﻿﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3237/17 

Екатеринбург

25 ноября 2019 г.

 

Дело № А60-41395/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 ноября 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Шавейниковой О.Э. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Плотникова Андрея Геннадьевича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 27.05.2019 по делу № А60-41395/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 по тому же делу по заявлению Плотникова А.Г. о привлечении Таштимирова Андрея Айнисламовича и Таштимирова Таштимира Айнисламовича к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Карнеол» (далее – общество «Карнеол», должник) в рамках дела о признании последнего несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель Плотникова А.Г. – Просеков К.И. (доверенность от 31.08.2018);

Таштимиров Т.А. (паспорт);

представитель Таштимирова А.А. – Таштимиров А.Т. (доверенность от 15.07.2019 № 66АА5554460).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2016 общество «Карнеол» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Мартынов Вячеслав Васильевич. 

Определением суда от 29.06.2017 Мартынов В.В. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утвержден Оленюк Валентин Сергеевич. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 08.12.2017 Оленюк В.С. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением суда от 18.01.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Еремеев Эдуард Михайлович.

Кредитор Плотников А.Г. обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении Таштимирова А.А., Таштимирова Т.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.05.2019 (судья Чураков И.В.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 (судьи Данилова И.П., Макаров Т.В., Мармазова С.И.) определение  суда от 27.05.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Плотников А.Г. просит определение суда первой инстанции от 27.05.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 26.08.2019 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, нарушение статей 9, 65, 68, 78 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель жалобы указывает, что бизнес-план составлялся не для поиска инвесторов, а для банка с целью получения дополнительного кредитования на достройку объекта незавершенного строительства; в материалах дела отсутствуют доказательства согласия публичного акционерного общества Банк ФК «Открытие» (далее – банк, общество ФК «Открытие») на поиск инвесторов и тем более привлечение таковых; письмо от 26.04.2019 исходит не от банка, а от его бывшего сотрудника Ярового Н.И., не являющегося исполнительным органом банка. Таким образом, Плотников А.Г. считает, что доказательств, подтверждающих реальность принятия мер по выходу из кризисной ситуации, не представлено; письмо от 26.04.2019 таким доказательством не является, поскольку это не письмо банка, а письмо физического лица, когда-то работавшего в банке; переписка с банком представлена лишь в виде распечатанных документов, такие доказательства являются недопустимыми, поскольку не подтверждают факт реальной переписки по электронной почте. По мнению заявителя жалобы, противоправность действий по возврату займов обусловлена тем, что на контролирующих должника лиц возложена обязанность действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно; возвращая займы себе вместо погашения долга по кредитным договорам, которыми предусмотрены проценты за пользование займом и неустойка в гораздо большем размере, контролирующие должника лица действовали не в интересах общества, не разумно и не добросовестно.  Как указывает заявитель жалобы, с учетом того, что обязательства должника, вытекающие из договоров займа, являются обычными, корпоративными не признаны, в настоящий момент принадлежат сторонним, не аффилированным с должником лицам – Плотникову А.Г. и Соловьеву П.А., последние являются точно такими же внешними кредиторами, как и банк, и, как следствие, размер их требований должен также учитываться при определении размера субсидиарной ответственности.  

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.09.2015 заявление общества Банк ФК «Открытие» о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Мартынов В.В. 

По состоянию на момент признания должника несостоятельным (банкротом) руководителем должника являлся Таштимиров А.А., который владеет 50% акций должника. Собственником остальных 50% акций является Таштимиров Т.А.

Определением суда от 29.06.2017 Мартынов В.ВА. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим утвержден Оленюк В.С. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2017 Оленюк В.С. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.01.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Еремеев Э.М.

Кредитор Плотников А.Г. обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении Таштимирова А.А., Таштимирова Т.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Должник начал отвечать признакам неплатежеспособности в конце ноября 2014 года, соответственно, руководитель должника и учредители должны были принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 31.12.2014, однако данная обязанность исполнена не была, с заявлением о признании должника банкротом обратился кредитор и наблюдение введено только 03.12.2015, в связи с чем контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закона о банкротстве); кроме того, контролирующие должника лица должны нести ответственность за искажение бухгалтерской отчётности и за совершение сделок по предпочтительному удовлетворению требований кредиторов.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности Таштимирова А.А. и Таштимирова Т.А., суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным кредитором всех элементов ответственности контролирующих должника лиц.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом суды исходили из следующего.

Учитывая, что действия (бездействие), в связи с которыми заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имели место          в 2014 - 2015 годах, суды руководствовались положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации             от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность руководителей должника носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо установления факта неисполнения единоличным исполнительным органом должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), необходимо также установить вину бывшего руководителя должника исходя из анализа его поведения, в том числе с учетом установления факта принятия (непринятия) им всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1        статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, наличие у должника признаков банкротства само по себе о возникновении у руководителя должника обязанности инициировать процедуру банкротства не свидетельствует.

Субсидиарная ответственность руководителя должника является одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов. Недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Такое поведение субсидиарного должника выходит за рамки стандартного управления, является противоправным и виновным. Создавая новые обязательства, руководитель осознает отсутствие возможности исполнения обязательств, отсутствует предпринимательский расчет в получении прибыли, за счет которой возможно удовлетворение требований кредиторов.

Как установлено судами, деятельность должника и цель его создания сводилась к строительству конкретного здания, бизнес модель которого предполагала два этапа: инвестиционный (строительство объекта), эксплуатационный (извлечение прибыли из построенного объекта). При этом процедура банкротства должника была введена на первом этапе, в ходе которого строительство объекта осуществлялось силами трех инвесторов: Таштимирова Т.А., Таштимирова А.А., общества Банк ФК «Открытие». Каждый из инвесторов вкладывал денежные средства в строительство объекта. Денежные средства были заемными и представляли собой кредиты банка и займы самих акционеров. Обоснованность таких займов акционеров проверена применительно к существующей судебной практике в отношении внутренних кредиторов вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу. 

В определении Арбитражного суда Свердловской области от 28.02.2018, вступившем в законную силу, установлено, что признаки неплатежеспособности возникли у должника в конце ноября 2014 года;  таким образом, датой возникновения обязанности по подаче руководителем заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом является 31.12.2014.

Суды согласились с утверждением заявителя, что в нарушение статьи 9 Закона о банкротстве контролирующие должника лица не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве должника в суд до 31.12.2014. Вместе с тем, как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанций Таштимиров Т.А., Таштимиров А.А., пояснили, что ими предпринимались действия, направленные на восстановление платежеспособности и погашение задолженности перед банком.

Судами приняты во внимание пояснения Таштимирова А.А. и Таштимирова Т.А., согласно которым должник был создан с целью строительства высококлассного административно-торгового здания в центральной части г. Екатеринбурга и сдачи его в аренду. В 2006 году должник начал строительство здания. Поскольку другой деятельности общество не вело, то для реализации данного проекта в 2007 году были привлечены кредитные средства банка в форме проектного финансирования. Контролирующими должника лицами реализовывалась модель бизнеса, направленная на достройку основного актива должника (здания офисного центра) путем привлечения сторонних инвесторов с целью продажи здания и расчетов с кредиторами, сама деятельность должника и цель его создания сводилась к строительству конкретного здания и его реализации, это был единственный вид деятельности должника. С целью достройки основного актива должника контролирующими должника лицами был разработан бизнес-план, который, по сути, являлся презентацией для потенциальных инвесторов. Указанный бизнес-план был направлен в адрес общества Банк ФК «Открытие», в свою очередь, общество Банк ФК «Открытие» прорабатывало возможные варианты финансирования с привлечением инвесторов, кредитных ресурсов, а также реализации актива, что следует из переписки по электронной почте. В соответствии с письмом общества Банк ФК «Открытие» от 26.04.2019 с конца 2014 года банк вел переговоры с руководителем должника и рассматривал различные варианты возврата средств: реструктуризация долга, предоставление отступного (так как задолженность заемщика была обеспечена залогом), рефинансирование и др. Также рассматривался вариант изменения функционального назначения здания с целью расположения в нем медицинского учреждения, использование схемы возвратного лизинга.

Таким образом, как правильно указано судами, Таштимировым А.А., Таштимировым Т.А. предпринимались действия, направленные на восстановление платежеспособности и погашение требований банка.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи и совокупности, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исходя из того, что действительно, вступившим в законную силу определением суда от 28.02.2018 установлено, что признаки неплатежеспособности должника возникли в конце ноября 2014 года, контролирующие должника лица не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве должника в суд до 31.12.2014, неподача заявления о банкротстве привела к увеличению размера обязательств должника перед банком вследствие начисленных процентов и неустоек, однако учитывая, что контролирующими должника лицами предпринимались действия, направленные на восстановление платежеспособности и погашение требований банка, действия акционеров должника имели целью получение денежных средств для погашения просроченной задолженности, но реализовать эту схему не удалось, попытки, направленные на поиск инвесторов не увенчались успехом, потому что финансовое положение банка оказалось неустойчивым, контролирующими должника лицами с ноября 2014 года по день открытия конкурсного производства предпринимались меры по окончанию инвестиционного проекта путем поиска новых механизмов рефинансирования, действия Таштимировых являлись добросовестными, разумными и исключили их вину в несвоевременной подаче заявления о банкротстве, поскольку введение наблюдения в 2015 году привело бы к прекращению поиска инвесторов, исключило бы погашение требований банка путем отступного с учетом действующего законодательства о банкротстве, суды пришли к обоснованному выводу о том, что вина контролирующих должника лиц в причинении должнику убытков в связи с неподачей в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Принимая во внимание установленные обстоятельства в их совокупности и учитывая, что новые обязательства у должника после 31.12.2014 не возникли, суды правомерно пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в     статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (названное положение закона применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника).

Судами обоснованно указано, что довод кредитора об искажении  Таштимировыми бухгалтерской документации должника допустимыми и надлежащими доказательствами не доказан и заявителями не раскрыт. 

В отношении доводов кредитора о совершении контролирующими должника лицами сделок по предпочтительному удовлетворению своих требований, судами установлено, что 17.10.2017 конкурсный управляющий должника Оленюк В.С. обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением об оспаривании сделок должника по возврату займов Таштимирову А.А., Таштимирову Т.А. на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.02.2018 заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены частично: признаны недействительными сделками платежи, совершенные должником в счет возврата по договорам займа с Таштимировым Т.А. на сумму 18 900 000 руб., с Таштимировым А.А. на сумму 29 100 000 руб.; в порядке применения последствий недействительности сделок с Таштимирова Т.А. в пользу должника взыскано 18 900 000 руб., с Таштимирова А.А. - 29 100 000 руб., восстановлена задолженность должника по договорам займа перед Таштимировым Т.А. на сумму 18 900 000 руб., перед Таштимировым А.А. - на сумму 29 100 000 руб.; в остальной части в удовлетворении требований отказано.

Сделки по возврату денежных средств признаны недействительными по основанию, предусмотренному пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Вместе с тем, в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2018 указано, что возврат заемных денежных средств акционерам должника был связан с необходимостью погашения долгов перед иными кредиторами, предоставлявшими денежные средства акционерам должника, которые впоследствии передавали их в заем должнику. В такой ситуации, суд апелляционной инстанции не усмотрел в действиях заинтересованных лиц цели причинения вреда кредитору должника – банку; цель возврата займов была иной – погашение долгов перед иными кредиторами. 

Данные обстоятельства имеют преюдициальное значение для настоящего спора. Соответственно, само по себе погашение требований перед акционерами преследовало цель погасить требования перед иными кредиторами. 

Судами обоснованно указано, что возврат займов имел место уже после ноября 2014 года, когда должник перестал исполнять обязательства перед банком, что само по себе не могло быть причиной банкротства, кроме того, совокупный размер возвращенных средств по признанным недействительными сделкам не является существенным с учетом масштабов деятельности должника. Заемный механизм был не только согласован с банком, но и изначально предложен им. Данный вывод сделан судами сходя из условий пункта 5.1.9 договора кредитной линии от 17.09.2007 № 10-НКЛ и письма открытого акционерного общества «Номос-банк» от 25.09.2007.

Судами установлено, что заемные средства должника, полученные от Таштимирова Т.А. и Таштимирова А.А., были направлены на погашение процентов и комиссий по договорам займа и на финансирование строительства. Выданные Таштимировыми займы вносились на счет банка в качестве пополнения средств и списывались в конце каждого месяца на оплату процентов и комиссий. Банк одобрил должнику возможность получения денежных средств через займы с акционерами в условиях долгосрочного инвестирования. Более того, он определял условия этих займов (например, в письме определены сроки возврата). Акционерами с периодичностью, установленной банком, представлялись банку сведения о финансовом состоянии должника, что банком также не оспаривается. Таким образом, банк считал акционеров ординарными кредиторами должника. Механизм заёмного привлечения денежных средств был известен банку и отчасти выгоден, поскольку исключал появление созалогодержателей. Иных кредиторов (кроме банка) в деле не имеется, за исключением правопреемников Таштимировых – Соловьева П.С. и Плотникова А.Г. по договорам займа, что также было отчасти условием кредитных договора, согласно пункту 5.1.9 которых у залогодателя не должна появляться задолженность перед третьими лицами, не согласованная с банком.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, с учетом того, что  займы были реальными, возврат заемных денежных средств акционерам должника осуществлен с целью погашения требований перед иными кредиторами, поведение акционеров должника являлось для банка очевидным и исключало всякий умысел на обход закона, злоупотребление правом, а главным образом, стало следствием намерения самого банка видеть себя (в реестре) наравне с кредиторами-акционерами с тем, чтобы защитить свои права единоличного залогодержателя, противоправность в действиях контролирующих должника лиц не установлена, суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения Таштимирова А.А., Таштимирова Т.А. к субсидиарной ответственности в данной части и правомерно отказал в удовлетворении требований, заявленных кредитором Плотниковым А.Г.

Выводы судов являются верными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты являются законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27.05.2019 по делу № А60-41395/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Плотникова Андрея Геннадьевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.А. Артемьева 

 

Судьи                                                                                    Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                             О.Э. Шавейникова