АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7444/20 

Екатеринбург

01 сентября 2022 г.

 

Дело № А07-31063/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 сентября 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Шавейниковой О. Э., Морозова Д. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мурзалиной Д.А., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.03.2022 по делу № А07-31063/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проводится с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Башкортостан.

В судебном заседании посредством видеоконференц-связи в здании Арбитражного суда Республики Башкортостан принял участие представитель публичного акционерного общества «МТС-Банк» - ФИО2 (доверенность от 28.12.2021).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.02.2020 процедура реструктуризации долгов гражданина ФИО1 (далее – ФИО1, должник, кассатор, заявитель жалобы) завершена, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Определением суда от 03.03.2020 ФИО3 освобожден от возложенных на него обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим имущества должника утверждена ФИО4 (далее – ФИО4, финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи по продаже нежилого помещения 197,1 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>  и  применении последствий недействительности сделок в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи,  возврате в конкурсную массу данного нежилого помещения. 

Определением от 18.03.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022, заявление удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 18.03.2022 и постановление от 25.05.2022 отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование жалобы кассатор ссылается на то, что судами проигнорированы доводы об отсутствии причинения вреда совершенной сделкой, так как на дату рассмотрения заявления вся задолженность перед кредиторами погашена в полном объеме, все заявленные в реестр требований кредиторов требования удовлетворены; указывает на то, что аффилированность между сторонами сделки, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении оспариваемой сделки стороны действовали исключительно с целью  причинения вреда третьим лицам и нарушением пределов осуществления гражданских прав, сама по себе не является основанием для признания договора купли-продажи недействительным; считает, что вывод судов о том, что хотя мораторные проценты не являются реестровыми требованиями, а являются неустойкой, но подлежат погашению за счет имущества, включаемого в конкурсную массу в результате признания сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, является неверным и противоречит абзацу 7 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); утверждает, что вопрос возможности погашения текущих расходов по делу о банкротстве, в том числе мораторных процентов конкурсных кредиторов, не являлся предметом исследования суда, также не исследован вопрос трудоустройства гражданина и его доходов в настоящее время, доказательств невозможности погашения текущих расходов по делу о банкротстве после прекращения процедуры банкротства заявителем и кредиторами в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено; указывает на то, что судами не учтено, что права кредиторов на получение мораторных процентов, а также штрафов и неустоек после погашения всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, и прекращения процедуры банкротства в отношении данного должника не нарушаются, поскольку согласно пункту 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве», в случае прекращения производства по делу о банкротстве по основанию, предусмотренному абзацем 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (в том числе в результате погашения должником всех включенных в реестр требований в ходе наблюдения или погашения таких требований в ходе любой процедуры банкротства третьим лицом в порядке статей 113 или 125 Закона), кредитор вправе предъявить должнику в общеисковом порядке требования о взыскании оставшихся неуплаченными мораторных процентов, которые начислялись за время процедур банкротства по правилам Закона о банкротстве; ссылается на то, что судами проигнорированы пояснения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации, изложенные в Определенииот 01.10.2020 № 305-ЭС17-3119; считает, что заявление о признании сделки недействительно, не основанные на желании кредиторов получить удовлетворение своих требований в силу их погашения, не подлежали защите со стороны суда; ссылается на то, что буквальное содержание статей Закона о банкротстве не предполагает в целях удовлетворения требований кредиторов необходимости погашать требования кредиторов по текущим платежам.

Отзыв публичного акционерного общества «МТС-Банк» на кассационную жалобу приобщен судом округа к материалам кассационного дела, кредитор просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 22.10.2018 заявление ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом) поступило в суд, 31.10.2018 принято к производству.

Определением от 22.01.2019 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имущества должника утвержден ФИО3.

Решением от 05.02.2020 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества.

Определением суда от 03.03.2020 финансовым управляющим имущества должника утверждена ФИО4 

На дату совершения сделки у должника имелась задолженность перед кредиторами на общую сумму 13 312 735, 52 руб., в том числе: публичным акционерным обществом «МТС-Банк» в сумме 10 580 761, 56 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 10.06.2019, акционерным обществом «СМП Банк» в сумме 88 037,26 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 20.03.2019, налоговым органом в сумме 43 936, 70 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 29.04.2019, ФИО5 в размере 2 600 000 руб., включенная в реестр требований кредиторов должника определением от 12.12.2019.

Требования кредиторов части 1 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в полном объеме, требования кредиторов части 2 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в размере 99,99% в соответствии с положениями статьи 213.27 Закона о банкротстве за счет выручки от реализации залога, что подтверждается реестром требований кредиторов, выпиской по счету и квитанциями о погашении. 

Определением от 21.12.2021 установлены мораторные проценты, исчисленные исходя из ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения реструктуризации долгов гражданина (15.01.2019), равной 7,75 % в размере 1 754 594,64 руб., которые не погашены.

Судами установлено, что 13.06.2017 ФИО1 отчуждено ФИО6 нежилое помещение — столярный цех 197,1 в.м., кадастровый номер 02:66:010210:1030, расположенное по адресу 

<

...> по цене 5 000 000 руб. 

Указанное помещение 06.09.2017 ФИО6 продано ФИО7 по цене 5 000 000 руб. 

Далее, 02.10.2019 объект недвижимости был приобретен ФИО8 по цене 2 000 000 руб. В настоящее время право собственности зарегистрировано за ФИО8 

Финансовый управляющий, полагая, что цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается единая сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю ФИО8; что оспариваемые договоры являются недействительными сделками, совершенными в отношении заинтересованного лица и повлекшими уменьшение конкурсной массы должника, сделка совершена с целью недопущения обращения взыскания на объект недвижимости по обязательствам должника при недобросовестном поведении (злоупотреблении) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, руководствуясь положениями статей 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.2 Закона о банкротстве, обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании указанной сделки должника.

Суды, удовлетворяя требования финансового управляющего руководствовались следующим.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительностии доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительнойпо указанному основанию.

Конструкция подозрительной сделки, упомянутой в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в контексте разъяснений пунктов 5 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), состоит из цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, наличие которой предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, под чем понимается прекращение исполнения им части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное презюмируемой недостаточностью денежных средств, или недостаточности имущества, о которой свидетельствует превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества/активов, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, перечень которых раскрыт в статье 19 данного Закона, а равно и может быть установлено иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника, которая предполагается в случае, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала/должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежат защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем финансовый управляющий.

Суды обеих инстанций пришли к выводу, что с учетом даты возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве (31.10.2018) оспариваемые сделки совершены в период подозрительности (13.06.2017, 06.09.2017, 02.10.2019), предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано ранее, на дату совершения сделки у должника имелась задолженность перед кредиторами на общую сумму 13 312 735 руб. 52 коп. 

Проанализировав, ответ Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции от 17.11.2020 из которого следует, что ФИО1 25.07.2003 заключил брак с ФИО8  (родной сестрой ФИО8), при рассмотрении настоящего обособленного спораФИО8 и ФИО1 подавали в суд процессуальные документы друг от друга, суды пришли к выводу о наличии  аффилированности между должником и последним владельцем - ФИО8

Суды, установив, что переход владения столярной мастерской приобретателями не доказан, поскольку ФИО6, ФИО7 и ФИО8 не представлены доказательства финансовой состоятельности на день совершения сделок и произведенной оплаты по договорам купли-продажи столярного цеха и реального исполнения обязательств, а также экономической целесообразности приобретения ими столярной мастерской,  наличия аффилированности, учитывая, что  должником не представлены доказательства того, как им были истрачены денежные средства, полученные за реализованный объект недвижимости, пришли к верному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, с целью вывода имущества должника из конкурсной массы в целях причинения вреда кредиторам.

Суд округа по результатам проверки доводов кассационной жалобы оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.

Относительно довода ФИО1 об отсутствии задолженности перед кредиторами и отсутствием у него обязательств по погашению мораторных процентов судами установлены следующие обстоятельства.

В конкурсную массу должника включено имущество и права требования на общую сумму рыночной стоимостью 14 323 210, 75 руб., реализовано имущество должника на сумму 12 956 000 руб., не реализовано право требования к ФИО9 - 131 000 руб., ФИО10- 278 940 руб. (торги заканчиваются 12.06.2022), имеются денежные средства 957 270 руб.

Мораторные проценты в процедуре не погашались, задолженность перед кредиторами не погашена за счет имущества должника.

Требования кредиторов погашены за счет выручки от реализации предмета залога, требования кредиторов части 1 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в полном объеме, требования кредиторов части 2 раздела 3 реестра требований кредиторов удовлетворены в размере 99,99% в соответствии с положениями статьи 213.27 Закона о банкротстве за счет выручки от реализации залога, что подтверждается реестром требований кредиторов, выпиской по счету и квитанциями о погашении.

Как верно указал суд апелляционной инстанции, мораторные проценты по требованию залогового кредитора подлежат удовлетворению после погашения требований всех кредиторов третьей очереди (включая незалоговых) преимущественно перед удовлетворением необеспеченных требований кредиторов по мораторным процентам, признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности направлено на полное погашение требований залогового кредитора по мораторным процентам и текущих расходов.

Судом апелляционной инстанции обоснованно отмечено, в рассматриваемом случае признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности направлено на полное погашение требований залогового кредитора по мораторным процентам и текущих расходов, оснований для вывода о том, что вся включенная в реестр требований кредиторов задолженность, в том числе по мораторным процентам, погашена или будет погашена в будущем в случае прекращения производства по делу, не имеется.

  Ссылка кассатора на Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020№ 305-ЭС17-3119 не может быть принята во внимание, поскольку оно касается иных обстоятельств, не тождественных настоящему спору.

По сути, доводы кассатора ранее уже являлись предметом анализа и оценки судов первой и апелляционной инстанций, указанным доводам дана надлежащая правовая оценка, подробно изложенная в обжалуемых судебных актах, несогласие с которой основанием для отмены обжалуемых судебных актов в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является. По своей сути, заявитель выражает несогласие с произведенной судами оценкой установленных фактических обстоятельств дела, просит еще раз посмотреть спор по существу, что недопустимо на стадии кассационного производства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводову суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.03.2022 по делу № А07-31063/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                      Д.Н. Морозов