ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

29.07.2020

Дело № А40-137960/17

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.07.2020

Полный текст постановления изготовлен  29.07.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Зверевой Е.А., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО1, по доверенности от 19 марта 2020 года;

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 20 января 2020 года;

рассмотрев 22.07.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» ГК «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение от 17 декабря 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 02 марта 2020 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк» о признании недействительными сделками банковские операции от 29.06.2017 по снятию денежных средств в размере 172 677 долларов США со счета №4230680300207152809 и 6 600 911 руб. 12 коп. со счета №42306810100204152809 и выдаче указанных денежных средств ФИО2 из кассы ПАО «Межтопэнергобанк» и о применении последствий         недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 04 октября 2017 года публичное акционерное общество «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» (ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства сроком на один год, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 30.09.2017 № 182.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками снятие 29.06.2017 денежных средств в размере 172 677 долларов США со счета № 4230680300207152809 и 6 600 911 руб. 12 коп. со счета № 42306810100204152809 и выдачу указанных денежных средств ФИО2 из кассы ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК».

Кроме того, заявитель просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» 6 600 911 руб. 12 коп. и 172 677 долларов США в рублях РФ по курсу Банка России на дату исполнения судебного акта, а также в виде восстановления задолженности ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» перед ФИО2 по Договору вклада №ФД-35-1702-000002-00 от 03 апреля 2017 года (счет №4230680300207152809) в размере 172 677 долларов США и по Договору вклада №ФД-05-1502-000019-00 от 25 декабря 2015 года (счет № 42306810100204152809) в размере 6 600 911 руб. 12 коп.

Также конкурсный управляющий Банка просил взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму, подлежащую возврату ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК», с момента вступления в силу судебного акта о признании сделки недействительной в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06 декабря 2018 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 февраля 2019 года, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07 июня 2019 года определение Арбитражного суда города Москвы от 06 декабря 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 февраля 2019 года отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение, при этом суд кассационной инстанции указал, что судами не дана оценка в совокупности доводам конкурсного управляющего о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности, в частности, о том, что: 1) размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа; 2) снятие денежных средств произведено досрочно по обоим договорам банковского вклада, о чем в материалы дела представлены копии заявлений ответчика (т. 1 л.д. 19, 23); 3) ответчик является заинтересованным лицом (член Совета директоров); 4) не приведено экономически обоснованных причин досрочного снятия денежных средств с потерей процентов.

Также суд кассационной инстанции сослался на то, что судами не учтено, что, совершая оспариваемые банковские операции, ФИО2 как аффилированное лицо не мог не знать о неплатежеспособности банка, при этом, делая вывод об обычности хозяйственной деятельности, суды не установили, наступили ли сроки окончания вкладов по договорам банковского вклада по состоянию на дату сделок.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда города Москвы от 17 декабря 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2020 года, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить определение суда первой инстанции от 17 декабря 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 02 марта 2020 года и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

Конкурсный управляющий должника в обоснование заявленных требований указал, что 29.06.2017 осуществлено снятие денежных средств в размере 172 677 долларов США и 6 600 911 руб. 12 коп. и выдача указанных денежных средств ФИО2 из кассы ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК». 

Полагая, что указанные банковские операции являются недействительными сделками на основании пунктов 1,2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий Банка обратился в суд с настоящим заявлением.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника сослался на презумпции выхода сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности, установленные пп. г) п. 35.3 Пленума ВАС РФ №63 от 23.12.2010, а также на презумпции, установленные п.п. 1,2 п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве.

Также конкурсный управляющий Банка ссылался на недействительность сделок на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, указывая, что сделка была совершена в период неплатежеспособности Банка и была направлена на удовлетворение личных интересов заинтересованного по отношению к Банку лица в ущерб интересам клиентов Банка.

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, сослались на то, что наличие на момент совершения оспариваемых сделок у кредитной организации картотеки неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете (подпункт б пункта 35.3 Постановления N 63), в силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.04.2018 N 305-ЭС17-22716 по делу N А40-35812/2016, не может образовывать презумпцию при оспаривании сделок по выдаче наличных денежных средств добросовестным вкладчикам (клиентам) банка. Такое обстоятельство принимается судом во внимание наряду с иными при исследовании вопроса о типичности сделки для конкретной кредитной организации. 

Суды пришли к выводу, что ФИО2 представил доказательства совершения оспариваемых сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности, поскольку из выписок из лицевого счета по договорам вкладов следует, что ФИО2 ранее, в том числе, до окончания сроков вкладов, совершались операции, аналогичные оспариваемым, в том числе,  взносы во вклад, переводы денежных средств со счета и возврат депозита, а также иные  расходные операции, которые допускались условиями договоров.

Суды указали, что факт аффилированности ФИО2 с должником (даже при его доказанности) имеет значение только в случае совершения заинтересованным лицом банковских операций по счетам, при этом конкурсным управляющим должника не представлено достаточных доказательств, что именно в силу аффилированности ФИО2 с Банком произошло предпочтительное удовлетворение требований ответчика.

Кроме того, суды не нашли оснований для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, установив отсутствие факта причинения вреда кредиторам должника оспариваемыми сделками.

Заявитель кассационной жалобы, оспаривая принятые судебные акты, указал, что на дату оспариваемой сделки в Банке была сформирована официальная картотека неисполненных платежных документов, которая отражена на балансе Банка с 29.06.2017, при этом в решении суда от 04 октября 2017 года о признании Банка банкротом установлены признаки неплатежеспособности Банка.

В связи с вышеизложенным Банк считает, что ФИО2 получил преимущественное удовлетворение своих требований перед иными кредиторами Банка, при этом ответчик как член Совета директоров Банка и его акционер не мог не знать о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций.

Также заявитель кассационной жалобы указал на неправомерность выводов судов о том, что факт аффилированности ФИО2 с должником (даже при его доказанности) имеет значение только в случае совершения заинтересованным лицом банковских операций по счетам, поскольку наличие картотеки в Банке и аффилированность ответчика являются различными презумпциями, а, следовательно, для снятия денежных средств со счета может быть применена презумпция, установленная пп. 2 п. 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий Банка полагает, что суды не дали оценки доводам заявителя о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пп. г) п. 35.3. Пленума ВАС РФ №63, а также необоснованно отказали в удовлетворении требований о признании сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с ст. 61.1, п. 1 ст. 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 ст. 189.40 Закона о банкротстве.

Периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства должника, указанные в ст. ст. 61.2, 61.3 и п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются, начиная с даты назначения Банком России временной администрации.

Такой порядок предусмотрен пунктами 1, 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Приказами Банка России от 20.07.2017 N ОД-2033 и N ОД-2034 у ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» с 20.07.2017 отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация Банка России по управлению Банком.

Оспариваемая банковская операция совершена 29.06.2017, то есть в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Следовательно, как правильно указали суды, оспариваемые банковские операции могут быть признаны недействительными сделками при наличии условий, установленных пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, то есть при доказанности предпочтительного удовлетворения требований ФИО2 перед требованиями других кредиторов должника.

Согласно п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения не наступил, одних кредиторов при наличии неисполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

К рассматриваемым правоотношениям подлежит применению правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, согласно которой сам по себе факт появления в спорный период времени у должника сложностей не исключает возможность осуществления кредитной организацией обычной хозяйственной деятельности и, как следствие, не исключает возможность применения положений п. 2 ст. 61.4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку при ином подходе все банковские операции, совершенные кредитной организацией в течение месяца до назначения временной администрации, подлежат признанию недействительным, что, по сути, означает игнорирование положений п. 2 ст. 61.4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», являющихся неотъемлемой частью правил об оспаривании сделок, что, в свою очередь, ведет к дестабилизации гражданского оборота, неоправданному отрицанию всей обычной деятельности кредитной организации за месяц до введения временной администрации, нарушению принципов правовой определенности и обеспечения разумного баланса имущественных интересов участников гражданского оборота. 

Особенность же оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций заключается в том, что помимо признаков предпочтения, обязанность доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности (нетипичность сделки) по общему правилу изначально возлагается на истца, в рассматриваемом случае - на конкурсного управляющего (п. 4 ст. 189.40 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Такое регулирование обусловлено тем, что появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления до определенного момента обычной хозяйственной деятельности, при этом на стороне ответчика, являющегося контрагентом банка, всегда будут возникать объективные сложности в представлении доказательств, подтверждающих соответствующий критический момент приостановки операций из-за недостатка ликвидности.

Поэтому, обращаясь с требованием о признании соответствующей банковской операции недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен привести мотивы, по которым он считает оспариваемое им исполнение распоряжения клиента выходящим за пределы обычной деятельности банка, а также представить обосновывающие данный довод доказательства.

Таким образом, по смыслу норм п. п. 4, 5 ст. 189.40 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

В пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве указано, что предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

Между тем, пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве не приведен исчерпывающий перечень всех случаев выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности, а установлены только соответствующие презумпции.

Поэтому о выходе сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности могут свидетельствовать иные обстоятельства, в том числе указанные в абзаце девятом пункта 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 35.3 постановления Пленума ВАС РФ N 63 от 23.12.2010 при оспаривании в деле о банкротстве кредитной организации  сделок конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что данные сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации.

В качестве таких доказательств могут, в частности, с учетом всех обстоятельств дела рассматриваться сведения о том, что:

а) на момент совершения оспариваемой сделки в отношении кредитной организации регулятором был введен запрет на осуществление соответствующих банковских операций;

б) на момент совершения оспариваемой сделки у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете;

в) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие кредитные организации;

г) клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций;

д) или клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин;

е) или оспариваемым платежом клиент исполнил договор поручительства, заключенный незадолго до платежа в обеспечение возникшего существенно ранее долга другого лица перед кредитной организацией.

Кроме того, при оспаривании платежей, указанных в пунктах 35.1 и 35.2 настоящего постановления, следует также учитывать, насколько обычными они были для клиента.

В данном случае конкурсный управляющий Банка в обоснование поданного заявления указывал на выход сделок за пределы обычной хозяйственной на основании пп. г) п. 35.3 постановления Пленума ВАС РФ №63 от 23.12.2010, а также п.п. 1,2 п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве.

В данном случае суды, отказывая в признании сделок недействительными на основании  п.п. 1,2 п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве, указали, что наличие у кредитной организации картотеки неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете (подпункт б пункта 35.3 Постановления N 63) не может образовывать презумпцию при оспаривании сделок по выдаче наличных денежных средств добросовестным вкладчикам (клиентам) банка, при этом факт аффилированности ФИО2 с должником (даже при его доказанности) имеет значение только в случае совершения заинтересованным лицом банковских операций по счетам, тогда как в данном случае произошло снятие наличных денежных средств из кассы Банка.

Действительно, в силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.04.2018 N 305-ЭС17-22716 по делу N А40-35812/2016, наличие в Банке картотеки неисполненных платежных поручений клиентов Банка не может образовывать презумпцию при оспаривании сделок по выдаче наличных денежных средств добросовестным вкладчикам (клиентам) банка. 

Вышеуказанный вывод судов является правильным.

Между тем, вывод судов о том, что операция по снятию денежных средств из кассы Банка не может быть оспорена на основании пп. 2 п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве, не  соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 25 апреля 2019 года №308-ЭС18-16370 (2).

В силу подпункта 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации.

В данном случае судами установлено, что ФИО2 является членом Совета Директоров и акционером Банка, то есть заинтересованным и  контролирующим по отношению к должнику лицом.

С учетом данного обстоятельства и приведенных норм права, презюмируется, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности должника, при этом вывод судом о неоднократном совершении ранее подобных сделок между сторонами не свидетельствует об опровержении презумпции, установленной подпунктом 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд округа считает, что суды, установив аффилированность и заинтересованность  ответчика по отношению к должнику, не применили норму права, подлежащую применению, что привело к принятию неправильного судебного акта.

Также суды, отказывая в признании сделки недействительной на основании пп. г) п. 35.3. постановления Пленума  ВАС РФ №63, указали, что  факт аффилированности (при его доказанности) Банка и ФИО2 в данном рассматриваемом случае правового значения не имеет, поскольку конкурсным управляющим должника не представлено достаточных доказательств того, что именно в силу их аффилированности произошло предпочтительное удовлетворение требований ответчика.

 Между тем, в соответствии с разъяснениями, изложенными  в пп. г) п. 35.3. постановления Пленума  ВАС РФ №63, сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, если клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций

Как следует из решения суда о признании Банка банкротом, на момент совершения сделок имелось несколько предписаний Банка России в отношении должника, что свидетельствует о том, что ФИО2 с учетом занимаемой им должности и совершая сделки за месяц перед назначением в Банке временной администрации не мог не осознавать наличие у должника финансовых сложностей.

Значимость кредитных организаций в системе экономических отношений обусловливает определенные особенности их функционирования, заключающиеся, в частности, в необходимости повышенного контроля за их финансовой устойчивостью. Для этих целей регулятор, в том числе предписывает формировать резервы на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности.

Таким образом, признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества кредитной организации должны устанавливаться исходя из необходимости соблюдения таких предписаний. В противном случае может сложиться ложная видимость финансового благополучия банка в отношении исследуемого периода, что искусственно исключает возможность оспаривания сделок по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция соответствует изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2019 N 308-ЭС18-16370 (2).

Таким образом, в данном случае конкурсным управляющим доказана презумпция, установленная пп. г) п. 35.3. Постановления Пленума №63.

В случае несовершения оспариваемых банковских операции требования ФИО2 к банку о возврате денежных средств, числящихся на счете физического лица, в соответствии действующим законодательством Российской Федерации подлежали бы включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в пропорциональном порядке, тогда как совершение оспариваемых банковских операций повлекло уменьшение конкурсной массы Банка, а также привело к тому, что кредиторы, в том числе первой очереди, Банка утратили возможность получить удовлетворение своих требований пропорционально размеру этих требований за счет денежных средств, полученных ФИО2 предпочтительно перед остальными.

При таких обстоятельствах арбитражный суд округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых определения суда первой и постановления суда апелляционной инстанций с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований конкурсного управляющего, поскольку суды правильно установили фактические обстоятельства по делу, в том числе, заинтересованность и аффилированность ответчика по отношению к должнику, наличие в банке финансовых сложностей на момент совершения оспариваемых операций, однако не применили подлежащие применению пп. 2 п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве и пп.г) п. 35.3. постановления Пленума ВАС РФ №63.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В силу пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 настоящего Федерального закона и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Данные разъяснения предоставляют возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами (а также договорных процентов) на сумму признанного недействительным денежного исполнения. Обязанность уплатить подобные проценты по смыслу названного пункта лежит на кредиторе, выступающем в качестве ответчика и обязанном осуществить возврат полученного предоставления.

Учитывая вышеизложенное, суд округа считает обоснованными требования конкурсного управляющего Банка о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания полученных ответчиком денежных средств в конкурсную массу Банка и восстановления остатка денежных средств на счетах ответчика, а также в части взыскания с ФИО2 процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 17 декабря 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2020 года по делу № А40-137960/17 отменить.

Признать недействительными сделками банковские операции от 29.06.2017 по снятию денежных средств в размере 172 677 долларов США со счета № 4230680300207152809 и 6 600 911,12 руб. со счета № 42306810100204152809 и выдаче указанных денежных средств ФИО2 из кассы ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК».

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» 6 600 911 руб. 12 коп. и 172 677 долларов США в рублях РФ по курсу Банка России на дату исполнения судебного акта, а также в виде восстановления задолженности ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» перед ФИО2 по Договору вклада №ФД-35-1702-000002-00 от 03 апреля 2017 года (счет №4230680300207152809) в размере 172 677 долларов США и по Договору вклада №ФД-05-1502-000019-00 от 25 декабря 2015 года (счет № 42306810100204152809) в размере 6 600 911 руб. 12 коп.

Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму, подлежащую возврату ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК», с момента вступления в силу судебного акта о признании сделки недействительной в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК» госпошлину по кассационной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Е.А. Зверева

 

Л.В. Михайлова