ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-16396/2020, 18АП-16398/2020

Дело № А47-1617/2019

10 марта 2021 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2021 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Матвеевой С.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания лифтовым хозяйством «Лифтсервис», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.11.2020 по делу № А47-1617/2019 о частичном удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания лифтовым хозяйством «Лифтсервис»  - ФИО3 (доверенность от 10.11.2020 сроком на один год, удостоверение №860),

представитель ФИО4, ФИО5  – ФИО6 (доверенность от 18.05.2020 сроком на  три года, доверенность от 18.11.2020 сроком на три года, удостоверение номер 1521).

 

Решением арбитражного суда от 15.04.2019 (резолютивная часть решения объявлена 10.04.2019) ликвидируемый должник - общество с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» (далее – должник, ООО «ОУК») признан банкротом с открытием конкурсного производства.

Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – заявитель, податель апелляционной жалобы), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий»).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №71 от 20.04.2019.

Конкурсный управляющий ФИО2 24.09.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

После привлечения соответчиков определениями от 12.03.2020,  16.04.2020, 17.06.2020, 06.08.2020 судом рассмотрено заявление конкурсного управляющего к ответчикам: заявление конкурсного управляющего к ответчикам: ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО8, обществу с ограниченной ответственностью «УК «ЖИЛГРАД», обществу с ограниченной ответственностью «УКЖФ «Северная», обществу с ограниченной ответственностью «ФИНАНСОВАЯ КОМПАНИЯ «РУСЬ», акционерному обществу «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Администрации г. Оренбурга, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 - о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.11.2020 заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено частично: признано доказанным наличие оснований для привлечения ООО «УК «ЖИЛГРАД», ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оренбургская управляющая компания». Приостановлено производство по рассмотрению заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами по делу № А47-1617/2019. В удовлетворении остальной части требований отказано.

С принятым судебным актом не согласился конкурсный управляющий должника ФИО2 и направил апелляционную жалобу, в которой просил отменить определение суда от 25.11.2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО8

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что ФИО8 является учредителем должника с 14.06.2018; в период участия данного лица были осуществлены недействительные сделки; данным лицом не было подано заявления о признании должника банкротом. ФИО5 являлся директором должника в период с 29.12.2017-03.09.2018. В период деятельности данного лица были совершены недействительные сделки, что установлено арбитражным судом в рамках настоящего дела. Считает, что работа по взысканию дебиторской задолженности проводилась не должным образом. ФИО5 необходимо было обратиться с заявление о признании должника банкротом. Конкурсный управляющий полагает, что с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ОУК» следовал обратиться в апреле 2018 года, что следует из  анализа финансового состояния должника, поскольку убыток в 2017 г. составил 11908 тыс. руб. Выручка должника, в основном, складывалась из платы собственниками жилых помещений денежных средств за услуг и работы по управлению многоквартирным домом, а в мае 2018 г. количество домов под управлением должника существенно сократилось на 45%.

С указанным определением также не согласилось ООО «Управляющая компания лифтовым хозяйством «Лифтсервис» (далее - ООО УКЛХ "Лифтсервис", податель жалобы) в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, ссылаясь на то, что снижение количества многоквартирных домов в управлении ООО «ОУК» в 2017 году привело к уменьшению активов должника и, соответственно, дохода ООО «ОУК», т.к. большая часть выручки складывалась из платы собственников жилых помещений за услуги и работы по управлению многоквартирных домов. Так, судом не принято во внимание то обстоятельство, что у должника были снижены доходы в период с 2017; в реестре требований кредиторов должника включены требования кредиторов, возникшие в 2017 году. Судом не исследована бухгалтерская отчетность, отражающая прибыль в 2018 году, и причины резкого увеличения убытков в 2017 году. Следовательно, период возникновения признаков неплатежеспособности должника установлен неверно. Считает, что суд безосновательно отклонил ходатайство о назначении финансово-бухгалтерской экспертизы с целью определения причин утраты неплатежеспособности и периоды ее возникновения.

Также считает, что в качестве соответчика не привлечено контролирующее должника лицо - ООО «Исток Электро-КИПиА», поскольку по сведениям ЕГРЮЛ учредителем ООО «Оренбургская управляющая компания» с 28.04.2017 по 15.06.2018 являлась ФИО4, которая в этот же период и до сих пор исполняет обязанности заместителя директора по правовым вопросам ООО «Исток Электро-КИПиА». 

Представитель ООО УКЛХ "Лифтсервис" просило назначить по делу судебную финансово-бухгалтерскую экспертизу.

В удовлетворении ходатайства ООО УКЛХ "Лифтсервис" о назначении судебной экспертизы для определения финансового состояния должника и момента возникновения неплатежеспособности, судом апелляционной инстанции отказано ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что по существу предлагаемые вопросы являются оценкой имеющихся в материалах дела доказательств относительно хозяйственной деятельности должника не требующие специальных познаний. 

До начала судебного заседания от ФИО4, ФИО5   поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В приобщении от ООО Финансовая компания "Русь" возражений на апелляционные жалобы, от ФИО9 и ФИО8 отзывов на апелляционные жалобы отказано, поскольку не исполнена обязанность по заблаговременному направлению отзыва в адрес лиц, участвующих в деле (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В судебном заседании представитель ООО УКЛХ "Лифтсервис" с определением суда не согласился, считает его незаконным и необоснованным. Просил определение отменить, апелляционные жалобы удовлетворить. 

Представитель ФИО4, ФИО5 с доводами апелляционных жалоб не согласился. Просил определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Судом апелляционной инстанции судебный акт в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пересматривается в пределах доводов апелляционных жалоб в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности.

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела дело о банкротстве ООО «Оренбургская управляющая компания» возбуждено 14.02.2019.

Решением арбитражного суда от 15.04.2019 (резолютивная часть решения объявлена 10.04.2019) ликвидируемый должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов второй очереди в размере 579 руб. 91 коп. (погашены в сумме 579 руб. 91 коп.), требования кредиторов третьей очереди в размере 57 581 530  руб.  26  коп.  (погашены  в сумме 4 000 000  руб.  01  коп.)  по  основному долгу, в размере 1 887 962 руб. 12 коп. по финансовым санкциям; требования кредиторов, учитываемые за реестром, составляют 2 654 050 руб. 04 коп. (т. 1, л.д. 136-150, т. 5).

Дата возникновения требований кредитора второй очереди в размере 579 руб. 91 коп. – 2017 год. Дата возникновения требований кредиторов третьей очереди – 2015, 2016, 2018, 2017 года.

Текущие платежи должника составляют 2 952 865 руб. 92 коп. (т. 2, л.д. 115-124).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 17.08.2009 директором общества указан ФИО13, участники (учредители): ООО «Оренбургская коммунальная теплоснабжающая компания», ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город» (т. 1, л.д. 105-106).

В соответствии с постановлением Администрации города Оренбурга от 24.04.2010 № 2737-п, распоряжения Комитета от 26.04.2010 №456 Комитет по управлению имуществом города Оренбурга приобрел доли в уставном капитале ООО «Оренбургская управляющая компания», на основании договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО «Оренбургская управляющая компания» от 28.04.2010, заключенного с ОАО «Система «Город»; Комитет приобрел 24% (24 000 руб.) доли в уставном капитале (т. 3, л.д. 53-56).

На основании договора купли-продажи от 28.04.2010, заключенного между ОАО «Система «Город» и ООО «Финансовая компания «Русь», последнее приобрело 7 % доли в уставном капитале ООО «Оренбургская управляющая компания» (т. 3, л.д. 137-138).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 06.05.2010 директором общества указан ФИО13, участники (учредители): ООО «Оренбургская коммунальная теплоснабжающая компания», ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», общество с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «Русь» (т. 1, л.д. 103-104).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 18.04.2012 директором общества указан ФИО14, участники (учредители): ООО «Оренбургская коммунальная теплоснабжающая компания», ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», общество с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «Русь» (т. 1, л.д. 100-102).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 04.06.2012 директором общества указан ФИО9, участники (учредители): ООО «Оренбургская коммунальная теплоснабжающая компания», ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», общество с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «Русь» (т. 1, л.д. 97-99).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая  компания»  от 05.02.2013  директором общества  указан  ФИО9, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга, общество с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «Русь» (т. 1, л.д. 94-96).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 11.11.2016 директором общества указан ФИО10, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга, общество с ограниченной ответственностью «Финансовая компания «Русь» (т. 1, л.д. 90-93).

По договору купли-продажи от 20.04.2017 ООО «Финансовая компания «Русь» продало ФИО4 долю (57%) в уставном капитале ООО «Оренбургская управляющая компания» (т. 2, л.д. 84-85).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 28.04.2017 директором общества указан ФИО10, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга, ФИО4 (т. 1, л.д. 85-89).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 26.05.2017 директором общества указан ФИО11, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга, ФИО4 (т. 1, л.д. 80-84).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 06.06.2017 директором общества указана ФИО12, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга, ФИО4 (т. 1 л.д. 75-79).

ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город» 13.07.2017 заявило о своем выходе из ООО «Оренбургская управляющая компания» (т. 2, л.д. 86, т. 3, л.д. 139-140, т. 4, л.д. 4).

Комитет по управлению имуществом г. Оренбурга на основании постановления Администрации г. Оренбурга от 08.08.2017 № 3244-п по договору от 17.08.2017 продало ООО «Оренбургская управляющая компания» долю (24%) в уставном капитале ООО «Оренбургская управляющая компания» (т. 2, л.д. 87-88, т. 3, л.д. 57-58).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 06.09.2017 директором общества указана ФИО12, участники (учредители): ОАО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», ФИО4 (т. 1, л.д. 130-134).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 03.10.2017 директором общества указана ФИО12, учредитель (участник) – ФИО4 (т. 1, л.д. 125-129).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 25.01.2018 директором общества указан ФИО5, учредитель (участник) – ФИО4 (т. 1, л.д. 119-124).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 14.06.2018 директором общества указан ФИО5, учредитель (участник) – ФИО8 (т. 1, л.д. 107-112).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 12.09.2018 директором общества указан ФИО7, учредитель (участник) – ФИО8 (т. 1, л.д. 113-118).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Оренбургская управляющая компания» от 07.11.2019 учредителем является ФИО8 (т. 1, л.д. 20-28).

Кроме того, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Исток Электро-КИПИА» от 17.06.2020 директором общества является ФИО15 учредители (участники): ФИО16, ФИО15 (т. 2, л.д. 96-112).

В подтверждение отсутствия у АО «Система «Город» информации о деятельности должника представлены копии запросов, датированные 07.04.2016, 15.03.2016, 02.11.2016, о предоставлении документов по вопросам повестки дня заседания Совета директоров (т. 3, л.д. 141-143).

Сведения о том, что запрашиваемая указанным обществом информация была предоставлена должником, в материалах дела отсутствует.

ФИО11  01.08.2012 принят на должность главного инженера ООО «Оренбургская управляющая компания», 12.05.2017 назначен на должность директора общества, 24.05.2017 переведен на должность заместителя директора, 06.06.2017 уволен по инициативе работника. Следовательно, ФИО11 фактически в должности директора должника находился 13 дней (т. 4, л.д. 48-56, т. 5, л.д. 7-9).

ФИО9 исполнял обязанности директора ООО «Оренбургская управляющая компания» в период с 14.06.2012 по 16.09.2016 (трудовая книжка, т. 4, л.д. 142-144).

ФИО12 исполняла обязанности директора должника в период с 24.05.2017 по 25.12.2017 (т. 5, л.д. 5-6, 20-23).

ФИО10 исполнял обязанности руководителя ООО «Оренбургская управляющая компания» в период с 25.10.2016 по 05.05.2017 (т. 5, л.д. 10-12, 43).

ФИО5 исполнял обязанности директора общества в период с 29.12.2017 по 03.09.2018 (т. 5, л.д. 13-19).

ФИО7 исполнял обязанности директора общества в период с 04.09.2018 до признания должника банкротом и открытии процедуры конкурсного производства (т. 5, л.д. 19, 24).

Как установлено решением арбитражного суда от 15.04.2019 (резолютивная часть решения объявлена 10.04.2019) по делу № А47-1617/2019, в Единый государственный реестр юридических лиц 19.02.2019 внесены записи о принятии решения о ликвидации юридического лица – ООО «Оренбургская управляющая компания», об избрании руководителя ликвидационной комиссии - ФИО7.

По сведениям конкурсного управляющего, динамика движения дебиторской задолженности и работы по ее взысканию следующая: снижение дебиторской задолженности наблюдалось в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО17, ФИО12, ФИО7, а увеличение дебиторской задолженности – в период исполнения обязанностей руководителя ООО «Оренбургская управляющая компания» ФИО5 (т. 3, л.д. 143-147, т. 5, л.д. 27-29).

В соответствии с бухгалтерским балансом должника за 2017 год внеоборотные активы (основные средства, финансовые вложения, отложенные налоговые активы) составляли 2339 тыс. руб., оборотные активы (запасы, дебиторская задолженность, финансовые вложения, денежные средства или денежные эквиваленты), прочие оборотные активы) – 89455 тыс. руб.; краткосрочные обязательства составляли 102609 тыс. руб.; убыток от продаж составил 9754 тыс. руб. (в 2016 году – указана прибыль в размере 14320 тыс. руб.); убыток до налогообложения – 13623 тыс. руб. (за 2016 год указана прибыль в размере 1136 тыс. руб.); чистый убыток – 11908 тыс. руб. (за 2016 год указана прибыль в размере 764 тыс. руб.). Дата составления отчетности – 29.03.2018, фамилия руководителя – ФИО5 (т. 2, л.д. 1-6а, а также т. 3, л.д. 108-127).

Согласно аудиторскому заключению о годовой бухгалтерской отчетности ООО «Оренбургская управляющая компания» за 2016 год, подготовленному ООО АК «Шанс» 27.03.2017, годовая бухгалтерская отчетность отражает достоверно во всех существенных отношениях финансовое положение ООО «Оренбургская управляющая компания» по состоянию на 30.12.2016, финансовые результаты его деятельности и движение денежных средств за 2016 год отражены в соответствии с российскими правилами составления бухгалтерской отчетности (т. 4, л.д. 100-141).

В соответствии с бухгалтерским балансом должника за 2018 год внеоборотные активы (финансовые вложения, отложенные налоговые активы) составляли 2345 тыс. руб., оборотные активы (запасы, НДС, дебиторская задолженность, финансовые вложения, денежные средства и денежные эквиваленты, прочие оборотные активы) – 75642 тыс. руб.; долгосрочные обязательства   составляли   500   тыс.   руб.,   краткосрочные   обязательства   – 74989 тыс. руб.; баланс общества составляет 77 986 тыс. руб.; прибыль от продаж составила 1312 тыс. руб. (при убытке за 2017 год в размере 9754 тыс. руб.); прибыль до налогообложения составила 16917 тыс. руб. (при убытке за 2017 год в размере 13622 тыс. руб.); чистая прибыль общества составила 13284 тыс. руб. (при убытке за 2017 года в размере 11907 тыс. руб.). Дата составления отчетности – 26.03.2019, фамилия руководителя – ФИО7 (т. 2, л.д. 26-31).

Конкурсный управляющий должника, указывая на то, что между должником и ООО «УК «Жилград» 03.12.2018 заключен договор субаренды транспортного средства с экипажем № 2/18, а также соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 28.02.2019; ответчиками не были приняты надлежащие действия по взысканию дебиторской задолженности; ФИО5, ФИО4,   ФИО8,   ФИО7   не   выполнены   обязанности  по своевременному обращению в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом; с учетом дополнений от 01.09.2020: ФИО12, ФИО5, ФИО7, ФИО4, Чикризо-вым А.Н. не исполнена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд о несостоятельности (банкротстве) общества, указанными лицами совершены сделки, признанные недействительными, не проведены мероприятия по взысканию дебиторской задолженности; с заявлением о признании должника банкротом следовало обратиться в апреле 2018 года, так как бухгалтерский отчет был сдан 29.03.2018; в течение одного месяца необходимо было обратиться с указанным заявлением в суд (т. 1, т. 4, л.д. 35-39).

Арбитражный суд первой инстанции, признавая заявление в части привлечения ООО «УК «ЖИЛГРАД» и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оренбургская управляющая компания» обоснованным, исходил из того, что заявителем доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков - ФИО7 и ООО «УК «Жилград» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

Отказывая в удовлетворении требований в отношении остальных ответчиков, суд исходил из того, что заявителем не представлено доказательств извлечения остальными ответчиками (кроме ФИО7 и ООО «УК «Жилград») выгоды из совершенных сделок, доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что указанные ответчики имели какие-либо полномочия, либо возможность определять условия заключаемых сделок, давать указания об их заключении, либо давать указания относительно ведения хозяйственной, финансовой, производственной деятельности в ООО «Оренбургская управляющая компания».

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для формирования иных выводов и отмены принятого судебного акта в обжалуемой части в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

С учетом даты возбуждения производства по делу о банкротстве, периода, в который ответчиком допущены вмененные действия (бездействие), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению положения норм материального права и процессуальных норм, предусмотренных Федеральным законом № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из анализа бухгалтерской отчетности должника за 2016, 2017, 2018 года следует, что по итогам 2017 года  должник понес убытки, но в 2018 году усматривается увеличение внеоборотных активов, снижение краткосрочных обязательств, а также получение прибыли.

По итогам деятельности должника за 2018 год усматривается наличие у общества баланса в размере 77986 тыс. руб. (он снизился по сравнению с 2017 годом – 91794 тыс. руб., 2016 год – 101184 тыс. руб.) при наличии долгосрочных обязательств в размере 500 тыс. руб. и краткосрочных обязательств в размере 74989 тыс. руб. Наблюдается также снижение дебиторской задолженности по итогам 2018 года, она составляет 74568 тыс. руб. (за 2017 год – 87617 тыс. руб., за 2016 год – 97513 тыс. руб.).

До сдачи бухгалтерской отчетности в налоговый орган (26.03.2019), в период, когда руководителем должника значился ФИО7, в Единый государственный реестр уже 19.02.2019 внесены сведения о начале процедуры ликвидации ООО «Оренбургская управляющая компания» и назначении руководителя ликвидационной комиссии - ФИО7

По результатам проведенной инвентаризации конкурсным управляющим выявлена, в частности, дебиторская задолженность на общую сумму 86 893 788 руб. 39 коп., о чем свидетельствует акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами № 3 от 14.06.2019 (т. 2, л.д. 125-130).

Определением арбитражного суда от 07.09.2020 (резолютивная часть определения объявлена 03.09.2020) по делу № А47-1617/2019 установлено, что между ООО «Оренбургская управляющая компания» (принципал) в лице директора ФИО9 и ООО «Правовой центр «ОДА» (агент) 12.01.2015 заключен агентский договор б/н на осуществление деятельности по взысканию задолженности, по условиям которого агент по поручению принципала принимает на себя обязательство осуществлять юридические действия по взысканию задолженности с населения за жилищно-коммунальные услуги в пользу принципала. Письмом от 16.04.2019 конкурсный управляющий уведомил ООО «Правовой центр «ОДА» о возобновлении действия договора б/н от 12.01.2015 (сведения размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», Картотеке арбитражных дел).

Следовательно, для взыскания дебиторской задолженности (задолженность с населения за жилищно-коммунальные услуги) с 2015 года и в процедуре конкурсного производства было привлечено ООО «Правовой центр «ОДА». 

В виду изложенного, суд пришел к выводу, что снижение дебиторской задолженности по итогам 2018 года, с учетом 2017 года и 2016 года, свидетельствует о том, что руководством должника принимались надлежащие меры ко взысканию дебиторской задолженности посредством привлечения организации, оказывающей соответствующие услуги на профессиональной основе, следовательно, доводы подателей жалобы о неэффективной работе по взысканию дебиторской задолженности являются необоснованными.

Суд первой инстанции не согласился с доводами заявителя, что с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ОУК» следовало обратиться в апреле 2018 года, что следует из  анализа финансового состояния должника, поскольку из анализа финансового состояния должника данные обстоятельства не следуют. Само по себе наличие кредиторской задолженности, убытка, при наличии действий, направленных на выход из кризисной ситуации, не является достаточным основанием для обращения с заявлением о банкротстве организации.

Следовательно, данное обстоятельство не может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО8 и ФИО18

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что на указанную конкурсным управляющим дату ООО «ОУК» обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательства того, что к должнику предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Кроме того, само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения и подаче заявления должника о признании его банкротом. Наличие задолженности в отсутствие надлежащих доказательств не позволяет утверждать, что должник не был способен погасить такую задолженность в обозримом периоде времени после выставления требований.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. 

Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. 

В подтверждение доводов ФИО5 о наличии плана, направленного на снижение размера кредиторской задолженности, в материалы настоящего спора представлен план мероприятий по развитию ООО «Оренбургская управляющая компания» на 2017-2018 года (т. 4, л.д. 65-85).

Аналогичный план, направленный на улучшение финансового состояния компании, был разработан также и ранее: на 2015 год, на 2016 год (т. 4, л.д. 144-149).

Согласно сведениям, размещенным Государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства, ООО «Оренбургская управляющая компания» осуществляло управление жилыми домами в г. Оренбурге по различным адресам (т. 3, л.д. 72-107).

Активное уменьшение обслуживания должником многоквартирных жилых домов наблюдается в сентябре, октябре, ноябре, декабре 2018 года, а также в январе и феврале 2019 года, то есть оно началось практически за полгода до возбуждения дела о банкротстве (14.02.2019).

Данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. Факт недостаточности имущества у должника для оплаты кредиторской задолженности не установлен и не подтвержден соответствующими доказательствами. Вся кредиторская задолженность носила краткосрочный характер и была связана с текущей деятельностью должника.

Совокупность условий, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между неподачей руководителями должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, управляющим не доказана. Наоборот, со стороны руководителей должника предпринимались действия по погашению задолженностей.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим возникновения у ФИО4, ФИО5, ФИО8 и ФИО18 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ранее даты подачи заявления должником – 14.02.2019, а доводы апеллянта об обратном, не принимаются во внимание.

Довод апеллянтов о том, что выручка должника, в основном, складывалась из платы собственниками жилых помещений денежных средств за услуг и работы по управлению многоквартирным домом, а в мае 2018 г. количество домов под управлением должника существенно сократилось на 45%, отклоняется, поскольку не может служить доказательством наличия признаков неплатежеспособности должника в указанный заявителем период. 

Более того, суд апелляционной инстанции полагает, что обстоятельства снижения количества обслуживаемых домов позволило снизить долговую нагрузку, поскольку основная кредиторская задолженность связана именно с исполнением должником обязательств по содержанию жилого фонда и наличием задолженности населения оплаты за оказанные услуги. Кроме того, из пояснений представителя ФИО5 следует, что при учреждении должника ему был передан в управление старый жилой фонд центральной части Оренбурга. Соответственно сокращение жилых домов нельзя расценивать как действия, направленные на уменьшение получаемого дохода. При наличии действий, направленных на сокращение дебиторской задолженности, образовавшейся ранее, уменьшение количества обслуживаемых домов, увеличивающих кредиторские расходы, является экономически обоснованным действием, направленным именно на исполнение обязанности перед кредиторами должника. 

Довод ООО УКЛХ "Лифтсервис" о необходимости привлечения в качестве соответчика контролирующее должника лицо - ООО «Исток Электро-КИПиА», поскольку по сведениям ЕГРЮЛ учредителем ООО «Оренбургская управляющая компания» с 28.04.2017 по 15.06.2018 являлась ФИО4, которая в этот же период и до сих пор исполняет обязанности заместителя директора по правовым вопросам ООО «Исток Электро-КИПиА», отклоняется.

Так, в силу ч. 1 ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иск может быть предъявлен в арбитражный суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие).

Пунктом 2 ч. 2 ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что процессуальное соучастие допускается, если права и (или) обязанности нескольких истцов имеют одно основание либо предметом спора являются однородные права и обязанности.

В случае если федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве ответчика, а также по делам, вытекающим из административных и иных публичных правоотношений, арбитражный суд первой инстанции по своей инициативе привлекает его к участию в деле в качестве соответчика (п. 6 ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, в нарушение статей 46, 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем не сформулированы требования, предъявленные к этим ответчикам, не указаны фактические обстоятельства для возможности привлечения указанных лиц к ответственности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 3 постановления Пленума Высшего Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Однако в ходатайстве заявителя не приведено сведений, которые бы с минимально необходимой степенью достоверности позволяли бы сделать вывод, о наличии у данных лиц статуса контролирующих должника лиц, что позволило бы рассматривать требования к этим лицам в деле о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.16 для принятия заявления о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо, чтобы оно содержало сведения, позволяющие с минимально необходимой степенью достоверности сделать обоснованные предположения о том, что ответчик, указанный в заявлении, является или являлся контролирующим должника лицом.

Кроме того, конкурсным управляющим должника в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указано на совершение должником сделок, признанных в последствие судом недействительными. 

В пункте 16 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут   выражаться,   в   частности,   в   принятии   ключевых   деловых   решений   с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления № 53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям. Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.12.2019 по делу № А47-1617/2019, вступившим в законную силу, признаны недействительными сделками платежи по договору займа № 43 пр от 26.04.2018, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» и обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания жилищным фондом «Северная», от 24.08.2018 на сумму 200 000 руб., от 01.10.2018 на сумму 450 000 руб., от 22.10.2018 на сумму 100 880 руб., от 25.10.2018 на сумму 117 350 руб. от 30.10.2018 на сумму 100 000 руб., от 19.11.2018 на сумму 100 000 руб., 26.11.2018 на сумму 100 000 руб.; применены последствия признания сделок недействительными; суд обязал общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания жилищным фондом «Северная» вернуть в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» денежные средства в общей сумме 1 168 230 руб. (т. 1, л.д. 31-46, т. 2, л.д. 33-37).

При рассмотрении спора судом установлено, что сделки совершены между заинтересованными лицами, поскольку ФИО4 входила в состав учредителей должника и кредитора в преддверии банкротства общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» и наращивания обществом задолженности перед контрагентами.

Кроме того, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.12.2019 по делу № А47-1617/2019 признан недействительной сделкой договор субаренды от 03.12.2018 №2/18; признаны недействительными сделками платежи по договору субаренды от 03.12.2018 №2/18 на общую сумму 354 000 руб. 00 коп.: от 26.12.2018 на сумму 54 000 руб., от 28.01.2019 на сумму 50 000 руб., от 22.02.2019 на сумму 50 000 руб., от 25.02.2019   на   сумму   100 000   руб.,   от   26.02.2019   на   сумму   100 000   руб.; применить последствия признания сделок недействительными; суд обязал общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилград» вернуть в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» денежные средства по договору субаренды от 03.12.2018 № 2/18 в размере 354 000 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 47-61).

При разрешении спора суд установил, что сделки совершены между заинтересованными лицами, поскольку руководителем указанных обществ (ответчика и должника) выступал ФИО7

Между тем, в материалы настоящего спора ФИО5 представлены сведения, подтверждающие возврат должнику денежных средств с     учетом     определения     от 17.12.2019:   платежные   поручения   №   551   от 23.06.2020      на сумму 371 230 руб., № 277 от 25.03.2020 на сумму 400 000 руб., № 375 от 24.04.2020 на сумму 400 000 руб., а всего на сумму1 168 230 руб. (т. 4, л.д. 62-64).

Кроме того, ООО «Управляющая компания жилищным фондом «Северная» возвратило ООО «Оренбургская управляющая компания» денежные средства в размере 250 705 руб. 00 коп. платежным поручением № 853 от 09.09.2020 (т. 5, л.д. 36) с учетом определения Арбитражного суда Оренбургской области от 16.03.2020 по делу № А47-1617/2020.

Следовательно, материалами настоящего спора подтверждается факт исполнения определений арбитражного суда от 17.12.2019, 16.03.2020 по делу № А47-1617/2019 (со стороны ФИО5 и ООО «Управляющая компания жилищным фондом «Северная») в полном объеме.

Кроме того, определением арбитражного суда от 16.03.2020 (резолютивная часть определения объявлена 12.03.2020) по делу № А47-1617/2019 признано недействительной сделкой соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 28.02.2019 (то есть после возбуждения дела о банкротстве); применены последствия признания сделки недействительной в виде восстановления взаимных прав ООО «Оренбургская управляющая компания» и ООО «Управляющая компания «Жилград»: требования ООО «Оренбургская управляющая компания» к ООО «Управляющая компания «Жилград» в размере 14 136 руб. по товарной накладной № 284 от 28.02.2019; требования ООО «Управляющая компания «Жилград» к ООО «Оренбургская управляющая компания» в размере 14 136 руб. по акту № 1 от 31.01.2019.

В рамках дела № А47-1617/2019 определением арбитражного суда от 08.06.2020 (резолютивная часть определения объявлена 03.06.2020) также признано недействительной сделкой соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 31.01.2019; применены последствия признания сделки недействительной в виде восстановления взаимных прав ООО «Оренбургская управляющая компания» и ООО «Управляющая компания «Жилград»: требования ООО «Оренбургская управляющая компания» к ООО «Управляющая компания «Жилград» в размере 100 000 руб. по договору займа № 5 от 22.11.2018; требования ООО «Управляющая компания «Жилград» к ООО «Оренбургская управляющая компания» в размере 100 000 руб. по акту № 1 от 31.01.2019.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, реестр требований кредиторов, определения арбитражного суда о включении требований кредиторов в реестр должника, определения суда о признании сделок недействительными в рамках дела № А47-1617/2019, суд считает, что значительная задолженность образовалась у ООО «Оренбургская управляющая компания» в период совершения сделок по отчуждению имущества (перечисления денежных средств) должника, то есть в период, когда деятельностью должника руководил ФИО7

Факт совершения указанных сделок приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО8 к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления. 

В рассматриваемом случае не доказано конкурсным управляющим то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должника. Не представлено конкурсным управляющим доказательств того, что именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника.

С учетом изложенного, судом сделан обоснованный вывод о том, что указанные сделки не являются причиной объективного банкротства должника, поскольку не являются существенно невыгодными применительно к масштабам его деятельности.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу, не представлено доказательств неправомерных действий ФИО4, ФИО5, ФИО8, ООО «УКЖФ «Северная», ООО «ФИНАНСОВАЯ КОМПАНИЯ «РУСЬ», АО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Администрации г. Оренбурга, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. При том, что презумпции, установленные Законом о банкротстве о привлечении контролирующих должника лиц, опровергнуты ими с представлением документального подтверждения.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора судом верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО8, ООО «УКЖФ «Северная», ООО «ФИНАНСОВАЯ КОМПАНИЯ «РУСЬ», АО «Оренбургская финансово-информационная система «Город», Администрации г. Оренбурга, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующих должника лицами и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов не рассматривается.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 25.11.2020 по делу № А47-1617/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания лифтовым хозяйством «Лифтсервис», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оренбургская управляющая компания» ФИО2 - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

   Председательствующий судья                                  А.А. Румянцев

   Судьи:                                                                         С.В. Матвеева

                                                                                       А.Г. Кожевникова