ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владимир

Дело № А79–4342/2016

30 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23.01.2019.

В полном объеме постановление изготовлено  30.01.2019.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей    Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего сельскохозяйственного потребительского сбытового кооператива «Молочный двор-Канаш» ФИО2

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 26.09.2018 делу № А79–4342/2016,

принятое судьей Крыловым Д.В.,

по заявлению конкурсного управляющего сельскохозяйственного потребительского сбытового кооператива «Молочный двор-Канаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014, заключенного между сельскохозяйственного потребительского сбытового кооператива «Молочный двор-Канаш» и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки,

при участии представителей

от конкурсного управляющего СПСК «Молочный двор-Канаш» ФИО2

Владислава Анатольевича: ФИО4, доверенность от 01.08.2018,

от ФИО3: ФИО5, доверенность

от 14.02.2017 № 21 АА 0787941,

от ФИО6: ФИО7, доверенность

от 07.03.2017 № 21 АА 0794705,

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного потребительского сбытового кооператива «Молочный двор-Канаш», (далее – СПСК «Молочный двор-Канаш», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014, заключенного между СПСК «Молочный двор-Канаш» и ФИО3, и применении последствий ее недействительности.

Определением от 26.09.2018 (с учетом определения об исправлении опечатки от 10.10.2018) суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

При этом, руководствуясь статьями 20.3, 61.1, 61.2, 61.3, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 195, 201 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к выводу о пропуске срока давности для оспаривания сделки.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 29.09.2018 и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в материалах дела доказательствам и сделаны при неправильном применении норм права. Конкурсный управляющий ФИО2 полагает, что длительная непередача ему от бывшего председателя должника документации подтверждает тот факт, что он не мог своевременно обратиться с заявление об оспаривании сделки должника. Кроме того, первоначальным конкурсным управляющим СПСК «Молочный двор-Канаш» ФИО8 проводился анализ сделок должника, после чего были оспорены ряд сделок должника по продаже транспортных средств. При этом договор купли-продажи от 14.01.2014, заключенный между СПСК «Молочный двор-Канаш» и ФИО3 конкурсным управляющим не оспаривался, что в свою очередь подтверждает отсутствие сведений об отчуждении СПСК «Молочный двор-Канаш» спорного транспортного средства. По информации ГИБДД сведения о спорном транспортном средстве отсутствуют, так как СПСК «Молочный двор-Канаш» приобрело транспортное средство у ООО «Торговый дом «Агат» по договору купли-продажи от 30.12.2013 не регистрируя его за должником. В последствии по договору купли-продажи спорное транспортное средство было отчуждено ФИО3

Подробно доводы конкурсного управляющего ФИО2 изложены в апелляционной жалобе от 17.10.2018 № 127 и поддержаны его представителем в судебном заседании.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу от 03.12.2018 и ее представитель в судебном заседании указали на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Представитель ФИО6 в судебном заседании указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Первый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев ходатайства лиц, участвующих в деле, о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, определил удовлетворить их и приобщил к материалам дела копии определения Верховного суда Чувашской Республики от 23.07.2018 по делу № 33-3069/2018, решения Канашского районного суда от 16.11.2018 по делу № 2-143/2018, ответа РЭО ГИБДД ОМВД по г. Канашу от 07.12.2018 № 3/185209661440, ответа на запрос от ООО «ТД «Агат».

Кроме того, Первый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев ходатайство представителя ФИО3 об истребовании у конкурсного управляющего выписки по расчетному счету о движении денежных средств СПСК «Молочный двор-Канаш» за ноябрь, декабрь 2013 года и январь 2014 года, с учетом мнений иных участников процесса, определил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства ввиду отсутствия процессуальных оснований, предусмотренных статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО3 заявил ходатайство об объявлении в судебном заседании перерыва.

Рассмотрев заявленное ходатайство, учитывая срок рассмотрения жалобы, а также то, что рассмотрение жалобы откладывалось, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения жалобы по имеющимся в материалах дела доказательствам и, как следствие, об отсутствии оснований для его удовлетворения.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что отложение (объявление перерыва) рассмотрения спора является правом, а не обязанностью суда, при этом суд, рассматривая данный вопрос, принимает во внимание совокупность обстоятельств, таких как длительность рассмотрения спора, его сложность, наличие доказательств в материалах дела, позволяющих принять либо не принять итоговый судебный акт, а также учитывает мнение иных участников процесса, поскольку предоставление процессуальных прав одним участникам не должно ущемлять права и интересы иных участников спора, то есть должны быть сбалансированы.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, участники процесса явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва не нее, заслушав представителей, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника – унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

С даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника) (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно материалам дела решением от 26.12.2016 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии признал СПСК «Молочный двор-Канаш» несостоятельным (банкротом); открыл в отношении должника процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО8

Определением от 21.06.2017 суд освободил ФИО8 от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего СПСК «Молочный двор-Канаш»; утвердил конкурсным управляющим ФИО2

Исследовав документы, представленные в материалы дела, а также установив, что началом течения срока исковой давности по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным спорного договора следует считать с 26.12.2016, а в арбитражный суд с соответствующим заявлением конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился 26.06.2018, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что о том, что требование конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014 и применении последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежит, так как заявлено по истечении срока исковой давности.

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с данным выводом суда первой инстанции в силу следующего.

Как следует из пояснений конкурсного управляющего должника ФИО2 и не опровергалось иными участниками процесса, действительно первоначально назначенный конкурсный управляющий ФИО8 направлял запрос в ГИБДД, анализировал сделки должника, что послужило в последующем основанием для их оспаривания. Однако рассматриваемый договор купли-продажи не оспаривался, поскольку сведения об отчуждении транспортного средства в пользу ФИО3 у него отсутствовали.

Так в представленной на запрос из ГИБДД информации сведения о транспортном средстве 4616000002001 (автоцистерна) VIN 

<

***>, год выпуска 2013, цвет белый, тип двигателя: дизель, шасси Ч96330900D1045466, паспорт транспортного средства 45НТ 899403, зарегистрированном (снятом) за СПСК «Молочный двор-Канаш» отсутствуют.

При этом отсутствие информации в уполномоченном органе связано с тем, что СПСК «Молочный двор-Канаш», приобретая у общества «Торговый Дом «Агат» по договору купли-продажи от 30.12.2013 данное транспортное средство, не регистрируя его за должником в ГИБДД, по договору купли-продажи от 14.01.2014 отчуждает его ФИО3

В адрес конкурсного управляющего СПСК «Молочный двор-Канаш» 21.06.2018 ФИО2 21.06.2018 от кредитора ФИО6 поступило требование об оспаривании указанной сделки, где было указано, что решением Канашского районного суда Чувашской Республики от 09.08.2017 по делу № 2637/2017 договор купли-продажи транспортного средства 4616000002001 (автоцистерна) от 24.01.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО9 признан недействительным в силу его ничтожности; автомобиль истребован из чужого незаконного владения с обязанием ФИО9 передать ФИО3 транспортное средство.

Доказательств, опровергающих приведенные конкурсным управляющим должника ФИО2 доводы, в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требование конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014 заявлено в пределах срока исковой давности, следовательно, подлежит рассмотрению по существу.

Как следует из материалов дела, Картотеки арбитражных дел и установил суд апелляционной инстанции, на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Баррель» от 12.05.2016 определением от 29.06.2016 (резолютивная часть объявлена 22.06.2016) Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии ввел в отношении СПСК «Молочный двор-Канаш» процедуру наблюдении; утвердил временным управляющим должника ФИО8

Решением от 26.12.2016 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии признал СПСК «Молочный двор-Канаш» несостоятельным (банкротом); ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО8

Определением от 21.06.2017 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии освободил ФИО8 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего СПСК «Молочный двор-Канаш»; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО2

В ходе процедуры конкурсного производства управляющий установил, что СПСК «Молочный двор-Канаш» и общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Агат» заключили договор купли-продажи транспортного средства от 30.12.20134616000002001 (автоцистерна) VIN 

<

***>, год выпуска 2013, цвет белый, тип двигателя: дизель, шасси Ч96330900D1045466, паспорт транспортного средства 45НТ 899403.

По платежным поручениям от 01.11.2013 на сумму 20 000 руб. и от 18.12.2013 на сумму 2 110 000 руб. (всего 2 130 000 руб.) с назначением платежа «оплата за молоковоз нержавейка по счету № 00004454 от 30/10/2013» СПСК «Молочный двор-Канаш» в полном объеме оплатило приобретенное транспортное средство.

Перечисление денежных средств в адрес общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Агат» подтверждено и выпиской по расчетному счету должника.

Данное транспортное средство в ГИБДД за должником не было зарегистрировано.

Далее СПСК «Молочный двор-Канаш» в лице ФИО10 и ФИО3 подписали договор купли-продажи от 14.01.2014, согласно которому спорное транспортное средство реализовано должником за 1 065 000 руб.

Доказательств оплаты по данному договору не имеется.

Посчитав, что договор купли-продажи от 14.01.2014 является недействительной сделкой, направленной на причинение вреда должнику и кредиторам, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился с заявлением о признании ее недействительной и применении последствий ее недействительности.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно материалам дела производство по делу о несостоятельности (банкротстве) СПСК «Молочный двор-Канаш» возбуждено 22.06.2016, в то время как договор купли-продажи заключен 14.01.2014. Таким образом, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В результате совершения оспариваемой сделки произошло выбытие имущества должника, за счет которого могли бы быть произведены расчеты с кредиторами, при этом доказательств оплаты по данному договору в материалах дела не имеется. 

При этом суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО3 о наличии у нее денежных средств для приобретения спорного транспортного средства, как противоречащие материалам дела.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.06.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются в том числе руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего должника ФИО2 в момент совершения оспариваемой сделки ФИО3 состояла в трудовых отношениях с СПСК «Молочный двор-Канаш», занимая должность главного бухгалтера, затем финансовым директором. 

Кроме того, ФИО3 являлась супругой руководителя СПСК «Молочный двор-Канаш» ФИО6.

Указанные фактические обстоятельства ФИО3 не опровергнуты.

Таким образом, учитывая, что в рассматриваемом случае применению подлежит презумпция осведомленности другой стороны сделки должника о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО3 должна была знать и знала об ущемлении интересов кредиторов и о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, то есть о его финансовом состоянии.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности управляющим наличия той необходимой совокупности обстоятельств, которая требуется для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил в действиях лица, подписавшего от имени должника оспариваемый договор и ФИО3 признаки злоупотребления правом.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в указанном постановлении, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Поскольку проверяемый договор оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует выяснить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

ФИО3, являясь женой руководителя, а также главным бухгалтером должника, является аффилированным по отношению к должнику лицом, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве.

Установленная по отношению к должнику аффилированность ФИО3 позволяет презюмировать ее осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки и перенести на нее обязанность доказывания обратного. Между тем ФИО3 в материалы настоящего обособленного спора не представила доказательств, исключающих ее осведомленность о заключении спорного договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Так ФИО6 в судебном заседании пояснил, что каких-либо доверенностей, в том числе и ФИО10 на совершение сделок по отчуждению имущества должника, не выдавал. Доказательств обратного в материалы дела не представлено; доверенность, на основании которой заключался спорный договор, в материалы дела не представлена. При этом пояснил, что об оспариваемой сделке ему не было известно, поскольку фактически транспортное средство находилось в ведении должника и использовалось последним по назначению. Доказательств, опровергающих данные доводы, в материалах дела не имеется.

Более того, учитывая, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.10.2017 признаны недействительными аналогичные сделки по отчуждению транспортных средств, установив отсутствие оплаты по оспариваемой сделке, суд квалифицирует действия ФИО3 как направленные на злоупотребление правом с единственной целью вывести имущество должника, то есть причинить вред как самому должнику, так и его кредиторам.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в указанном определении суд первой инстанции, признавая недействительными договоры купли-продажи транспортных средств от 18.12.2015, автомобиля УАЗ-3159, 2002 года выпуска и от 08.06.2016 автомобиля ЗИЛ-431-410, 1986 года выпуска, отметил, что данные сделки совершены в период проведения выездной налоговой проверки в отношении должника, по результатам которой должнику были начислены значительные суммы налогов.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства и установленные фактические обстоятельства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что при оформлении договора от 14.01.2014 воля сторон была направлена на утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, а также установив афиллированность сторон сделки и признаки злоупотребления правом, отсутствие доказательств оплаты по договору, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности совокупности всех необходимых условий для признания договора купли-продажи от 14.01.2014 ничтожной сделкой по общегражданским основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании пунктов 1, 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Признав сделку недействительной, установив, что вступившим в законную силу решением Канашского районного суда Чувашской Республики от 09.08.2017 в качестве последствия недействительности сделки в силу ее ничтожности применено истребование спорного автомобиля у ФИО9 и передачи его последним в пользу ФИО3, суд апелляционной инстанции считает необходимым применить последствия ее недействительности в виде обязания ФИО3 возвратить СПСК «Молочный двор-Канаш» транспортное средство 4616000002001 (автоцистерна) VIN 

<

***>, год выпуска 2013, цвет белый, тип двигателя: дизель, шасси Ч96330900D1045466, паспорт транспортного средства 45НТ 899403.

Согласно пунктам 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является, несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При изложенных обстоятельствах определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 26.09.2018 по делу № А794342/2016 подлежит отмене с разрешением вопроса по существу об удовлетворении заявления конкурсного управляющего СПСК «Молочный двор-Канаш» ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014, заключенного между СПСК «Молочный двор-Канаш» и ФИО3, недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ФИО3

Руководствуясь статьями 110, 268, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 26.09.2018 делу № А79–4342/2016 отменить.

Заявление конкурсного управляющего сельскохозяйственного потребительского сбытового кооператива «Молочный двор-Канаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014, заключенного между сельскохозяйственным потребительским сбытовым кооперативом «Молочный двор-Канаш» и ФИО3, недействительным и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать ничтожной сделкой договор купли-продажи транспортного средства от 14.01.2014, заключенный между сельскохозяйственным потребительским сбытовым кооперативом «Молочный двор-Канаш» и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить сельскохозяйственному потребительскому сбытовому кооперативу «Молочный двор-Канаш» транспортное средство 4616000002001 (автоцистерна) VIN 

<

***>, год выпуска 2013, цвет белый, тип двигателя: дизель, шасси Ч96330900D1045466, паспорт транспортного средства 45НТ 899403.

Взыскать с ФИО3 (пр. Мира, д. 4, кв. 305, 

<

...>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи 

Ю.В. Протасов

Е.А. Рубис