ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                      Дело № А54-1730/2019

Резолютивная часть постановления объявлена   26.08.2020 

Постановление изготовлено в полном объеме    26.08.2020 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Заикиной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие  лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Банный сервис» (г. Рязань,                                 ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на решение Арбитражного суда Рязанской области от 17.06.2020 по делу № А54-1730/2019 (судья Афанасьева И.В.),

                                         УСТАНОВИЛ:

администрация города Рязани (г. Рязань, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – администрация) обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Банный сервис» (далее – общество),  муниципальному предприятию «Муниципальный коммерческий центр города Рязани» (г. Рязань, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – предприятие) о признании недействительным дополнительного соглашения от 28.01.2015 к договору аренды недвижимого имущества от 16.01.2004 № 0242004; исключении из Единого государственного реестра недвижимости записи от 27.02.2017 № 62:29:0070030:177-62/001/2017-1 (т. 1, л. д. 4).

До рассмотрения спора по существу истец, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил исковые требования и просил признать дополнительное соглашение от 28.01.2015 ничтожной сделкой. Судом уточнение принято. 

Определениями от 06.03.2019 и от от 08.10.2019, принятыми на основании статьи  51 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Рязанской области,  Управление Федеральной антимонопольной службы по Рязанской области.

Решением суда от 17.06.2020 исковые требования удовлетворены. 

В апелляционной жалобе общество просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. 

Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на неправомерное принятие судом первой инстанции уточненных исковых требований, поскольку в результате такого  принятия изменен предмет и основание иска. Считает, что исковое заявление подлежало оставлению без рассмотрения в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора. Заявляет о необоснованном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайств об истребовании  дополнительных доказательств (бухгалтерской отчетности, отчетов предприятия), а также вызове свидетелей. Утверждает, что спорная  сделка не может признаваться ничтожной, поскольку не нарушает права третьих лиц.  Считает, что к спорным правоотношениям не применима статья 17.1  Федерального  закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), поскольку на момент заключения  договора аренды проведение конкурсных процедур не требовалось. Ссылается на истечение   срока исковой давности, предусмотренного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации  и неправильное применение  к спорным отношениям пункта 1 указанной нормы. Считает, что срок исковой давности  следует исчислять с даты получения администрацией, как собственником имущества, бухгалтерского баланса предприятия за 2015 год арендной платы за 2015 год, который определяется не позднее 31.07.2015. Обращает внимание на то, что оспариваемое дополнительное соглашение прошло государственную регистрацию, и информация о его  заключении (в том числе об увеличении арендной платы)  содержалась в общедоступных официальных источниках. Сообщает, что  текст дополнительного соглашения направлялся в адрес истца по электронной почте.

В отзывах администрация и  предприятие просят решение оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  Ссылаясь на разъяснения, изложенные в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации  о договоре  аренды» (далее -  постановление Пленума № 73),  указывают, что в случаях, предусмотренных  законом, договор аренды в отношении государственного или муниципального имущества  может быть заключен только по результатам торгов, в связи с чем  договор, заключенный на новый срок без торгов, равно как и соглашение  о продлении такого договора, являются ничтожными сделками.  Отмечают, что  поскольку спорный договор заключен до  вступления в силу  части 1 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, его продление на новый срок без торгов допускалось только  до 01.07.2015. Выражают несогласие с доводом заявителя об истечении срока исковой давности,  указывая, что для публичных образований он должен исчисляться  со дня, когда оно реально  узнало о нарушении  своих прав. Сообщают, что   исходя из представленной   предприятием отчетности за 2015 год, о заключении дополнительного соглашения администрация  должна была узнать не  позднее 01.04.2016. Поскольку с иском в суд администрация  обратилась 04.03.2019, срок исковой давности не является пропущенным.  Заявляют  о том, что по требованию о признании сделки недействительной  соблюдение претензионного порядка не требуется.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте его рассмотрения, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. Судебное  заседание проводилось  в их  отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266  Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации. Заявленное предприятием  письменное ходатайство  о рассмотрении  дела в его отсутствие удовлетворено  судом на основании статей 41, 159, 266 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению. 

Как видно из материалов дела, 16.01.2004  между управлением муниципальным имуществом администрации города Рязани (арендодатель) и обществом (арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества № 0242004 (т. 1, л. д. 35), по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду здание, лит. Б, общей площадью 55 кв. метров, расположенное по адресу: 

<

...>, под гараж, сроком с 16.01.2004 по 15.01.2019.

29.12.2008 объект был передан в хозяйственное ведение предприятия, о чем в Едином государственном реестре прав сделана запись № 62/62-01/471/2008-048. 

Таким образом, права арендодателя  перешли к предприятию (статья 617 Гражданского  кодекса Российской Федерации). 

Дополнительным соглашением от 28.01.2015  стороны внесли изменения в пункты 1.3, 1.5, 2.2.2, 4.1 договора аренды (т. 1, л. д. 20), согласно которым, в частности,   устанавливался новый размер арендной платы и  срок действия договора  (с 16.01.2004 по 16.01.2034).

Ссылаясь на недействительность  указанного соглашения, как  заключенного с нарушением требований  закона,   администрация обратилась  в арбитражный  суд с настоящим иском.

Согласно уточненным исковым требованиям, принятым судом к рассмотрению,  администрация сослалась на ничтожность дополнительного соглашения как заключенного с нарушением  статьи 17.1 Закона о защите конкуренции.

На основании пунктов 1 и 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В пунктах 73–75 постановления   Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25)  разъяснено, что  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой. Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. 

В обоснование иска администрация сослалась на нарушение законодательной процедуры  заключения спорного  дополнительного  соглашения. 

Особенности порядка заключения договоров в отношении государственного и муниципального имущества установлены статьей 17.1 Закона о защите конкуренции, в соответствии с частью 1 которой заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, не закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, может быть осуществлено только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров, за исключением предоставления указанных прав на такое имущество в силу закона.

В порядке, предусмотренном частью 1 настоящей статьи, осуществляется заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального недвижимого имущества, которое принадлежит на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления государственным или муниципальным унитарным предприятиям (пункт 1 части 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции).

В данном случае  спорное дополнительное соглашение, в результате которого, в частности, увеличился срок аренды,  и, которое по существу является  новым договором (пункт 31 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»), заключено  сторонами в нарушение указанных норм – без проведения торгов. 

В связи с этим  суд пришел к правильному выводу  о том, что  спорное дополнительное соглашение является ничтожной сделкой  (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 постановления Пленума № 73), в связи с  чем утверждение  заявителя о том, что  оно является оспоримым, отклоняется. 

 Ссылка заявителя на  недоказанность истцом того, что вследствие заключения дополнительного  соглашения  нарушены  права третьих лиц, не имеет значения, поскольку  не препятствует признанию его ничтожным  как противоречащего  существу законодательного  регулирования.  

Довод заявителя о неправильном понимании судом разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума № 73,  отклоняется. 

В соответствии с частями 9, 10 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции арендатору предоставляется  преимущественное право на заключение договора аренды государственного и муниципального имущества на новый срок  предоставлено арендатору только в том случае, если предшествующий договор аренды был заключен в порядке, предусмотренном частями 1 и 3 указанной статьи, то есть по результатам проведения конкурса или аукциона (пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017).

При  продлении срока действия договора у сторон  возникают новые правоотношения, которые в соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского  кодекса Российской Федерации должны соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным  законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим на момент их возникновения.

Такими правилами, наряду с наряду со статьей  17.1 Закона о защите конкуренции, являлись положения части  4 статьи 53 Закона о защите конкуренции (в редакции Федерального закона, действовавшего до 01.07.2013), в соответствии с которыми до 01.07.2015 разрешалось заключение на новый срок без проведения конкурсов или аукционов договоров аренды, указанных в частях  1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции и заключенных до 01.07.2008 с субъектами малого или среднего предпринимательства, при условии отсутствия на момент заключения такого договора аренды на новый срок оснований для его досрочного расторжения, предусмотренных гражданским законодательством. При этом заключение предусмотренных данной нормой договоров аренды возможно на срок не более чем до 01.07.2015. Таким образом, на всех остальных арендаторов данная преференция не распространялась и заключение на новый срок договоров аренды, заключенных до 01.07.2008  вне процедуры торгов, было возможно только по правилам частей  1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с Федеральным законом от 02.07.2013 № 144-ФЗ часть  4 статьи 53 Закона о защите конкуренции утратила силу с 01.07.2013. В настоящий момент заключение договоров на новый срок (которые были заключены до 01.07.2015), предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества по правилам, предусмотренным частями  9 - 11 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, допускается только в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, расположенных на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя (часть  4.1 статьи 53 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, законодатель определил условия перезаключения на новый срок договоров аренды государственного и муниципального имущества, ограничив возможность заключения названных договоров без проведения публичных процедур только для определенной категории субъектов предпринимательской деятельности.

 Следовательно, на всех остальных арендаторов данная преференция не распространялась и заключение на новый срок договоров аренды, ранее заключенных вне процедуры торгов, возможно только по правилам частей 1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции (определения Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017 № 305-КГ17-2739, от 12.09.2017 № 305-КГ17-2739, от 02.11.2018 № 305-КГ18-7321).

Таким образом, в данном случае продление арендных отношений предприятия с обществом на новый срок было возможно только по результатам торгов, поскольку законодатель определил условия перезаключения на новый срок таких договоров аренды, ограничив возможность их заключения без проведения публичных процедур для определенной категории субъектов предпринимательской деятельности. 

В результате нарушений требований Закона о защите конкуренции предприятием были предоставлены конкурентные преимущества обществу путем представления в пользование муниципального имущества на основании ничтожного соглашения о продлении срока договора аренды. 

Судом апелляционной инстанции не принимается несогласие заявителя с отказом суда в применении срока исковой давности по требованию о признании  сделки ничтожной. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав

Как указано в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 10.04.2003 № 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать о факте совершения сделки. В целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.

Из пунктов 12, 16 статьи 20 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» следует, что собственник имущества унитарного предприятия утверждает бухгалтерскую отчетность и отчеты унитарного предприятия. Он же утверждает показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контролирует их выполнение, принимает решения о проведении аудиторских проверок, утверждает аудитора и определяет размер оплаты его услуг.

Согласно пункту 2 статьи 18 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязательный экземпляр составленной годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности представляется не позднее трех месяцев после окончания отчетного периода. При представлении обязательного экземпляра составленной годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности, которая подлежит обязательному аудиту, аудиторское заключение о ней представляется вместе с такой отчетностью либо не позднее 10 рабочих дней со дня, следующего за датой аудиторского заключения, но не позднее 31 декабря года, следующего за отчетным годом.

Исходя из указанных норм, истец, как собственник имущества унитарного предприятия, мог и должен  был узнать о спорной сделке на основании данных бухгалтерской отчетности предприятия за 2015 год, которая подлежала представлению в срок до 01.04.2016.

Таким образом, срок исковой давности  для предъявления  иска о признании ничтожной сделки  истекал 31.03.2019.

С  указанным  иском администрация обратилась 04.03.2019 (согласно штампу входящей корреспонденции), следовательно, срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является пропущенным. 

Заявленные  обществом ходатайства  о вызове свидетелей и истребовании у предприятия и МИФНС России № 2 по Рязанской области  отчетов и бухгалтерских балансов с отметкой об их принятии, для  установления срока, в который истец узнал о нарушении своего права, оставлены без удовлетворения.

Во-первых, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, именно ответчик, как лицо, заявляющее о том, что истец обратился в суд с пропуском срока исковой давности, должен представить  бесспорные доказательства получения администрацией информации о совершенной сделке в конкретную дату.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, непредставление доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012                        № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.05.2015 № 305-ЭС14-8858).

Во-вторых, свидетельские показания, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  не могут  подтверждать момент, в который  администрации стало известно о совершении спорной сделки. 

Не является таким доказательством и бухгалтерская документация, представленная предприятием в налоговый орган, а не в администрацию.

Доказательств того, что  общество, как наиболее  заинтересованная сторона в  существовании арендных отношений, действуя разумно и осмотрительно в гражданских  правоотношениях, известила администрацию, как собственника имущества предприятия, о заключении спорного  дополнительного соглашения,  не представлено.

Приложенное  к апелляционной жалобе электронное письмо, адресованное администрации, таким  доказательством признаваться не может, поскольку не позволяет достоверно установить факт его  направления  и получения (пункт 65 постановления Пленума № 25).  

 Довод общества  о нарушении судом процессуальных норм в связи с принятием  уточнений иска, изменивших его предмет и основание, отклоняется как не  основанный на статье 49 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации. Изменение правового основания иска (нарушение императивных требований закона) не изменило его предмета (признание сделки недействительной).  

Довод заявителя о необходимости оставления иска без рассмотрения в связи с несоблюдением претензионного порядка урегулирования спора является необоснованным.

Частью 5 статьи 4 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации  в редакции Федерального закона от 01.07.2017 № 147-ФЗ, вступившей в силу с 12.07.2017, предусмотрено, что досудебный порядок  урегулирования спора  распространяется на гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения.

Иные споры, возникающие из гражданских правоотношений, передаются на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора только в том случае, если такой порядок установлен федеральным законом или договором.

Иск о признании  сделки недействительной не относится к числу споров, для которых федеральным законом установлен обязательный  досудебный порядок урегулирования. 

Доводы апелляционной жалобы сводятся к иному пониманию заявителем  примененных судом норм и не соответствуют  судебной   практике по аналогичному делу  (постановление Арбитражного суда Центрального  округа от 17.02.2020 по делу № А54-1729/2019).     

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в  апелляционной жалобе  доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену  судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110,  частью 3  статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по  апелляционной жалобе подлежит отнесению на  заявителя.

На основании изложенного,  руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей  271   Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд      

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 17.06.2020 по делу № А54-1730/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской 

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

                         Л.А. Капустина

                         М.М. Дайнеко             

                         Н.В. Заикина