Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая,32,

http://krasnodar.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

                           

РЕШЕНИЕ

Дело № А32- 67075/2023

г. Краснодар

15 августа 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 29 июля 2024  г.

Решение в полном объеме изготовлено 15 августа 2024 г

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Вуколовой Л.О., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евко А.С., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению АО «СОПАС», г. Москва 

к Центральному банку РФ в лице Южного Главного Управления Банка России 

о признании недействительным п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М, об обязании внести изменения в п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М, о взыскании денежных средств в размере 8 798 489,62 руб. неустойку в размере 527 909 ,37 руб., неустойки начиная с 10.11.2023 по день фактического исполнения обязательств, расходы по оплате государственной пошлины в размере 66 492 руб. 

 

по встречному иску Центрального банка Российской Федерации в лице Южного ГУ Банка России, г. Краснодар 

к АО «СОПАС», г. Москва 

о взыскании пени в размере 6 366 008 руб. 82 коп.

 

при участии: 

от АО «СОПАС»: ФИО1, по доверенности;

от Центрального банка Российской Федерации в лице Южного ГУ Банка России: ФИО2, по доверенности.   

 

УСТАНОВИЛ:

АО «СОПАС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к Центральному банку РФ в лице Южного Главного Управления Банка России, согласно которого просит:

признать недействительным п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М в части взыскания пени по третьему этапу от стоимости договора, обязать Центральный Банк РФ в лице Южного Главного Управления Банка России внести изменения в п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М и производить взыскание пени по третьему этапу от стоимости соответствующего этапа договора, 

взыскать с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России денежные средств в размере 8 798 489,62 руб., в том числе НДС 20% в размере 1 739 697 руб. 90 коп., 

взыскать с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России неустойку в размере 527 909 руб. 37 коп. за несоблюдение заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора, 

взыскать с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России неустойку в размере 17 596 руб. 97 коп., начиная с 10.11.2023 за каждый день просрочки до момента исполнения судебного акта в полном объеме и полного расчета за третий этап, предусмотренный договором, в размере 8 798 489 руб. 62 коп. 

19.01.2024 в Арбитражный суд Краснодарского края обратился Центральный банк Российской Федерации в лице Южного ГУ Банка России, г. Краснодар к АО «СОПАС», г. Москва о взыскании пени в размере 6 366 008 руб. 82 коп., делу присвоен номер А32-2951/2024. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.04.2024 по ходатайству Истца дела № А32-67075/2023 и А32-2951/2024 объединены в одно производство, делу присвоен номер А32-67075/2023.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) против иска возражал.

В судебном заседании 01.07.2024 объявлялся перерыв до 16 час 40 мин. 15.07.2024, по окончании которого судебное заседание продолжено с участием представителей истца и ответчика. 

Представитель истца (ответчика по встречному иску) в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, представил дополнительные пояснения. 

Представитель ответчика (истца по встречному иску) против иска возражал, представил дополнительные пояснения. 

В судебном заседании перерыв продлен до 09 час. 40 мин. 29.07.2024, по окончании которого судебное заседание продолжено в отсутствие представителей сторон.

Исследовав документы и оценив в совокупности все представленные доказательства, выслушав лиц, участвующих в деле, суд считает исковые и встречные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между АО «СОПАС», (далее Общество, Подрядчик) и Центральным банком Российской Федерации, в лице Южного Главного Управления Банка России (далее Банк, Заказчик), 15.03.2021 года был заключен договор № 05-21/М на выполнение работ по созданию системы сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности Южного Главного Управления Центрального Банка Российской Федерации по адресу: 350063, 

<

...>. (далее ССОИ МВБ).

В соответствии с пунктом 1.2. настоящий Договор предусматривает три этапа. 1 этап: Разработка проектной и рабочей документации (далее- ПРД), Разработка ПРД включает её рассмотрение и утверждение Заказчиком; 2 этап: Поставка оборудования с предустановленным программным продуктом (далее оборудование); 3 этап: Монтажные (строительно-монтажные) и пусконаладочные работы.

На основании подпункта 2.1.3. пункта 2.1. Договора стоимость третьего этапа, стоимость монтажных (строительно-монтажных) и пусконаладочных работ 8 955 000.00 рублей, в том числе НДС 20% -1 492 500,00 рублей.

Согласно Актам сдачи приемки в эксплуатацию системы сбора и обработки информации -мониторинг внутренней безопасности по всем объектам (Астрахань, Краснодар, Сочи, Майкоп) от 14 сентября 2023 года по итогам испытаний ССОИ МВБ считается принятой Ответчиком в эксплуатацию с 14 сентября 2023 года и передана ему в дальнейшую эксплуатацию.

Как указало АО «СОПАС», акт № 3 от 21.09.2023 года о приемке - сдаче выполненных работ (оказанных услуг) был подписан Генеральным директором АО «СОПАС» 21 сентября 2023 года, Счет на оплату № 532 от 21.09.2023 года и счет - фактура на сумму 8 798 489.62 рублей, в том числе НДС 20% -1 466 414,94 рубля, были направлены Банку, исходящий УПД № 489 от 21.09.2023 года и получены им 26.09.2023 года.

В соответствии с пунктом 2.5.4. договора, расчет, по третьему этапу Договора осуществляется Заказчиком в пределах стоимости , предусмотренной подпунктом 2.1.3. пункта 2.1. Договора, уточненным Дополнительным Соглашением в соответствии с пунктом 2.3. Договора, на основании подписанных Сторонами Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по третьему этапу Договора, по счету Подрядчика в течении 10 рабочих дней с даты получения Заказчиком счета и счета -фактуры.

Как указывает истец (ответчик по встречному иску) до 10 октября 2023 года, в соответствии с пунктом 2.5.4. Договора, Ответчиком должен был произведен расчет за третий этап Договора, однако до настоящего момента денежные средства в размере 8 798 489.62 рублей на расчетный счет Истца не поступили.

Пункт 5.6. Договора, предусматривает, что при несоблюдении Заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора Подрядчик вправе требовать уплаты Заказчиком пени в размере 0,2 % от причитающейся суммы за каждый день просрочки.

В связи с чем, истец произвел начисление пени на основании п.5.6 договора из следующего расчета: сумма 8 798 489.62 рублей, период просрочки с 10.10.2023 года по 10.11.2023 года = 30 дней; 8 798 489.62 рублей, * 0.2% =17 596,97 рублей * 30 дней= 527 909,37 рублей.

Между тем, в адрес АО «СОПАС» поступила претензия Южного Главного Управления Центрального Банка Российской Федерации от 01.11.2023 года № T3-14-8/73748 с требованием оплаты неустойки в размере 6 366 008 руб. 82 коп.

Как усматривается из текста претензии, размер пени составляет 15 164 498 руб. 44 коп., в связи с тем, что размер пени превышает стоимость работ по третьему этапу Договора, руководствуясь п.5.3. Договора Банк информирует, что при проведении расчета за данный этап будет произведено удержание пени в полном размере стоимости выполненных работ, а именно 8 798 489 руб. 62 коп. Расчет пени произведен за период с 01.07.2023 года по 13.10.2023 года, по причине получения Акта N3 от 21.09.2023 года только 12 октября 2023 года, хотя фактически в Банк он был  предоставлен 11.10.2023 года. 

АО «СОПАС» указало, что, задержка сдачи ССОИ, с 01.07.2023 по 14.09.2023 не повлекла финансовых издержек со стороны Банка. В период выполнения работ по Договору № 05-21/М нарушение сроков завершения которого, является предметом спора хозяйствующих субъектов между Заказчиком и Подрядчиком, был заключен еще один Договор между Центральным банком Российской Федерации и Акционерным обществом «СОПАС» № 117-22/М от 18 октября 2022 г. согласно которому Подрядчик обязуется выполнить для Заказчика работы по созданию системы пожарной сигнализации (далее - СПС) на каждом из пяти объектов Банка. В связи с тем, что Объекты Банка России, на которых предусматривалось выполнение работ, были расположены на территориях новых субъектов РФ, было предусмотрено, что характеристики Объектов 1-5 приведены в Паспортах работ на создание СПС на соответствующих Объектах. Адреса Объектов, их характеристики Заказчик сообщает Подрядчику в Заявках на выполнение строительно-монтажных и пусконаладочных работ по созданию каждой отдельной СПС, составленных в произвольной форме. Работы проводились без проектной документации, без возможности подвоза, в случае необходимости, оборудования, материалов и инструментов. Также, согласно пункту 4.2.2. Договора № 117-22/М Заказчик должен был организовать доставку на Объекты и обратно сотрудников Подрядчика и субподрядчиков (при их привлечении), включая необходимые для выполнения СМР и ПНР инструменты, механизмы, приспособления, конструкции, проборы и другую технику сотрудников Подрядчика; предоставить доступ к месту выполнения Работ с учетом требовании пропускного и внутри объектового режимов, установленных на Объектах, а также взаимодействие со службами эксплуатации Объектов для решения текущих вопросов. Однако, по просьбе Заказчика, идя на встречу ЮГУ, учитывая многолетнее плодотворное сотрудничество, взяв на себя накладные расходы отнесённые на затраты фирмы, АО «СОПАС» своими силами организовало и оплатило доставку на объекты двух бригад своих сотрудников вместе с инструментом, в зону Специальной военной операции с объявленным военным положением, а также их последующее передвижение между объектами. 

Общество также считает, что задержка выполнения третьего этапа - Монтажные (строительно-монтажные) и пусконаладочные работы по договору № 05-21/М от 15.03.2021 года связана с объективными причинами, которые были известны ответчику, и о чем он неоднократно был проинформирован.

В соответствии с заключенным между АО «СОПАС» и Банком России (далее- Заказчик) Договором №05-21/М от 15.03.2021 по созданию системы сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности (ССОИ МВБ) Южного Главного управления Банка России по адресу: 350063, 

<

...> (далее - Договор) предусматривалось одновременное проведение работ сразу на 4 объектах Заказчика в городах Краснодар, Сочи, Майкоп и Астрахань.

В рамках третьего этапа Договора АО «СОПАС» должен провести параллельно на 4 объектах Заказчика строительно-монтажные и пусконаладочные работы ССОИ МВБ, срок выполнения которых первоначально был запланирован до 30.11.2022.

Как указывает общество, двое из трех сотрудников АО «СОПАС», занятых как раз на пусконаладочных работах, были призваны на военную службу. 

При этом, общество указало, что пусконаладочные работы в ССОИ МВБ - это квалифицированная работа с базами данных, составлением алгоритмов эскалации и выдачи отчетов в соответствии с инструкциями Банка России, в том числе имеющими особые грифы по использованию. Причем, данные работы должны проводиться не просто квалифицированными сотрудники, а знающими и понимающими программное обеспечение R-Platforma (системообразующее ПО производства ООО «РУБЕЖ»), с опытом работы на действующих объектах. Кроме того, имелись проблемы с интеграцией ПО R-Platforma с другими российскими производителями: ГК «Сигма» й АО «МТТ Контрол», установленных на части объектов Заказчика, которые решались в течение 6 месяцев с привлечением сотрудников Центрального Аппарата Банка России.

Об имеющихся проблемах АО «СОПАС» своевременно информировал Южное главное управление Банка России (письма от 30.09.2022 № 855, от 28.10.2022 № 981). 

Как указывает истец (ответчик по встречному иску) фактически, АО «СОПАС» столкнулось с незапланированной потерей в штате 2/3 основных квалифицированных сотрудников, к которым предъявляются требования, включая наличие квалификационных сертификатов, что и послужило причиной возникновения серьезных проблем, мешающих своевременному исполнению нашим предприятием, как Подрядчиком, своих обязательств по Договору.

АО «СОПАС» обратился в ООО «РУБЕЖ», с которым в оперативном порядке заключил договор на оказание консультационных услуг и дистанционное обучение новых сотрудников, а также на шеф-наладку ПО.

Практически одновременно проводились работы как по пуско-наладке ССОИ МВБ, в том числе силами инженера ООО «РУБЕЖ», так и обучение работе с R-Platforma.

С учетом изложенного Общество считает, что АО «СОПАС», как подрядчиком, приняты все возможные меры в рамках заключенного договора для исполнения своих обязательств перед Банком России.

За период выполнения работ были заключены три дополнительных соглашения, к Договору №05-21/М от 15.03.2021, первое - 16 декабря 2021 года, второе - 14 июня 2022 года, третье - 01 июня 2023 года о сроке окончания третьего этапа -30.06.2023 года.

По мнению Общества, указанные обстоятельства объективно привели к задержке срока исполнения монтажных (строительно-монтажных) и пусконаладочных работ по третьему этапу договора.

Ввиду чего, АО «СОПАС» считает, что удержание пени в полном размере стоимости выполненных работ, а именно 8 798 489 руб. 62 коп., ответчиком произведено незаконно, и является неосновательным обогащением.

АО «СОПАС» направил в адрес Банка претензии с требованием об оплате задолженности за выполненные работы. Данные претензия были оставлены Ответчиком без удовлетворения и ответа, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

При рассмотрении дела и разрешении спора арбитражный суд полагает исходить из следующего.

Спорный договор подлежит квалификации как смешанный, поскольку договор содержит элементы договора возмездного оказания услуг и договора подряда, так как условиями договора предусмотрено разработка проектной и рабочей документации, поставка оборудования с предустановленным программным продуктом, а также монтажные (строительно-монтажные) и пусконаладочные работы.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В статье 783 Гражданского кодекса закреплено, что к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса), если это не противоречит статьям 779 - 782 Гражданского кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

По смыслу статьи 702, пункта 1 статьи 779 и пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса основанием для оплаты оказанных услуг (выполненных работ) является их принятие заказчиком. Факт исполнения (оказания) и сдачи работ (услуг) должен доказать исполнитель (часть 1 статьи 65 Кодекса).

В соответствии с частью 4 статьи 753 Гражданского кодекса сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) в установленный срок определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу пункта 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Из смысла ст. 702, 711 ГК РФ следует, что оплате подлежат работы, выполненные надлежащим образом.

В силу пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Согласно п. 8 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами.

В силу ст. 762 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

Общество, в обоснование исковых требований ссылается на то, что в условиях договора о применении ответственности к сторонам за просрочку исполнения обязательств, имеется противоречие, а именно в п.5.2. договора имеются два вариант взыскания неустойки, противоречащих друг другу, а также условиям п.5.6. Договора.

Однако судом данные доводы отклоняются ввиду следующего.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, содержание договора определяется в соответствии с его общепринятой трактовкой и пониманием его условий сторонами. Если положения договора могут иметь несколько значений либо не позволяют достоверно установить значение отдельных положений, суды обязаны выявить действительную и реальную волю сторон. Основным способом ее установления являются показания сторон или их представителей по условиям договора и обстоятельствам дела. Суд обязан учитывать в совокупности все собранные по делу доказательства в целях выявления действительной воли сторон и исключения каких-либо сомнений в ее достоверности.

Однако, как следует из буквального толкования первого абзаца условий п. 5.2. Договора, при нарушении сроков выполнения работ по первому и втором этапам Договора согласно Календарному плану (Приложение 2 к Договору) Подрядчик уплачивает Заказчику пеню в размере 0,2% от стоимости соответствующего этапа Договора за каждый день просрочки  в течение первых 2 (двух) недель, а также в размере 0,3% стоимости соответствующего этапа Договора за каждый последующий день просрочки.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5.2 Договора при нарушении сроков выполнения работ по 3 этапу Договора согласно Календарному плану (Приложение № 2 к Договору) Подрядчик уплачивает Заказчику пеню в размере 0,2% от стоимости Договора за каждый день просрочки в течении первых 2 (Двух) недель, а также в размере 0,3% стоимости Договора за каждый последующий день просрочки.

Между тем, согласно п.5.6 договора, при несоблюдении Заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора Подрядчик вправе требовать уплаты Заказчиком пени в размере 0.2 % от причитающейся суммы за каждый день просрочки.

Таким образом, п.5.2 договора предусмотрена исключительно ответственность Подрядчика за нарушения сроков выполнения работ по разным этапам Договора, тогда как п.5.6 Договора предусмотрена только ответственность Заказчика за просрочку оплаты выполненных работ. При этом неясность или противоречие в указанных условиях Договора не имеется.

Вместе с тем, Общество считает, что положения п.5.2 договора нарушают права Общества, так как указанным условием договора предусмотрен чрезмерный размер неустойки за просрочку выполнения работ от стоимости цены всего договора, а не от стоимости просроченной работы по конкретному этапу договора, ввиду чего просит признать указанный пункт Договора недействительным.

Между тем, суд не может согласиться с данным выводом в связи со следующим. 

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться в числе прочего неустойкой, предусмотренной законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу закона неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств может носить компенсационный (зачетный по отношению к убыткам) и (или) штрафной характер. Размер неустойки стороны договора определяют самостоятельно и добровольно, не исключая возможность определения ее величины исходя из цены договора, стоимости этапа работ, кратно ключевой ставке и т.д.

Статьей 422 ГК РФ предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом, и иным правовым актам, действующим в момент его заключения.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее - Постановление N 16) в случаях, если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 настоящего Постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная.

В таком случае отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 ГК РФ.

Поскольку Гражданский кодекс Российской Федерации допускает любые предусмотренные законом или договором способы обеспечения обязательств и не устанавливает их предельный размер и/или порядок начисления, то отсутствуют основания для признания неправомерным начисления покупателем неустойки (штрафа) за нарушение срока поставки продукции, в том числе, с использованием прогрессирующей шкалы - в случае согласования сторонами условия о применении таковой.

Согласно пункту 9 Постановления N 16, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Суд не усматривает оснований для применения данных положений ввиду следующих обстоятельств.

Как следует из отзыва Банка, и установлено судом на основании представленных в материалы дела документов, спорный Договор был заключен между Банком России и АО «СОПАС» по результатам закупочных процедур. Проект договора был размещён в составе закупочной документации. Положением Банка России от 01.03.2018 № 632-П «О закупках Центрального Банка России» (далее - Положение № 632-П), а также закупочной документацией предусмотрена возможность участника закупки направить Комиссии по закупкам запрос о разъяснении положений закупочной документации (Положение № 632-П опубликовано на официальном сайте Банка России, ссылка на сайт содержалась в пункте 1 закупочной документации).

Согласно пункту 7.1.2.1 Положения № 632-П любое заинтересованное лицо вправе направить Комиссии по закупкам запрос о разъяснении положений конкурсной документации не позднее, чем за четыре рабочих дня до окончания срока подачи заявок на участие в конкурсе.

В соответствии с пунктом 4.6 закупочной документации любое заинтересованное лицо вправе направить комиссии запрос о разъяснении положений закупочной документации через ЭТП.

Согласно пункту 4.7 закупочной документации внесение изменений в приглашение к участию в Закупке, Закупочную документацию и (или) проект договора и размещение изменений на ЭТП осуществляется не позднее, чем за два календарных дня (из которых не менее чем один-рабочий) до окончания срока подачи заявок на участие в Закупке.

Между тем, от Общества подобный запрос в комиссию по закупкам не поступал.

Ознакомившись с закупочной документацией, в том числе с проектом Договора, Истец выразил безусловное согласие на заключение Договора на предложенных условиях, в том числе предусматривающих сроки выполнения работ и размер неустойки за нарушение данных сроков.

Согласно пункту 6 закупочной документации «Порядок заключения Договора» победитель закупки (Истец) представляет заказчику (Ответчику) подписанный со своей стороны проект договора с сопроводительным письмом.

Таким образом, подписав Договор, стороны согласовали и признали подлежащими исполнению определенные в нем условия, признали достаточной и необходимой определённую в Договоре санкцию за нарушение договорных обязательств.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что положения пункта 5.2 Договора являются действующими и подлежат применению. 

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2021 и Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.07.2021 по делу А56-65369/2020, в Постановлениях арбитражных судов апелляционной и кассационной инстанций по делу А60-23004/2021.

С учетом вышеизложенного, требования истца по первоначальному иску о признании недействительным п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М в части взыскания пени по третьему этапу от стоимости договора, обязании Центральный Банк РФ в лице Южного Главного Управления Банка России внести изменения в п.5.2 договора от 15.03.2021 №05-21/М и производить взыскание пени по третьему этапу от стоимости соответствующего этапа договора, удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, первоначальным истцом заявлено требование о взыскании с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России денежных средств в размере 8 798 489 руб. 62 коп.

Общество считает указанную сумму неосновательным обогащением Банка, так как Банком указанная сумма удержана в составе цены начисленной пени в размере 15 164 498,44 руб. в адрес Общества (существо встречных исковых требований Банка).

Однако, фактически указанная сумма является стоимостью оплаты фактически выполненных Обществом работ по третьему этапу Договора № 05-21/М от 15.03.2021, удержанной Банком виду начисления встречного обязательства в виде неустойки.

Именно невыполнение Банком обязательств по оплате выполненных работ явилось основной причиной обращения Общества с иском в арбитражный суд.

Из материалов дела следует, что Обществом составлен Акт №3 от 21.09.2023 о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) на сумму 8 798 489 руб. коп., подписанный 12.10.2023 начальником ОИТСО УБ Южного ГУ Банка России ФИО3 и 13.10.2023 первым заместителем начальника Южного ГУ Банка России ФИО4. 

Вместе с тем, факт выполнения Обществом работ на заявленную им сумму с учетом уточнений подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а также не опровергается Банком.

Возражая против заявленных первоначальным истцом требований, ответчик приводит доводы о том, что ввиду просрочки выполнения Обществом работ по третьему этапу Договора, Банком начислена и предъявлена к взысканию сумма неустойки значительно больше, чем Банк должен оплатить Обществу за выполненные работы по Договору № 05-21/М от 15.03.2021.

При этом объем и качество выполненных Обществом работы по Договору № 05-21/М от 15.03.2021 Банком не оспорено, доказательств такого в материалы дела не представлено.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений.

При этом, Банк, возражая против удовлетворения исковых требований в части оплаты выполненных работ, заявил встречные исковые требования о взыскании с Общества неустойки за просрочку выполнения работ по третьему этапу.

В обоснование встречного иска, Банк указал, что в соответствии с пунктом 1.1 спорного Договора Подрядчик обязуется выполнить работы по созданию системы сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности (далее - ССОИ МВБ) Южного Главного управления Центрального банка Российской Федерации по адресу: 350063, 

<

...>, а Заказчик обязуется в сроки и в порядке, установленные Договором, принять и оплатить выполненные работы.

В соответствии с Календарным планом (приложение № 2 к Договору) форма завершения работ по 3 этапу - Акты о приемке выполненных работ (форма № КС-2), Справка о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС- 3), Акт о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по третьему этапу.

Как указывает ответчик (истец по встречному иску) акт о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) № 3 от 21.09.2023 (приложение №7), фиксирующий выполнение работ по 3 этапу поступил в Южное ГУ Банка России 12.10.2023 (отметка/штамп на документе проставлены) и подписан со стороны Южного ГУ Банка России 13.10.2023 в срок, указанный в пункте 3.28 Договора.

В соответствии с пунктом 3.30 Договора право собственности на созданную ССОИ МВБ принадлежит Заказчику с даты подписания Заказчиком Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по 3 этапу.

Таким образом, Банк полагает, что, что работы по 3 этапу Договора считаются выполненными с даты утверждения Заказчиком Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по 3 этапу.

В связи с чем, Банк полагает, что подрядчиком нарушен срок выполнения работ по 3 этапу Договора с 01.07.2023 по 13.10.2023 (включительно) на 105 календарных дней.

В соответствии с абзацем 2 пункта 5.2 Договора при нарушении сроков выполнения работ по 3 этапу Договора согласно Календарному плану (Приложение № 2 к Договору) Подрядчик уплачивает Заказчику пеню в размере 0,2% от стоимости Договора за каждый день просрочки в течении первых 2 (Двух) недель, а также в размере 0,3% стоимости Договора за каждый последующий день просрочки.

Цена Договора согласно пункту 2.1 (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 16.12.2023) составила 50 380 392 руб. 88 коп.

Таким образом, на основании абзаца 2 пункта 5.2 Договора за нарушение срока выполнения работ с 01.07.2023 по 13.10.2023 (включительно) начислена неустойка в виде пени, размер которой составляет 15 164 498, 44 руб. исходя из представленного расчета.

Согласно пункту 5.3 Договора Заказчик вправе произвести удержание пени при проведении расчетов по Договору.

Стоимость работ по 3 этапу была в полном объеме удержана Заказчиком при расчете по Договору в соответствии с пунктом 5.3 Договора.

В соответствии с пунктом 3.30 Договора право собственности на созданную ССОИ МВБ принадлежит Заказчику с даты подписания Заказчиком Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по 3 этапу.

По мнению Банка, из указанного пункта Договора следует, что работы по 3 этапу Договора считаются выполненными с даты утверждения Заказчиком Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по 3 этапу, ввиду чего Подрядчиком нарушен срок выполнения работ по 3 этапу Договора с 01.07.2023 по 13.10.2023 (включительно) на 105 календарных дней.

В связи с тем, что размер начисленной пени (15 164 498, 44 рублей) превысил стоимость работ по третьему этапу Договора (8 798 489, 62 рублей) оставшаяся сумма пени, недополученная и причитающаяся Заказчику, составляет 6 366 008 руб. 82 коп., что явилось основание обращения в суд со встречным иском. 

Между тем, доводы Общества о том, что расчет неустойки следует производить за период с 01.07.2023 по 21.09.2023, так как Акт №3 был направлен Банку именно 21.09.2023 вместе с счетом на оплату № 532 от 21.09.2023 года и счет - фактурой на сумму 8 798 489.62 рублей, в том числе НДС 20% -1 466 414,94 рубля, были направлены Банку, исходящий УПД № 489 от 21.09.2023 года и получены им 26.09.2023 года, не нашел своего подтверждения в материалах дела.

Так, Обществом представлен скриншот из программы электронного документооборота Диадок-Контур, согласно которого 26.09.2023 в адрес Банка направлены заверенные копии документов (подписанные Подрядчиком и отсканированные): Акт о приеме-сдаче выполненных работ (окатанных услуг), Акты о приемке выполненных работ (форма № КС-2), Справка о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3), документы, подтверждающие фактические расходы Подрядчика по материалам, не учтенным ценниками, по третьему этапу и поступили в Южное ГУ Банка России в электронном виде 26.09.2023, что также подтверждается дополнительным отзывом Банка.

Указанный скриншот приложен в материалы дела и на нем присутствует отметка о том, что перечисленные документы направлены и переданы ответчику через оператора ЭДО АО «ПФ СКБ Контур» 26.09.2023г.

Суд учитывает, что в материалы дела представлено Приложение №3 к Дополнительному соглашению №1 к Договору от 15.03.2021 №05-21/М, подписанное со стороны Заказчика Заместителем председателя Банка России ФИО5 16.12.2021, согласно п.1.1 которого Стороны пришли к соглашению (далее - «Соглашение») о применении электронного документооборота (далее- «ЭДО») при обмене в рамках Договора следующими видами документов: а) счет; б) Акт о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг); в) универсальный передаточный документ (УПД); г) счет-фактура.

Также, согласно п. 2. и 2.1 соглашения, сторонами согласовано признание электронных документов равнозначными документам на бумажном носителе. Также стороны признают, что любой электронный документ, указанный в пункте 1.1 соглашения, составленный Сторонами в формате, указанном в пункте 1.3 Соглашения и подписанный УКЭП, является равнозначным документу на бумажном носителе подписанному собственноручной подписью и заверенному, в предусмотренных случаях, печатью.

В соответствии с пунктом 3.30 Договора право собственности на созданную ССОИ МВБ принадлежит Заказчику с даты подписания Заказчиком Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по 3 этапу.

Между тем, возникновение права собственности на результат работ не изменяет дату фактического окончания этих работ.

При том, согласно представленной в материалы дела информации в системе электронного документооборота "Контур.Диадок" отсутствуют сведения о направлении Банком мотивированного отказа от приемки выполненных подрядчиком работ и подписания акта о приемке выполненных работ, направленного 26.09.2023.

Ранее, до 26.09.2023, Акт сдачи-приемки выполненных работ для окончательного расчета по договору Ответчиком в адрес Истца не выставлялся, что является еще одним доказательством следующих фактических обстоятельств, ответчик не считал работы выполненными и сданными Истцу вплоть до 26.09.2023, ответчик полагал, что обязанность по оплате работ у Истца возникнет только после сдачи-приемки работ и подписания направленных Ответчиком по ЭДО 26.09.2023 Акта сдачи-приемки выполненных работ.

Таким образом, в материалы судебного дела представлены надлежащие доказательства правомерности начисления Обществу неустойки за нарушение срока выполнения работ по третьему этапу Договора за период с 01.07.2023 по 26.09.2023.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022 N 09АП-81446/2022 по делу N А40-97241/2022, оставленном в силе Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.04.2023 N Ф05-5065/2023 по делу N А40-97241/2022 и Определением Верховного Суда РФ от 23.06.2023 N 305-ЭС23-11647 по делу N А40-97241/2022.

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что работы, предусмотренные договором, продолжали выполняться подрядчиком в период с 26.09.2023 по 12.10.2023 и в этот период у него оставался невыполненным какой-либо объем работ, на стоимость которого в том числе в соответствии с условиями Договора подлежала начислению неустойка.

Привлечение подрядчика к ответственности за неисполнение обязанностей по своевременному направлению заказчику актов о приемке выполненных работ либо иной документации в ходе процедуры сдачи-приемки работ условиями Договора не предусматривалось.

При этом суд также учитывает, что согласно взаимосвязанным условиям пунктов 13.27 и 3.30 договора дата принятия и утверждения Заказчиком результатов работы по Акту приемки-сдачи выполненных работ имела значение только для определения момента возникновения права собственности Заказчика на созданный результат работ и встречного обязательства заказчика по оплате выполненных работ.

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Поскольку в рассматриваемом случае в договоре не содержалось условие о том, что датой исполнения обязательства подрядчика по выполнению работ является дата утверждения заказчиком акта приемки их результата, у последнего не имеется правовых оснований считать работы до этой даты (26.09.2023) полностью невыполненными подрядчиком и начислять на их стоимость пени по пункту 5.2 Договора. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.07.2021 N Ф07-8342/2021 по делу N А56-50409/2020.

Таким образом, суд считает правомерным начисление неустойки согласно п.5.2 Договора за период с 01.07.2023 по 26.09.2023.

При этом, суд учитывает, что Обществом по иску заявлено о снижении размера неустойки в порядке ст.333 ГК РФ до 0 руб.

В силу статьи 330 Гражданского кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

При наличии ходатайства о снижении размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса суды, рассматривая его, должны учитывать принцип добросовестности участников гражданского оборота, проверять равнозначность условий договора в части ответственности сторон в случае нарушения ими обязательств, выяснять, является ли сумма неустойки заявленной к взысканию несоразмерной последствиям нарушения обязательства, а также наличие факта ненадлежащего исполнения обязательства по вине обеих сторон.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 333 Гражданского кодекса речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Применяя статью 333 Гражданского кодекса суд должен установить реальное соотношение предъявленной неустойки и последствий невыполнения должником обязательства по договору, чтобы соблюсти правовой принцип возмещения имущественного ущерба, согласно которому не допускается применение мер карательного характера за нарушение договорных обязательств. Являясь мерой гражданско-правовой ответственности, неустойка носит компенсационный характер и не может служить источником обогащения лица, требующего ее уплаты.

Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

В силу диспозиции статьи 333 Гражданского кодекса основанием для ее применения может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства суду необходимо учитывать, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса).

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 Гражданского кодекса).

Таким образом, определение размера подлежащей взысканию неустойки сопряжено с оценкой обстоятельств дела и представленных участниками спора доказательств, а также со значимыми в силу материального права категориями (разумность и соразмерность), обусловлено необходимостью установления баланса прав и законных интересов кредитора и должника.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел, рассматриваемым спорным правоотношениям сторон законодательством не предусмотрено. Критериями для установления несоразмерности подлежащего уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. В каждом отдельном случае суд по своему внутреннему убеждению вправе определить такие пределы, учитывая обстоятельства каждого конкретного дела.

В настоящем деле суд в качестве критериев для установления несоразмерности определил, что основная сумма задолженности по первоначальному иску составила 8 798 489,62 рублей, в то время как в рамках встречного иска Банк просит взыскать пеню в размере 15 164 498, 44 рублей. 

Суд заключил, что установленный пунктом 5.2 договора размер неустойки является завышенным (0,2% в день, а через две недели 0,3% в день, что составляет более 72% в год, и что явно превышает ставку рефинансирования Банка России (7,5%), тогда как размер задолженности фактически почти в два раза меньше размера пени, и, исходя из компенсационного характера неустойки и своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела, и суд приходит к выводу о наличии оснований для снижения суммы неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса из расчета 0,1% за каждый день просрочки, признав ее размер адекватным и соразмерным последствиям нарушения обязательства.

Доводы Банка о необоснованном требовании Общества о снижении размера неустойки подлежат отклонению, поскольку установление размера требования и наличия критериев для применения статьи 333 Гражданского кодекса относятся к фактическим обстоятельствам спора, и компетенции суда.

Суд также отклоняет доводы Банка о том, что необоснованность снижения размера неустойки подтверждается судебным актом Арбитражного суда Северо-Кавказского округа - постановлением, вынесенным по делу №А32-1578/2022, рассмотренному с участием Банка России в лице Южного ГУ Банка России, так как в названном арбитражном деле иные обстоятельства и состав участников спора. 

В рамках дела №А32-1578/2022 основанием спора являлся Договор, согласно пункту 9.2 которого «при несоблюдении срока выполнения Работ по Генподрядчик уплачивает Заказчику пеню в размере 0,1% от цены Договора за каждый день просрочки», то есть такое условие, которое суд в настоящем деле как раз-таки признает обоснованным.

Кроме того, в рамках настоящего спора судом рассмотрены и учтены иные фактические обстоятельства, в том числе период просрочки, общий размер неустойки, подлежащий начислению за весь период просрочки оплаты задолженности, таким образом, спор основан на иных фактических обстоятельствах. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.03.2024 N Ф08-1459/2024 по делу N А53-31896/2023, Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2023 N 15АП-16670/2023 по делу N А53-18207/2023, Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2024 N 15АП-3317/2024 по делу N А32-34256/2023.

Банк также возражал против снижения неустойки, ссылаясь на то, что система сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности (ССОИ МВБ) объектов Южного ГУ Банка России предназначена для своевременного выявления опасностей и угроз, в особенности в период проведения специальной военной операции, совершения противоправных действий и террористических актов, способных нанести вред бесперебойному обеспечению наличными денежными средствами субъектов РФ, кредитно- финансовой и платежной системе РФ.

ССОИ МВБ включает в себя упреждающее управление инцидентами и событиями внутренней безопасности (превентивные меры), которое заключается в принятии решений еще до того, как ситуация станет критической.

Такое управление осуществляется с использованием автоматических механизмов, которые прогнозируют будущие события на основе исторических данных, а также автоматической подстройки параметров мониторинга событии к конкретному состоянию системы.

По мнению Банка, учитывая социальную значимость объекта, несвоевременный ввод в эксплуатацию ССОИ МВБ создал предпосылки для снижения уровня обеспечения безопасности объектов и привел к рискам возникновения угроз в системе налично-денежного обращения субъектов РФ, кредитно-финансовой и платежной системе РФ, а также принимая во внимание период просрочки, факт расчета неустойки в соответствии с условиями Договора, начисленная неустойка соразмерна нарушению.

Судом названные доводы отклонены за необоснованностью, так как в их подтверждение не представлено доказательств нанесения ущерба интересам Банка или его клиентов, как не доказано, что до заключения спорного Договора с Обществом и во время выполнения Обществом работ в согласованные сроки до окончания срока у Банка отсутствовала ранее действующая система сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности, или аналогичная ей программное обеспечение и оборудование.

Вместе с тем, определение конкретного размера неустойки (пени, штрафа) с целью установления баланса между начисленной неустойкой и последствиями нарушения обязательств относится к компетенции судов.

Так, суд, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, доводы и пояснения сторон, суд исходит из того, что определение размера неустойки за нарушение сроков этапов производства работ от цены договора независимо от нарушения (не от стоимости неисполненного в срок обязательства) противоречит принципу соразмерности ответственности и сути компенсационной функции неустойки. Поэтому при наличии в договоре не равнозначных условий в части ответственности сторон (для Заказчика при несоблюдении срока оплаты выполненных работ по этапам договора Договором предусмотрен размер пени только в размере 0,2 % от причитающейся суммы за каждый день просрочки (пункт 5.6 договора)), учитывая грубое нарушение баланса интересов сторон, неравное положение сторон при заключении Договора, а также то, что заявленная к взысканию неустойка является несоразмерной последствиям нарушения обязательства, суд считает необходимым произвести перерасчет неустойки не от цены всего Договора, а от стоимости третьего этапа Договора, выполнение работ по которому произведено с просрочкой. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.05.2023 N Ф08-3904/2023 по делу N А63-8542/2022.

На основании всех вышеизложенных обстоятельств, суд произвел перерасчёт неустойки за период с 01.07.2023 по 26.09.2023 в порядке п.5.2 Договора исходя из 0,1% за каждый день просрочки исполненного обязательства – выполнения работ по третьему этапу Договора, что составляет: 8 798 489,62 * 88 дней * 0,1% = 774 267 руб. 09 коп.

При этом судом также отклоняются доводы Общества о снижении размера неустойки до 0 руб. ввиду следующего.

Основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Произвольное, немотивированное и необоснованное снижение размера неустойки не должно приводить к освобождению должника от предусмотренной законом ответственности за просрочку исполнения обязательства.

Суд отмечает, что размер неустойки в 0,1% является обычно принятым в деловом обороте, отвечает принципам разумности и соразмерности ответственности за нарушение обязательства и не считается чрезмерно высоким, поэтому в данном случае возможно уменьшение размера неустойки до 774 267,09 руб.

Основания для снижения неустойки ниже определенного размера суд не усмотрел также ввиду представленных доводов Общества о трудностях при исполнении обязательств по Договору, так как они не свидетельствуют и не являются достаточным основанием для снижения размера неустойки ниже определенного судом предела.

Так, Общество указало, что задержка выполнения третьего этапа - монтажные (строительно-монтажные) и пусконаладочные работы по договору № 05-21/М от 15.03.2021 года связаны с объективными причинами, которые были известны ответчику, и о чем он неоднократно был проинформирован.

Как указано в первоначальном иске, двое из трех сотрудников АО «СОПАС», занятых как раз на пуско наладочных работах, были призваны на военную службу. При этом пусконаладочные работы в ССОИ МВБ - это квалифицированная работа с базами данных, составлением алгоритмов эскалации и выдачи отчетов в соответствии с инструкциями Банка России, в том числе имеющими особые грифы по использованию. Данные работы должны проводиться не просто квалифицированными сотрудниками, а знающими и понимающими программное обеспечение R-Platforma (системообразующее ПО производства ООО «РУБЕЖ»), с опытом работы на действующих объектах. Кроме того, у Общества имелись проблемы с интеграцией ПО R-Platforma с другими российскими производителями: ГК «Сигма» и АО «МТТ Контрол», установленных на части объектов Заказчика, которые решались в течение 6 месяцев с привлечением сотрудников Центрального Аппарата Банка России. Об имеющихся проблемах АО «СОПАС» своевременно информировал Южное главное управление Банка России, согласно писем от 30.09.2022 № 855, от 28.10.2022 № 981).

Фактически, по мнению АО «СОПАС», оно столкнулось с незапланированной потерей в штате 2/3 основных квалифицированных сотрудников, к которым предъявляются жесткие требования, включая наличие квалификационных сертификатов, что и послужило причиной возникновения серьезных проблем, мешающих своевременному исполнению нашим предприятием, как Подрядчиком, своих обязательств по Договору.

На основании изложенного Общество считает, что компанией АО «СОПАС», как Подрядчиком, приняты все возможные меры в рамках заключенного Договора для исполнения своих обязательств перед Банком России.

Однако Банк ответчик по первоначальному иску не согласен с указанными доводами ввиду следующего.

На основании пункта 3.17 Договора Подрядчик извещает представителя Заказчика о дате начала выполнения работ по третьему этапу Договора в рамках срока, определенного Календарным планом, в порядке и на условиях, предусмотренных пунктом 3.10 Договора, представляет Заказчику списки работников Подрядчика, которые предлагаются к нахождению на Объектах для выполнения работ то третьему этапу Договора.

Согласно представленных в материалы дела писем «АО» СОПАС, заявки на выдачу пропусков и выгрузки отчетов СКУД (Объекты Южного ГУ Банка России, расположенные по адресу 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>; 

<

...> (далее - объекты ЮГУ)) сотрудники АО «СОПАС», указанные в исковом заявлении и дополнении к исковому заявлению, как сотрудники прошедшие обучение, получившие аттестат от ООО «Рубеж» и приступившие к выполнению работ на объекты Южного ГУ Банка России не проходили, пропуска на них не оформлялись (пункт 4.1.7 Договора), также данные работники не фигурировали при проведении совещаний (телефонных переговоров), а также не указаны в договоре как контактные лица при выполнении работ. По вопросу проблем интеграции ПО R-Platforma с другими российскими производителями ГК «Сигма», АО «МТТ Контрол», Банк пояснил, что в связи с возникающими проблемами с интеграцией Истец письмом № 981 от 28.10.2022 просил продлить сроки выполнения работ по третьему этапу до 30.04.2023. При этом Банком России в ответ на письмо от 28.10.2022 № 981 было принято решение о заключении дополнительного соглашения № 3 от 01.06.2023 с увеличением окончательного срока выполнения работ до 30.06.2023. Однако Истец не обращался к Ответчику о продлении сроков после 30.06.2023. Как указал Банк, увеличение с согласия Заказчика окончательного срока выполнения работ, соблюдение Заказчиком предусмотренных Договором сроков рассмотрения писем и запросов, полученных от Истца в период исполнения Договора подтверждает заинтересованность Заказчика в оказании любого содействия Истцу в скорейшем окончании работ и свидетельствуют о заинтересованности Заказчика в исполнении Договора в установленные сроки.

Общество в возражение указанных доводов пояснило, что к сентябрю 2022 года, силами АО «СОПАС», посредством модемной связи и АПКШ «Континент», была налажена безопасная удалённая связь с серверами оборудования ССОИ, установленными в городах Краснодар, Астрахань, Сочи, Майкоп и в полном объёме шли работы по интеграции инженерно-технических средств охраны Объектов Банка России с R-платформой ССОИ. Ввиду чего, при проведении пуско наладочных работ в рамках реализации проекта ССОИ, присутствие специалистов подрядчика на объектах, необходимо лишь в случаях, требующих физического вмешательства для изменения или ремонта составных частей техники, входящей в состав оборудования ССОИ, что и было реализовано по мере необходимости.

Однако, согласно пояснений Банка, в рамках исполнения 3 этапа договора монтажные (строительномонтажные) и пусконаладочные работы производились непосредственно на объектах. Внешнее удаленное подключение (с использованием сети интернет) к система инженерно-технических средств охраны Банка России невозможно в соответствии с нормативными документами (Глава 16 Указания Банка России от 09.04.2018 № 4771-У «О ведомственных технических требованиях к оснащению объектов Центрального банка Российской Федерации инженерно- техническими средствами охраны»).

Вместе с тем суд отмечает, что доводы Общества об отсутствии части работников, что привело к срыву сроков выполнения работ, отклоняются судом, поскольку деятельность, сопряжена с экономическими и социальными рисками, в силу которых объем трудовых ресурсов и доход не является гарантированным, особенно в условиях нарушения принятых на себя обязательств перед контрагентами, которые, заключая сделку, рассчитывают на своевременное исполнение обязательств другой стороной. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023 N 11АП-8521/2023.

Также указанное обстоятельство не отменяет обязанности Подрядчика как юридического лица по надлежащему исполнению договорных обязательств (Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2023 N 18АП-9863/2023 по делу N А07-32924/2022).

Вместе с тем, Обществом не доказано, что частичная отсутствие работников или указанные им иные обстоятельства повлияли на нарушение спорных обязательств, в виду чего, снижение неустойки в большем размере, тем более до 0 руб., приведет к нарушению баланса интересов сторон, будет противоречить компенсационной природе неустойки в гражданско-правовых отношениях (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу N А33-3403/2023).

Доводы Общества о том, что в рамках иного Договора № 117-22/М с Банком по созданию системы пожарной сигнализации (далее - СПС) на каждом из пяти объектов Банка договорные обязательства были выполнены в полном объёме, в ходе производства работ специалисты фирмы показали высокий профессионализм, весь комплекс работ был выполнен на должном профессиональном уровне, качественно и в установленные сроки, и при выполнении работ, в полном объёме учтены, как требования нормативно технической документации, так и пожелания Заказчика, не относится к существу рассматриваемого дела и не освобождает от ответственности по спорному Договору № 05-21/М на выполнение работ по созданию системы сбора и обработки информации мониторинг внутренней безопасности Южного Главного Управления Центрального Банка Российской Федерации.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае Общество не доказало наличие объективных обстоятельств невозможности выполнения третьего этапа Договора в срок, носящих чрезвычайный и непреодолимый характер. Установленные по делу обстоятельства не позволили суду сделать вывод о наличии условий, позволяющих освободить Общество от судебной неустойки.

С учетом вышеизложенного, суд, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, сопоставив их с фактическими обстоятельствами дела, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных первоначальных и встречных требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства прекращаются полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. 

Обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 14, 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» в соответствии со статьей 410 ГК РФ для зачета необходимо и достаточно заявления одной стороны. Для прекращения обязательств заявление о зачете должно быть доставлено соответствующей стороне или считаться доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ.

В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом. Как указано в том же разъяснении, «в частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом. Наличие условий для зачета без заявления о зачете не прекращает и не изменяет обязательства сторон. До заявления о зачете стороны не вправе отказаться от принятия надлежащего исполнения по встречным требованиям, стороны также не вправе требовать возврата исполнения, предоставленного до заявления о зачете. Обязательства могут быть прекращены зачетом, в том числе после предъявления иска по одному из требований. В этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете как во встречном иске, так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом. Также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом. Ранее соответствующая правовая позиция была выражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.08.2018 N 305-ЭС18-3914.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" указано, что обязательства считаются прекращенными зачетом в размере наименьшего из них не с момента получения заявления о зачете соответствующей стороной, а с момента, в который обязательства стали способными к зачету (статья 410 ГК РФ). Например, если срок исполнения активного и пассивного требований наступил до заявления о зачете, то обязательства считаются прекращенными зачетом с момента наступления срока исполнения обязательства (или возможности досрочного исполнения пассивного обязательства), который наступил позднее, независимо от дня получения заявления о зачете. Если лицо находилось в просрочке исполнения зачитываемого обязательства, срок исполнения по которому наступил ранее, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) начисляются до момента прекращения обязательств зачетом. Если проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) были уплачены за период с момента, когда зачет считается состоявшимся, до момента волеизъявления о зачете, они подлежат возврату. 

В силу п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» согласно статье 88.1 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» по заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации. Кроме того, зачет требований является допустимым и после вступления в законную силу судебных актов, подтвердивших наличие и размер соответствующих обязательств сторон, но без возбуждения по одному или обоим судебным актам исполнительного производства, а также после вступления в законную силу судебного акта по одному требованию и при отсутствии возражений должника по другому требованию. 

Таким образом, проведение зачета однородных требований возможно на любой стадии взаимоотношений сторон, достаточно заявления одной стороны. 

Встречные требования об уплате неустойки и о взыскании задолженности являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410 ГК РФ. 

На основании вышеизложенного, суд считает необходимым произвести зачет встречных однородных требований сторон, по взысканию задолженности с Банка за выполненные работы по третьему этапу в размере 8 798 489 руб. 62 коп., а также по взысканию неустойки с АО «СОПАС» за нарушение срока выполнение работ в размер 774 267 руб. 09 коп. по договору от 15.03.2021 № 05-21/М.

В результате зачета встречных однородных требований суд считает подлежащим взысканию с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России  в пользу АО «СОПАС» 8 024 222 руб. 53 коп. задолженности по договору от 15.03.2021 № 05-21/М. 

В рамках первоначального иска Общество заявлено требование о взыскании с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России неустойку в размере 527 909 руб. 37 коп. за несоблюдение заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора.

В соответствии с пунктом 2.5.4. Договора, Расчет по третьему этапу Договора осуществляется Заказчиком в пределах стоимости, предусмотренной подпунктом 2.1.3. пункта 2.1. Договора, уточненным Дополнительным Соглашением в соответствии с пунктом 2.3. Договора, на основании подписанных Сторонами Акта о приеме-сдаче выполненных работ (оказанных услуг) по третьему этапу Договора, по счету Подрядчика в течении 10 (десяти) рабочих дней с даты получения Заказчиком счета и счета -фактуры.

Счет на оплату № 532 от 21.09.2023 года и счет - фактура на сумму 8 798 489,62 рублей, в том числе НДС 20% -1 466 414,94 рубля, были направлены Ответчику, исходящий УПД № 489 от 21.09.2023 года и получены им 26.09.2023 года, согласно системы ЭДО АО «ПФ СКБ Контур».

Таким образом, до 10 октября 2023 года, в соответствии с пунктом 2.5.4. Договора, Ответчиком должен был произведен расчет за третий этап Договора, однако до настоящего момента денежные средства в размере 8 798 489,62 рублей на расчетный счет Истца не поступили.

Пункт 5.6. Договора, предусматривает, что при несоблюдении Заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора Подрядчик вправе требовать уплаты Заказчиком пени в размере 0,2 % от причитающейся суммы за каждый день просрочки.

Обществом представлен расчет неустойки за период просрочки с 10.10.2023 года по 10.11.2023 года на сумму 527 909,37 рублей.

Между тем, данное требование судом не подлежит удовлетворению, так как из условия п.5.3 Договора следует, что заказчик вправе произвести удержание пени при проведении расчетов по Договору.

Пунктом 5.7. Договора установлено, что любые суммы штрафных санкций по Договору применяются в случае направления Стороной, имеющей право на их получение, письменного требований Другой Стороне.

Банком направлена в адрес Общества претензия от 01.11.2023 г., согласно которой Банк уведомил о начисленной в адрес Общества неустойке в размере 15 164 498, 44 руб. за просрочку выполнения работ, а также о произведённом Банке зачете встречных обязательств (начисленной неустойки в сумме 15 164 498 руб. 44 коп. с суммой долга по оплате за третий этап Договора в размере 8 798 489 руб. 62 коп.), в связи с чем Банк предъявил требование об оплате оставшейся части неустойки в размере 6 366 008 руб. 82 коп.

Однако, в п.5.8. отмечено, что штрафные санкции и суммы возмещений подлежат уплате в течение 10 рабочих дней после получения Стороной, допустившей нарушение обязательства по Договору, соответствующего письменного требования, за исключением случая, когда Заказчик может произвести удержание начисленной неустойки при проведении расчета по Договору. Во избежание сомнений Подрядчик подтверждает свое согласие с правом Заказчика вычесть (зачесть) суммы ответственности из любых подлежащих уплате Исполнителем Заказчику согласно Договору.

То обстоятельство, что начисленная Банком к уплате Обществом неустойка в сумме 15 164 498 руб. 44 коп. превышала долг Банка в сумме 8 798 489 руб. 62 коп., никоим образом не могло препятствовать прекращению зачетом наименьшего из этих денежных обязательств.

Вместе с тем, возникновение встречных обязательств из одного договора не исключает урегулирование сторонами взаимных расчетов с применением основания прекращения обязательства, предусмотренного в статье 410 ГК РФ, которой предусмотрена возможность прекращения обязательства зачетом встречного однородного требования, срок исполнения которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В силу пункта 15 Постановления N 6 обязательства считаются прекращенными зачетом в размере наименьшего из них не с момента получения заявления о зачете соответствующей стороной, а с момента, в который обязательства стали способными к зачету (статья 410 ГК РФ). Например, если срок исполнения активного (в данном случае уплата неустойки) и пассивного (оплата долга) требований наступил до заявления о зачете, то обязательства считаются прекращенными зачетом с момента наступления срока исполнения обязательства (или возможности досрочного исполнения пассивного обязательства), который наступил позднее, независимо от дня получения заявления о зачете.

Таким образом, Банком правомерно было отказано в оплате за выполненный третий этап по Договору с учетом правомерно начисленной неустойки за просрочку выполнения и сдачи работ.

Факт начисления Банком неустойки в адрес Общества является правомерным, а размер ее снижен судом в порядке ст. 333 ГК РФ, что не отменяет имеющиеся правовые основания для ее начисления.

При этом суд отмечает, что тот факт, что неустойка была снижена судом в порядке ст. 333 ГК РФ, и в результате итоговое сальдо сложилось в пользу истца, не означает, что истец со своей стороны сохранил право на начисление штрафных санкций на выведенную судом сумму задолженности. При отсутствии снижения неустойки результат разбирательства мог быть не в пользу истца, что означает неправомерность дальнейшего применения им штрафных санкций. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 по делу N А33-6393/2023.

Также первоначальный истец - Общество заявил требование о взыскании неустойки в размере 17 596 руб. 97 коп., начиная с 10.11.2023 за каждый день просрочки до момента исполнения судебного акта в полном объеме и полного расчета за третий этап, предусмотренный договором, в размере 8 798 489 руб. 62 коп.

Так как, судом отказано в удовлетворении исходного требования о взыскании неустойки за несоблюдение заказчиком срока оплаты выполненных работ по этапам договора, данное требование также не подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу или в определении. 

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс), судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. Как указано в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных (часть 5 статьи 3, часть 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Руководствуясь указанным разъяснением, суд считает необходимым произвести зачет встречных однородных требований сторон по взысканию задолженности, неустойки, и судебных расходов, исходя из следующего. 

Частью 1 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Поскольку суд удовлетворил требования общества в части на 94,33% от заявленных требований, а встречные требования на 59,63% от заявленных требований, то судебные расходы по оплате госпошлины подлежат распределению пропорционально удовлетворенным требованиям, с взысканием пропорционально по первоначальному требованию госпошлины недоплаченной АО «СОПАС», с учетом освобождения банка в порядке п.п. 1 п.1 статьи 333.37 НК РФ от уплаты госпошлины.   

Аналогичная правовая позиция в части распределения госпошлины изложена в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.02.2022 N Ф08- 243/2022 по делу N А32-8707/2021. 

В п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011г. №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что, рассматривая вопросы о распределении между сторонами расходов по уплате государственной пошлины в случаях уменьшения размера подлежащей взысканию неустойки, арбитражным судам необходимо учитывать, что согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации в цену иска включаются указанные в исковом заявлении суммы неустойки (штрафов, пеней) и проценты. 

Если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

С учетом зачета встречных однородных требований, уточнения первоначальных требований, а также недоплаченной госпошлины АО «СОПАС» и распределению пропорционально удовлетворенным требованиям, освобождения банка в порядке п.п. 1 п.1 статьи 333.37 НК РФ от уплаты госпошлины и применения ст.333 ГК РФ в части требования Банка по неустойки, взыскать с АО «СОПАС» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 44 873 руб. 16 коп. госпошлины. 

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России (ИНН 

<

***>) в пользу АО «СОПАС» (ИНН 

<

***>) 8 798 489 руб. 62 коп. задолженности по договору от 15.03.2021 № 05-21/М, а также 62 721 руб. 90 коп. расходов по оплате госпошлины.  

В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказать. 

 

Встречные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с АО «СОПАС» (ИНН 

<

***>) в пользу Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России (ИНН 

<

***>) 774 267 руб. 09 коп. неустойку за период с 01.07.2023 по 26.09.2023 по договору от 15.03.2021 № 05-21/М.

 

Произвести зачет первоначальных и встречных исковых требований.

В результате зачета взыскать с Центрального Банка РФ в лице Южного Главного Управления Банка России (ИНН 

<

***>) в пользу АО «СОПАС» (ИНН 

<

***>) 8 024 222 руб. 53 коп. задолженности по договору от 15.03.2021 № 05-21/М, а также 62 721 руб. 90 коп. расходов по оплате госпошлины.  

Взыскать с АО «СОПАС» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 44 873 руб. 16 коп. госпошлины.

 

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный  суд кассационной  инстанции - в течение двух месяцев  со дня  вступления  решения  в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                                Л.О. Вуколова