АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

07 июня 2024 года Дело № А66-19050/2019  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Тарасюка И.М.,  

при участии конкурсного управляющего ФИО1 (паспорт), от  ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 12.03.2024),  

рассмотрев 03.06.2024 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы ФИО2 на определение Арбитражного суда  Тверской области от 14.09.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 05.12.2023 и ФИО4 на  определение Арбитражного суда Тверской области от 14.09.2023 и  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  16.04.2024 по делу № А66-19050/2019,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 17.12.2019  принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью  «Центр экономико-правового сопровождения» о признании общества с  ограниченной ответственностью «Купол», адрес: 170001, 

<

...>, каб. 315, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 09.02.2021 заявление признано обоснованным, в  отношении Общества введена процедура наблюдения, временным  управляющим утверждена ФИО1.  

Решением суда от 30.09.2021 Общество признано несостоятельным  (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утверждена ФИО1  

Конкурсный управляющий ФИО1 07.09.2022 обратилась в  арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом уточнений, принятых судом  в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), просила привлечь ФИО2 и  ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника в размере, равном совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества  (далее – Реестр), – 1 290 752,52 руб., а также требований кредиторов по  текущим платежам – 736 250 руб.  

Определением суда первой инстанции от 14.09.2023 заявление  конкурсного управляющего удовлетворено, ФИО2 и ФИО4  привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  солидарно в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов,  включенных в Реестр (1 290 752,52 руб.), а также требований кредиторов по  текущим платежам (736 250 руб.).  

Определением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  

16.10.2023 апелляционная жалоба ФИО4 на определение от  14.09.2023 возвращена.  

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  05.12.2023 определение от 14.09.2023 оставлено без изменения,  апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от  27.02.2024 определение апелляционного суда от 16.10.2024 отменено, дело  направлено в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение.  

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  16.04.2024 в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО4 на  определение суда первой инстанции от 14.09.2023 отказано.  

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от  14.09.2023, постановление от 05.12.2023 в части привлечения ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и, не передавая  дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт.  

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на  отсутствие на стороне ФИО2 обязанности по обращению в  арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которая должна была  быть исполнена не позднее 30.01.2018; указывает, что по договору от  06.04.2017 ФИО2 реализовал принадлежащую ему долю в уставном  капитале Общества, таким образом, в установленную судом первой инстанции  дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности (31.12.2017)  не являлся ни участником Общества, ни его руководителем.  

ФИО2 также не согласен с выводами судов первой и  апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения его к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с  непередачей конкурсному управляющему документов должника; указывает, что  на дату открытия конкурного производства, не являлся руководителем  Общества.  

По мнению подателя жалобы, выводы судов первой и апелляционной  инстанций о том, что уже в мае 2016 года ФИО2 было известно о  наличии оснований для признания недействительным договора аренды  транспортного средства без экипажа от 01.10.2008, также являются  необоснованными, поскольку ФИО2 не мог предугадать исход судебного  разбирательства, длившегося шесть лет.  

ФИО2 также считает, что суды первой и апелляционной  инстанций неправомерно отклонили его доводы о пропуске конкурсным  управляющим срока исковой давности; указывает, что годичный срок исковой  давности для подачи заявления о привлечении его к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника истек 10.07.2022.  

В жалобе также указано, что суды первой и апелляционной инстанций  необоснованно оставили без внимания доводы о заинтересованности  конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Центр экономико-правового сопровождения».  

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить определение от  14.09.2023 и постановление от 16.04.2024, принять новый судебный акт.  

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что  суды первой и апелляционной инстанций не установили дату возникновения у  ФИО4 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве должника; неправомерно отклонили доводы о пропуске конкурсным  управляющим срока исковой давности.  

ФИО4 считает, что у судов первой и апелляционной инстанций  

отсутствовали основания для критического отношения к его пояснениям  относительно причин неисполнения обязанности по передаче документов  должника конкурсному управляющему.  

В жалобе также указано, что суды первой и апелляционной инстанций  необоснованно оставили без внимания доводы о заинтересованности  конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Центр экономико-правового сопровождения».  

В представленных в электронном виде отзывах конкурсный управляющий  ФИО1 возражает против удовлетворения кассационных жалоб.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы,  приведенные в кассационной жалобе ФИО2; согласился с доводами,  содержащимися в кассационной жалобе ФИО4  

Конкурсный управляющий ФИО1 возражала против  удовлетворения кассационных жалоб.  

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о  месте и времени рассмотрения кассационных жалоб, однако своих  представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со  статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб в их  отсутствие.  

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся учредителем и  генеральным директором Общества до 30.05.2017; с 30.05.2017 руководителем  должника являлся ФИО4  

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении  ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по  обязательствам Общества, конкурсный управляющий ФИО1  сослалась на то, что документы должника ей не были преданы, что не  позволило выявить имущество должника и сформировать конкурсную массу.  

Кроме того, конкурсный управляющий ФИО1 полагала, что  ответчиками не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с  заявлениям о банкротстве Общества.  

Как установлено судом первой инстанции, определением суда от  12.05.2021, вынесенным по результатам рассмотрения обособленного спора по  заявлению временного управляющего ФИО1 об истребовании у  руководителя Общества документов должника, на ФИО4 возложена  обязанность передать временному управляющему ФИО1 документы  и сведения, перечисленные в резолютивной части определения.  

Названное определение ФИО4 не исполнено. 

После признания Общества несостоятельным (банкротом) и открытия в  отношении должника конкурсного производства документация Общества  конкурсному управляющему также не была передана.  

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о наличии  предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества.  

Основанием для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим  требований также послужил вывод суда первой инстанции о наличии оснований  для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества в связи с неисполнением  ответчиками обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве должника.  

Кроме того, привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности по  

обязательствам Общества, в определении от 14.09.2023 суд первой инстанции  сослался на то, что осуществлявшаяся должником деятельность переведена на  зарегистрированное 18.10.2016 общество с ограниченной ответственностью  «Купол-Принт», единоличным исполнительным органом и участником которого,  владеющим долей в размере 40% уставного капитала, является ФИО2  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и  постановлениями от 05.12.2023, от 16.04.2024 оставил определение от  14.09.2023 без изменения.  

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной  инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых  арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая  правильность применения норм материального права и норм процессуального  права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя  из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно  жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов,  содержащихся в кассационных жалобах и в возражениях относительно  указанных жалоб, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к  следующим выводам.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ)  Закон о банкротстве дополнен главой III.2, содержащей нормы, регулирующие  ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в  силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для  которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления  в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по  правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4  Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве  в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих  лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства,  являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности  (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение  контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели  место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной  ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона   № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами  после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые  обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

В обоснование требования о привлечении ФИО2 и  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  

конкурсный управляющий ФИО1 сослалась на то, что документы  должника ей не были преданы, что не позволило выявить имущество должника  и сформировать конкурсную массу.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве  руководитель должника, а также временный управляющий, административный  управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения  конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему.  

Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от  30.09.2021; этим же решением в отношении должника открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1  

Таким образом, обязанность по передаче бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему ФИО1, возникла у руководителя  должника с 30.09.2021.  

Следовательно, к спорным отношениям в указанной части подлежат  применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых  установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате  чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что  положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц,  на которых возложены обязанности:  

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;  

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского  учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011   № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение  документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического  субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным  законодательством Российской Федерации.  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц  к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя  при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности  презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением  документации, необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как  

отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные  презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему  документации не привели к существенному затруднению проведения процедур  банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем  хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все  необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и  передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности,  какая от него требовалась.  

Судом первой инстанции установлено, что определением суда от  12.05.2021, вынесенным по результатам рассмотрения обособленного спора по  заявлению временного управляющего ФИО1 об истребовании у  руководителя Общества документов должника, на ФИО4 возложена  обязанность передать временному управляющему ФИО1 документы  и сведения, перечисленные в резолютивной части определения.  

Названное определение ФИО4 не исполнено. 

После признания Общества несостоятельным (банкротом) и открытия в  отношении должника конкурсного производства документация Общества  конкурсному управляющему также не была передана.  

Суд первой инстанции также установил, что в бухгалтерских балансах  Общества отражались основные средства, стоимость которых по состоянию на  31.12.2015 составляла 4 065 000 руб., по состоянию на 31.12.2016 –  3 501 000 руб., по состоянию на 31.12.2017 – 2 947 000 руб.; производственные  запасы, стоимость которых по состоянию на 31.12.2015 составляла  2 562 000 руб., по состоянию на 31.12.2016 – 861 000 руб., по состоянию на  31.12.2017 – 3 221 000 руб.; дебиторская задолженность по состоянию на  31.12.2015 в размере 1 339 000 руб., по состоянию на 31.12.2016 в размере  922 000 руб., по состоянию на 31.12.2017 в размере 1 991 000 руб.  

Перечисленные основные средства и производственные запасы  конкурсному управляющему не были переданы, равно как и документы,  подтверждающие дебиторскую задолженность; в ходе конкурсного производства  названные активы не выявлены.  

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в  связи с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, суд первой инстанции, с которым  согласился и апелляционный суд, исходил из того, что активы должника  конкурсным управляющим не выявлены в результате того, что ответчиком  надлежащим образом не исполнены обязанности по обеспечению сохранности  документации должника и ее передаче конкурсному управляющему.  

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и  апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых  судебных актов в указанной части, соответствуют фактическим обстоятельствам  дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора  доказательствам.  

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о том, что у  судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для  критического отношения к его пояснениям относительно причин неисполнения  обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему, не  

может быть принят.  

Как полагает суд кассационной инстанции, суды первой и апелляционной  инстанций обоснованно не признали доказательством объективной  невозможности передать документы должника конкурсному управляющему  ссылки ФИО4 на пожар, произошедший по адресу 

<

...>, с учетом того, что какие-либо доказательства  нахождения документов Общества по указанному адресу и их утраты по  причине пожара ФИО4 не представлены.  

Содержащиеся в кассационных жалобах ФИО4 и  ФИО2 доводы о том, что суды первой и апелляционной инстанций  неправомерно отклонили доводы о пропуске конкурсным управляющим срока  исковой давности, также не принимаются.  

Пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве установлено, что заявление  о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2  названного Закона, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо,  имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о  наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом  (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата  уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не  позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие,  являющиеся основанием для привлечения к ответственности.  

В рассматриваемом случае с заявлением о привлечении  контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника конкурсный управляющий ФИО1  обратилась в арбитражный суд 07.09.2022, то есть спустя менее года после  признания должника банкротом (30.09.2021).  

В обоснование требования о привлечении ФИО2 и  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  конкурсный управляющий ФИО1 также сослалась на то, что  ответчиками не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве Общества, которая, по мнению управляющего  возникла с 31.05.2017, при этом ФИО2 уже в мае 2016 года было  известно о наличии оснований для признания недействительным заключенного  Обществом договора аренды транспортного средства.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей на указанные даты, руководитель должника обязан обратиться  с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких  кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных  платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  

органом должника, уполномоченным в соответствии с его  учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника,  принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

 органом, уполномоченным собственником имущества должника -  унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника;  

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит  или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных  пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику  выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с  трудовым законодательством;  

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи. 

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника  должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных  пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с  даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к  спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника,  возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9  названного Закона.  

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с  30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной  ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в ее  пункте 2, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.12 Закона  о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве  неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве  возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче  заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и  (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица  отвечают солидарно.  

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер  ответственности в соответствии с пунктом 1 данной статьи равен размеру  обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших  после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о  банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата  заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления   № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный  руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен  был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом,  седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об  объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые  

затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок,  приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя  экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден  от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в  сходных обстоятельствах.  

Как установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда  Тверской области от 16.02.2017 по делу № А66-11888/2011 признан  недействительным договор аренды транспортного средства без экипажа от  01.10.2008, заключенный Обществом и акционерным обществом «Научно- исследовательский, проектный и конструкторско-технологический институт»  (далее – Институт), в порядке применения последствий недействительности  сделки Общества в пользу Института взыскано 1 275 000 руб., а также  14 160 руб. судебных расходов.  

С учетом того, что названное решение вступило в силу 31.05.2017 и в  дальнейшем исполнено не было, суды первой и апелляционной инстанций  заключили, что начиная с 01.06.2017 Общество имело неисполненные  обязательства перед Институтом в сумме 1 289 160 руб.  

Принимая во внимание, что в постановлении от 31.05.2016 по делу   № А66-11888/2011 Арбитражный суд Северо-Западного округа, отменяя  судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, принятые при  первоначальном рассмотрении названного спора, и направляя дело в суд  первой инстанции на новое рассмотрение, указал что при новом рассмотрении  дела необходимо дать оценку доводам об отсутствии доказательств  фактической передачи автомобиля в пользование Институту, при рассмотрении  настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций  посчитали, что ФИО2 уже в мае 2016 года было известно о наличии  оснований для признания недействительным заключенного Обществом  договора аренды транспортного средства.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для вывода судов  первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения  ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по  обязательствам Общества в связи с неисполнением обязанности по обращению  в арбитражный суд с заявлениям о банкротстве должника.  

По мнению суда кассационной инстанции, судами первой и  апелляционной инстанций не учтено следующее.  

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора  судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016),  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  входит установление следующих обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9  Закона о банкротстве;  

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника  в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного  срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В данном случае возникновение одного из условий, перечисленных в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, и момент возникновения данного  условия судами первой и апелляционной инстанций не установлены; объем  

обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, суды также не  установили.  

С учетом изложенного выводы судов первой и апелляционной инстанций  о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с  неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлениям о  банкротстве должника не могут быть признаны соответствующими фактическим  обстоятельствам дела.  

Наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий  ФИО1 также усматривала в том, что осуществлявшаяся должником  деятельность переведена на зарегистрированное 18.10.2016 ООО «Купол- Принт», единоличным исполнительным органом и участником которого,  владеющим долей в размере 40% уставного капитала, является ФИО2  

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве в редакции, действовавшей на указанную дату, если должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам.  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона   № 266-ФЗ если полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица,  такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Согласно разъяснениям, приведенными в пункте 16 Постановления   № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к  невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о  банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой- однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных  операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности  которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником,  которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во  вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Как положения абзаца первого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в  ранее действовавшей редакции, так и положения пункта 1 статьи 61.11 Закона  о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ не содержат касающихся наличия  причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника  лиц и банкротством контролируемой организации презумпций, которые были  закреплены в абзацах втором - пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а  

впоследствии – в пункте 2 статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона   № 266-ФЗ, в связи с чем соответствующие обстоятельства подлежат  доказыванию по общим правилам, установленным процессуальным  законодательством.  

Вместе с тем каких-либо доказательств, подтверждающих  неправомерность действий (бездействия) ФИО2 как контролирующего  Общество лица в связи с созданием ООО «Купол-Принт», конкурсный  управляющий ФИО1 не представила.  

По мнению суда кассационной инстанции, сама по себе регистрация  18.10.2016 ООО «Купол-Принт», единоличным исполнительным органом и  участником которого, владеющим долей в размере 40% уставного капитала,  является ФИО2, не является достаточным доказательством,  подтверждающим наличие причинно-следственной связи между действиями  (бездействием) ФИО2 и банкротством Общества.  

При таком положении выводы судов первой и апелляционной инстанций  о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества в связи с созданием  ООО «Купол-Принт», единоличным исполнительным органом и участником  которого, владеющим долей в размере 40% уставного капитала, является  ФИО2, также не могут быть признаны соответствующими фактическим  обстоятельствам дела.  

Изложенное в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для  отмены обжалуемых судебных актов в части привлечения ФИО2 и  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в  связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с  заявлениям о банкротстве должника, а также в части привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в  связи с переводом осуществлявшейся должником деятельности на  ООО «Купол-Принт»; в части привлечения ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам Общества по снованиям, предусмотренным  подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, обжалуемые  судебные акты следует оставить в силе.  

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по  существу требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО2  и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный  суд с заявлениям о банкротстве должника, а также о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в  связи с переводом осуществлявшейся должником деятельности на  ООО «Купол-Принт» установлены судами первой и апелляционной инстанций  не полностью, дело в отмененной части следует направить в суд первой  инстанции на новое рассмотрение.  

В связи с окончанием кассационного производства приостановление  исполнения определения суда первой инстанции от 14.09.2023, произведенное  определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 31.01.2024, в  соответствии с частью 4 статьи 283 АПК РФ подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 14.09.2023,  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  

05.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 16.04.2024 по делу № А66-19050/2019 в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  общества с ограниченной ответственностью «Купол» отменить.  

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд Тверской  области на новое рассмотрение.  

 В остальной части определение Арбитражного суда Тверской области от  14.09.2023, постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 05.12.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 16.04.2024 по делу № А66-19050/2019 оставить без изменения, а  кассационную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.  

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда Тверской  области от 14.09.2023 по делу № А66-19050/2019, произведенное определением  Арбитражного суда Северо-Западного округа от 31.01.2024, отменить.  

Председательствующий А.В. Яковец  Судьи Е.Н. Бычкова  

 И.М. Тарасюк