АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-28800/2021

06 ноября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.

 

при участии ФИО1 

(паспорт гражданина Российской Федерации)

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО1 

 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.05.2024 и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2024

по делу № А43-28800/2021,

 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 

и общества с ограниченной ответственностью «АТЕ-Поставка» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к ФИО1

о признании сделки недействительной и 

о применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Техно-Фарма» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Техно-Фарма» (далее – ООО «Техно-Фарма», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделкой договора цессии (уступки права требования) от 23.11.2021 в редакции дополнительного соглашения от 16.05.2022, заключенного должником с ФИО1, а также о применении последствий ее недействительности и о возложении на ответчицу обязанности возвратить подлинники всех документов по уступленному требованию.

В обоснование заявления указано, что сделка является смешанным договором, направленным на расчет по обязательствам должника перед ответчицей; сделка совершена после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Техно-Фарма»; должник не получил равноценного встречного предоставления по договору; ФИО1 в результате совершенной сделки оказано предпочтение по отношению к другим кредиторам ООО «Техно-Фарма».

С аналогичным заявлением в суд первой инстанции обратился конкурсный кредитор должника – общество с ограниченной ответственностью «АТЕ-Поставка» (далее – ООО «АТЕ-Поставка»).

Суд первой инстанции объединил заявления для совместного рассмотрения и определением от 17.05.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2024, признал договор цессии (уступки права требования) от 23.11.2021, в редакции дополнительного соглашения от 16.05.2022, недействительной сделкой, применил последствия его недействительности, восстановив права требования ООО «Техно-Фарма» к обществу с ограниченной ответственностью «Ирвин 2» (далее – ООО «Ирвин-2») согласно резолютивной части определения, обязал ФИО1 возвратить ООО «Техно-Фарма» подлинники всех документов, поименованных в пункте 3.1 договора цессии (уступки права требования) от 23.11.2021 и в приложении 1 к договору  уступки права требования от 19.09.2018 № 5.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований.

Заявительница отмечает, что в рамках настоящего спора не оценивалась рыночная стоимость переданных ей прав требования, поэтому вывод о нарушении при совершении оспоренной сделки пункта 2 статьи 64 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), устанавливающего ограничения для должника в процедуре наблюдения, по мнению ФИО1 является преждевременным. 

Подательница жалобы отмечает, что суд необоснованно не признал часть из погашенных спорной сделкой требований ответчицы текущими.

ФИО1 отмечает, что подписание оспоренного договора цессии по уступке права требования к ООО «Ирвин 2» было для нее экономически не выгодно.

Заявительница оспаривает выводы судов, определивших дату, когда конкурсный управляющий и конкурсный кредитор могли узнать о нарушении своих прав оспоренной сделкой, исходя из даты передачи бывшим руководителем конкурсному управляющему документации ООО «Техно-Фарма». ФИО1 считает, что материалы обособленного спора содержат доказательства более ранней осведомленности конкурсного управляющего и кредитора о наличии дополнительного соглашения. По мнению заявителя, в отношении обоих заявлений срок исковой давности истек 18.05.2023, поскольку конкурсное производство в отношении ООО «Техно-Фарма» открыто 17.05.2022. 

В судебном заседании окружного суда заявитель поддержал более подробно доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

И.о.конкурсного управляющего в письменном отзыве на кассационную жалобу возразил относительно приведенных в жалобе доводов и просил оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, заслушав ФИО1, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Техно-Фарма» заключило с обществом с ограниченной ответственностью «Поволжье-Фарм» (далее – ООО «Поволжье-Фарм») договор цессии от 19.09.2018 № 5, по условиям которого ему уступлены права требования с ООО «Ирвин 2» 99 846 372 рублей 90 копеек неустойки за нарушение сроков поставки второй партии товара по договору поставки от 16.01.2017       № 61-2Л10-1-17.

ООО «Техно-Фарма» заключило с ФИО1 договор цессии (уступки права требования) от 23.11.2021, по условиям которого уступило в полном объеме право требования с ООО «Ирвин 2» неустойки за нарушение сроков поставки товара по договору поставки  от 16.01.2017 № 61-2Л10-1-17, а также возможных судебных и досудебных расходов связанных с принудительным взысканием такой неустойки.

Стороны согласовали стоимость уступленного права - 1 655 000 рублей. В договоре содержится отметка о том, что в соответствии с условиями договора возмездного оказания услуг от 28.10.2019 № 15 и актом приема-передачи услуг к нему ООО «Техно-Фарма» имеет неоплаченную задолженность перед ФИО1 в размере 565 000 рублей; по договору возмездного оказания услуг от 22.10.2019 № 13 – 229 000 рублей; по договору об оказании юридической помощи от 07.10.2020 № 30 – 857 000 рублей. Общая сумма задолженности цедента перед цессионарием составляет 1 651 000 рублей и учитывается сторонами в счет уменьшения задолженности.

Впоследствии 16.05.2022 стороны подписали дополнительное соглашение к договору, которым внесли изменения в пункт 1.1, изложив его в редакции, предполагающей, что цедент частично в сумме 1 651 000 рублей уступает, а цессионарий принимает право требования к ООО «Ирвин 2» неустойки за нарушение сроков поставки товара, установленной договором поставки от 16.01.2017 № 61-2Л10-1-17, а также возможных судебных и досудебных расходов связанных как с взысканием неустойки в рамках дела № А43-21076/2019, так и расходов связанных с судебным оспариванием договора цессии  от 19.09.2018 № 5 в рамках дела № А43-40719/2019.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 07.09.2021 возбудил настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Техно-Фарма»; решением от 20.05.2022 признал ООО «Техно-Фарма» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО2 

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор ООО «АТЕ-Поставка», посчитав, что договор уступки от 23.11.2021 является недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 и пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, обратились в суд с настоящим заявлением.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (пункт 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 названной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановление № 63).

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным в абзаце пятом пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (пункт 12 Постановления № 63).

В рассмотренном случае дело о банкротстве возбуждено 07.09.2021, оспоренный договор заключен 23.11.2021, дополнительное соглашение к нему – 16.05.2022, то есть после возбуждения дела о банкротстве и в период, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства применительно к статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в их совокупности и взаимной связи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что в результате совершения оспоренной сделки ФИО1 получила преимущественное удовлетворение своих требований по отношению к иным кредиторам ООО «Техно-Фарма», требования которых относятся к той же или более высокой очередности. В случае неосуществления расчета по оспоренной сделке требования ответчицы подлежали включению в реестр требований кредиторов должника наравне с требованиями иных кредиторов, а ООО «Техно-Фарма» сохранило бы возможность взыскать задолженность с ООО «Ирвин 2» и пополнить конкурсную массу. Сама по себе неподтвержденность стоимости уступленного права требования и обстоятельства, характеризующие экономический эффект от сделки для ее сторон,  не имеют правового значения. 

Судебные инстанции не обнаружили оснований для того, чтобы квалифицировать погашенные в результате зачета требования ФИО1 в качестве текущих. 

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» указано, что в силу абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. По смыслу этой нормы текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

В пункте 1 статьи 134 Закона о банкротстве установлен специальный порядок погашения требований кредиторов несостоятельного должника, который предусматривает, что обязательства последнего, возникшие после возбуждения дела о его банкротстве (текущие платежи), удовлетворяются в преимущественном перед требованиями, возникшими до возбуждения производства по делу о банкротстве (реестровые обязательства), порядке. 

В пункте 13 Постановления № 63 разъяснены специальные критерии рассмотрения вопроса о недействительности сделки по удовлетворению текущего платежа, совершенной с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве. Так, она может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой операции у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, и при доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении очередности погашения текущих платежей.

Судебные инстанции в настоящем случае исходили из отсутствия в материалах обособленного спора доказательств оказания ответчицей услуг должнику после 07.09.2021. Акты приема-передачи услуг по условиям договоров возмездного оказания услуг от 22.10.2019 № 13 и от 28.10.2019 № 15 должны подписываться не позднее пяти дней с момента принятия судебных актов по делам №№ А43-21076/2019 и А43-40719/2019; даты последних судебных заседаний, в которых участвовала ФИО1 – 28.04.2021 и 21.12.2020. При таких условиях, то обстоятельство, что стороны подписали по указанным договорам акты 08.09.2021 не имеет правового значения для установления статуса задолженности в качестве реестрового или текущего. Договор об оказании юридической помощи от 07.10.2020 № 30 также содержит положение об оплате услуг исполнителя в срок не позднее десяти календарных дней с момента подписания акта приема-передачи выполненных услуг. Акты приема-передачи услуг в отношении заданий от 20.08.2021 № 6 и от 08.09.2021 № 7, согласно пояснениям ответчицы, составленных после подачи заявления о банкротстве ООО «Техно-Фарма», не представлены. В отношении задания № 6 по договору оказание услуг окончено фактической подачей заявления по делу № А40-91549/2021 03.09.2021. Определить дату оказания услуг по заданию № 7 в отсутствие акта не представилось возможным. Оказание же услуг по последнему заданию (от 04.10.2021 № 8) не связано с хозяйственной деятельностью должника, ФИО1 сопровождала сделку по продаже доли в уставном капитале ООО «Техно-Фарма».

Суды правомерно обратили внимание, что оформление актов приема-передачи услуг в настоящем случае состоялось с длительной отсрочкой относительно дат фактического оказания этих услуг, после возбуждения в отношении ООО «Техно-Фарма» дела о банкротстве. Судебные инстанции приняли во внимание, что ФИО1 имеет заинтересованность по отношению к ООО «Техно-Фарма», поскольку представляла интересы последнего в суде в течение продолжительного времени, занималась юридическим сопровождением деятельности должника, в связи с чем анализировала документацию ООО «Техно-Фарма» для целей формирования правовых позиций, консультирования по различным правовым вопросам. С учетом длительного непринятия ФИО1 мер по взысканию задолженности с ООО «Техно-Фарма» суды пришли к обоснованному выводу о заключении и исполнении договора цессии на условиях, недоступных иным участникам делового оборота.

Более того, суды установили, что непогашенный остаток по текущим платежам составил 1 876 172 рубля 02 копейки (в том числе задолженность по налогам, взносам во внебюджетные фонды и по исполнительскому сбору, начисленными уполномоченными органами за период проведения процедуры наблюдения в отношении должника).

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ответчица заявила о пропуске срока исковой давности для оспаривания договора цессии.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 названного Кодекса) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 названного Кодекса), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве также указано, что срок исковой давности при подаче конкурсным управляющим заявления об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным Федеральным законом. При подаче такого заявления конкурсным кредитором срок исковой давности по смыслу пункта 2 названной статьи не может исчисляться ранее включения требования указанного лица в реестр требований кредиторов должника.

Из материалов обособленного спора усматривается, что ФИО2 утвержден конкурсным управляющим должника 20.05.2022 и обратился в суд с настоящим заявлением 08.06.2023. ООО «АТЕ-Поставка» приобрело статус конкурсного кредитора 08.02.2022 (дата объявления резолютивной части определения от 11.02.2022 о включении требований в реестр), с заявлением обратилось 17.11.2023.

Между тем суды предыдущих инстанций констатировали, что конкурсный управляющий и кредитор не пропустили годичный срок исковой давности на обращение за оспариванием сделки должника, поскольку могли узнать о нарушении в результате ее заключения прав кредиторов ООО «Техно-Фарма» лишь 25.05.2023, когда состоялась фактическая передача документации должника от бывшего руководителя ФИО3, в том числе, дополнительного соглашения от 16.05.2022. В материалы дел №№ А43-21076/2019 и А43-40719/2019 указанный документ не представлялся, а ссылка на акт приема-передачи документации от 02.09.2022 не принимается во внимание, поскольку фактически документы, указанные в этом акте, согласно собственным пояснениям ФИО3, переданы конкурсному управляющему в другую дату 25.05.2023. Таким образом, ранее 25.05.2023 ни конкурсный управляющий, ни ООО «АТЕ-Поставка» не имели физической возможности ознакомиться с содержанием дополнительного соглашения и прийти к выводу, что права и законные интересы конкурсных кредиторов ООО «Техно-Фарма» нарушены в результате заключения договора с ФИО1

Установленные судами обстоятельства свидетельствуют о наличии совокупности условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку ответчица приняла исполнение от должника в период после возбуждения в отношении него дела о банкротстве, что повлекло изменение установленной в статье 134 Закона о банкротстве очередности удовлетворения требований кредиторов ООО «Техно-Фарма». 

Кроме того, на момент заключения оспоренной сделки, с учетом подписания сторонами 16.05.2022 дополнительного соглашения к нему, в отношении ООО «Техно-Фарма» была введена процедура наблюдения (определение от 01.12.2021).

В силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве для заключения соглашения о переводе долга требуется письменное согласие временного управляющего. 

Суды установили, что пять процентов от балансовой стоимости активов ООО «Техно-Фарма» на дату введения процедуры составляли 1 005 850 рублей, при этом цена оспоренного договора, переданных по нему прав требования, а также объема погашенной задолженности должника перед кредитором согласована сторонами в сумме 1 655 000 рублей.

Последствия недействительности сделки, примененные судами, соответствуют положениям статьи 61.6 названного Федерального закона.

Доводы заявительницы не подтверждают нарушения предыдущими судебными инстанциями норм законодательства о банкротстве и сводятся к переоценке исследованных судами доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Аргументы о невозможности определить рыночную стоимость переданного права требования к ООО «Ирвин 2» не принимаются во внимание как не влияющие на существо спора, а также опровергаются действиями ответчицы, в том числе как представителя должника, по представлению в материалы дел № А43-21076/2019 и А43-40719/2019 доказательств и пояснений.

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы обособленного спора полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 17.05.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2024 по делу № А43-28800/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

В.А. Ногтева

В.П. Прыткова