Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-230444/20-51-1634

город Москва

01 апреля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 марта 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 01 апреля 2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кундузовой В. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОТКРЫТИЕ ТВ» (ОГРН 1097746773409)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МВ-САМАРА» (ОГРН 1126315004089)

о взыскании в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года долга в размере 60 440 долларов США 70 центов, неустойки в размере 5 827 долларов США 39 центов, расходов на оплату услуг представителя в размере 80 100 руб., 

при участии:

от истца – Ольховский А.О., по дов. № ОТВ-2021/010 от 04 марта 2021 года;

от ответчика – не явился, извещен;

У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОТКРЫТИЕ ТВ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МВ-САМАРА» (далее – ответчик) о взыскании в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года долга в размере 60 440 долларов США 70 центов, неустойки в размере 5 827 долларов США 39 центов, расходов на оплату услуг представителя в размере 80 100 руб.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явился, против удовлетворения исковых требований возражает по доводам, изложенным ранее представленном письменном отзыве.

С учетом своевременного размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, спор рассмотрен в его отсутствие на основании статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ».

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителя истца, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 24 февраля 2016 года между истцом (ДИСКАВЕРИ, ранее – ООО «Дискавери Коммьюникейшенс») и ответчиком (оператором) было заключено лицензионное соглашение № 3010912, состоящее из главного приложения и стандартных условий.

Также сторонами 01 января 2017 года заключено дополнительное соглашение к лицензионному соглашению № 3010912 от 24.02.2016. 

В соответствии с пунктом 1 соглашения истец передал оператору неисключительное право, а оператор принял на себя обязательство в течение лицензионного срока принимать и распространять ( а именно, осуществлять ретрансляцию) каналов, перечень которых приведен в разделе Е главного приложения, на территории посредством платного телевидения в закодированном формате через системы распространения для передачи каналов абонентам, начиная с начальной даты (или соответствующей даты запуска, в зависимости от случая) до истечения лицензионного срока, при условии выплаты оператором истцу лицензионных платежей в порядке, предусмотренном соглашением.

В соответствии с разделом Е главного приложения лицензионного соглашения истец предоставил права, а ответчик принял на себя обязательство распространять телеканалы.

В соответствии с пунктом 7.1. стандартных условий и разделами K, L, M главного приложения лицензионного соглашения за предоставленные неисключительные права на распространение телеканалов ответчик обязался выплачивать истцу лицензионные платежи, рассчитываемые за каждый месяц путем умножения ставок, установленных разделом K, на - в зависимости от того, что окажется выше - минимальное гарантированное число абонентов, установленное разделом L, или фактическое число абонентов.

В обоснование исковых требований истец указал, что за период с декабря 2018 года по октябрь 2019 года задолженность ответчика перед истцом по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года составляет 60 440 долларов США 70 центов

Согласно пункту 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В отзыве на исковое заявление ответчик ссылается на существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, а именно на прекращение действия лицензии на оказание услуг связи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Согласно пункту 2 статьи 451 ГК РФ, если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут судом по требованию заинтересованной стороны только при наличии одновременно четырех предусмотренных данным пунктом условий: 1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; 2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; 3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; 4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

Исходя из текста отзыва на исковое заявление, а также содержания представленного ответчиком письма исх. № 107 от 19.07.2019, в качестве существенного изменения обстоятельств ответчик рассматривает прекращение действия лицензии на оказание услуг связи.

Однако при заключении соглашения ответчик гарантировал, что обладает всеми возможностями для заключения соглашения и полного выполнения обязательств по нему (пункт 13.1 стандартных условий к соглашению).

В соответствии с пунктом 13.2. стандартных условий оператор заявляет, гарантирует и обязуется, что в течение лицензионного срока: (а) он получил все лицензии на распространение и будет поддерживать их в полной силе в течение срока действия лицензии; (f) он будет транслировать каналы во время, и только во время, часов трансляции семь дней в неделю в течение срока действия лицензии.

Аналогичные положения содержатся также в пункте 1 преамбулы лицензионного соглашения, пунктах 4.1, 9.1 стандартных условий лицензионного соглашения. Тем самым ответчик принял на себя обязательства принимать и распространять указанные в лицензионном соглашении каналы в течение срока действия лицензионного соглашения.

Действие лицензии ответчика прекращено, как указывает ответчик, на основании пп. 1 п. 13 ст. 20 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», то есть в связи с представлением лицензиатом в лицензирующий орган заявления о прекращении лицензируемого вида деятельности. Таким образом, отзыв лицензии является прямым последствием действий самого ответчика.

Учитывая изложенное, условия, предусмотренные пп. 1, 2 и 4 п. 2 ст. 451 ГК РФ, отсутствуют, соответственно, основания для расторжения соглашения в связи с существенным изменений обстоятельств не наступили.

Суд считает необходимым отметить, что непродление лицензии, и/или не получение новой лицензии, и/или досрочное аннулирование действующей лицензии является нарушением условий лицензионного соглашения ответчиком, но не является основанием для расторжения лицензионного соглашения.

В письме исх. № 95 от 21.06.2019 ответчик в качестве основания для расторжения лицензионного соглашения указывает на прекращение действия лицензии на оказание услуг связи, ссылаясь при этом на пункт 17.2 лицензионного соглашения.

Однако пункт 17.2 соглашения предусматривает основания для одностороннего расторжения соглашения только по инициативе истца:

Таким образом, пункт 17.2, на который ссылается ответчик, не содержит оснований для расторжения соглашения по инициативе ответчика.

Также в отзыве на исковое заявление ответчик указал на возникшую незаконность исполнения лицензионного соглашения, как на основание для его расторжения, ссылаясь на пункт 17.4 соглашения.

Согласно пункту 17.4 лицензионного соглашения, если для любой из сторон становится незаконным исполнение любого из своих обязательств, как это предусмотрено соглашением (включая, без ограничений, в связи с санкциями, как это определено выше) в Российской Федерации, Соединенных Штатах Америки, Европейском Союзе, то такая сторона имеет право расторгнуть настоящее соглашение в одностороннем порядке путем направления письменного уведомления другой стороне. После такого уведомления соглашение прекращает свое действие незамедлительно, и ни одна из сторон не будет нести никакой ответственности перед другой в результате такого расторжения, при условии, что любые претензии, которые возникли до расторжения соглашения, должны оставаться в силе.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. 1 ст. 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Как следует из пункта 17.4. соглашения, указанный пункт предусматривает право сторон на одностороннее расторжение соглашения в связи с действиями третьих лиц, не зависящих от воли сторон (например, введение экономических или иных санкций, делающих невозможным дальнейшее исполнение условий соглашения).

Как следует из сопоставления условий пункта 17.4. с иными положениями соглашения, пункт 17.4. не предоставляет одной из сторон безусловное право на одностороннее расторжение договора по собственной инициативе, поскольку: 

1) основания для одностороннего расторжения соглашения по инициативе одной из сторон установлены пунктом 17.1. соглашения; 

2) соглашением предусмотрено обязательство оператора по поддержанию лицензии в силе: пункт 13.2. - «оператор заявляет, гарантирует и обязуется, что в течение лицензионного срока: (а) он получил все лицензии на распространение и будет поддерживать их в полной силе в течение срока действия лицензии; (f) он будет транслировать каналы во время, и только во время, часов трансляции семь дней в неделю в течение срока действия лицензии...». Аналогичные положения содержатся также в пункте 1 преамбулы лицензионного соглашения, пунктах 4.1., 9.1. стандартных условий лицензионного соглашения;

3) подп. (d) пункта 17.2. соглашения предусматривает право истца на одностороннее расторжение соглашения в случае утраты оператором любой из лицензий связи - данное договорное положение однозначно предоставляет инициативу расторжения договора в случае прекращения действия лицензии лицензиару (истцу), а не оператору (ответчику).

Учитывая вышеизложенное, воля сторон соглашения с очевидностью не могла быть направлена на то, чтобы предоставить стороне, нарушающей условия договора, право на одностороннее его расторжение.

Согласно пункту 2 статьи 407 ГК РФ, прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором.

Тем самым, предусмотренные лицензионным соглашением основания для его расторжения в рассматриваемом случае не наступили.

В отзыве ответчик ссылается на предоставление истцу нулевых отчетов об абонентах.

Исходя из положений разделов L, M и N главного приложения лицензионного соглашения, расчет лицензионного вознаграждения производится на основе минимально гарантированного числа абонентов, установленного разделом М. Расчет исходя из фактического числа абонентов производится только в том случае, если фактическое число абонентов превышает минимально гарантированное число абонентов (в соответствии с подразделом «Ежемесячная оплата за истекший период» раздела N для расчета берется наибольшая из двух величин: (i) среднее фактическое число абонентов; или (ii) минимальное гарантированное число абонентов).

Ссылка ответчика на нулевые отчеты как на доказательство отсутствия вещания им телеканалов истца также не является основанием для освобождения ответчика от обязательств по выплате лицензионного вознаграждения.

Обязанность ответчика по выплате лицензионного вознаграждения действует независимо от того, использует ли ответчик предоставленные по лицензионному соглашению права, т.е. независимо от наличия фактического вещания телеканалов ответчиком.

В соответствии с пунктом 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с этим лицензиару не может быть отказано в требовании о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Также в определении от 26.02.2015 по делу № 305-ЭС14-3537 Верховный суд РФ указал: «Ссылка ответчика в обоснование отсутствия обязанности по оплате на прекращение фактического вещания телеканалов не имеет значения для данного дела, поскольку предоставление прав на вещание телеканалов и обязанность по их оплате в соответствии с законодательством Российской Федерации и договорами от 28.03.2011 № 377/д/д и № 425/д/ри не ставится в зависимость от наличия фактического вещания».

Таким образом, предоставление нулевых отчетов об абонентах не влечет прекращения обязательств ответчика по лицензионному соглашению, включая обязательства по выплате лицензионного вознаграждения.

В отзыве ответчик указывает на возврат истцу карт доступа к телеканалам.

Однако возврат карт доступа на телевизионные каналы не является основанием для неисполнения ответчиком обязательства по оплате предусмотренного соглашением лицензионного вознаграждения.

В соответствии с условиями соглашения (п. (1) преамбулы соглашения, пунктами 4.1., 9.1. стандартных условий соглашения) ответчик принял на себя обязательство принимать и распространять указанные в соглашении каналы в течение срока действия соглашения. Односторонний отказ от исполнения данных обязательств со стороны ответчика недопустим в соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 310 ГК РФ и не может быть основанием для расторжения соглашения по инициативе ответчика.

В силу статьи 1235 ГК РФ предметом лицензионного договора является ни оказание каких-либо услуг с использованием результата интеллектуальной деятельности и ни возможность оказания таких услуг, а предоставление права использовать результат интеллектуальной деятельности. Обязательства по оплате лицензионных платежей не зависят от фактического использования исключительных прав.

Таким образом, возврат карт доступа не влечет прекращения обязательства ответчика по оплате лицензионных платежей.

Ответчик также ссылается на то, что обращение истца в суд для взыскания лицензионных платежей свидетельствует о недобросовестности истца.

Данный довод ответчика судом отклоняется в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Истец обратился в суд за защитой своих прав в связи с нарушением ответчиком своих обязательств по оплате лицензионных платежей за предоставленное неисключительное право принимать и распространять телеканалы, указанные в лицензионном соглашении. Каких-либо доказательств недобросовестности истца ответчиком не представлено.

Отказ истца от досрочного расторжения лицензионного соглашения в отсутствие предусмотренных законом или договором оснований не может служить подтверждением недобросовестности истца.

В соответствии с разделом J главного приложения лицензионного соглашения лицензионные платежи определены в долларах США без учета НДС; платежи производятся в российских рублях по курсу, согласованному в пункте 7.3.3. стандартных условий с учетом особых условий (раздел O).

В соответствии с пунктом 7.3.3. стандартных условий оператор выплачивает лицензионные платежи в российских рублях (при этом ставка лицензионного платежа определена в долларах США) по курсу ЦБ РФ на дату платежа.

В соответствии с пунктом 2 статьи 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, «специальных правах заимствования» и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с учетом требований статьи 71 АПК РФ, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года долга в размере 60 440 долларов США 70 центов.

Истец также просит суд взыскать с ответчика в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года неустойку по состоянию на 12 ноября 2019 года в размере 5 827 долларов США 39 центов. 

В соответствии с пунктом 7.6. стандартных условий если оператор своевременно не перечислит причитающийся истцу платеж в соответствии с соглашением, в отношении непогашенной суммы истец вправе начислить проценты в размере 2 % в месяц (или пропорционально части месяца), которые должны быть оплачены на основании письменного требования со стороны истца. Проценты начисляются с установленной даты платежа по дату полного удовлетворения указанного платежного обязательства.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Расчет истца судом проверен и признан математически и методологически верным. 

Контррасчета неустойки ответчик не представил, о снижении не заявил.

Указанный расчет судом проверен и признан математически и методологически верным. 

Учитывая изложенное, неустойка подлежит взысканию с ответчика в заявленном размере в соответствии с пунктом 7.6. договора, ст. 330 ГК РФ.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 80 100 руб.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Как следует из положений ч. 2 ст. 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Фактическое несение судебных расходов на оплату услуг представителя подтверждается представленными в материалы дела: договором № 1704/10-1 об оказании юридических услуг от 10 апреля 2017 года, актом от 30 октября 2020 года, платежными поручения об оплате юридических услуг за период с апреля по ноябрь 2020 года.

Суд, исходя из оценки критериев сложности дела, с учетом характера спорного правоотношения, объема представленных по делу доказательств, объема оказанных представителем услуг, количества судебных заседаний, принципа разумности, временных затрат, сложившейся судебной практики, считает, что судебные расходы подлежат возмещению за счет ответчика в полном объеме.

Кроме того, суд исходит из того, что каких-либо бесспорных доказательств чрезмерности, неразумности и необоснованности указанных расходов ответчиком не представлено.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на ответчика. 

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,  

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МВ-САМАРА» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОТКРЫТИЕ ТВ» в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты по лицензионному соглашению № 3010912 от 24 февраля 2016 года долг в размере 60 440 долларов США 70 центов, неустойку в размере 5 827 долларов США 39 центов, расходы на оплату услуг представителя в размере 80 100 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 48 266 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: О. В. Козленкова