  характера перечисления денежных средств (п. 1).  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих  на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания  гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо  может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица,  предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.  

В данном случае из материалов дела следует, что договор заключен 2018  году, срок возврата займа с учетом дополнительного соглашения N 1 от 30.12.2019  не позднее 31.12.2022. Изначально в договоре возврат займа был предусмотрен до  31.12.2019.  

При этом, из материалов дела следует, что Завод, на приобретение которого  предоставлялся займ, ранее принадлежал ООО "Вологдабиоэкспорт", который в  свою очередь является дочерним предприятием ООО "ГСК Ресурс".  

Являясь участником должника, ФИО4 принимал участие в принятии  решений о привлечении дополнительных денежных средств, как на покупку завода,  так и для последующего ввода в эксплуатацию, как следствие, привлечение  дополнительных средств в виде займов предоставленных участниками общества  носит корпоративный характер.  

Так, согласно протоколу внеочередного общего собрания N 5/09/2021 ООО  "ГСК РЕСУРС", докладу генерального директора ФИО5  предоставленные займы привлекались для пополнения оборотных средств  предприятия, сохранения коллектива предприятия, преодоления последствий  пандемии коронавируса. Все займы были взяты на цели, связанные с текущей  производственной деятельностью Общества (пополнение оборотных средств,  налоговые платежи, ремонт оборудовать, заработная плата, расчеты по ТЭР и т.п.),  их привлечение было обосновано объективной необходимостью и помогло  предприятию преодолеть период падения рынка и ограничений, связанных с  пандемией.  

Таким образом, осознавая наличие финансовых трудностей у Общества,  ФИО4 пролонгировал договор займа, при этом, дополнительным  соглашением N 2 от 01.01.2021 стороны снизили проценты за пользование займом с  12% до 8%, что в свою очередь свидетельствует о том, что такие отношения носят  корпоративный характер, недоступный для иных участников гражданского оборота.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не раскрывают разумные  экономические мотивы выбора конструкции займа именно от аффилированного  лица.  

Более того, судом установлено, что ранее должнику принадлежало  имущество, расположенное по адресу: Вологодская область, 

<

...>: земельный участок (кадастровый номер  35:10:0308021:28, площадью 24418+/-273 кв. м), которое 23.04.2019 продано в  равных долях (1/3) учредителям ООО "ГСК Ресурс": ИП ФИО4, ИП ФИО6 и ИП ФИО7  

Согласно Обзору судебной практики ВС РФ N 2 (2018) (утв. Президиумом ВС  РФ 04.07.2018) экономически обоснованный план преодоления тяжелого  финансового положения может предусматривать привлечение инвестиций в бизнес,  осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения  объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.  

Корпоративные процедуры финансирования предполагают публичное  раскрытие такой информации, которая становится доступной кредиторам и иным  участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных  средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли,  выплата дивидендов).  

Однако если одобренный мажоритарным участником план выхода из кризиса  не раскрывался публично и кредиторам не было известно о финансовых  затруднениях должника, а план не удалось реализовать, то на таких участников  относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении  контролируемого хозяйственного общества в пределах внесенных средств.  

Кредитором и ФИО4 не даны пояснения относительно  необходимости, в том числе экономической перепродажи имущества должника  участникам Общества, с последующим возложением на должника обязательств по  оплате арендной платы за пользование проданным имуществом.  

То есть фактически, за счет заемных денежных средств должник приобрел  завод, который впоследствии продан участникам общества, в том числе ФИО4  

Имеющиеся в деле доказательства, с учетом установленных по делу  обстоятельств, не подтверждают разумность и экономическую выгоду в заключении  договора займа.  

При этом, как верно указал суд первой инстанции, то обстоятельство, что  заявитель требования (ФИО2) получил его по уступке, не влияет на  стандарт доказывания им своего требования.  

По мнению суда апелляционной инстанции, доводы жалобы не являются  существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в  обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим  обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270  АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом  апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 25.10.2023 по делу № А56-98885/2022/тр.25 оставить без изменения,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий Н.В. Аносова  Судьи Д.В. Бурденков  

 И.В. Юрков