ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-28388/2016

29 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     27 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Сотова И.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  до перерыва ФИО1, после перерыва: ФИО2

при участии:  

конкурсный управляющий ФИО3, ФИО4 (по паспорту), от ФИО5: ФИО6 (доверенность от 13.02.2020)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-40139/2021)  конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.11.2021 по делу № А56-28388/2016/суб.3 (судья Кузнецов Д.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении контролирующих общество с ограниченной ответственностью «Всеволожская Транспортная Компания» лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Всеволожская Транспортная Компания»,

ответчики: ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО13, ФИО8, ФИО9, ФИО14, ФИО10, ФИО11, ФИО12; 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.05.2016 на основании заявления кредитора возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Всеволожская транспортная компания» (далее – Компания).

Определением от 26.07.2016 в отношении Компании введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 28.12.2016 Компания признана несостоятельной (банкротом), открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО3

Определением от 12.05.2017 ФИО3 утвержден конкурсным управляющим.

Конкурсный управляющий 23.12.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО12, ФИО9, ФИО7, ФИО10, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО8, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 52 603 335 руб. 18 коп.

Определением от 05.11.2020 признано обоснованным заявление конкурного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО8 и ФИО4 Приостановлено производство по настоящему обособленному спору до момента завершения расчетов с кредиторами. В остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 определение от 05.11.2020 отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 В остальной части определение от 05.11.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.05.2021 определение  от 05.11.2020 и постановление апелляционного суда от 16.03.2021 отменено. Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий поддержал требования  в части  признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО13, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9, ФИО14, ФИО10 по обязательствам должника.

Определением от 08.11.2021 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе  конкурсный управляющий, считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, просит определение  отменить, заявленные требования удовлетворить. 

Податель жалобы указывает, что в соответвии с данными  Единого государственного реестра юридических лиц контролирующими должниками лицами  за двухлетний период, предшествующий принятию арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом, является: ФИО13 (руководитель должника с 14.06.2012 по 25.08.2014, участник с долей участия 40% в период с  14.06.2012 по 14.08.2015), ФИО7 (руководитель должника  период с 26.08.2014 по 18.11.2014), ФИО5  (руководитель должника за период с 19.11.2014 по 23.11.2015), ФИО8 (руководитель должника за период с 24.11.2015 по 04.04.2016), ФИО4 (руководитель должника   за период с 05.04.2016 – 21.12.2016), ФИО9 (участник с долей участия 60%  с 2012 – по настоящее время). Кроме того, 28.04.2021 в материалы  дела от ФИО4 поступило заявление ФИО14 о том, что он является бенефициарным владельцем должника.

По мнению подателя жалобы, совокупность обстоятельств для привлечения указанных лиц к  ответственности по обязательствам должника является доказанной, вывод суда  первой инстанции о пропуске исковой давности по заявленным требованиям является ошибочным, с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился в пределах применимого к спорным отношениям   трехлетнего срока исковой давности, установленного Федерального закона от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Кроме того, сведения о фактическом владельце должника ФИО14, о его роли в определении хозяйственной деятельности должника, оказании влияния на участника должника конкурсный управляющий узнал только в мае 2021 в ходе первоначального рассмотрения  настоящего обособленного спора.

ФИО5, ФИО4 возразили против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на жалобу, просили определение оставить без изменения.

ФИО4 указывает, что  не могла достоверно  узнать о финансовом  положении должника до сдачи годовой отчетности в 2017, тем более  в течении одного месяца с момента назначения.  Кроме того, конкурсным управляющим не приведен размер обязательств,  возникший в период с 05.05.2016 по 10.05.2016. Оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности за  непередачу  материальных ценностей  также не имеется, поскольку  такие ценности ей не передавались. С заявлением об истребовании документации конкурсный управляющий обратился только по истечении 12 месяцев с момента введения конкурсного производства. Непередача документов, истребуемых на основании постановления  от 11.12.2018, не создала условия  для значительного роста  диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, так как данный перечень документов является документацией, относящееся к организационной деятельности должника  и не указывает на наличие активов, которые были утрачены в результате действия (бездействия) ФИО4 Вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности является правильным, вменяемые в качестве обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности обстоятельства имели место до 01.07.2017, таким образом, применяется годичный срок исковой давности.

ФИО5 также  согласился с пропуском конкурсным  управляющим срока исковой давности,  учитывая, что он начал течь с 22.12.2016 (после введения процедуры конкурсного производства)

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ)  с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ  апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  ФИО13 (руководитель должника в период с 14.06.2012 по 25.08.2014; участник должника с 14.06.2012 по 14.08.2015), ФИО7 (руководитель –  с 26.08.2014 по 18.11.2014), ФИО5 (руководитель – с 19.11.2014 по 23.11.2015), ФИО8 (руководитель – с 24.11.2015 по 04.04.2016), ФИО4 (руководитель  с 05.04.2016 по 21.12.2016), ФИО9 (участник с 2012 года по настоящее время).

Кроме того, контролирующими должника лицам конкурсный управляющий заявил ФИО14 (по сведениям конкурсного управляющего состоял в брачных отношениях с ФИО9 и имеются общие с ней дети), ФИО10 (участник мнимой сделки), ФИО15 (ответчик по обособленным спорам сд.6 и сд.8), ФИО12 (ответчик по обособленным спорам сд.1 и сд.2).

В дополнительных пояснениях от 29.07.2021 конкурсный управляющий в качестве ответчиков заявил ФИО13, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9, ФИО14 и ФИО10

Конкурсный управляющий полагает, что действиями ответчиков причинен вред имущественным интересам должника и его кредиторам (совершение сделок, одобрение оспоренных сделок, получение выгоды по оспоренным сделкам).

Конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц заявлены совершение действий/бездействия, причинивших вред должнику и его кредиторам, неисполнение обязанности по передаче документации конкурсному управляющему и неподача заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции, сделав вывод о пропуске срока исковой давности, в удовлетворении заявленных требований отказал.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона N 266-ФЗ).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий связывает с действиями, совершенными ответчиками до 01.07.2017, учитывая периоды наличия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц.

Таким образом, к спорным правоотношениям подлежат применению Закон о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, в том числе относительно  определения срока исковой давности по заявленным требованиям.

Довод конкурсного управляющего  о необходимости применения трехгодичного срока для подачи заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности, с учетом положений Федерального закона от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 488-ФЗ), апелляционный суд полагает ошибочным.

Законом N 266 статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

При этом, пункты 3 и 4 статьи 4 Закона N 488-ФЗ, регулировавшие порядок вступления в силу изменений положений статьи 10 Закона о банкротстве, также признаны утратившими силу в соответствии с пунктом 8 статьи 3 Закона N 266-ФЗ.

По смыслу правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности) (определение Верховного суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308- ЭС17-6757 (2,3)).

Изменение срока исковой давности с одного года до трех лет для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности внесено в абзац 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве с 01.07.2017 (в редакции Закона   N 488-ФЗ), в пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (введен в действие с 30.07.2017 в редакции Закона   N 266-ФЗ).

В спорном случае обстоятельства, в связи с которыми кредитор связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2014-2016 до вступления в силу Закона   N 488-ФЗ и Закона   N266-ФЗ, соответствующее заявление поступило в суд после вступления в силу Закона N266-ФЗ, следовательно, настоящий спор подлежал рассмотрению с применением пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в ранее действовавшей редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" (далее - Закон от 28.06.2013 N 134-ФЗ).

Как  указано выше, при новом рассмотрении конкурсный управляющий поддержал требования  в части  признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО13, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО9, ФИО14, ФИО10 по обязательствам должника. Данные лица за исключением ФИО8  в суде первой инстанции  заявили   о  пропуске срока исковой давности.

При этом, в отношении  ФИО8 конкурный управляющий не приводит обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника и не раскрывает объем вмененяемой ответственности. 

ФИО8 являлся генеральным директором должника в период с 24.11.2015 по 04.04.2016. По утверждению конкурсного управляющего ФИО8 являлся номинальным  директором, не осуществляющим  руководство должником.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, данная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Также, в соответствии с пунктом 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 04.07.2018, срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

В настоящем случае должник признан  банкротом решением   от 28.12.2016 (резолютивная часть объявлена 21.12.2016), с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился  только 23.12.2019.  

В силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, которые должны добросовестно исполнять свои обязанности, в том числе, в части принятия мер к привлечению  субсидиарной ответственности.

Разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п

На основании определения  от 26.07.2016 обязанности временного управляющего также исполнял ФИО3, в силу чего он имел возможность получить  информацию о контролирующих должника лицах, об основаниях для подачи заявления о привлечении  их субсидиарной ответственности.

На сайте ЕФРСБ 29.12.2016 опубликован отчет о результатах проведения наблюдения, содержавший анализ финансово-хозяйственной деятельности должника.

Анализ финансово-хозяйственной деятельности должника и заключение о наличии  (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства датированы от 02.12.2016.

Таким образом,   вышеуказанный годичный срок исковой давности подлежит исчислению с даты открытия в отношении должника конкурсного производства (21.12.2016 дата объявления резолютивной части решения от  28.12.2016)  годичный срок исковой давности по привлечению к  ответственности  контролирующих должника лиц (ФИО13, ФИО7, ФИО5, ФИО4, ФИО9, ФИО10 по основаниям, возникшим  до 01.07.2017 является пропущенным.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Кроме того, апелляционный суд  принимает во внимание, что также об отсутствии оснований для привлечения   ФИО4  к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о  признании должника банкротом свидетельствуют следующие обстоятельства.

Согласно  пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального № 266-ФЗ и в статье 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции), законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу статьи 9 Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, то есть явно неспособному передать встречное исполнение.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено определением от 10.05.2016 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Техцентры Сотранс», которое, как следует из общедоступной информационно-справочной системы «Картотека арбитражных дел», обратилось в арбитражный суд 27.04.2016.

Таким образом, с момента назначения ФИО4 на должность директора Компании (05.04.2016) и обращением кредитора в суд с заявлением о признании Компании банкротом прошло три недели.

Сведения о том, что ФИО4 до назначения на должность руководителя Компании являлась ее работником и в силу занимаемой должности располагала информацией о финансово-хозяйственной деятельности должника и наличии у него признаков объективного банкротства, материалы дела не содержат.

Обстоятельства того, что ФИО4 с учетом даты назначения на должность руководителя должника в течение месяца (до 05.05.2016), действуя добросовестно и разумно, должна была осознать критичность сложившейся в Компании ситуации и обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, судом  не установлено.

Кроме того,  конкурсный управляющий не доказан  объем обязательств, возникших  в период ненадлежащего исполнения ФИО4 обязанности по  обращению в арбитражный суд с заявлением  о признании должником банкротом.

Относительно  требований  конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 и ФИО14 к субсидиарной ответственности за непередачу документов общества арбитражному управляющему, то в данном случае  также подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона   N 134-ФЗ, поскольку основания для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документации возникли у ответчиков в силу статьи 126 Закона о банкротстве по истечении трех дней с момента вынесения решения о признании должника банкротом - то есть в январе 2017.

При таких обстоятельствах срок исковой давности в отношении ФИО4 по данному основанию конкурсным управляющим  также является пропущенным.

При этом,  апелляционный суд принимает во внимание, что на момент вступления ФИО4 в должность должник не вёл хозяйственной деятельности, операции по счетам должника приостановлены налоговым органом на основании решений от марта 2016, работники были уволены в 2015, информация о финансово-хозяйственной деятельности передана конкурсному управляющему ФИО3, что подтверждается актом, от 23.01.2017 и письмом от 25.01.2018.

Доказательств передачи ФИО4 от предыдущих руководителей материальных и иных ценностей  должника  в материалах дела не имеется.

Напротив, согласно объяснений ответчика ФИО14 (бенефициар должника), заверенные нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО16 23.04.2021, ФИО4 была привлечена, как юрист в компанию ООО «ВТК» в момент, когда деятельность в компании отсутствовала с целью установить лиц виновных в хищении имущества должника, а документация должника находится у самого ФИО14, о чём ФИО4 не было известно (том дела 46 л.д. 62).

Как пояснил в судебном заседании представитель конкурсного управляющего,   ФИО14 передал часть документации должника  по актам приема-передачи от  24.11.2021 и от 12.01.2022.

Учитывая изложенное,  апелляционный суд полагает, что   по требованию  конкурсного управляющего о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО14  срок исковой давности не  является пропущенным, учитывая, что  конкурсный управляющий узнал о том, что ФИО14 является бенефициаром  должника только в рамках настоящего дела., исходя  из вышеуказанных объяснений ФИО14, представленных в материалы дела ФИО4 в 2021 году. 

Обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 10 и пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а именно, отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, — лишь презумпция, облегчающая процесс   доказывания   состава   правонарушения   с   целью   выравнивания   процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно бухгалтерского баланса должника на 31.12.2015 следует, что на отчетную дату основные средства должника составляли 48 425 тыс.руб., дебиторская задолженность -  74 804 тыс. руб.

Как пояснил конкурсный управляющий непередача в установленный статьей 126 Закона о банкротстве срок конкурсному управляющему документации и  имущества должника затруднили выявление всего круга лиц, контролирующих должника, в частности это подтверждается действиями самого  ФИО14

Наличие у конкурсного управляющего возможности самостоятельного получения  такой документации у государственных органов не снимают с ФИО14 ответственности за  неисполнение соответствующей обязанности.

Участвующими в деле лицами установленные законом презумпции  относительно ФИО14 не опровергнуты, как и пояснения конкурсного управляющего в указанной части.

Кроме того, апелляционный суд принимает во внимание, что позднее  получение необходимой документации существенно снижает вероятность поступления денежных средств в конкурсную массу, в том числе в связи с истечением сроков давности ее взыскания и ликвидации некоторых дебиторов.

Поскольку  как указано выше, в отношении    в отношении  ФИО8 конкурный управляющий не приводит обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника и не раскрывает объем  его ответственности,  оснований для привлечения  данного лица к субсидиарной ответственности апелляционным судом не установлены, учитывая правовую позицию конкурсного управляющего.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 41 Постановления N 53, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд выносит определение о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Поскольку в настоящий момент не завершены все мероприятия по формированию конкурсной массы должника, расчеты с кредиторами не проведены, производство по рассматриваемому заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО14 подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

При таких обстоятельствах   обжалуемое определение подлежит изменению в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО14, в указанной части  подлежит принятию новый судебный акт о   привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности  по обязательствам  ООО «Всеволожская транспортная компания». Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности подлежит приостановлению  до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение  -   без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 08.11.2021 по делу №  А56-28388/2016   изменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО14.

В указанной части принять новый судебный акт.

Привлечь ФИО14 к субсидиарной ответственности  по обязательствам  ООО «Всеволожская транспортная компания».

 Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 08.11.2021 по делу №  А56-28388/2016  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.В. Юрков