АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3888/21 

Екатеринбург

09 октября 2023 г.

 

Дело № А60-56538/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2023 г.

 

Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Калугина В.Ю.,  Шавейниковой О.Э., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Песковой Ю.В. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской областиот 25.04.2023 по делу № А60-56538/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью «Гранит-XXI век» (далее – общество «Гранит-XXI век») - ФИО2 (доверенность от 09.01.2023); общества с ограниченной ответственностью «Юридическое бюро «Падва и Эпштейн» - ФИО3 (доверенность от 15.03.2022); конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО4 (доверенность от 16.02.2023).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2020 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Центр международной торговли Екатеринбург» (далее – общество «ЦМТЕ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 15.07.2021 в отношении общества «ЦМТЕ» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.12.2021 общество «ЦМТЕ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО5

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

В арбитражный суд 26.12.2022 потупили заявления конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок должника с обществом «Гранит-XXI век», а именно заявления о зачете от 31.10.2022 №227, договора аренды помещения от 01.08.2020 № А-(14)010820, договора аренды материальных ценностей от 01.10.2021, договора аренды нежилых помещений от 01.10.2017 №А(-2)-0110/17.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании сделок недействительными отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит определение от 25.04.2023 и постановление от 19.07.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель считает, что судами при рассмотрении настоящего спора не дана надлежащая оценка его доводам о недействительности оспариваемых сделок, заключенных между аффилированными лицами (общество «ЦМТЕ» является дочерним по отношению к обществу «Гранит-XXI век»), в отсутствие надлежащего обоснования экономической целесообразности заключения договоров, поскольку, в частности, договор аренды помещения от 01.08.2020 заключен за 4 месяца до возбуждения настоящего дела о банкротстве, когда счета должника были арестованы, и обществу «Гранит-XXI век» как материнской компании было известно о невозможности должника производить оплату аренды, а платежи по договору совершались и после введения в отношении должника процедуры наблюдения, при этом ранее (с 2013 года) необходимости арендовать какие-либо дополнительные помещения у должника не было; не обоснована цель заключения договора аренды материальных ценностей от 01.10.2011, предусматривающего передачу в аренду техники и оборудования, предназначенных для функционирования гостиницы, которые могли быть приобретены обществом «ЦМТЕ» самостоятельно либо использованы им в рамках правоотношений ссуды с заинтересованным обществом «Гранит-XXI век» (с учетом общности их экономических интересов); отсутствует экономическое обоснование ежемесячных выплат значительных сумм арендной платы по договору аренды нежилых помещений от 01.10.2017 за пользование активом - подземной парковкой в условиях аффилированности сторон сделки и общности их экономических интересов, полагает, что действительной целью сделок являлся вывод денежных средств должника в период подозрительности в пользу аффилированного лица, на что также указывает осуществление платежей по договорам избирательно на значительные суммы в порядке гашения аккумулированной задолженности, а также использование задолженности по сделкам для целей уменьшения прав требования должника к аффилированному кредитору в процедуре конкурсного производства посредством последующего направления оспариваемого заявления о зачете, которое, в свою очередь, направлено со стороны аффилированного лица после введения в отношении должника процедуры конкурсного производства, и по нему произведен зачет требований, которые со стороны общества «Гранит-XXI век» являются фиктивными (основаны на указанных выше фиктивных сделках), тогда как требования к обществу «Гранит-XXI век» являлись реальными ко взысканию, ликвидными, и в результате спорного зачета была уменьшена конкурсная масса должника на сумму данных требований к обществу «Гранит-XXI век», в результате чего был причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, утратившим возможность удовлетворения их требований за счет соответствующего имущества должника. По мнению управляющего, вывод апелляционного суда о том, что все арендованное имущество фактически использовалось должником по назначению, для осуществления его основной деятельности, является необоснованным, сделан без исследования и оценки фактических обстоятельств использования арендованного имущества, без установления цели заключения договоров аренды, наличия реальных потребностей в соответствующем имуществе и экономического обоснования сделок, при том, что общества «Гранит-XXI век» и «ЦМТЕ» являются аффилированными лицами и выступали в обороте в качестве единого субъекта, реализующего общую хозяйственную стратегию, причем общество «ЦМТЕ» (дочерняя компания) выступало в качестве управляющей организации – лица, ответственного за содержание общего имущества гостиничного комплекса, и для управления данным недвижимым имуществом не требовалась его передача в аренду управляющей организации, какая-либо объективная необходимость в такой передаче отсутствовала, и в отсутствие доказательств иного использование такой модели отношений сторон, как полагает управляющий, свидетельствует о наращивании фиктивной задолженности в целях причинения вреда независимым кредиторам.

Общество «Гранит-XXI век» в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать, оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсный управляющий в обоснование своих требований ссылался на то, что в ходе процедуры банкротства им выявлены следующие обстоятельства.

Со стороны аффилированного к должнику общества «Гранит-XXI век» в адрес общества «ЦМТЕ» 31.10.2022 направлено заявление о зачете встречных требований на сумму 1 312 717 руб. 63 коп., согласно которому общество «Гранит-XXI век» зачитывает собственные обязательства по оплате в пользу общества «ЦМТЕ» на сумму 1 312 717 руб. 63 коп., возникшие на основании: счета-фактуры от 15.03.2022 №249 (эксплуатационные услуги с 01.03.2022 по 14.03.2022) на сумму 1 004 324 руб. 89 коп. (остаток задолженности); счета-фактуры от 14.03.2022 №376 (возмещение коммунальных расходов с 01.03.2022 по 14.03.2022) на сумму 308 392 руб. 74 коп., против задолженности общества «ЦМТЕ» в пользу общества «Гранит XXI век» в сумме 1 535 173 руб. 52 коп., возникшей на основании: договора от 01.08.2020 №А-(14)010820: счета-фактуры от 28.02.2022 №381 (аренда за февраль 2022) на сумму 112 500 руб., от 15.03.2022 №382 (аренда с 01.03.2022 по 14.03.2022) на сумму 50 806 руб. 45 коп., всего на сумму 163 306 руб. 45 коп.; договора аренды материальных ценностей от 01.10.2011: счета-фактуры от 30.11.2020 №78 (аренда с 16.11.2020 по 30.11.2020) на сумму 45 762 руб. 75 коп., от 31.12.2020 №159 (аренда за декабрь 2020) на сумму 91 525 руб. 43 коп., всего на сумму 137 288 руб. 15 коп.; договора аренды нежилых помещений от 01.10.2017 №А (-2)-0110/17: счета-фактуры от 30.11.2020 №79 (аренда с 16.11.2020 по 30.11.2020) на сумму 172 915 руб. 42 коп., от 31.12.2020 №160 (аренда за декабрь 2020) на сумму 345 830 руб. 84 коп., от 31.01.2021 №46 (аренда за январь 2021) на сумму 288 192 руб. 37 коп., от 31.12.2020 №160 (аренда за февраль 2021) на сумму 288 192 руб. 37 коп., от 31.12.2020 №160 (аренда с 01.03.2021 по 15.03.2021) на сумму 139 447 руб. 92 коп., всего на сумму 1 234 578 руб. 92 коп.

По результатам заявления о зачете остаток задолженности общества «ЦМТЕ» перед обществом «Гранит XXI век» по договору аренды нежилых помещений от 01.10.2017 №А(-2)-0110/17 составляет 222 455 руб. 89 коп.

Кроме того, между обществом «ЦМТЕ» (арендатор) и обществом «Гранит XXI век» (арендодатель) заключен договор аренды нежилых помещений от 01.10.2017 №А (-2)-0110/17, по которому арендодатель в течение срока действия данного договора обязуется предоставить арендатору во временное владение и пользование помещение общей площадью 2615,9 кв.м., распложенное на -2 этаже здания, находящегося на по адресу: 

<

...>, лит. Д, с целью временного размещения транспортных средств арендатора и третьих лиц (пункт 1.1. договора). Арендная плата по договору составляет 340 067 руб. в месяц (пункт 2.1. договора).

Также, между обществом «ЦМТЕ» (арендатор) и обществом «Гранит XXI век» (арендодатель) заключен договор аренды материальных ценностей от 01.10.2011, согласно пункту 1.1. которого арендодатель обязуется передать арендатору за плату во временное владение и пользование материальные ценности согласно приложению №1, а именно: вывески, диваны, кресла, компьютерная техника, наборы для кухни, пододеяльники, коврики, простыни и т.п. Арендная плата по договору составляет 250 000 руб. (пункт 4.2. договора); размер арендой платы повышался дополнительными соглашениями: от 01.12.2011 – до 260 000 руб., от 31.12.2011 – до 293 000 руб., от 02.07.2012 – до 300 000 руб., от 01.04.2015 – до 90 000 руб.

Конкурсный управляющий ФИО1 также пояснил, что ранее и.о. конкурсного управляющего ФИО5 обратился с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу общества «Гранит-XXI век» по договору аренды офисного помещения на основании пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в частности: от 21.09.2021 в размере 112 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору №А-(14)010820 от 01.08.2020 за аренду помещения за март 2021. Сумма 112500-00 руб. Без налога (НДС)», от 21.09.2021 в размере 112 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору №А-(14)010820 от 01.08.2020 за аренду помещения за апрель 2021. Сумма 112500-00 руб. Без налога (НДС)»; от 24.09.2021 в размере 163 757 руб. 98 коп. с назначением платежа «Оплата по договору №А-(14)010820 от 01.08.2020 за аренду помещения за май 2021. Сумма 163757-98 руб. в т.ч. НДС (20%) 27293-00 руб.»; от 19.10.2021 в размере 112 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору аренды офисного помещения № А-(14)010820 от 01.08.2020 (Куйбышева, 44Д, 14 этаж) за июнь 2021. Текущий платеж. Сумма 112500-00 руб. Без налога (НДС)»; от 20.10.2021 в размере 450 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору аренды офисного помещения №А-(14)010820 от 01.08.2020 (Куйбышева, 44Д, 14 этаж) за июль октябрь 2021. Сумма 450000-00 руб. Без налога (НДС)»; от 01.12.2021 в размере 112 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору аренды офисного помещения № А-(14)010820 от 01.08.2020 (Куйбышева, 44Д, 14 этаж) за ноябрь 2021. Текущий платеж. Сумма 112500-00 руб. Без налога (НДС)».

Как стало известно конкурсному управляющему, должником были также дополнительно перечислены денежные средства по договору аренды офисного помещения от 01.08.2020 №А-(14)010820 в пользу общества «Гранит-XXI век» уже в процедуре конкурсного производства: 28.01.2022 – на сумму 112 500 руб. за декабрь 2021; 18.02.2022 – на сумму 112 500 руб. за январь 2022. 

Полагая, что вышеуказанные заключенные между аффилированными обществами «Гранит-ХХI век» и «ЦМТЕ» сделки: заявление о зачете от 31.10.2022 №227, договор аренды помещения от 01.08.2020 №А-(14)010820, договор аренды материальных ценностей от 01.10.2021, договор аренды нежилых помещений от 01.10.2017 №А (-2)-0110/17 обусловлены корпоративными отношениями сторон сделок, совершены в период подозрительности в отсутствие экономической целесообразности (хозяйственная потребность общества «ЦМТЕ»), в целях вывода денежных средств должника и уменьшения прав требования должника к аффилированному кредитору, в ущерб интересам независимых кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Статьей 61.2 Закона о банкротстве раскрыты условия недействительности сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) или с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2), а, по пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка совершена в течение 1 года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункт 5 постановления Пленума № 63).

При определении вреда кредиторам следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе, если после сделки по передаче имущества должник продолжал пользоваться и (или) владеть данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы этого имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности банкротстве)»).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25)).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

Кроме того, как закреплено в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при условии, если сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

По смыслу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве в случае, когда сделки (действия), повлекшие предпочтительное удовлетворение требований одного из кредиторов, совершены в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или после указанного момента, они могут быть признаны недействительными вне зависимости от того, было ли такому кредитору известно о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Отступление от данного правила предусмотрено пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, которым исключена возможность признания недействительными сделок (действий), повлекших предпочтительное удовлетворение требований кредиторов, если они совершены в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником (при условии соответствия цены сделки (операции) пороговому значению, установленному данной нормой).

Удовлетворяя требования кредитора в рамках своей обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, которые предусмотрены пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве даже в случае наличия у оспариваемой сделки признаков предпочтения она не может быть признана недействительной при условии ее совершения в рамках обычной хозяйственной деятельности и непревышения ее размером порогового значения в один процент от стоимости активов должника.

Бремя доказывания того, что сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги связи, уплата налогов и т.п.).

Как установлено судами и следует из материалов дела, оспариваемые конкурсным управляющим договоры аренды от 01.10.2017, 01.08.2020, 01.10.2021, а также заявление о зачете от 31.10.2022 совершены в течение трех лет до принятия заявления о банкротстве должника (16.11.2020), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом заявление о зачете от 31.10.2022 и договор аренды от 01.10.2021 также подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами по результатам исследования и оценки материалов дела также установлено, что указанные выше сделки совершены между обществами «Гранит-ХХI век» и «ЦМТЕ», заинтересованность которых подтверждается материалами дела и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, между тем суды исходили из того, что само по себе данное обстоятельство не означает, что при заключении таких сделок стороны не намеревались достичь обычного для таких сделок правового результата, и не является достаточным основанием для признания спорных сделок недействительными, и в предмет доказывания в данном случае входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов с установлением цели совершения сделок.

При этом, как следует из пояснений общества «Гранит-XXI век», с сентября 2011 года по апрель-май 2022 года общество «ЦМТЕ» являлось управляющей компанией имущественного комплекса, расположенного по адресу: 

<

...>, и в указанный период между обществами «Гранит-XXI век» и «ЦМТЕ» существовали гражданско-правовые отношения из договора оказания услуг, по которым общество «ЦМТЕ» выполняло услуги по содержанию мест общего пользования (управляющая компания), заключало договоры на поставку коммунальных ресурсов (тепловая энергия, электроэнергия, водоснабжение и водоотведение, вывоз коммунальных отходов), а также арендовало у общества «Гранит-XXI век» недвижимое имущество, и такая модель бизнеса, по которой общество «ЦМТЕ» осуществляло всю хозяйственную деятельность, продолжалась с 2011 года по апрель 2022 года (до смены управляющей компании в бизнес-центре), никаких изменений в соответствующей модели бизнеса не осуществлялось, даже несмотря на наличие корпоративного конфликта, возникшего между участниками общества «Гранит-XXI век» (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2023 по делу №А60-56538/2020).

Кроме того, с 2011 года по 2022 год включительно общество «ЦМТЕ» постоянно арендовало у общества «Гранит-XXI век» ряд нежилых помещений (подземный паркинг, гостиница, ресторан, офисные помещения для собственного использования) и движимое имущество для использования в своей коммерческой деятельности, все арендованные помещения и движимое имущество использовались обществом «ЦМТЕ» по фактическому назначению для осуществления основной деятельности (услуги управляющей компании по содержанию и эксплуатации здания) и для получения дополнительного дохода от оказания услуг третьим лицам на возмездной основе (предоставление автомобильных парковочных мест, гостиничных услуг, услуг питания и др.). Максимальна площадь принадлежащих обществу «Гранит-XXI век» помещений, которая одновременно находилась по договорам аренды у общества «ЦМТЕ», в 2011-2019 не превышала 20- 25%, в 2020-2021 - 10-15% от общего размера площадей, принадлежащих обществу «Гранит- XXI век». При этом за все свои помещения, в том числе за переданные в аренду обществу «ЦМТЕ», общество «Гранит-XXI век» оплачивало должнику в полном объеме эксплуатационные и коммунальные услуги.

При этом судами по результатам исследования и оценки названных пояснений установлено, что соответствующие фактические обстоятельства взаимоотношений сторон неоднократно были предметом различных судебных разбирательств, в том числе в рамках дела №А60-22505/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества «Гранит-XXI век»: обособленные споры о включении требований общества «ЦМТЕ» в реестр требований кредиторов общества «Гранит-XXI век» (определение суда от 19.03.2021); о взыскании убытков с ФИО6 (определение суда от 10.06.2021), а также, в рамках настоящего дела: обособленный спор о включении требований общества «Гранит-XXI век» в реестр требований кредиторов должника (определение суда от 18.10.2021); о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (определение суда от 02.11.2022, постановление апелляционного суда от 13.01.2023), об оспаривании сделок между обществами «ЦМТЕ» и «Гранит-XXI век» (определение суда от 10.11.2022, постановление апелляционного суда от 26.01.2023).

Так, в частности, в рамках пересмотра заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих его лиц судом апелляционной инстанции установлено, что признаки неплатежеспособности должника возникли во втором квартале 2020 года в связи с пандемией коронавируса и запретом осуществлять какую-либо деятельность, связанную со скоплением людей, предъявлением ФИО7 и ФИО8 к обществу «ЦМТЕ» иска о взыскании долга по договорам займа. В результате указанных выше обстоятельств должник утратил возможность осуществления указанной деятельности и потерял основной источник дохода, что стало причиной его объективного банкротства и невозможности дальнейшего полного расчета с кредиторами. 

При этом судом также установлено, что общество «ЦМТЕ» (должник) создано 12.04.2011, непосредственно после ввода в эксплуатацию здания по адресу: 

<

...>, в целях содержания общего имущества собственников в бизнес центре, управления отелем, оказания услуг общественного питания и иных сопутствующих услуг (организация мероприятий). Материнской компанией должника является общество «Гранит-XXI век», участниками которого на 12.04.2011 являлись ФИО7 (доля 34 %), ФИО9 (доля 33%) и ФИО10 (доля 33%). С указанного момента между должником, обществом «Гранит-XXI век» и обществом «Бастион-2000» возникли соответствующие гражданско-правовые отношения, вытекающие из договора оказания услуг, по которым общество «ЦМТЕ» выполняло услуги по содержанию мест общего пользования (управляющая компания), заключало договоры на поставку коммунальных ресурсов (тепловая энергия, электроэнергия, водоснабжение и водоотведение, вывоз коммунальных отходов), а также арендовало у общества «Гранит-XXI век» и «Бастион-2000» недвижимое имущество по цене ниже рыночной. При этом такая модель бизнеса, по которой общество «ЦМТЕ» осуществляло всю хозяйственную деятельность, продолжалась с 2011 года по апрель 2022 года (до смены управляющей компании в бизнес-центре). Никаких изменений в соответствующей модели бизнеса не осуществлялось, даже несмотря на наличие корпоративного конфликта, возникшего между участниками общества «Гранит-XXI век»

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся материалы дела и представленные доказательства, с учетом конкретных обстоятельств, установленных в рамках настоящего дела, а также дела №А60-22505/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества «Гранит-XXI век», и установив, что представленными в материалы дела доказательствами в полном объеме и надлежащим образом подтверждается реальность правоотношений между должником и обществом «Гранит-XXI век» в рамках оспариваемых договоров аренды от 01.10.2017, 01.08.2020, 01.10.2021 и фактическое использование обществом «ЦМТЕ» арендованного имущества, из чего следует, что при заключении данных сделок воля сторон была направлена на возникновение правовых последствий, присущих договорам аренды, при том, что доказательства позволяющие в рамках настоящего спора прийти к иному выводу, в частности, подтверждающие отсутствие у должника работников и материальных ценностей, неведение им хозяйственной деятельности в спорные периоды, не представлены, приняв во внимание отсутствие со стороны конкурсного управляющего доказательств того, что заключение и исполнение договоров осуществлено при злоупотреблении правом, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, что в результате их совершения такой вред был причинен, при том, что сами по себе неплатежеспособность должника и осведомленность контрагента об этом факте об ином не свидетельствуют, и сам по себе факт аффилированности сторон не является достаточным для вывода об отсутствии реальных гражданско-правовых отношений и/или их направленности на реализацию внутрикорпоративных отношений, тогда как, напротив, интерес ответчика и должника вытекают из их экономической и юридической связанности, имеющей общий круг хозяйственных интересов, суды признали недоказанным материалами дела наличие оснований для вывода о совершении оспариваемых договоров аренды с целью причинения вреда кредиторам, ввиду чего, в отсутствие доказательств иного, не усмотрели наличия в данном случае оснований для признания данных сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо изложенного, судами также учтено, что все платежи, связанные с арендой, носили характер обычной хозяйственной деятельности и были напрямую связаны с видом оказываемых должником услуг, при том, что аналогичные обстоятельства ранее установлены в рамках иного обособленного спора об оспаривании сделок должника по совершению должником арендных платежей в пользу общества «Гранит-XXI век», в признании которых недействительными отказано.

Что касается заявления о зачете от 31.10.2022 №227, то, по результатам исследования и оценки материалов дела судами установлено, что срок исполнения указанных в нем обязательств сторон наступил после возбуждения дела о банкротстве должника, следовательно, в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве такие обязательства являются для должника текущими.

Сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения спорной сделки, при доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал (должен был знать) о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, сделка не может быть признана недействительной (пункт 13 Постановления Пленума № 63).

По смыслу приведенных разъяснений, текущие операции могут быть признаны недействительными при наличии совокупности обстоятельств: осведомленность кредитора о нарушении принятым им исполнением (суррогатом исполнения) очередности совершения текущих платежей (его осведомленности о погашении долга преимущественно перед уже ожидающими исполнения кредиторами приоритетной очередности удовлетворения, а для текущих требований, относящиеся к одной очереди, - о нарушении календарной очередности); недостаточность конкурсной массы для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным.

Сама по себе информированность контрагента о банкротстве должника не может рассматриваться в качестве достаточного обоснования того, что контрагент должника знал или должен был знать о признаках предпочтительного получения исполнения по текущим обязательствам.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, проверив наличие оснований для признания заявления о зачете от 31.10.2022 недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и установив, что в отношении данной сделки конкурсный управляющий в обоснование своих требований не представил никаких относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что данная сделка была совершена с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, не представил, а также исходя из недоказанности материалами дела отсутствия (недостаточности) у должника денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенными требованиями, суды признали недоказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания заявления о зачете от 31.10.2022 недействительным по заявленным конкурсным управляющим основаниям.

Кроме того, по результатам исследования и оценки материалов и доказательств по делу, проверив наличие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в связи со злоупотреблением правом, исходя из того, что приведенные управляющим основания полностью укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов, а никакие иные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, предусмотренной статьей 61.2 Закона о банкротстве, управляющим не приведены, наличие пороков, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, материалами дела не доказано, при том, что материалами дела подтверждается существование и реальность договорных правоотношений сторон оспариваемых договоров аренды, суды также не усмотрели оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем отказали в удовлетворении требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных сделок недействительными по заявленным основаниям, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2023по делу № А60-56538/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           С.Н. Соловцов 

 

Судьи                                                                                        В.Ю. Калугин 

 

                                                                                                  О.Э. Шавейникова