АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

«

Дело № А54-1609/2020

г. Калуга

20» декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления оглашена «14» декабря 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме «20» декабря 2022 года

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

председательствующегоСерокуровой У.В.

судейНарусова М.М.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирновой Е.И.,

при участии в заседании:

от истца: индивидуальный предприниматель ФИО2, предъявлен паспорт,

от общества с ограниченной ответственностью «Жилбытсервис»: представитель ФИО3 по доверенности от 10.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Рязанской области кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 07.06.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А54-1609/2020,

УСТАНОВИЛ:

Железнодорожный районный суд города Рязани передал по подсудности в Арбитражный суд Рязанской области дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, истец) к обществу с ограниченной ответственностью «Жилбытсервис» (далее – ООО «Жилбытсервис», ответчик, управляющая организация) о взыскании 28894 руб. ущерба, причиненного залитием нежилого помещения, 156667 руб. убытков в виде упущенной выгоды. 

Решением суда Арбитражного суда Рязанской области от 08.10.2020, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 28.07.2021 решение Арбитражного суда Рязанской области от 08.10.2020 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Рязанской области.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 07.06.2022, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 исковые требования удовлетворены частично: с ООО «Жилбытсервис» в пользу ИП ФИО2 взыскано 28894 руб. ущерба, 11982,56 руб. судебных расходов. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Истец обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление, принять новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме. Ссылается на необоснованный отказ в части упущенной выгоды. Причиной расторжения договоров аренды считает залитие помещений по вине ответчика. 

В судебном заседании суда округа истец поддержал доводы своей кассационной жалобы. Представитель ответчика просил оставить судебные акты без изменения.

Проверив в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы и возражений на неё, суд округа не находит оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 10.06.2019 произошло залитие принадлежащего на праве собственности ИП ФИО2 нежилого помещения, расположенного в жилом многоквартирном доме по адресу: 

<

...>. 

03.07.2019 ИП ФИО2 обратился с заявлением к ответчику с просьбой составить акт залития указанного нежилого помещения в связи с течью стояка горячего водоснабжения (далее – ГВС).

05.07.2019 составлен акт № 7/7, указывающий на залитие нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, принадлежащего ИП ФИО2, в связи с образованием в стояке ГВС свища, который при осмотрах не мог быть обнаружен ранее, так как данный стояк ГВС закрыт собственником коробом из гипсокартона. На потолке, стенах и на полу обнаружены высохшие ржавые следы залития площадью приблизительно 4 кв.м. Залитие произошло 10.06.2019, ремонтные работы произведены 01.07.2020. 

В ходе судебного разбирательства заслушаны показания свидетеля ФИО4, который пояснил, что с июня 2019 года по настоящее время работает в ЖЭУ № 17 в качестве инженера по ремонту общедомового имущества. После произошедшего залития был вызван сантехник, который установил причину - свищ в трубе. Управляющая компания пыталась его устранить, однако доступа к стоякам не было, поскольку трубы были закрыты коробом. Свидетель указывал на то, что инженер и сантехник обращались к собственнику, однако их выгнали.

31.12.2010 между муниципальным предприятием г. Рязани «Аварийно-ремонтная служба» (исполнитель) и ООО «Жилбытсервис» (заказчик) заключен договор № 21 на оказание услуг по аварийному обслуживанию общего имущества в многоквартирных домах

В письме МП г. Рязани «Аварийно-ремонтная служба» от 04.08.2020 № 454 отражено, что 11.06.2019 в 17 ч. 20 мин. поступила заявка от ИП ФИО2 о течи по адресу 

<

...>, магазин «Памятники», что подтверждается выпиской из журнала заявок. В 17:25 выехала аварийная бригада, сантехник ФИО5 В 18:00 ФИО5 выявил отсутствие доступа к трубопроводам (трубопроводы закрыты коробом из гипсокартона), визуально определить местоположение течи не представлялось возможным. ФИО5 предложил ИП ФИО2 демонтировать гипсокартонную конструкцию с целью обнаружения и ликвидации возможной течи, на что получил отказ, в 18 ч. 30 мин. покинул помещение.

13.06.2019 и 26.06.2019 управляющей организацией в одностороннем порядке составлены акты, согласно которым ИП ФИО2 доступ к инженерным коммуникациям, находящимся в нежилом помещении по адресу: 

<

...>, а именно стояку ГВС, не обеспечил. Кроме того, 13.06.2019 собственнику направлено уведомление № 2090 об обеспечении свободного доступа к общему имуществу.

Полагая, что залитием причинены убытки нежилому помещению, истец обратился к специалисту с целью определения размера ущерба. Согласно заключению эксперта от 28.08.2019, стоимость устранения повреждений, причиненных имуществу заливом, составляет 28894 руб.

Истцом 02.10.2019 направлена претензия ответчику о необходимости возместить стоимость восстановительного ремонта помещения, в котором произошло залитие, в сумме 28894 руб., стоимости проведенной экспертизы в сумме 11000 руб. в течение 10 дней.

Поскольку добровольно претензия ответчиком не удовлетворена, истец обратился в суд с заявлением о взыскании ущерба, причиненного залитием нежилого помещения, в размере 28894 руб., убытков в виде неполученной арендной платы (упущенной выгоды) размере 156667 руб.

Частично удовлетворяя исковые требования при новом рассмотрении дела, суды двух инстанций, руководствуясь статьями  15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктом 31 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 № 354, разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), пришли к правомерному выводу о том, что истцом доказана совокупность оснований, необходимых для взыскания убытков в размере 28894 руб., поскольку протечка произошла из трубы ГВС, относящейся к общедомовому имуществу, ответственность за надлежащее содержание которой несет ООО «Жилбытсервис» как управляющая организация.

Вместе с тем, истец просил взыскать с ответчика 156667 руб. упущенной выгоды, образовавшейся, по мнению истца, из-за отказа арендаторов от использования нежилых помещений после залития.  

Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания упущенной выгоды, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались правилами статьи 15 ГК РФ, а также правовыми позициями в пунктах 12, 14 постановления Пленума 25, в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и пришли к правомерному выводу о том, что истец не доказал наличия оснований для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания упущенной выгоды.

Анализ материалов дела позволил судам двух инстанций заключить, что в данном случае отсутствует упущенная выгода на стороне истца в виде утраченной возможности получения дохода от сдачи имущества в аренду, который он бы получил при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права и законные экономические интересы не были нарушены.

При этом суды опирались на сложившуюся судебную практику, которая  исходит из того, что лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать реальное существование возможности получения им доходов, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным ответчиком нарушением. То есть, истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735; определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2021 № 309-ЭС17-15659).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции для взыскания упущенной выгоды следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления. Правовое значение имеет реальность таких приготовлений и отсутствие объективных препятствий для получения выгоды при реализации приготовлений при обычных условиях гражданского оборота. Бремя доказывания указанных обстоятельств в силу статьи 65 АПК РФ возлагается на истца.

Однако в данном случае материалами дела не установлена причинно-следственная связь между какими-либо действиями ответчика и убытками истца при использовании имущества.

Судами установлено, что 01.10.2018 между ИП ФИО2 (арендодатель) и ИП ФИО6 (арендатор) был заключен договор аренды, в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование торговое место площадью 32 кв. м, находящееся по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 5.1 договора аренды, договор вступает в силу с 01.10.2018 и действует до 30.09.2019. Помещение было передано по акту приема-передачи 01.10.2018.

17.07.2019 между ИП ФИО2 (арендодатель) и ИП ФИО7 (арендатор) был заключен договор аренды, по условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилое помещение площадью 63 кв.м, находящееся по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 5.1 договора аренды, договор вступает в силу с 20.08.2019 и действует до 31.07.2020.

Помещение было передано по акту приема-передачи 17.07.2019.

Письмом от 06.09.2019 ИП ФИО7 просила досрочно с 09.09.2019 расторгнуть договор аренды нежилого помещения от 17.07.2019.

Истец в исковом заявлении указывал на то что, арендатор ИП ФИО6, покинул нежилое помещение, ссылаясь на невозможность использования торгового места, однако, истец не уточнил, что повлияло на принятие арендатором решения покинуть торговое место.

Судебная коллегия суда округа отклоняет довод заявителя о том, что суды не дали надлежащую оценку показаниям свидетеля ФИО6, поскольку, в судебном заседании суда первой инстанции 10.03.2022 свидетель ФИО6 пояснил, что расторг договор аренды с ФИО2 в 2019 году по причине большой влажности в помещении, вследствие чего начал портиться товар. 

По правилам статей 23, 161 ГК РФ сделки между предпринимателями должны заключаться в письменной форме.

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. 1 статьи 162 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 452 ГК РФ расторжение договора и причины такого расторжения должны были быть зафиксированы в письменной форме.

Суды обоснованно исходили из того, что материалы дела не содержат письменных доказательств, свидетельствующих об обстоятельствах досрочного расторжения договора аренды между ФИО2 и ФИО6, в связи с чем правомерно не приняли во внимание устные свидетельские пояснения ФИО6 

Суды двух инстанций учли, что ИП ФИО7. в своем обращении к ФИО2 от 06.09.2019 № 2 с просьбой о досрочном расторжении договора аренды нежилого помещения принадлежащего истцу, не указывает, какие именно факторы вызвали необходимость расторжения договора.

Кроме того, ИП ФИО7. при заключении договора аренды от 17.07.2019 оценила состояние помещения, подписала акт приема-передачи 17.07.2019, в котором отражено, что состояние помещения сдано в удовлетворительном состоянии, пригодном для эксплуатации, на момент составления акта течь была устранена, что отражено в акте.

Довод жалобы о том, что поводом для досрочного расторжения договора аренды ФИО7 стала невозможность делать ремонт в залитых комнатах до решения суда на случай проведения судебно-строительной экспертизы, также обоснованно отклонен судами двух инстанций, поскольку противоречит вышеуказанным обстоятельствам.

Проанализировав представленные в материалы дела документальные доказательства, суды двух инстанций не усмотрели, что причиной расторжения договоров аренды являлось залитие помещений. Надлежащие доказательства, подтверждающие невозможность использования арендаторами нежилых помещений, исходя из тех целей, для которых они были предназначены, истцом не представлены.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало причиной, лишившей его возможности получить планируемую прибыль. 

Следует отметить, что из материалов дела не усматривается, что истцом были предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

Таким образом, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ истцом не представлены в материалы дела надлежащие доказательства того, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду, а также наличие причинно-следственной связи между рассчитанными истцом убытками и виновными действиями ответчика.

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе и позволяющих отменить или изменить оспариваемые решение и постановление, кассационная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит. 

В соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 АПК РФ, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражных судов двух инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права при принятии обжалуемых решения и постановления не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 07.06.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А54-1609/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.

Председательствующий                                                            У.В. Серокурова  

Судьи                                                                                     М.М. Нарусов

                           ФИО1