АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                      Дело № А19-17953/2019

«06» ноября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 29.10.2019 года.

Решение в полном объеме изготовлено 06.11.2019  года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Пугачёва А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью "МАС АЛЬБИОН" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664003, 

<

...>)

к ИРКУТСКОЙ ТАМОЖНЕ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664046, 

<

...>)

о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10607000-1200/2019 от 19.06.2019 г. 

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО2 – представитель по доверенности;

от ответчика: ФИО3, ФИО4, представители по доверенности;

                                                                         установил:

Общество с ограниченной ответственностью "МАС Альбион" обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Иркутской таможне о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10607000-1200/2019 от 19.06.2019 г. вынесенного Иркутской таможней за совершение административного правонарушения по части 1 статьи 16.2 КоАП РФ и назначении административного штрафа в размере 502 050 руб.

Представитель заявителя в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении. 

Представители Иркутской таможни заявленные требования не признали, дав пояснения в соответствии с доводами, изложенными в отзыве.

Рассмотрев   материалы  дела, суд  установил  следующие  обстоятельства. 

Иркутской таможней проведена камеральная таможенная проверка (далее - КТП, решение о проведении КТП от 11.04.2019 № 10607000/210/110419/Р000018) в результате которой установлено следующее.

В 2018 году ООО «МАС Альбион», Россия (Продавец) заключен договор поставки от 10.10.2018 № MAC 103-18ал с ОАО «Белорусская лесная компания», Республика Беларусь (Покупатель) на поставку товаров.

В рамках исполнения данного договора поставки по спецификации к нему от 29.11.2018 № 02, счет-фактуре от 05.12.2018 № 1852 ООО «МАС Альбион» в декабре 2018 года в Республику Беларусь вывезен товар «меламин» товарной группы 29 ТН ВЭДЕАЭС общим весом нетто 20000 кг, стоимостью 2 008 200руб., страна происхождения товара Китай. Грузоотправителем товара являлось ООО «Трансимпериал» (Россия), грузополучателем - ОАО «Речицадрев» (Республика Беларусь). В соответствии с информацией, полученной от ООО «МАС Альбион» (письмо от 24.05.2019 № 240) товар пересек государственную границу Российской Федерации и Республики Беларусь 08.12.2018. Согласно отметкам в международной товарно-транспортной накладной (CMR) от 07.12.2018 № б/н и в счет-фактуре от 05.12.2018 № 1852, товар получен грузополучателем в Республике Беларусь 10 декабря 2018 года. Факт получения товара грузополучателем в Республике Беларусь также подтверждается заявлением ОАО «Белорусская лесная компания» в налоговые органы Республики Беларусь о ввозе товаров и уплате косвенных налогов от 31.12.2018 № 208. Предоплата за товар в размере 100% от его стоимости покупателем осуществлена 04.12.2018 по платежному поручению № 714, товар снят с бухгалтерского учета ООО «МАС Альбион» 10.12.2018 (карточка счета 62 за декабрь 2018 года).

Товар «меламин» классифицируется в товарной подсубпозиции 2933610000 товарной группы 29 ТН ВЭД ЕАЭС исходя из наименования - меламин.

Сведения о вывозе указанных товаров представлены в таможенный орган ООО «МАС Альбион» путем подачи статистической формы учета перемещения товаров. 

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 07.12.2015 № 1329 «Об организации ведения статистики взаимной торговли в Российской Федерации с государствами-членами Евразийского экономического союза» (вместе с «Правилами ведения статистики взаимной торговли Российской Федерации с государствами-членами Евразийского экономического союза»), представление статистической формы производится в рамках организации статистики взаимной торговли государств - членов ЕАЭС и не является таможенным декларированием.

Вместе с тем, согласно Соглашению между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г. (с изменениями, внесенными Протоколом от 10.10.2018), подлежащему временному применению по истечении 10 дней с даты подписания настоящего Протокола от 10.10.2018,  в целях учета в Российской Федерации товары, классифицируемые в товарных группах 27 и 29 ТН ВЭД ЕАЭС, подлежат декларированию, как если бы они вывозились за пределы таможенной территории Евразийского экономического союза, без применения временного периодического таможенного декларирования, установленного законодательством Российской Федерации, за исключением товаров, перемещаемых трубопроводным транспортом.

Исходя из вышеизложенного, в ходе проведения КТП установлен факт вывоза ООО «МАС Альбион» в Республику Беларусь товара «меламин», классифицируемого в товарной подсубпозиции 2933610000 ТН ВЭД ЕАЭС, без осуществления его таможенного декларирования с подачей декларации на товары, что является нарушением пункта 3 статьи 1.1 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г. (с изменениями, внесенными Протоколом от 10.10.2018). 

По данному факту 04 июня 2019 г. составлен протокол об административном правонарушении и 19 июня 2019 г. вынесено постановление о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10607000-1200/2019 о привлечении ООО «МАС Альбион» к административной ответственности по части 1 статьи 16.2 КоАП РФ и назначено административного наказание в виде административного штрафа в размере одной второй стоимости товара, явившегося предметом административного правонарушения, что составило 502050 рублей.

Не согласившись с вынесенным постановлением, посчитав его не соответствующим закону и нарушающим права и законные интересы Общества, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав представленные в дело доказательства, суд приходит к следующим          выводам. 

В  соответствии с частями 6, 7 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный  порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела. При этом при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме.

Согласно статье 28.3 КоАП РФ протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных настоящим Кодексом, составляются должностными лицами органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии с главой 23 настоящего Кодекса, в пределах компетенции соответствующего органа (часть 1).

Перечень должностных лиц, имеющих право составлять протоколы об административных правонарушениях в соответствии с частями 1, 2 и 3 данной статьи, устанавливается соответственно уполномоченными федеральными органами исполнительной власти и уполномоченными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в соответствии с задачами и функциями, возложенными на указанные органы федеральным законодательством (часть 4).

В соответствии с пунктом 3.4 Перечня должностных лиц, таможенных органов Российской Федерации, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях и осуществлять административное задержание, утвержденного приказом ФТС Российской Федерации от 02.12.2014 N 2344, протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 16.2 КоАП РФ вправе составлять главный государственный таможенный инспектор.

В силу части 1 статьи 23.8 КоАП РФ таможенный орган рассматривает дела об административных правонарушениях, предусмотренных, в том числе, статьей 16.2 Кодекса.

Рассматривать дела об административных правонарушениях от имени органов, указанных в части 1 настоящей статьи, вправе начальники таможен, их заместители (пункт 3 части 2 статьи 23.8 КоАП РФ).

Таким образом, протокол составлен, а оспариваемое постановление вынесено уполномоченными должностными лицами.

В соответствии с частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ предусмотрено, что  недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию, за исключением случаев, предусмотренных статьей 16.4 настоящего Кодекса, влечет наложение административного штрафа на граждан и юридических лиц в размере от одной второй до двукратного размера стоимости товаров, явившихся предметами административного правонарушения, с их конфискацией или без таковой либо конфискацию предметов административного правонарушения; на должностных лиц - от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей.

Таможенный кодекс Таможенного союза определяет, что таможенное декларирование товаров производится путем заявления таможенному органу сведений о товарах, об их таможенной процедуре и других сведений, необходимых для таможенных целей.

Согласно пункту 7 статьи 11 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 289) вывоз товаров из Российской Федерации, имеющих статус товаров Союза в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), из Российской Федерации в государства - члены Союза осуществляется без ограничений, предусмотренных международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании, если иное не установлено международными договорами Российской Федерации и (или) законодательством Российской Федерации.

Также, в соответствии со статьей 95 Федерального закона № 289-ФЗ, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру и изменении таможенной процедуры либо при таможенном декларировании без помещения под таможенную процедуру в случаях, определенных ТК ЕАЭС, а также в случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1.1 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г. (с изменениями, внесенными Протоколом от 10.10.2018, далее - Соглашение) в целях учета в Российской Федерации товары, классифицируемые в товарных группах 27 и 29 ТН ВЭД ЕАЭС, подлежат декларированию, как если бы они вывозились за пределы таможенной территории Евразийского экономического союза, без применения временного периодического таможенного декларирования, установленного законодательством Российской Федерации, за исключением товаров, перемещаемых трубопроводным транспортом.

Согласно п.2 ст.84 ТК ЕАЭС, декларант, среди прочего, обязан произвести таможенное декларирование товаров, уплатить таможенные платежи, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины и (или) обеспечить исполнение обязанности по их уплате в соответствии с ТК ЕАЭС. Декларант несет ответственность в соответствии с законодательством государств-членов Евразийского экономического союза за неисполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 2 статьи 84 ТК ЕАЭС (п.3 ст.84 ТК ЕАЭС).

Согласно пп.35 п.1 ст.2 ТК ЕАЭС, "таможенное декларирование" - заявление таможенному органу с использованием таможенной декларации сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров. "Таможенная декларация" - таможенный документ, содержащий сведения о товарах и иные сведения, необходимые для выпуска товаров (пп.32 п.1 ст.2 ТК ЕАЭС).

Согласно ст. 106 ТК ЕАЭС, в декларации на товары подлежат указанию, среди прочих, сведения о товарах: наименование, описание, необходимое для исчисления и взимания таможенных платежей, отнесения к одному 10-значному коду Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности; код товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности; производитель товаров; цена, количество в килограммах (вес брутто и вес нетто) и в дополнительных единицах измерения; таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров).

В соответствии с подпунктом 25 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС незаконным перемещением товаров через таможенную границу Союза является перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 ТК ЕАЭС должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации.

Таможенное декларирование осуществляется декларантом (лицом, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары) либо таможенным представителем (юридическим лицом, включенным в реестр таможенных представителей, совершающим таможенные операции от имени и по поручению декларанта или иного заинтересованного лица), если иное не установлено ТК ЕАЭС (ст. 104 ТК ЕАЭС).

Под таможенным декларированием в силу подпункта 35 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС понимается заявление таможенному органу с использованием таможенной декларации сведений о товарах, об избранной таможенной процедуре и (или) иных сведений, необходимых для выпуска товаров.

Под декларантом в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС понимается лицо, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары.

Из материалов дела об административном правонарушении № 10607000-1200/2019 следует, что товар вывозился на территорию Республики Беларусь ООО « MAC Альбион» (Поставщик) в рамках договора поставки №МАС103-189 ал от 10.10.2018, соответственно в рассматриваемом случае субъектом правонарушения является ООО «МАС Альбион».

Законодательством государства - члена Евразийского экономического союза (Российской Федерации), а именно частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ установлена ответственность за недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию.

Объектом правонарушения являются общественные отношения, связанные с таможенным декларированием товаров.

Объективная сторона правонарушения выражается в недекларировании по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию,

Субъектом правонарушения является ООО «МАС Альбион», на которое в силу действующего законодательства возложена обязанность по декларированию товара.

Сторонами не оспаривается факт осуществления вывоза спорного товара без проведения таможенного декларирования. 

Позиция заявителя сводится к следующему, согласно таможенному законодательству, Постановлению Правительства Российской Федерации от 07.12.2015 № 1329 «Об организации ведения статистики взаимной торговли в Российской Федерации с государствами-членами Евразийского экономического союза» (вместе с «Правилами ведения статистики взаимной торговли Российской Федерации с государствами-членами Евразийского экономического союза»), представление статистической формы производится в рамках организации статистики взаимной торговли государств - членов ЕАЭС и не является таможенным декларированием.

По общему правилу при перемещении товаров из России и Беларусь декларирование не применяется, перемещение товаров осуществляется согласно статистической формы.

Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г. (с изменениями, внесенными Протоколом от 10.10.2018) действительно предусмотрена обязанность декорировать товары, однако Протокол о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 10.10.2018, в Бюллетене международных договоров Министерства иностранных дел Российской Федерации опубликован не был, по дипломатическим каналам последнее письменное уведомления о выполнении сторонами внутригосударственных процедур, необходимых для   вступления в силу Протокола от 10.10.2018, получено не было, поэтому порядок, предусматривающий декларирование товаров применению на момент перемещения товаров заявителем не подлежал, поэтому в действиях  Общества отсутствует событие и состав административного правонарушения.

Суд считает, что доводы заявителя являются несостоятельными, в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 7 статьи 11 Федерального закона № 289-ФЗ вывоз товаров из Российской Федерации, имеющих статус товаров Союза в соответствии с ТК ЕАЭС, из Российской Федерации в государства - члены Союза осуществляется без ограничений, предусмотренных международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании, если иное не установлено международными договорами Российской Федерации и (или) законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 1 ТК ЕАЭС таможенное регулирование в Союзе осуществляется в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами, включая настоящий Кодекс, и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года.

В случае возникновения противоречий между настоящим Кодексом и иными регулирующими таможенные правоотношения международными договорами, входящими в право Союза, применяются положения настоящего Кодекса (часть 4 статьи 1 ТК ЕАЭС).

Согласно статье 3 Федерального закона от 15.07.1995 N 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» международные договоры Российской Федерации заключаются с иностранными государствами, а также с международными организациями и иными образованиями от имени Российской Федерации (межгосударственные договоры), от имени Правительства Российской Федерации (межправительственные договоры), от имени федеральных органов исполнительной власти или уполномоченных организаций (договоры межведомственного характера).

Статьей 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации»  урегулированы вопросы временного применения Российской Федерацией международного договора. 

Названной статьей закреплено, что международный договор или часть договора до его вступления в силу могут применяться Российской Федерацией временно, если это предусмотрено в договоре или если об этом была достигнута договоренность со сторонами, подписавшими договор.

Решения о временном применении Российской Федерацией международного договора или его части принимаются органом, принявшим решение о подписании международного договора.

В  Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.03.2012 N 8-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 23 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина ФИО5» указано, что вводя в правовую систему Российской Федерации международные договоры Российской Федерации и определяя в статье 15 (часть 4) основанный на принципе добросовестного выполнения международных обязательств (pacta sunt servanda) единый подход, которым необходимо руководствоваться, применяя правила международного договора Российской Федерации в случае их расхождения с правилами, предусмотренными законом, Конституция Российской Федерации не устанавливает непосредственно порядок и условия заключения, выполнения и прекращения международных договоров Российской Федерации, а возлагает решение этих вопросов на федерального законодателя (статья 71, пункт "к"; статья 72, пункт "о" части 1; статья 76, части 1 и 2), который обладает значительной дискрецией при осуществлении соответствующего правового регулирования и вместе с тем обязан следовать требованиям Конституции Российской Федерации, вытекающим, в частности, из содержащих прямые упоминания о международных договорах Российской Федерации статей 15 (часть 4), 46 (часть 3), 62, 63 (часть 2), 79, 86 (пункты "б", "в"), 106 (пункт "г") и 125 (пункт "г" части 2; часть 6). Федеральный законодатель связан также международными обязательствами, принятыми на себя Российской Федерацией, в том числе вытекающими из Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года, которая констатирует все возрастающее значение договоров как источника международного права и как средства развития мирного сотрудничества между нациями, независимо от различий в их государственном и общественном строе, и ориентирует государства на то, что кодификация и прогрессивное развитие права договоров будут способствовать достижению указанных в Уставе целей Организации Объединенных Наций, а именно поддержанию международного мира и безопасности, развитию дружественных отношений между народами и осуществлению их сотрудничества друг с другом (преамбула).

Требование официального опубликования вступивших в силу международных договоров Российской Федерации имеет принципиальное конституционно-правовое значение, поскольку, являясь составной частью правовой системы Российской Федерации и обладая в отношении применения приоритетом перед российскими законами, международные договоры Российской Федерации оказывают прямое воздействие на нормативное правовое регулирование в Российской Федерации, включая содержание прав и свобод человека и гражданина, ценностное значение которых определяется предписаниями статей 2, 17 и 18 Конституции Российской Федерации.

Официальное опубликование вступившего в силу международного договора Российской Федерации обеспечивает полное и точное доведение от имени компетентного государственного органа содержания такого договора до сведения неограниченного круга лиц посредством размещения его аутентичного текста в печатном издании, указанном в законе, и тем самым позволяет любому получить достоверную информацию о содержащихся в нем правилах, соотнести их с правилами, установленными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, и иметь возможность оценить последствия их внутригосударственного применения. Именно в этих целях в пункте 3 статьи 5 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации" специально оговаривается, что в Российской Федерации непосредственно действуют положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения.

Пункт 1 статьи 23 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации», в соответствии с которым международный договор или часть договора до его вступления в силу могут применяться Российской Федерацией временно, если это предусмотрено в договоре или если об этом была достигнута договоренность со сторонами, подписавшими договор, по существу, воспроизводит предписание пункта 1 статьи 25 Венской конвенции о праве международных договоров.

Временное применение международного договора используется Российской Федерацией в практике межгосударственного общения, как правило, в случаях, когда предмет договора представляет особый интерес для его участников, вследствие чего они заинтересованы в том, чтобы ввести его в действие, не дожидаясь ратификации и вступления в силу.

Руководствуясь Венской конвенцией о праве международных договоров и положениями Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» в их буквальном истолковании, органы публичной власти и должностные лица Российской Федерации последовательно проводят правовую политику, которая заключается в том, что правила временно применяемого международного договора становятся частью правовой системы Российской Федерации и имеют, как и вступившие в силу международные договоры Российской Федерации, приоритет перед российскими законами при отсутствии официально опубликованного текста, в том числе в случае, когда ими изменяется нормативное содержание прав, свобод и обязанностей человека и гражданина.

Названным Постановлением Конституционного Суда РФ от 27.03.2012 N 8-П пункт 1 статьи 23 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации" в части, допускающей временное применение до вступления в силу международного договора (или части международного договора) Российской Федерации, затрагивающего права, свободы и обязанности человека и гражданина и устанавливающего при этом иные правила, чем предусмотренные законом, признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку содержащееся в нем положение - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего нормативного правового регулирования - не предполагает возможности применения такого международного договора (или части международного договора) в Российской Федерации без его официального опубликования.

Также, указанным постановлением предписано  федеральному законодателю в трехмесячный срок установить порядок официального опубликования временно применяемых международных договоров Российской Федерации, которыми затрагиваются права, свободы и обязанности человека и гражданина и при этом устанавливаются иные правила, чем предусмотренные законом. В течение того же срока должно быть завершено официальное опубликование таких международных договоров Российской Федерации. Конституционным судом указано, что по истечении указанного срока любые временно применяемые международные договоры Российской Федерации, которые затрагивают права, свободы и обязанности человека и гражданина и устанавливают при этом иные правила, чем предусмотренные законом, не могут применяться далее, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.

Федеральным законом  от 25.12.2012 N 254-ФЗ «О внесении изменений в статью 30 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» и статью 9.1 Федерального закона «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» внесены изменения в статью 30 Федерального закона от 15.07.1995 N 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации».

Согласно новой редакции указанной статьи, вступившие в силу для Российской Федерации международные договоры (за исключением договоров межведомственного характера) по представлению Министерства иностранных дел Российской Федерации также официально опубликовываются в Бюллетене международных договоров и размещаются (опубликовываются) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Международный договор, который предусматривает до вступления в силу временное применение Российской Федерацией всего договора или его части либо договоренность о временном применении которых достигнута каким-либо иным образом (за исключением договоров межведомственного характера), незамедлительно подлежит по представлению Министерства иностранных дел Российской Федерации официальному опубликованию в Бюллетене международных договоров и размещению (опубликованию) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Статьей 1.1 Протокола о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г. установлено, что в целях учета в Российской Федерации товары, классифицируемые в товарных группах 27 и 29 ТН ВЭД ЕАЭС, подлежат декларированию, как если бы они вывозились за пределы таможенной территории Евразийского экономического союза, без применения временного периодического таможенного декларирования, установленного законодательством Российской Федерации, за исключением товаров, перемещаемых трубопроводным транспортом.

Статьей 2 названного Протокола установлено, что стороны начинают временно применять положения Соглашения с учетом изменений, внесенных Протоколом, по истечении 10 дней с даты подписания настоящего Протокола.

Судом установлено, что Протокол от 10.10.2018 г. о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12.01.2007 г., которым было предусмотрено декларирование товаров классифицируемые в товарных группах 27 и 29 ТН ВЭД ЕАЭС был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru - 19.10.2018.

Таким образом, на момент вывоза заявителем спорного товара (декабрь 2018) названный Протокол, предусматривающий его временное применение, был опубликован в соответствии с пунктом 2.1 статьи 30 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации».

Учитывая изложенное, суд считает, что у Общества имелась обязанность произвести декларирование вывозимого товара «меламин» в декабре 2018 года, так как на указанную дату Протокол от 10.10.2018 о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12 января 2007 г., которым предусмотрено декларирование товаров, подлежал временному применению и был официально опубликован.

Довод заявителя о не опубликовании названного Протокола в Бюллетене международных договоров МИД РФ, на выводы суда не влияет, так как данный документ был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru - 19.10.2018.

Суд отмечает, что согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.03.2012 N 8-П официальное опубликование временно применяемых международных договоров Российской Федерации  является надлежащей гарантией аутентичности текста международного договора и юридически значимым подтверждением признания того или иного международного договора частью правовой системы Российской Федерации.

Учитывая, что такая гарантия Обществу как участнику внешнеэкономической деятельности была обеспечена путем официального опубликования спорного Протокола, и о таком опубликовании обществу было известно, что признано представителем заявителя в судебном заседании,  Общество при вывозе товаров в Беларусь  было обязано руководствоваться именно порядком, установленным Протоколом от 10.10.2018 г. о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12.01.2007 г. и следовательно было обязано осуществить декларирование вывозимого товара классифицируемого в товарной группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС.

Кроме того, информирование о временном применении протокола было осуществлено посредством:

публикации 19.10.2018 на официальном сайте ФТС России www.customs.ru;

публикации на официальном сайте МИД России;

письмом ФТС России №01-11/64805 от 12.10.2018 «О направлении протокола» (размещено 19.10.2018 в программе «ВЭД Инфо»).

Довод заявителя о том, что отсутствуют письменные уведомления по дипломатическим каналам о выполнении сторонами соглашения внутригосударственных процедур, как это предусмотрено статьей 2 Протокола от 10.10.2018 г. о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о мерах по урегулированию торгово-экономического сотрудничества в области экспорта нефти и нефтепродуктов от 12.01.2007 г., судом не принимается, так как завершение процедуры обмена уведомлениями  определяет дату вступления в силу названного протокола, однако не влияет на порядок его временного применения.

Факт совершения ООО «МАС Альбион» административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 16.2 КоАП России подтверждаются следующими доказательствами: протоколом об административном правонарушении № 10607000-1200/2019 от 04.06.2019, счет-фактурой от 05.12.2018 № 1852 к договору поставки от 10.10.2018 № MAC 103-18 ал; международной товарно-транспортной накладной от 07.12.2018 № б/н; заявлением ОАО «Белорусская лесная компания» в налоговые органы Республики Беларусь о ввозе товаров и уплате косвенных налогов от 31.12.2018 № 208; служебной запиской отдела товарной номенклатуры и происхождения товаров Иркутской таможни от 11.04.2019 № 12-03-25/0303 «О классификации товаров»; электронным письмом представителя ООО «МАС Альбион» на имя начальника отделения таможенной статистики Иркутской таможни о направлении статистических форм учета перемещения товаров; заполненной в информационном сервисе ФТС России для подачи на бумажном носителе статистической формой учета перемещения товаров с системным номером 1200190118-06093767 за отчетный период «декабрь 2018 г.»; объяснением директора ООО «МАС Альбион» ФИО6 от 03.06.2019 № б/н; заявлением ООО «МАС Альбион» в ФТС России от 22.01.2019 № 0122/5; письмом ФТС России от 22.02.2019 № 04-53/10487, другими доказательствами.

 Статьей 26.1 КоАП РФ предусмотрено, что к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Такие обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП РФ).

Материалами дела подтверждается, что общество не исполнило обязанности по декларированию товара с подачей декларации на товары при его вывозе на территорию государства-члена ЕАЭС, установленной международным договором Российской Федерации.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о наличии события вмененного  административного правонарушения и правильной его квалификации по части 1 статьи 16.2 КоАП РФ.

Частью 1 статьи 1.5 КоАП РФ предусмотрено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых этим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года N 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП РФ. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП РФ формы вины не выделяет. Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Обстоятельства, указанные в части 1 или части 2 статьи 2.2 КоАП РФ, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

Из материалов дела следует, что ООО «МАС Альбион» не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению требований международного договора Российской Федерации о необходимости таможенного декларирования товара с подачей декларации на: товары при его вывозе на территорию государства-члена ЕАЭС. Допущенное Обществом нарушение не вызвано объективно непредотвратимыми обстоятельствами, находящимися вне его контроля и, следовательно, Общество должно было соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него в целях исполнения обязанности декларанта (возможным было, например, получение консультации о порядке таможенного оформления до вывоза товара).

Вина юридического лица в совершении административного правонарушения таможенным органом установлена и отражена в оспариваемом постановлении.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии в действиях общества события и состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ.

Процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении  судом не установлено. Права общества на участие при составлении протокола об административном правонарушении, при рассмотрении дела об административном правонарушении, а также иные права, предоставляемые КоАП РФ лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, административным органом обеспечены и соблюдены.

Наказание назначено по правилам статьи 4.1 КоАП РФ в пределах санкции инкриминируемой статьи в минимальном размере и обеспечивает достижение целей административного наказания, предусмотренных частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ.

Предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ двухгодичный срок давности привлечения к административной ответственности не пропущен.

Оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ, которой предусмотрена возможность освобождения от административной ответственности при малозначительности правонарушения, не имеется.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях").

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" указано, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (пункт 18).

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано (пункт 18.1).

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо угрозой причинения вреда личности, обществу или государству. Существенная угроза охраняемым правоотношениям может выражаться не только в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, но и в пренебрежительном отношении субъекта предпринимательской деятельности к исполнению своих публично-правовых обязанностей. Следовательно, наличие или отсутствие существенной угрозы охраняемым правоотношением может быть оценено судом только с точки зрения степени вреда (угрозы вреда), причиненного непосредственно установленному публично-правовому порядку деятельности.

Существенная угроза охраняемым общественным отношениям в рассматриваемом случае выражается в пренебрежительном отношении декларанта к исполнению своих публично-правовых обязанностей.

Суд не усматривает каких-либо исключительных оснований для признания совершенного правонарушения малозначительным.

В соответствии со статьей 4.1.1 КоАП Российской Федерации предусмотрена замена административного наказания в виде штрафа предупреждением.

При этом такая замена допустима судом в отношении индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, являющихся субъектами малого и среднего предпринимательства, за впервые совершенное ими административное правонарушение, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II КоАП Российской Федерации, при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 данного Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Согласно статье 3.4 КоАП Российской Федерации предупреждение представляет собой меру административного наказания, выраженную в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме (часть 1). Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба (часть 2).

Однако с учетом взаимосвязанных положений части 2 статьи 3.4 и части 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации следует признать, что недекларирование товаров в отношении которых установлен  особый порядок их вывоза (для товаров классифицируемые в товарных группах 27 и 29 ТН ВЭД ЕАЭС) посягает на экономическую безопасность государства. Кроме того, данное правонарушение выявлено не по результатам осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля.

Административное наказание обоснованно и правомерно, с учетом обстоятельств дела, назначено таможенным органом в размере, менее минимального размера штрафа, предусмотренного санкцией части 1 статьи 16.2 КоАП РФ – 502050 руб.

Частью 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации определено, что административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Применение мер административной ответственности преследует цели предупреждения совершения новых правонарушений как самими правонарушителями, так и другими лицами, а также стимулирования правомерного поведения хозяйствующих субъектов и иных лиц.

Учитывая, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтвержден факт совершенного противоправного деяния, судом не установлено нарушения порядка привлечения общества к административной ответственности и назначения наказания, следовательно, правовых оснований для отмены оспариваемого постановления не имеется.

В силу части 3 статьи 211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

При таких обстоятельствах суд считает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167-170, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

                                                              РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его принятия.

 

      Судья                                                                                                   А.А. Пугачёв