АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, http://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-1286/24

г. Уфа

13 июня 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 10.06.2024

Полный текст решения изготовлен 13.06.2024

 

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе: судьи Хазиахметовой З.Р., при ведении протокола секретарем судебного заседания Рияновой Л.З., рассмотрев исковое заявление акционерного общества «Белорецкий металлургический комбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Акционерному обществу «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ», ИП ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о признании договора цессии от 17.11.2023 недействительным     

 

При участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2, представитель по доверенности от 30.12.2022;

от ИП ФИО1 - ФИО3 представитель по доверенности 07.02.2024 (с использованием системы веб-конференции), ФИО1, паспорт.

от АО «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ» - ФИО4, представитель по доверенности 1 от 21.05.2021 (с использованием системы веб-конференции);

 

Акционерное общество «Белорецкий металлургический комбинат» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к Акционерному обществу «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ», ИП ФИО1 о признании договора цессии от 17.11.2023 недействительным.

Определением от 26.01.2024 указанное исковое заявление принято к производству суда.

От ответчика поступил отзыв на иск, в удовлетворении требований просит отказать.

Истец ходатайствует об отложении судебного заседания, в связи с рассмотрением вопроса об объединении дел в рамках дела №А07-17149/2024.

Рассмотрев ходатайство истца об отложении судебного заседания, суд в его удовлетворении отказывает, ввиду отсутствия оснований для отложения рассмотрения дела, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, поскольку отложение судебного разбирательства приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения спора. Указанное истцом обстоятельство - рассмотрения ходатайства об объединении дела в одно производство, в рамках иного дела не препятствует рассмотрению настоящего спора, не может служить безусловным основанием для отложения судебного разбирательства, при отсутствии намерения стороны осуществить какие-либо процессуальные действия, в том числе, по представлению дополнительных письменных доказательств, заинтересованным лицом не указаны обстоятельства, свидетельствующие о невозможности рассмотрения дела в настоящем судебном заседании.

Представитель истца ходатайствует об объединении настоящего дела в одно производство с делом А07-17149/2024.

Представитель ИП ФИО1 относительно заявленного ходатайства возражает. 

Представитель АО «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ» относительно заявленного ходатайства возражает. 

Судом в удовлетворении ходатайства об объединении настоящего дела в одно производство с делом А07-17149/2024 отказано, о чем вынесено отдельное определение.

Представитель истца ходатайствует об истребовании дополнительных доказательств у ответчиков.

С учетом принципа состязательности и положений статьи 66 АПК РФ судом отклонено ходатайство истца об истребовании доказательства у ответчиков  в связи с тем, что указанной статьей не предусмотрена возможность истребования доказательств у стороны спора. В данном случае, действуя в пределах предоставленных процессуальным законодательством полномочий, суд может исключительно предложить стороне спора представить доказательства по делу, но не истребовать их в порядке указанной выше статьи. 

Истцом заявлено ходатайство о привлечении по делу в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Главную военную прокуратуру или Прокуратуру РБ.

Представитель ИП ФИО1 относительно заявленного ходатайства возражает. 

Представитель АО «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ» относительно заявленного ходатайства возражает. 

Судом в удовлетворении ходатайства о привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Главную военную прокуратуру или Прокуратуру РБ отказано, о чем вынесено отдельное определение.

Рассмотрев заявленные требования, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд  

 

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, между Акционерным обществом «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ» (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) заключено соглашение об уступке требования от 17.11.2023, согласно которому цессионарию переуступлены права по контракту № 41656К в объеме:

- суммы основного долга в размере 383 351 евро;

- процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 29 июня 2020 года по 3 ноября 2021 года в размере 15 408 евро 8 евроцентов; процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 4 ноября 2021 года по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 09.01.2023 года в размере 8 059 евро 19 евроцентов, с продолжением начисления процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического погашения основного долга из расчета суммы основного долга в размере 383 351 евро исходя из средневзвешенных процентных ставок Банка России по краткосрочным кредитам (до 1 года), предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в евро (в целом по Российской Федерации);

- возмещение расходов взыскателя по уплате регистрационного и арбитражного сборов в размере 28 284 долларов США 18 центов;

- возмещение издержек взыскателя, связанных с арбитражным разбирательством 16 237 долларов США 29 центов,

- возмещение издержек взыскателя, связанных с арбитражным разбирательством в размере 293 358 российских рублей 41 копейка.

Истец полагает, что соглашение об уступке требования от 17.11.2023 недействительным, на основании следующего.

В соответствии с заключенным между АО «БМК» и Hyperion Materials & Technologies (Sweden) AB Гиперион Материалз & Технолоджиз (Швеция) АБ контрактом № 41656К стороны пришли к соглашению, что ни одна из сторон не вправе передавать третьему лицу права и обязанности по настоящему контракту без письменного согласия других сторон (п. 12.1 Контракта).

В нарушение условий указанного контракта при заключении с ИП ФИО1 соглашения об уступки права требования, Hyperion Materials & Technologies (Sweden) AB Гиперион Материалз & Технолоджиз (Швеция) АБ не получил согласие АО «БМК» на данную сделку.

АО «БМК» стало известно о совершении сделки только после ее заключения и своего согласия на данную сделку не давало, таким образом, Hyperion Materials & Technologies (Sweden) зная о необходимости получения согласия на совершения сделки от АО «БМК» действовало недобросовестно.

Полагает, что договор цессии от 17.11.2023 является мнимой сделкой,  совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовое последствия. 

Кроме того, полагает, что поскольку Hyperion Materials & Technologies (Sweden) является резидентом недружественного государства (Швеции), сделка заключена в обход законодательства РФ и преследует целью вывод денежных средств из сраны.

Полагая, что соглашение об уступке требования от 17.11.2023 является недействительной сделкой, общество "БМК" обратилось в суд с рассматриваемым иском.

Правоотношения сторон суд квалифицирует как возникшие из договора цессии, урегулированные положениями главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), общими положениями параграфа 2 главы 9 названного Кодекса о недействительности сделок. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ). 

Рассмотрев исковые требования общества "БМК", суд полагает их не подлежащими удовлетворению на основании следующего. 

Истец в обоснование требований ссылается прежде всего на пункт 12.1 контракта №41656К, согласно которому стороны пришли к соглашению, что ни одна из сторон не вправе передавать третьему лицу права и обязанности по настоящему контракту без письменного согласия других сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 2 статьи 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. 

В силу пункта 3 данной статьи соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения. 

Таким образом, в отношении денежного требования законом предусмотрена возможность его уступки, даже если договором такая уступка требования ограничена или запрещена. В случае установления договорного запрета уступки права (требования) несоблюдение кредитором такого запрета или ограничения не лишает силы такую уступку и не свидетельствует о ее недействительности. 

Указанное соответствует разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление пленума от 21.12.2017 N 54). 

Так, согласно пункту 16 указанного постановления, если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума от 21.12.2017 N 54 уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Лишь в случае, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10, 168 ГК РФ). 

В рассматриваемом случае право требования передано в отношении денежного обязательства. 

По общему правилу при денежном характере обязательства личность кредитора не является значимой для должника, а переход права требования не ухудшает его положения по выполнению обязательств и не противоречит действующему законодательству. 

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что заключение оспариваемого соглашения сделало исполнение обществом "БМК" денежных обязательств, вытекающих из контракта, значительно более обременительным. 

Кроме того, вопреки доводам истца, суд не усматривает оснований полагать, что оспариваемая уступка совершена исключительно с намерением причинить ему вред. 

Из материалов дела следует, что в контракте стороны предусмотрели ограничение уступки требования, вытекающего из этого обязательства, необходимостью согласия на то другой стороны (пункт 12.1 контракта), однако нарушение данного ограничения в силу приведенных выше норм права и разъяснений недействительность соглашения об уступке требования от 17.11.2023 не влечет. 

Ссылки истца на то, что уступленное право не было оплачено цессионарием цеденту, что пункт 4.7 указывает, что после выплаты вознаграждения в размере 188 000 евро (п. 4.2 Соглашения) Стороны подписывают акт уступки требования (Приложение № 1 к Соглашению), однако ни акт уступки требования, ни предусмотренный акт приема- передачи документов не приложен, что позволяет утверждать об отсутствии реальных действий Сторон, что влечет вывод о недействительности сделки, в том числе как мнимой, отклоняются судом на основании следующего.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума от 21.12.2017 N 54 в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

В рассматриваемом случае пункт 4.2 соглашения предусматривает оплату уступаемого права денежными средствами в сумме 188 000 евро, в материалы дела представлены заявление на перевод № 2 от 01.12.2023 5 000 евро с расчетного счета правопреемника на расчетный счет истца с отметкой банка об исполнении, Заявление на перевод № 3 от 11.12.2023 183 000 евро с расчетного счета правопреемника; на расчетный счет истца с отметкой банка об исполнении операции.

Поскольку оспариваемое соглашение условия о безвозмездном характере сделки не содержит, а в материалы дела представлены доказательства оплаты уступленного права, квалификация истцом сделки как притворной, прикрывающей дарение, несостоятельна. Суд не усматривает оснований полагать, что у цедента имелось намерение одарить цессионария.

При этом суд учитывает разъяснения, изложенные в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", согласно которым по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом. 

В данном случае договор цессии заключен между двумя ответчиками, истец стороной указанного договора не является, в связи с чем не вправе выдвигать возражения, вытекающие из обязательства по оплате уступленного права, в котором он не участвует. 

При таких обстоятельствах ссылки истца на недостоверность доказательств оплаты уступленного права, не только опровергаются материалами дела, но и не имеют правового значения для существа рассматриваемого спора. 

Кроме того, в обоснование заявления истец ссылается на следующие обстоятельства. Страна Ответчика 1 является Швеция, при этом, Швеция как государство - член Европейского союза, включены в перечень недружественных России стран, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р «Об утверждении перечня иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении РФ, российских юридических и физических лиц».

Чтобы обеспечить финансовую стабильность, Президент РФ установил особый порядок валютного регулирования и валютного контроля, в том числе в отношении осуществления валютных операций резидентами и нерезидентами, репатриации резидентами иностранной валюты и рублей, открытия и ведения резидентами и нерезидентами счетов (вкладов) в РФ и т.д.

Для поддержания финансовой стабильности резиденты осуществляют сделки (операции) с лицами недружественных иностранных государств в особом порядке.

Полагает, что действия Ответчиков по заключению Соглашения об уступки требования от 17.11.2023 направлены на вывод активов из РФ в недружественные страны, что противоречит политики РФ в поддержании финансовой стабильности в стране и превышают, установленные ЦБ, лимиты на перечисления через системы денежных переводов (

<

Информация> Банка России от 29.09.2023 "Банк России продлил еще на шесть месяцев ограничения на перевод средств за рубеж").

Указал, что Hyperion Materials & Technologies является резидентом недружественного государства (Швеции) и производит продукцию (прецизионные штифты и т.д.), создающую угрозу обороне страны и безопасности Российской Федерации.

Доводы  истца,  о  том  что  Гиперион Материалз & Технолоджиз(Швеция) АБ является производителем продукции, которая потенциально может использоваться предприятиями оборонно-промышленного комплекса иных стран  не  подтверждена  суду  документально. Истец не представляет относимые и допустимые доказательства того, что какие-либо товары, производимые именно компанией заявителя  по  делу, используются в какой-либо военной продукции. 

 При этом,  исполнение  судебного  акта  по  настоящему  делу  не  предусматривает  предоставление  займа либо  кредита, а также  не  влекут  за  собой  возникновение  права  собственности  на  ценные  бумаги и  недвижимое  имущество.

 

Ссылки общества "БМК" на мнимость заключенного ответчиками соглашения от 17.11.2023 судом отклоняются как необоснованные.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания). 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что представленные в дело документы свидетельствуют о заключении соглашения от 17.11.2023 с намерением создать юридические последствия, предусмотренные этим договором: право требования принято ФИО1 

Доказательств, подтверждающих мнимый характер сделки, обществом "БМК" в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ). 

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, рассмотрев все доводы общества "БМК", приведенные в обоснование недействительности соглашения об уступке требования от 17.11.2023, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания его недействительным.

При указанных обстоятельствах достаточные основания для признания соглашения об уступке требования от 17.11.2023 недействительным отсутствуют, исковые требования общества "БМК" удовлетворению не подлежат.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6000 руб. за рассмотрение иска относятся на истца. 

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований акционерного общества «Белорецкий металлургический комбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Акционерному обществу «Гиперион Матириалз энд Технолоджиз Швеция АБ», ИП ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о признании договора цессии от 17.11.2023 недействительным,  отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан. 

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru. 

 

Судья                                                                                   З.Р. Хазиахметова