ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-67833/2019

04 мая 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     25 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 мая 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Барминой И.Н., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з ФИО1

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 25.04.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-2174/2022)  финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2021 по делу № А56-67833/2019/сд.8 (судья Иванова Е.С.), принятое по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО2 об оспаривании сделки должника 

ответчик: ФИО4,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» (далее – кредитор) о признании ФИО3 (далее - должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 01.08.2019 заявление кредитора принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 17.12.2019 (резолютивная часть определения объявлена 13.12.2019), оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020, заявление публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО5, являющаяся членом Союза арбитражных управляющих «КОНТИНЕНТ» (саморегулируемая организация). Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.12.2019 №241. 

Решением арбитражного суда от 10.07.2020 (резолютивная часть решения объявлена 03.07.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО6, являющаяся членом Союза арбитражных управляющих «КОНТИНЕНТ» (саморегулируемая организация). 

Определением арбитражного суда от 14.09.2020, резолютивная часть которого объявлена 11.09.2020, ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3. Новым финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «КОНТИНЕНТ» (саморегулируемая организация). 

В арбитражный суд обратился финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 с заявлением о признании сделки – соглашения о разделе имущества супругов от 04.07.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО4, недействительной; применении последствий ее недействительности в виде возврата переданного по соглашению имущества для передачи в конкурсную массу.

Определение от 23.12.2021 суд отказал в удовлетворении заявления.

Финансовый управляющий не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт: заявление финансового управляющего удовлетворить, признать недействительной сделку – Соглашение о разделе имущества супругов от 04.07.2017, заключенное между ФИО3 и ФИО4, применить последствия недействительности сделки.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции не учтено, что, имея сведения о тяжелом материальном положении ООО «Хетек» (о чем в том числе свидетельствует выдача займов), по обязательствам которого как поручитель отвечал должник,  последний осуществлял действия направленные на вывод ликвидного имущества путем заключения соглашения о разделе имущества. При этом в силу заключенного ранее брачного договора, долги относились только на него.

Кроме того, финансовый управляющий отмечал, что доказательств фактического прекращения семейных отношений как на момент заключения брачного договора, так и на момент заключения соглашения о разделе имущества) между должником и ответчиком не представлено.

Вместе с тем, финансовый управляющий указал, что именно на основании ст. 10, 168, 170 ГК РФ, сделка подлежит признанию недействительной, так как все обстоятельства свидетельствуют о злоупотреблении должником и ответчиком, являющимися супругами, правами в нарушение прав реальных кредиторов и в результате совершения вышеуказанной сделки причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, так как была уменьшена конкурсная масса. При этом, совершенная сделка обладает пороком в силу ее мнимости (ст. 170 ГК РФ), что говорит о выходе сделки за пределы санкции ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо прочего, финансовый управляющий полагал, что срок исковой давности необходимо исчислять с 15.09.2021.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель финансового управляющего доводы жалобы поддержал с учетом дополнений.

Представители должника и ответчика возражали против удовлетворения жалобы.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и ФИО4 29.02.2016 заключен брачный договор, удостоверенный нотариально. 

Пунктом 1 брачного договора предусмотрено, что предметом настоящего договора является соглашение супругов, определяющее имущественные права супругов в браке и в случае его расторжения. Стороны договора подтверждают, что им известен перечень и оценочная стоимость всего имеющегося совместно нажитого имущества с момента регистрации брака до заключения настоящего договора. Раздел совместно нажитого имущества предусмотрен дополнительно и оформлен Соглашением о разделе имущества.

Согласно пункту 2 брачного договора любое имущество и имущественные права, которые будут приобретаться супругами в дальнейшем в период брака, будут являться собственностью того из супругов, на имя которого они приобретены. 

Впоследствии между должником и ФИО4 04.07.2017 заключено соглашение о разделе имущества супругов, также удостоверенное нотариально. 

Предметом соглашения является недвижимое имущество общей кадастровой стоимостью 78 229 772,63 руб., приобретенное ФИО3 и ФИО4 в период брака. 

По условиям соглашения в результате раздела имущества к ФИО3 в личную собственность перешло имущество, кадастровая стоимость которого составляет 49 547 323, 20 руб., а к ФИО4 перешло имущество общей стоимостью 28 682 449,43 руб.

 Полагая, что сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление необоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В силу подпункта 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указанными в пунктах 5, 7 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона).

В настоящем случае, сделки, действительно, были заключены  между заинтересованными лицами.

При этом, как сам указал финансовый управляющий в апелляционной жалобе, в момент заключения оспариваемых сделок должник не обладал признаками неплатежеспособности.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как указано выше, требуется установить также факт причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой.

Доводы  жалобы об отсутствии экономической целесообразности заключения брачного договора и соглашения о разделе имущества, подлежат отклонению.

Так, в соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

По смыслу статей 40, 42, 44 СК РФ при заключении брачного договора стороны вправе распределить нажитое в браке имущество на свое усмотрение, при этом принцип равноценности в таких правоотношениях не является обязательным, в то же время вред требованиям кредиторов может быть причинен в результате заключения брачного договора в том случае, когда должник в результате совершения такой сделки лишился имущества, за счет стоимости которого могли быть погашены обязательства перед кредиторами (статья 65 АПК РФ).

Однако, в настоящем случае, управляющим не представлено доказательств того, что в результате совершения сделок  был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 1 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Доказательств того, что в результате заключения брачного договора и соглашения о разделе имущества  из режима совместной собственности было выведено наиболее ликвидное имущество в ущерб интересам кредиторов, не представлено. 

Напротив, в результате заключения оспариваемого соглашения к должнику перешло имущество в большем размере и большей стоимостью, чем к ответчику.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал в признании сделок недействительными.

Кроме того, суд пришел к выводу, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 32 Постановления N 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у должника информацию о его имуществе, сделках, совместно нажитом имуществе, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника и его супруга (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.).

Судом первой инстанции установлено, что процедура реструктуризации долгов введена определением суда от 17.12.2019 (резолютивная часть объявлена 13.12.2019), процедура реализации имущества - решением суда от 10.07.2020 (резолютивная часть объявлена 03.07.2020). 

При этом, финансовым управляющим имуществом должника ФИО5 в результате анализа финансового состояния должника 23.03.2020 подготовлено заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок ФИО3, в котором перечислены, в том числе объекты недвижимости, являющиеся предметом оспариваемого соглашения о разделе имущества супругов.

Однако, только 10.06.2020 должник направил в адрес финансового управляющего ФИО5 документы, касающиеся спорной сделки, - брачный договор и соглашение о разделе имущества супругов, которые получены адресатом 16.06.2020.

Таким образом, с 16.06.2020 следует исчислять срок исковой давности.

С заявлением о признании соглашения недействительной сделкой финансовый управляющий обратился в суд 19.07.2021, то есть с нарушением годичного срока исковой давности.

Довод о том, что должник не является ответчиком по обособленному спору, в связи с чем его заявление о пропуске срока исковой давности не могло быть принято судом во внимание, подлежит отклонению, как основанное на неправильном толковании норм права.

Должник, как участник сделки, в любом случае является ответчиком по заявлению о признании сделки недействительной.

Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.12.2021 по делу №  А56-67833/2019/сд.8 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.    

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.Н. Бармина

 И.В. Юрков