СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                  Дело № А03-2173/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 мая 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Иванова О.А., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Винник А.С., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-10381/17 (5))  на определение Арбитражного суда Алтайского края от 30.01.2020 по делу № А03-2173/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (24.10.1957 рождения, 

<

...>, зарегистрированную по месту проживания: 659635, п. Катунь Алтайского района Алтайского края, ул. Пучина, д. 3, кв. 3) по отчету финансового управляющего о мероприятиях процедуры реализации имущества гражданина в отношении ФИО3, п. Катунь Алтайского района Алтайского края. 

УСТАНОВИЛ:

определением от 20.02.2017 Арбитражного суда Алтайского края (далее - суд) по заявлению ФИО4, г. Новоалтайск Алтайского края возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (далее - ФИО5), п. Катунь Алтайского района Алтайского края (далее - должник). 

Решением суда от 18.04.2017 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализация имущества, финансовым управляющим имущества должника утвержден ФИО6. 

В материалы дела поступил отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина по состоянию на 15.01.2020, а также ходатайство о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника.

Определением от 30.01.2020 Арбитражного суда Алтайского края (резолютивная часть объявлена 23.01.2020) процедура реализации имущества ФИО5 завершена с применением последствий, установленных пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

С вынесенным определением в части освобождения ФИО5 от дальнейшего исполнения обязательств не согласилась кредитор ФИО2, в апелляционной жалобе просит его отменить и принять новый судебный акт о не применении правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, ссылаясь на незаконность и необоснованность судебного акта, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на недобросовестное поведение должника, при оспаривании сделок с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 судебными актами по делу установлено наличие злоупотребления правом должником, совершение сделок по перечислению денежных средств с банковской карты, сведения о которой не переданы финансовому управляющему. Обращает внимание на процессуальное поведение должника по признанию обоснованными требований ФИО12, которой определением суда от 11.07.2018 отказано во включении в реестр требований кредиторов. Полагает, что такое поведение свидетельствует о намерении использования искусственной кредиторской задолженности в целях контролирования процедуры банкротства. Кроме того, при получении кредитных средств в ПАО «Сбербанк», по надлежащему обеспечению возврата которого должником выдано личное поручительство, в залог кредитной организации передано недвижимое имущество, которое в последующем признано самовольной постройкой, в связи с чем исключено из конкурсной массы. В результате чего требования ПАО «Сбербанк», которые перешли ФИО2 по договору цессии, остались непогашенными.

В отзыве на апелляционную жалобу должник считает доводы заявителя необоснованными, поскольку уведомив финансового управляющего об имеющихся у нее открытых банковских счетах и банковских картах, она исполнила свои обязанности предусмотренные законодательством, и последующее закрытие, либо не закрытие расчетных счетов, входит в обязанности финансового управляющего. Должник указывает, что денежные средства, перечисленные с расчетного счета должника, не принадлежали ФИО3, вступившими в законную силу судебными актами, они были взысканы с получателей в полном объеме, то есть конкурсная масса была пополнена за счет средств третьих лиц.  Полагает, что само по себе признание имеющихся долговых обязательств не может расцениваться как злоупотребление правом. По мнению должника, фактов уклонения должника от передачи финансовому управляющему документов и сведений в апелляционной жалобе не приведено; доказательства уклонения должника от передачи финансовому управляющему документов и сведений отсутствуют. На момент заключения договора поручительства ФИО3 не знала, и не могла знать, что передаваемая в залог недвижимость, по истечении одиннадцати лет будет признана судом незаконной самовольной постройкой. Кроме того, договор уступки прав (требований) был заключен  после вынесения решения Алтайского районного суда Алтайского края по делу №2-18 2038, о признании объектов недвижимости незаконными самовольными постройками. Должник считает, что принятие правопредщественником кредитора ФИО2. (ПАО «Сбербанк России») в залог имущества, являющегося самовольной постройкой, относится к рискам кредитора и не может быть поставлено в вину ФИО3

От финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы без его участия.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

Арбитражный апелляционный суд на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Ходатайство ФИО3 о назначении по делу почерковедческой экспертизы судом апелляционной инстанции рассмотрено и в его удовлетворении отказано, поскольку доводы о подписании апелляционной жалобы не ФИО2, а иным лицом, основаны на предположении. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Правовые основания для назначения экспертизы, апелляционным судом не установлены.

Кроме того, при обращении с данным ходатайством о назначении по делу судебной экспертизы ФИО3 не соблюдены формальные условия для его удовлетворения. Заявленное ходатайство надлежащим образом не обеспечено: не представлены подтверждающие документы о возможности проведения экспертизы в конкретном экспертном учреждении, стоимости, сроках проведения экспертизы, квалификации экспертов на дату обращения с ходатайством в суд апелляционной инстанции, а также не внесены денежные средства на депозитный счет суда, что в силу статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 22 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» является основанием для отклонения ходатайства.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения ходатайства ФИО3 о назначении по делу почерковедческой экспертизы  о назначении экспертизы.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Суд первой инстанции, применяя в отношении должника правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, не установил наличие оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 213.1 Закона о банкротстве положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к отношениям, связанным с несостоятельностью (банкротством) индивидуальных предпринимателей, с учетом особенностей, предусмотренных пунктами 4 и 5 настоящей статьи и настоящим Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Рассмотрев представленный финансовым управляющим отчет, суд первой инстанции установил, что финансовым управляющим проведена работа по закрытию счетов должника, сделаны запросы в регистрирующие органы на наличие имущества у должника, получены ответы с отсутствием такого имущества. 

Из отчета финансового управляющего о проведении процедуры реализации имущества следует, что по состоянию на 15.01.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора ФИО2 третьей очереди на общую сумму 2 025 200 руб. 66 коп., которые погашены в размере 228 407 руб. 54 коп. (11,27%). 

В конкурсную массу должника включено имущество на общую сумму 215 751 руб. 50 коп., в том числе денежные средства в размере 195 500 руб., дебиторская задолженность – 20 251 руб. 50 коп. 

За период проведения процедуры реализации имущества на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 231 781 руб. 03 коп. Расходы на проведение процедуры реализации имущества гражданина составили 66 795 руб. 83 коп., которые погашены в сумме 40 795 руб. 83 коп. 

Финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии признаков фиктивного банкротства. Признаки преднамеренного банкротства установлены финансовым управляющим исходя из отказа должника от получения пенсии. 

В связи с тем, что все необходимые мероприятия, предусмотренные Федеральным Законом «О несостоятельности (банкротстве), выполнены, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Установив отсутствие у должника источников для погашения кредиторской задолженности, суд первой инстанции пришел к выводу о нецелесообразности продления срока реализации имущества должника, и завершил производство по делу о банкротстве.

В этой части судебный акт заявителем апелляционной жалобы не обжалуется.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этом случае арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) устанавливает, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из разъяснений, изложенных в пункте 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» следует, что в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела, судом первой инстанции не было установлено обстоятельств, для не освобождения гражданина от долгов. 

Возражения ФИО2, аналогичные доводам, приведенным в апелляционной жалобе, были правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Основания для применения судом положений пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление от 13.10.2015 № 45) не установлены. 

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции, исходя из следующего. 

В пункте 42 постановления от 13.10.2015 № 45 указано, что целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. 

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. 

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь не освобождение должника от обязательств. 

Вместе с тем, из материалов дела о банкротстве не следует, что ФИО3 не представила необходимых сведений или представила заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду. 

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления от 13.10.2015 № 45). 

В определении от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, согласно которой отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). 

Действительно в рамках рассмотрения дела установлена безосновательность перечисления денежных средств в пользу иных лиц и отсутствие достаточных доказательств того, что перечисление произведено за счет денежных средств и во исполнение обязательств иного лица. 

Судом первой инстанции установлено, что банковская карта, с использованием которой должник в период после возбуждения дела о банкротстве и после признания его несостоятельным совершал сделки по перечислению денежных средств в пользу третьих лиц (ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО13), была передана финансовому управляющему, что последним не оспаривается. 

В результате конкурсного оспаривания заявления финансового управляющего о признании сделок должника недействительными удовлетворены (определения суда от 18.06.2018, 28.03.2019, Постановление Седьмого Арбитражного Апелляционного суда от 27.12.2018), в порядке применения последствий недействительности сделок с заинтересованных лиц взысканы денежные средства, дебиторская задолженность которых в последующем получена в исполнительном производстве или реализована на торгах. 

Суд апелляционной инстанции критически относится к доводам отзыва должника о том, что находящиеся на его счете денежные средства ему не принадлежали, поскольку вступившими в законную силу судебными актами, установлено обратное. Отсутствие экономической или иной цели этих перечислений в своих интересах, а также непринятие финансовым управляющим своевременных мер по закрытию счетов, не может служить обстоятельством, свидетельствующим о правомерности таких сделок.

В то же время негативные последствия от совершенных должником недействительных сделок не наступили, поскольку взысканные с ответчиков и поступившие в конкурсную массу денежные средства, направлены в том числе на погашение требований кредитора, являющегося заявителем апелляционной жалобы. 

В рамках данного дела ни финансовым управляющим, ни судом не были установлены иные источники дохода должника, за счет которых требования кредитора могли быть удовлетворены.

ФИО3 предоставлены необходимые документы и сведения для проведения в отношении неё процедур банкротства. 

Судом первой инстанции учтено, что должник пенсионного возраста не работает и от получения пенсии отказалась задолго до возбуждения дела о банкротстве с целью использования предложенного Пенсионным Фондом Российской Федерации способа увеличения пенсионного капитала,  также установлен источник средств существования должника – за счет средств дочери, которая живет в Германии. Таким образом, суд не установил, что должник скрыла от финансового управляющего и кредиторов свои доходы, что не позволило погасить требования.

Кроме того, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности того обстоятельства, что с учетом прожиточного минимума и размера пенсионного обеспечения ФИО3, последняя имела бы возможность погашать взысканную задолженность.

Заявитель апелляционной жалобы не доказал, что должник вел себя противоправно, умышленно уклоняясь от исполнения принятых на себя обязательств. 

Доказательства намеренного введения должником в заблуждение кредитора ФИО2, в том числе путем предоставления недостоверных сведений относительно своего финансового положения, в материалы дела не представлены.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, факт признания ФИО3 банкротом, не свидетельствует об отсутствии намерения исполнять принятые на себя обязательства.

Договор поручительства № 

<

***>-2п между Банком и ФИО3, был заключен 18.07.2007, согласно условиям договора. приняла на себя обязательство отвечать перед Банком за исполнение ФИО14 всех обязательств по кредитному договору № 

<

***> на сумму 2 800 000 руб. по 12,5% годовых. 

Задолженность с ФИО14, ФИО3 солидарно в пользу открытого акционерного общества «Сбербанк России» взыскана Решением Алтайского районного суда Алтайского края от 05.12.2011 по делу №2- 444/2011 в размере 2 025 200 руб. 66 коп., в том числе: сумма просроченного кредита в размере 1 970 503 руб. 94 коп. 

Требования правопреемника ПАО Сбербанк ФИО4 включены в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 2 016 366 руб. 96 коп. основной задолженности и 8 833 руб. 70 коп. неустойки

Договор уступки права требования (цессии) заключен между ФИО4 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) 25.01.2019.

По сведениям из ЕГРИП ФИО3 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 22.10.2014 в возрасте 57 лет.

Доказательств злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности не представлено.

Вопреки доводу апелляционной жалобы невозможность погашения предъявленных требований в результате передачи КФХ ФИО14 в пользу первоначального кредитора (ПАО «Сбербанк») по обязательству, обеспеченного поручительством должника, предмета залога, в последствии признанного самовольной постройкой, не повлекла правовых последствий в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве), поскольку должник не являлась залогодателем, залоговые требования ей не предъявлялись.

Ссылка в апелляционной жалобе на процессуальную позицию должника по признанию обоснованными требований ФИО12 не свидетельствует о злоупотреблении правом, поскольку аффилированность (заинтересованность) ФИО12 к должнику, цели причинения вреда не было установлено.

Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему также не установлено.

Таким образом доводы о злонамеренном поведении должника не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела о банкротстве ФИО3

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции, об отсутствии оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств. 

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

В настоящем случае действия ФИО3 не могут быть расценены как отсутствие намерений рассчитаться по обязательствам, введение кредиторов, а впоследствии финансового управляющего и суда в заблуждение должником, учитывая также период возникновения обязательств, дату введения в действие положений Закона о банкротстве, касающихся банкротства граждан, дату возбуждения дела о несостоятельности.

Основания для признания действий должника действиями, носящими характер злоупотребления правом либо иной, влекущий невозможность освобождения ее от обязательств, не установлены.

В отсутствие доказательств наступления неблагоприятных последствий для кредиторов, вызванных действиями должника в период проведения процедуры банкротства, основания для отказа в применении нормы об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов отсутствуют.

В данном деле банкротство инициировано единственным реестровым кредитором должника.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в  действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При этом из разъяснений, данных в абзаце втором пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45, следует, что если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ. 

Соответственно, в случае установления обстоятельств, указанных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, кредитор ФИО2 не лишена возможности пересмотра судебного акта в части освобождения должника от исполнения обязательств, по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах основания для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 30.01.2020 по делу № А03-2173/2017  оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

 Судьи О.А. Иванов

ФИО1