160/2022-64172(1) 

 

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-5316/2016

г. Вологда

19 августа 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2022 года.  В полном объёме постановление изготовлено 19 августа 2022 года.  

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Кузнецова К.А. и  Селецкой С.В. при ведении протокола секретарём судебного заседания  ФИО1,  

при участии от ФИО2 представителя  ФИО3 по доверенности от 23.05.2022,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда  Вологодской области от 06 мая 2022 года по делу № А13-5316/2016,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 19.04.2016 по  настоящему делу принято к производству заявление публичного акционерного  общества «Банк СГБ» (далее – Банк) о признании общества с ограниченной  ответственностью «СтройПлан» (далее – Общество, должник) несостоятельным  (банкротом).  

Определением суда от 18.09.2016 требование Банка признано  обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения,  временным управляющим утверждена ФИО4.  

Решением суда от 30.01.2017 должник признан несостоятельным  (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утверждена ФИО4  

Конкурсный управляющий должника ФИО4 13.02.2019  обратилась в суд с заявлением (с учётом уточнений), в котором просила:  

1. привлечь солидарно ФИО2, ФИО5, ФИО6 к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройплан» на сумму  562 000 руб.;  

2. взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО6 в пользу  должника убытки в размере 27 978 187 руб.  

Определением суда от 14.10.2019 к участию в обособленном споре в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечена ФИО6  

Определением суда от 27.11.2019 к участию в обособленном споре в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечён финансовый управляющий  имуществом ФИО6 ФИО4  

Определением суда от 29.01.2020 по ходатайству конкурсного  управляющего к участию в обособленном споре в качестве соответчика  привлечена ФИО6  

Определением суда от 27.07.2020 ФИО4 освобождена  от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества,  конкурсным управляющим утвержден ФИО7.  

Вновь утверждённый конкурсный управляющий ФИО7 поддержал  заявленные требования о привлечении солидарно ФИО2,  ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности и о взыскании  с ФИО2 и ФИО6 убытков.  

Определением суда от 26.10.2020 к участию в обособленном споре в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной  ответственностью «Комета» (далее – ООО «Комета»), общество с ограниченной  ответственностью «Стройпрактика» (далее – ООО «Стройпрактика»), ФИО8, ООО «Строительное управление-13».  

Протокольным определением суда от 16.02.2021 к участию в  обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён  ФИО9.  

Определением суда от 06.05.2022 с ФИО2 и  ФИО6 в солидарном порядке в пользу Общества взыскано  2 797 818 руб. 70 коп. убытков. С ФИО6 в пользу Общества взыскано  25 180 368 руб. 30 коп. убытков. В удовлетворении остальной части требований  отказано.  

ФИО2 с определением суда не согласился в части взыскания с него  убытков в размере 2 797 818 руб. 70 коп., обратился в Четырнадцатый  арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил его в указанной  части отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении требований  управляющего о взыскании убытков с ФИО2 Доводы подателя жалобы  сводятся к следующему. ФИО2 является номинальным директором  Общества, функции руководителя не выполнял, документы должника  от предыдущих руководителей не принимал, кредиторская задолженность  Общества ответчиком не формировалась, документы, свидетельствующие о  деятельности Общества, не оформлялись и не подписывались. ФИО2  

не является надлежащим субъектом причинения убытков по заявленным  основаниям.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал  апелляционную жалобу и доводы, изложенные в ней.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд  не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со  статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ),  пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства,  регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности  судов общей юрисдикции и арбитражных судов».  

Поскольку определение суда подателем жалобы фактически обжалуется в  части привлечения к ответственности, в соответствии с пунктом 5 статьи 268  АПК РФ законность и обоснованность судебного акта проверена в  апелляционном порядке в обжалуемой части.  

В силу пункта 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в  редакции, действовавшей на дату обращения Компании в суд с настоящим  заявлением, в случае введения в отношении должника процедуры,  применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику  убытков, причинённых ему лицами, уполномоченными выступать от имени  юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках  дела о банкротстве должника.  

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее –  Постановление № 53) разъяснено, что с даты введения первой процедуры  банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования  должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причинённых  должнику – юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и  рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать  полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести  для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо  получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право  не было нарушено (упущенная выгода).  

Предусмотренная данными нормами права ответственность носит  гражданско-правовой характер и её применение возможно при наличии в  совокупности определённых условий: противоправности поведения ответчика  

как причинителя вреда, наличия и размера понесённых истцом убытков, а  также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика  и возникшими убытками.  

Следовательно, применение гражданско-правовой ответственности в виде  взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.  

При этом, принимая во внимание положения статьи 65 АПК РФ, лицо,  требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и  их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного  лица. В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать  отсутствие оснований для взыскания с него убытков.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона,  иного правового акта или учредительного документа юридического лица  уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах  представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же  обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица  (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ)  единоличный исполнительный орган общества несёт ответственность перед  обществом за убытки, причинённые обществу виновными действиями  (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены  федеральными законами.  

Положениями пункта 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что  единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и  исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества  добросовестно и разумно.  

В соответствии с разъяснениями пункта 1 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62  «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) лицо, входящее в  состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган –  директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный  исполнительный орган, управляющая организация или управляющий  хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель  кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены  совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального  исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества,  члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в  интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53  ГК РФ).  

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию  юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом  предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен  возместить убытки, причинённые юридическому лицу таким нарушением.  

Согласно пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий  (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор  знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их  совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил  сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных для юридического  лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.). При определении интересов юридического  лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой  организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).  Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического  лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но  в ущерб юридическому лицу.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии  убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора,  такой директор может дать пояснения относительно своих действий  (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить  соответствующие доказательства (пункт 1 Постановления № 62).  

Как усматривается в материалах дела и установлено судом первой  инстанции, запись о юридическом лице внесена в Единый государственный  реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 19.06.2014 за основным  государственным номером ОГРН 

<

***>.  

Основным видом деятельности Общества являлось строительство жилых  и нежилых зданий.  

Участниками Общества являлись: в период с 19.06.2014 единственным  участником Общества являлся ФИО2; в период с 14.09.2016 по  29.09.2016 участниками Общества являлись ФИО2 с долей в уставном  капитале 90,91 % и ФИО5 – 9,09 %; с 29.09.2016 единственным  участником Общества являлся ФИО5  

Директором Общества в период с даты создания по 28.09.2016 являлся  ФИО2, с 29.09.2016 – ФИО5, полномочия которого  прекратились 30.01.2017 в связи с признанием Общества несостоятельным  (банкротом).  

В период осуществления ФИО2 руководства Обществом  осуществлены платежи в пользу третьих лиц, а именно обществу с  ограниченной ответственностью «Жилстрой» (далее – ООО «Жилстрой»),  обществу с ограниченной ответственностью «Техномонтаж» (далее –  ООО «Техномонтаж»), обществу с ограниченной ответственностью  «Электромонтажсервис» (далее – ООО «Электромонтажсервис»), обществу с  ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – ООО «Лидер»), обществу с  ограниченной ответственностью «Мастерстрой» (далее – ООО «Мастерстрой»),  общества с ограниченной ответственностью «СМУ-118» (далее – ООО «СМУ- 118»), обществу с ограниченной ответственностью «Стройпрактика» (далее –  ООО «Стройпрактика»), обществу с ограниченной ответственностью «Комета»  (далее – ООО «Комета»), ФИО8 на общую сумму 27 978 187 руб.  

Указанные денежные средства взысканы Обществом в судебном порядке  с ООО «Стройплан» (решение суда от 28.11.2017 по делу № А13-14800/2017,  с ООО «Техномонтаж» (решение суда от 28.11.2017 по делу  

 № А13-14801/2017), с ООО «Электротехмонтаж» (решение суда от 27.11.2017  по делу № А13-14802/2017), с ООО «Лидер» (решение суда от 10.01.2018  по делу № А32-40817/2017), с ООО «Комета» (решение суда от 14.12.2017 по  делу № А32-40818/2017), с ООО «Стройпрактика» (решение суда от 15.12.2017  по делу № А32-40815/2017), с ООО «Мастерстрой» (постановление суда  от 17.04.2017 по делу № А32-40816/2017), с ФИО8 (решение суда  от 18.09.2018 по делу № 2-1384/2018), с ООО «СМУ-118» (решение суда от  24.04.2018 по делу № А32-40820/2017).  

Денежные средства в размере 27 978 187 руб., перечисленные Обществом  в адрес третьих лиц, должнику не возвращены, в связи с чем у последнего  возникли убытки.  

В результате оценки доказательств, представленных участвующими в  рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих  требований и возражений, суд первой инстанции установил, что ФИО2  и ФИО6 являются субъектами субсидиарной ответственности,  действиями (бездействием) которых причинены убытки Обществу, в связи с  чем пришёл к выводу о наличии оснований для привлечения указанных лиц к  ответственности.  

По мнению суда апелляционной инстанции, указанный вывод  соответствует представленным при рассмотрении настоящего обособленного  спора доказательствам и основан на правильном применении норм Закона о  банкротстве.  

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 являлся  номинальным руководителем. Перечисление денежных средств по счетам  Общества в общем размере 27 978 187 руб. совершались не по указанию  подателя жалобы и не в его пользу или в его интересах. Указанные выше  сделки по перечислению денежных средств совершены по инициативе и в  интересах ФИО6 и являлись следствием прямого действия и  волеизъявления ФИО6  

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве  арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от  субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной  ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций  органов управления или учредителя (участника) юридического лица  фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность  юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и  если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено  фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее  условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 названного  Закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и  (или) контролирующего должника лица.  

Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 6 Постановления № 53,  руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но  не осуществлявший фактическое управление (далее – номинальный  руководитель), например, полностью передоверивший управление другому  лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по  указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица,  не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического  руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку  подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на  должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления  обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями  (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом.  

Вместе с тем согласно разъяснениям, приведённым в абзацах третьем и  четвертом пункта 6 Постановления № 53, в силу специального регулирования  (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной  ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если  благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам  оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество  должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счёт  которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.  

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной  ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его  действия по раскрытию информации способствовали восстановлению  нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.  

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя фактический руководитель несёт субсидиарную  ответственность в полном объёме. В той части, в которой ответственность  номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с  фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080  ГК РФ).  

Как усматривается в материалах дела, ФИО2 при рассмотрении  спора оказал содействие суду в установлении фактического руководителя,  перечисления совершались не по его указанию, в его пользу или в его  интересах имущество не выводилось.  

Вместе с тем суд первой инстанции в результате оценки доказательств,  представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора,  не усмотрел оснований для освобождения ФИО2 от ответственности,  усмотрев наличие причинно-следственной связи между противоправным  поведением ФИО2 и неблагоприятными для должника последствиями  в виде уменьшения конкурсной массы.  

Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что ФИО2  не может быть освобождён от ответственности в связи с тем, что руководитель  несёт ответственность за собственные действия в отношении активов  Общества, а также за действия третьих лиц, допущенных им к таким активам.  

Удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит  от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь  юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав,  например, путём применения последствий недействительности сделки.  

Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение  своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе  путём взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например,  работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о  возмещении убытков должно быть отказано.  

В рассматриваемом случае денежные средства в конкурсную массу  не поступили, указанные выше решения суда не исполнены.  

Учитывая, что ФИО2 при рассмотрении спора активными  действиями оказал содействие суду в сборе доказательств и установлении  фактического руководителя, перечисления совершались не по его указанию и  не в его пользу, суд уменьшил размер его ответственности до 10 %, что  составляет 2 797 818 руб. 70 коп.  

Основания не согласиться с указанным выводом у суда апелляционной  инстанции отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4  статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта,  судом апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 06 мая  2022 года по делу № А13-5316/2016 в обжалуемой части оставить без  изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд 

Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его  принятия.  

Председательствующий Л.Ф. Шумилова  

Судьи К.А. Кузнецов  

С.В. Селецкая