АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-25923/2021

г. Краснодар

12 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 12 августа 2024 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Епифанова В.Е., судей Афониной Е.И. и Мещерина А.И., при ведении протокола судебного заседания помощником председательствующего Коняшиным Д.А. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от финансового управляющего ФИО6 Коваленко Кирилла Владимировича – ФИО2 (доверенность от 23.07.2024),  от ответчика – ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 13.05.2022) и ФИО5 (доверенность от 03.06.2024), в отсутствие истца – ФИО6, ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Галион» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и третьих лиц: ФИО7, Банка ВТБ (публичное акционерное общество), извещенных о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 по делу № А32-25923/2021, установил следующее.

ФИО6 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края к ФИО3 со следующими исковыми требованиями: 

– признать недействительным заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Галион» (далее – общество) и ФИО3 соглашение об отступном от 17.05.2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405, расположенного по адресу: г. Сочи, Хостинский, ул. Сухумское шоссе, а также в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171, расположенного по адресу: г. Сочи, Хостинский, ул. Сухумское шоссе; 

– восстановить в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) запись о праве собственности общества на земельные участки, аннулировав запись в ЕГРН о праве собственности ФИО3 на указанные земельные участки (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс).

Иск основан на положениях статей 10, 174, 166 – 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьей 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и мотивирован следующим. ФИО6 является участником общества с долей 39,51%. Оспариваемые соглашения об отступном от 17.05.2019, заключенные обществом с ФИО3, также являющейся участником общества с долей 34,23%, для общества являлись крупными сделками и сделками с заинтересованностью. Однако оспариваемые сделки не были одобрены общим собранием участников общества, они также совершены в ущерб интересам юридического лица на неблагоприятных для общества условиях без какого-либо встречного предоставления.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.12.2021 в удовлетворении иска отказано.

Суд первой инстанции, разрешая спор, суд пришел к выводам о том, что оспариваемые истцом соглашения об отступном нельзя признать сделками с заинтересованность или крупными сделками, в этой связи не усмотрел законных оснований для удовлетворения требований ФИО6

Постановлением апелляционного суда от 22.04.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.08.2022, решение от 27.12.2021 в части отказа в иске отменено. Производство по делу прекращено, в остальной части решение оставлено без изменения.

Апелляционный суд установил, что деятельность общества, являющегося стороной оспариваемой сделки, 10.04.2020 прекращена на основании подпункта «б» пункта 5 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ). Основанием послужило наличие в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности. Доказательств оспаривания решения налогового органа об исключении общества из ЕГРЮЛ истец в материалы дела не представил, равно как и доказательств фактического сохранения правоспособности указанного юридического лица. Общество утратило правоспособность до даты подачи иска в арбитражный суд (запись об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ внесена 10.04.2020, тогда как в суд истец обратился в июне 2021 года). Учитывая, что спор о признании сделки недействительной не может быть рассмотрен без участия одной из ее сторон, а на момент рассмотрения дела общество прекратило свою деятельность, апелляционный суд пришел к выводу, что производство по делу подлежит прекращению на основании пункта 5 части 1 статьи 150 Кодекса.

ФИО6 обратился в апелляционный суд с заявлением о пересмотре по новым обстоятельствам постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2022.

Заявление мотивировано следующим. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по делу № А32-22765/2022 признано незаконным действие межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Краснодарскому краю (далее – налоговый орган) по внесению в ЕГРЮЛ записи ГРН 2202305780455 от 10.04.2020 о прекращении юридического лица – общества. Суд обязал налоговый орган в течение 10 дней со дня вступления постановления в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ФИО6 путем исключения из ЕГРЮЛ записи ГРН 2202305780455 от 10.04.2020 о прекращении юридического лица – общества. Данное постановление налоговым органом исполнено, запись ГРН 2202305780455 от 10.04.2020 о прекращении общества исключена из ЕГРЮЛ.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2023 заявление о пересмотре по новым обстоятельствам удовлетворено, отменено апелляционное постановление от 22.04.2022, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ФИО6 на решение от 27.12.2021.

Суд апелляционной инстанции признал, что обстоятельства, на которые ссылается истец (судебный акт об исключении из ЕГРЮЛ записи ГРН 2202305780455 от 10.04.2020 о прекращении общества), является основанием для пересмотра постановления апелляционного суда от 27.12.2021 по новым обстоятельствам, поскольку именно в связи с данным обстоятельством производство по делу было прекращено.  

Определением от 18.05.2023 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции. К участию в деле в качестве ответчика привлечено общество.

Определением от 14.09.2023 суд апелляционной инстанции привлек в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле Банк ВТБ (ПАО) (далее – банк).

ФИО6 уточнил 02.11.2023 требования иска, просил апелляционный суд:

– признать недействительным соглашение об отступном от 17.05.2019, заключенное между обществом и ФИО3, земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405;

– признать недействительным соглашение об отступном от 17.05.2019, заключенное между обществом и ФИО3, земельного участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171;

– применить последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции, вернув в общество оставшиеся зарегистрированные за ФИО3, образованные в результате раздела участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171, земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0304021:1504 и 23:49:0304021:1506;

– применить последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции, вернув в общество с сохранением залога зарегистрированные за ФИО3, обремененные залогом по договору об ипотеке № НЛК/РЦ8122-176302-301 от 14.09.2022, образованные в результате раздела участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171, земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:11577, 23:49:0304021:1508, 23:49:0304021:1509, 23:49:0304021:1510, 23:49:0304021:1511, 23:49:0304021:1512, 23:49:0304021:1513, 23:49:0304021:1514 и 23:49:0304021:1515;

– аннулировать в ЕГРН запись о регистрации права собственности за ФИО3 на указанные земельные участки.

Данные уточнения иска приняты судом апелляционной инстанции на основании статьи 49 Кодекса протокольным определением от 02.11.2023.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного суда от 09.02.2024 решение от 27.12.2021 отменено, принят новый судебный акт. Признано недействительным соглашение об отступном от 17.05.2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 (75 соток), заключенное между ФИО3 и обществом. Суд обязал ФИО3 возвратить обществу образованные в результате раздела земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:11577, 23:49:0304021:1508, 23:49:0304021:1509, 23:49:0304021:1510, 23:49:0304021:1511, 23:49:0304021:1512, 23:49:0304021:1513, 23:49:0304021:1514, 23:49:0304021:1515, обремененные залогом по договору от 14.09.2022 об ипотеке № НЛК/РЦ8122-176302-301, зарегистрированные за ФИО8, по акту приема-передачи. Суд применил последствия недействительности соглашения об отступном от 17.05.2019 земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 в виде аннулирования записи о регистрации в ЕГРН права собственности ФИО3 на земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:11577, 23:49:0304021:1508, 23:49:0304021:1509, 23:49:0304021:1510, 23:49:0304021:1511, 23:49:0304021:1512, 23:49:0304021:1513, 23:49:0304021:1514, 23:49:0304021:1515. Суд восстановил задолженность общества перед ФИО3 в размере 1 749 819 рублей. Суд также признал недействительным соглашение об отступном от 17.05.2019 земельного участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171, заключенное между ФИО3 и обществом и восстановил задолженность общества перед ФИО3 в размере 8 790 тыс. рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Суд апелляционной инстанции установил, что общество зарегистрировано в качестве юридического лица 10.04.2006, уставный капитал составлял 12 040 рублей. Генеральным директором общества являлся ФИО9, учредителями – ФИО6 с долей 39,51%; ФИО9 с долей 13,2%; ФИО3 с долей 34,23% и ФИО10 с долей 13,06%. В ЕГРЮЛ внесена 10.04.2020 запись об исключении общества в связи наличием сведений о недостоверности. Постановлением апелляционного суда от 08.12.2022 по делу № А32-22765/2022, вступившим в законную силу, признано незаконным решение налогового органа по внесению в ЕГРЮЛ записи от 10.04.2020 ГРН 2202305780455 о прекращении деятельности общества. Апелляционный суд обязал налоговый орган в течение 10 дней со дня вступления постановления в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ФИО6 путем исключения из ЕГРЮЛ записи о прекращении общества. Постановление суда исполнено, общество восстановлено в ЕГРЮЛ, оно привлечено к участию в настоящем деле. Как указывает в обоснование исковых требований ФИО6, обществу принадлежал на праве собственности земельный участок площадью 18 980 кв. м с кадастровым номером 23:49:0000000:600, расположенный по адресу: г. Сочи, Хостинский, ул. Сухумское шоссе. Участок приобретен (приватизирован) обществом по договору, заключенному с муниципальным образованием город-курорт Сочи во исполнение решения Центрального районного суда города Сочи Краснодарского края от 08.05.2018 по делу № 2а-2129/2018, вступившего в законную силу. Согласно акту экспертного исследования от 26.05.2022 № 2605221 рыночная стоимость этого земельного участка по состоянию на 17.05.2019 составляла 451 761 960 рублей, рыночная стоимость одного квадратного метра площади данного участка – 23 802 рубля. В последующем земельный участок с кадастровым номером 23:49:0000000:600 разделен на пять самостоятельных участков с кадастровыми номерами: 23:49:0000000:9405, 23:49:0304021:1171, 23:49:0000000:9406, 23:49:0304021:1172 и 23:49:0304023:1455. Без согласия всех участников общества, без проведения собрания по вопросу о совершении сделок, генеральный директор общества и один из участников общества (ФИО3) заключили 17.05.2019 два соглашения об отступном, во исполнение которых участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 переданы ФИО3 в собственность. В дальнейшем ответчик ФИО3 разделила земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 следующим образом. Земельный участок с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 разделен на 2 участка с кадастровыми номерами: 23:49:0000000:9645 – снят с учета в связи с продажей 04.08.2021; 23:49:0304019:1156 – снят с учета в связи с продажей 09.06.2020. Земельный участок 23:49:0304021:1171 разделен на 2 участка с кадастровыми номерами 23:49:0304021:1176 и 23:49:0304021:1175, которые, в свою очередь, также разделены. Земельный участок с кадастровым номером 23:49:0304021:1176 разделен на участки со следующими кадастровыми номерами: 23:49:0000000:11576; 23:49:0000000:11577; 23:49:0304021:1507 – снят с учета в связи с продажей 17.08.2022; 23:49:0304021:1508; 23:49:0304021:1509; 23:49:0304021:1510; 23:49:0304021:1511; 23:49:0304021:1512; 23:49:0304021:1513; 23:49:0304021:1514; 23:49:0304021:1515. Земельный участок с кадастровым номером 23:49:0304021:1175 разделен на участки со следующими кадастровыми номерами: 23:49:0304021:1502 – снят с учета в связи с продажей 10.11.2022; 23:49:0304021:1503 – снят с учета в связи с продажей 13.11.2022; 23:49:0304021:1504; 23:49:0304021:1505 – снят с учета в связи с продажей 21.03.2023; 23:49:0304021:1505. По сведениям ЕГРН кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 составляет 160 231 125 рублей, а кадастровая стоимость участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171 – 94 649 604 рубля 28 копеек. На основании соглашения об отступном от 17.05.2019, заключенного между обществом (в лице директора ФИО9) и участником общества ФИО3, земельный участок с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 переоформлен на указанного ответчика. Стоимость отступного по соглашению составила 1 749 819 рублей. На основании соглашения об отступном от 17.05.2019, заключенного между обществом (в лице директора ФИО9) и участником общества ФИО3, земельный участок с кадастровым номером 23:49:0000000:1171 также переоформлен на указанного участника. Стоимость отступного по соглашению составила 8 790 тыс. рублей. В соответствии с пунктом 1.2 соглашения от 17.05.2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:1171 (в редакции дополнительного соглашения от 20.05.2019) общество (должник) в счет исполнения обязательств, вытекающих из договора уступки права требования от 25.03.2019, заключенного по договору займа от 19.03.2019 на сумму 8 790 тыс. рублей, предоставляет ФИО3 (кредитор) отступное. Согласно пункту 1.2 соглашения от 17.05.2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 общество (должник) в счет исполнения обязательств, вытекающих из договора уступки права требования от 30.05.2018, заключенного по договорам беспроцентного займа от учредителя от 07.06.2013, 14.10.2015, 01.04.2015 на общую сумму 1 749 819 рублей 72 копейки, предоставляет ФИО3 (кредитор) отступное. По утверждению ФИО6 указанные соглашения являются недействительными. Согласно выпискам из открытых источников (Всероссийская система данных о компаниях и бизнесе «rusprofile») последняя финансовая отчетность (бухгалтерский баланс) предоставлялась обществом в налоговый орган за 2017 год. По данным бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату баланс общества составлял 1 312 тыс. рублей. Стоимость отступного по соглашению составляла 1 749 819 рублей 72 копейки и 3 млн. рублей, что составляет более 25 % балансовой стоимости активов общества. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества является «деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания (код. 6.10)». Деятельностью общества не является реализация (продажа) земельных участков, а также сдача их в аренду иным лицам. Земельные участки, переданные ФИО3 по отступному, являлись единственным активом общества. Стоимость отступного, составляющая 1 749 819 рублей 72 копейки, несоразмерна рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405, которая составляет 160 231 125 рублей, она меньше рыночной стоимости указанного объекта в 90 раз. По второму соглашению стоимость отступного в размере 3 млн. рублей, сделка несоразмерна рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171, которая оставляет 94 649 604 рубля 28 копеек. Необходимого одобрения общего собрания участников общества для совершения данных сделок получено не было. Кроме того, указанные сделки являлись мнимыми сделками, совершенными со злоупотреблением правом, единственной целью которых был вывод актива общества. ФИО6, ссылаясь на то, что оспариваемые сделки, являясь мнимыми и крупными, решение об отчуждении недвижимого имущества не принималось на общем собрании участников общества, сделки совершены в ущерб интересам юридического лица на неблагоприятных для общества условиях, оспорил заключенные ответчиками соглашения об отступном. Истец также просил применить последствия недействительности указанных сделок. Суд апелляционной инстанции при разрешении спора руководствовался положениями статей 166 – 168, 173.1, 174, 181, 195 Гражданского кодекса, статей 8, 45, 46, 78 Закона № 14-ФЗ, статьей 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», пунктом 1.2 Методических указаний о государственной кадастровой оценке, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 07.06.2016 № 358. Учтены правовые позиции, изложенные в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25), от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление от 26.06.2018 № 27). Суд принял также во внимание разъяснения, содержащиеся в совместном постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» и в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.03.2001 № 62 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», а также в Обзоре судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019. Суд исходил из того, что решение об одобрении крупной сделки и сделки с заинтересованностью принимается общим собранием участников общества. Для признания крупной сделки недействительной не требуется доказывать наличие ущерба обществу в результате совершения такой сделки, поскольку достаточно того, что сделка являлась крупной, не была одобрена и другая сторона знала или заведомо должна была знать об этих обстоятельствах. Таким образом, в предмет доказывания по настоящему спору входят обстоятельства, свидетельствующие о том, что сделка являлась крупной, не была одобрена и другая сторона знала или заведомо должна была знать об этих обстоятельствах. Из материалов дела следует, что земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 обществом отчуждены ФИО3 на основании оспариваемых истцом сделок об отступном по цене 1 749 819 рублей 72 копейки и 8 790 тыс. рублей соответственно. Согласно представленному ФИО6 отчету от 29.05.2023 № 23-065 рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 по состоянию на 17.05.2019 округленно составляет 145 890 тыс. рублей. Согласно представленному ФИО6 отчету от 29.05.2023 № 23-067 рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171 по состоянию на 17.05.2019 округленно составляет 126 496 тыс. рублей. В то же время согласно данным бухгалтерского баланса общества на 31.12.2017 балансовая стоимость его активов составляла 1 312 тыс. рублей. После 2017 года бухгалтерская отчетность обществом в налоговый орган не сдавалась, что подтвердили в судебном заседании представители сторон. При этом рыночная стоимость отчужденного имущества, подтвержденная представленными истцом отчетами об оценке, документально не опровергнута ответчиками, которые не доказали, что имущество, аналогичное или сравнимое с имуществом, являвшемся предметом оспариваемых сделок, при сравнимых обстоятельствах действительно могло отчуждаться обществом по цене, указанной в оспариваемых сделках. Существенное различие между ценой данных сделок и рыночной стоимостью имущества свидетельствует о том, что имущество отчуждалось по заведомо нерыночной цене, о чем обе стороны сделки не могли не знать. Кроме того, кадастровая стоимость отчужденных земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171, содержащаяся на сайте kadastr.ktotam.pro, составляет 160 231 125 рублей и 94 649 604 рублей соответственно. То есть кадастровая стоимость спорных объектов (254 880 729 рублей) также превышает 25% балансовой стоимости активов общества, несмотря на фактическое занижение цены имущества. При этом кадастровая стоимость представляет собой наиболее вероятную цену объекта недвижимости, по которой он может быть приобретен исходя из возможности продолжения фактического вида его использования независимо от ограничений на распоряжение этим объектом. Исходя из изложенного, цена отчужденного имущества не соответствует уровню рыночной и кадастровой стоимости, а многократно ниже. Кроме того, согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, размер уставного капитала общества составляет 12 040 рублей, цена сделок об отступном на момент их совершения – 10 539 819 рублей 72 копейки. Поскольку стоимость имущества, переданного по спорным сделкам, превышает 25% балансовой стоимости активов общества, в рассматриваемом случае имеется количественный признак крупной сделки. Имеется также и качественный признак для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку таковые выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности общества и направлены на причинение ему ущерба. Первоначальный земельный участок с кадастровым номером 23:49:000000:600, впоследствии разделенный на пять участков (23:49:0000000:9405, 23:49:0304021:1171, 23:49:0000000:9406, 23:49:0304021:1172, 23:49:0304023:1455), каждый из которых впоследствии также был разделен, являлся основным производственным активом общества. Отчуждение обществом земельных участков, образованных после раздела приобретенного исходного участка, привело к прекращению деятельности юридического лица, что свидетельствует о выходе сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. Следовательно, сделки по отчуждению земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 являются крупными и подлежали одобрению общим собранием участников, которое не проводилось. В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства одобрения спорных следок участниками общества. Представленное уведомление о проведении внеочередного собрания участков общества от 15.03.2019 № 17 и документы о его получении истцом, на которые ссылаются ответчики в подтверждение факта одобрения оспариваемых сделок, апелляционный суд не принял в качестве надлежащего доказательства. Данное уведомление, даже если оно и было получено истцом, само по себе не свидетельствует о том, что собрание, назначенное на 19.04.2019, было проведено, и что на нем были одобрены именно спорные сделки. Протокол внеочередного общего собрания участников общества в материалы дела не представлен. Кроме того, из содержания представленного уведомления следует, что в повестку дня были включены вопросы о выкупе земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:600 и о погашении задолженности перед ФИО3, ФИО9, ФИО11, ФИО10 предоставлением земельных участков в качестве отступного. При этом, какие именно участки предполагались к передаче в качестве отступного в названном документе не указано. Общее собрание участников общества с повесткой дня об одобрении крупной сделки по продаже земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171, в том числе с указанием сторон такой сделки и ее выгодоприобретателей, не проводилось (соответствующие доказательства ответчиками не представлены). Суд апелляционной инстанции не принял доводы ФИО3 об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи с пропуском ФИО6 давностного срока для оспаривания соглашений об отступном. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка. Исключение составляют случаи, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки. При невозможности применения изложенных правил считается, что участник в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад, если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников и не запрашивал информацию о деятельности общества. Оспариваемые истцом сделки совершены ответчиками 17.05.2019. По итогам 2019 года общее собрание участников общества должно было проводиться не позднее 30.09.2020 (пункт 2 части 4 Федерального закона от 07.04.2020 № 115-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части унификации содержания годовых отчетов государственных корпораций (компаний), публично-правовых компаний, а также в части установления особенностей регулирования корпоративных отношений в 2020 году и о приостановлении действия положений отдельных законодательных актов Российской Федерации»). Однако общее собрание общества не проводилось, протокол и иные документы по итогам такого собрания не составлялись, последняя бухгалтерская отчетность сдавалась обществом в налоговый орган в 2017 году. Кроме того, в результате недобросовестных действий генерального директора общества, выразившихся в непредоставлении отчетности в налоговый орган, последним принято решение о предстоящем исключении от 18.12.2019 общества из ЕГРЮЛ. Поскольку с момента опубликования в органах печати истек трехмесячный срок на представление возражений относительно предстоящего исключения, и то, что в течение данного срока налоговому органу не поступали возражения от должностного лица общества, в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении общества от 10.04.2020. Если бы общество не было исключено из ЕГРЮЛ, то о своем нарушенном праве ФИО6 должен был бы узнать не позднее 30.09.2020. Исковое заявление было подано 09.06.2021, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности. Доводы общества и ФИО3 о том, что заключение соглашений об отступном было вызвано тяжелым финансовым положением общества (наличие задолженности по арендной плате, перед кредиторами), сделки имели своей целью восстановление платежеспособности общества, которые совершены на рыночных условиях, отклонены апелляционным судом как противоречащие материалам дела. Кроме того, земельный участок, по сути, являлся единственным существенным активом общества, и его отчуждение исключило возможность осуществления обществом хозяйственной деятельности. Не принят судом и довод ФИО6 о ничтожности (в силу мнимости) оспариваемых сделок, поскольку для признания сделки мнимой необходимо установить, что обе стороны сделки не имели намерения совершать сделку в действительности. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у обеих ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В рассматриваемом споре стороны, совершая сделки об отступном, преследовали именно цель передачи имущества в счет погашения долговых обязательств, исполняли свои обязательства в соответствии с их условиями. Исходя из установленных обстоятельств, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении требований истца о признании недействительными соглашений об отступном, как заключенных ответчиками с нарушением требований закона. Признание недействительными соглашений об отступном влечет применение последствий недействительности указанных сделок в виде приведения сторон в первоначальное положение. Судом установлено, что на земельных участках с кадастровыми номерами 23:49:0304021:1504, 23:49:0304021:1506, образованных в результате раздела участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171, находятся объекты недвижимости, право собственности на которые зарегистрировано за ФИО3 Учитывая, что указанные земельные участки фактически заняты объектами недвижимости ответчика, их возврат в порядке применения последствий недействительности сделки невозможен. ФИО3 обязана возвратить обществу находящиеся в ее владении и обремененные залогом по договору об ипотеке от 14.09.2022 № НЛК/РЦ8122-176302-301 земельные участки 23:49:0000000:11577, 23:49:0304021:1508, 23:49:0304021:1509, 23:49:0304021:1510, 23:49:0304021:1511, 23:49:0304021:1512, 23:49:0304021:1513, 23:49:0304021:1514, 23:49:0304021:1515, образованные в результате раздела участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405. Задолженность общества по заемным обязательствам, уступленная ФИО3 по договору цессии от 25.03.2019 и договору цессии от 30.05.2018 в размере 8 790 тыс. рублей и 1 749 819 рублей соответственно подлежит перед ФИО3 восстановлению. В этой связи записи в ЕГРН, подтверждающие права ФИО3 на возвращаемые в порядке реституции земельные участки, подлежат погашению, а соответствующие требования истца – удовлетворению. Расходы по оплате государственной пошлины отнесены апелляционным судом на ответчиков по правилам статьи 110 Кодекса.

ФИО3 обжаловала постановление от 09.02.2024 в кассационном порядке. Податель жалобы просит указанный акт отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции. Жалоба мотивирована следующим. Вывод апелляционного суда о наличии у оспариваемых истцом сделок об отступном признаков крупной сделки не учитывает разъяснения, содержащиеся в пункте 9 постановления от 26.06.2018 № 27, предусматривающие для квалификации сделки как крупной, одновременное наличие количественного и качественного признаков (критериев). Судом не была достоверно установлена стоимость земельных участков, переданных по соглашениям, оспариваемым истцом, которым надлежащие доказательства, подтверждающие данное обстоятельство не представлены. ФИО3 в материалы дела представлена рецензия от 19.07.2023 № 935 на отчеты от 29.05.20023 № 23-067 и № 23-065, из которой следует, что данные отчеты не соответствуют положениям законодательства об оценочной деятельности. Выводы отчетов о стоимости земельных участков не являются обоснованными и не могут быть признаны достоверными. Ответчик также заявлял, что по договору купли-продажи от 13.02.2019 исходный земельный участок приобретался обществом за 6 763 629 рублей 29 копеек. Исходная площадь земельного участка составляла 18 980 кв. м, тогда как по оспариваемым соглашениям ФИО3 были переданы только части исходного участка (площадью 6 503 кв. м и 7 500 кв. м). Следовательно, стоимость участков, переданных ответчику по соглашениям об отступном, исходя из пропорционального пересчета, составляет округленно 5 млн. рублей. Суд проигнорировал возражения ответчика, как и приведенные им доводы о стоимости участков, а также предоставленную в опровержение отчетов об оценке рецензию, не приведя мотивов отклонения заявленных доводов и оказания предпочтения доказательствам, представленным истцом. Источник сведений о кадастровой стоимости, приведенный судом в постановлении, не является достоверным, и сведения, полученные на указанном им сайте, не могли быть приняты во внимание при установлении судом данного обстоятельства, так как свойством публичной достоверности обладают только сведения ЕГРН. Кроме того, кадастровая стоимость объекта не тождественна его рыночной стоимости, и не может быть использована в обоснование определения стоимости имущества. При этом истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы, от которого он впоследствии отказался. Следовательно, исковые требования не могут быть признаны доказанными. Судом не была достоверно установлена балансовая стоимость активов общества на последнюю отчетную дату перед совершением оспариваемых истцом сделок. Выводы суда о стоимости активов общества являются противоречивыми и не основаны на достаточных и достоверных доказательствах. При этом истцом никаких доказательств в обоснование доводов о размере активов общества представлено не было. Нормативно-правового обоснования сопоставления стоимости имущества ни со стоимостью активов общества на иной предшествующий период, ни с размером уставного капитала общества апелляционным судом в постановлении не приведено. При этом вне зависимости от того, какую суд принимает стоимость активов общества, данный размер активов явно и очевидно не может быть признан достоверным. Суд не учитывал, что в состав активов общества входили также объект недвижимости – здание гостиницы с кадастровым номером 23:49:0304023:1424 и земельные участки, образованные из исходного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:600. Следовательно, ни один из принятых судом вариантов стоимости активов общества не только не является нормативно обоснованным, но и хоть сколько-нибудь близким к достоверному. Вывод апелляционного суда о том, что оспариваемые сделки выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности общества и направлены на причинение ему ущерба, безоснователен и противоречит фактическим обстоятельствам дела. Отклоняя доводы истца о мнимости оспариваемых сделок, суд пришел к выводу, что ответчики преследовали именно цели передачи имущества в счет погашения долговых обязательств, исполняли свои обязательства по договорам в соответствии с их условиями. Наличия у сторон иной воли при заключении сделок, нежели передача имущества в счет долга, судом не установлено. Данные выводы исключают обоснованность ссылок суда на то, что сделки были заключены с целью прекращения деятельности общества. Цели прекращения деятельности общества данные сделки не имели и не могли иметь, поскольку на момент их совершения хозяйственная деятельность обществом была прекращена уже более 2 лет назад. В судебном акте указано, что последним годом, за который обществом была представлена отчетность, является 2017 год, тогда как соглашения об отступном были заключены в мае 2019 года. Последние три года до заключения оспариваемых сделок общество защищало свое право на исходный земельный участок в судебном порядке для погашения за его счет образовавшейся задолженности, в результате чего добилось его выкупа. Переданные ФИО3 земельные участки основным производственным активом общества не являлись, поскольку приобретены за месяц до заключения оспариваемых соглашений. На момент совершения сделок общество не только не вело деятельности, но и не имело ни денежных средств для возобновления деятельности, ни возможности дальнейшего кредитования, ни иного способа погашения накопившейся задолженности. Не учтено судом и то, что для общества эти сделки убытков не повлекли, а напротив, погасили обязательства в двукратном размере по сравнению с расходами на приобретение отступного. Таким образом, при наличии явных свидетельств того, что деятельность обществом прекращена не в результате заключения оспариваемых сделок, а за более, чем два года до их заключения, что не оспаривалось истцом, который и сам в деятельности общества не участвовал, а также при том, что получение займов и погашение их отступным для общества являлось не единичным случаем в деятельности, и при том, что отступное основные активом общества не являлось, на момент совершения сделки не использовалось и уже не могло использоваться для ведения деятельности по определенным в уставе целям, суд проигнорировал эти обстоятельства, ничем не обосновав при этом преодоление презумпции обычного характера сделок, которая истцом не опровергнута. Вывод суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемые сделки от истца скрывались, противоречит материалам дела и фактическим обстоятельствам, следующим из поведения сторон. В материалы дела представлено уведомление от 15.03.2019 № 17 о проведении общего собрания по вопросу одобрения данных сделок. Уведомление, согласно информации об отслеживании почтового отправления 35400014399583, поступило истцу 20.03.2019. Описью вложений подтверждается, что данным почтовым отправлением ФИО6 было направлено именно уведомление о проведении общего собрания по данным вопросам. Ссылка суда на неотражение в бухгалтерской отчетности данных сделок как подтверждение их сокрытия также несостоятельна и противоречит иным установленным судом обстоятельствам. Общество не сдавало бухгалтерскую отчетность с 2017 года, что фактически было обусловлено прекращением обществом ведения какой-либо деятельности. При этом общество не сдавало искаженную отчетность с сокрытием в ней факта совершения оспариваемых сделок,  а  не  сдавало  с  2017  года  никакой  отчетности.  Данные обстоятельства, возникшие задолго до совершения оспариваемых сделок и по иным причинам, ошибочно квалифицированы апелляционным судом как сокрытие от истца оспариваемых сделок. Кроме того, судом дана неверная оценка обстоятельствам, связанным с исключением общества из ЕГРЮЛ на основании решения налогового органа от 18.12.2019 о предстоящем исключении. Данное обстоятельство было вызвано тем, что общество фактически деятельность не вело, с 2017 года отчетность не сдавало, что и привело к его исключению из ЕГРЮЛ. При этом на момент исключения общества из ЕГРЮЛ с момента извещения истца о намерении совершить оспариваемые сделки прошло более года, а с момента фактического их совершения – почти 11 месяцев. Исключение общества из ЕГРЮЛ (10.04.2020) пришлось также на период проведения ежегодного общего собрания участников общества (должно проводиться не позднее 30.04.2020), а уведомление о его проведении истец должен был получить до 31.03.2020. ФИО6, не получивший такого уведомления, являясь участником общества, не мог не проявить должной осмотрительности и не узнать о том факте, что в отношении общества принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ. Однако истец продолжал бездействовать, что свидетельствует о его фактической осведомленности о совершении обществом оспариваемых сделок и отсутствии у него возражений относительно этого обстоятельства. Каких-либо подтверждений того, что единоличный исполнительный орган общества и ФИО3 находились в сговоре с целью сокрытия от истца оспариваемых сделок, истец не представил. Судом сделан ошибочный вывод о «переносе» срока объективной осведомленности истца об оспариваемых сделках на 30.09.2020 в связи с продлением срока проведения годового общего собрания по итогам 2019 года до 30.09.2020. Относящийся к истечению срока проведения очередного общего собрания участников способ исчисления срока исковой давности применяется в случаях, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки. Однако такие обстоятельства в настоящем деле отсутствуют. Судом не были применены разъяснения, содержащиеся в постановлении от 26.06.2018 № 27, об определении момента начала течения давностного срока по требованиям истца. Суд не учел длительное неучастие истца в общих собраниях общества и отсутствие с его стороны попыток получения какой-либо информации о деятельности общества, несмотря на его осведомленность о наличии у общества участка и намерении его раздела и отчуждения. При этом ФИО6 не участвовал в делах общества как минимум с 2017 года, на что сам указывает в иске. Факт уклонения от участия в делах общества и получения соответствующей информации не обусловлен созданием каких-либо препятствий истцу, он связан исключительно с его собственным усмотрением. Истец в деятельности общества не участвовал, за получением информации о такой деятельности не обращался, и при получении уведомления о проведении общего собрания по вопросу заключения оспариваемых им сделок никаких действий по реализации своих корпоративных прав не предпринял, поэтому он считается узнавшим о совершении таких сделок более года назад. Судом апелляционной инстанции при определении момента начала течения давностного срока также не учтено, что о факте заключения и исполнения сделок ФИО6 неизбежно должен был узнать из сведений ЕГРН. Запись о праве собственности общества на исходный земельный участок внесена 05.04.2019 в ЕГРН. Указанный участок перестал существовать в связи с его разделом и образованием новых участков, сведения о которых внесены в ЕГРН 14.05.2019. Спорные земельные участки были отчуждены ФИО3 по оспариваемым сделкам, переход права собственности в ЕГРН зарегистрирован 14.06.2019. Учитывая публичную достоверность и общедоступность сведений ЕГРН, о переходе прав на земельные участки по оспариваемым сделкам, истец должен был узнать после государственной регистрации их в ЕГРН. Судом не дана должная оценка поведению ФИО6 в период с извещения его о предстоящем заключении оспариваемых сделок и до момента обращения в суд, из которого явно следует фактическая осведомленность истца о данных сделках. Фактически ФИО6 был осведомлен о заключении оспариваемых им сделок, равно как и о планируемом их заключении, которое обсуждалось участниками еще в первом квартале 2019 года в целях погашения задолженности по арендной плате и по договорам займа. Участниками было принято совместное решение о выкупе из муниципальной собственности земельного участка и его последующего направления на погашение имеющейся задолженности общества. В принятии и обсуждении этих решений участвовал и ФИО6 Более того, директором общества ФИО9 участникам направлялся список вопросов и предложений по погашению задолженности общества с уведомлением о предложении провести общее собрание. Этим и объясняется столь длительное бездействие истца, который знал о том, что единственным возможным выходом общества из создавшегося положения был согласованный всеми учредителями вариант погашения задолженности. Кроме того, в связи с прекращением существования земельных участков, переданных ФИО3 по оспариваемым соглашениям об отступном, применение последствий недействительности сделок в виде возврата какой-то части из производных земельных участков обществу представляется невозможным. Применение судом последствий недействительности сделок в виде возврата каких-то отдельных земельных участков, не являвшихся предметом оспариваемых сделок, и возникших после ее совершения (в 2022 году), нарушает положения пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса.

От ФИО6 в суд округа поступил (направлен в электронном виде) отзыв на кассационную жалобу. Истец в отзыве указывает, что оспариваемые сделки совершены в ущерб интересам юридического лица, что является условием для признания их недействительными по одному из оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса. При этом суд не связан с правовой квалификацией заявленных требований и вправе признать оспариваемую сделку недействительной в соответствии с подлежащей применению нормой права. Оспариваемые истцом соглашения об отступном от 17.05.2019 совершены ответчиками с явным занижением реальной стоимости отчуждаемого недвижимого имущества. Таким образом, сделки совершены на явно невыгодных для общества условиях. В этой связи суд апелляционной инстанции правильно исходил из того, что оспариваемое соглашения об отступном от 17.05.2019 являются крупными сделками, которые не были одобрены общим собранием участников общества, а также совершены в ущерб интересам юридического лица на неблагоприятных для общества условиях. Также имеет место злоупотребление правом при совершении сделок, которое служит основанием для признания их недействительными (пункт 2 статьи 10, статья 168 Гражданского кодекса) по иску оспаривающего их лица, чьи права или охраняемые законом интересы они нарушают. Стоимость земельных участков по заключенным ответчиками сделкам однозначно превышает 25%. балансовой стоимости активов общества, что подтверждено материалами дела. ФИО3 не представлено доказательств того, что балансовая стоимость активов общества на момент заключения оспариваемых сделок составляла более той, которая указана в балансовом отчете за 2017 год, а именно более 1 312 тыс. рублей. Рыночная стоимость имущества, отчужденного по спорным сделкам, подтвержденная истцом представленными отчетами об оценке не была надлежаще опровергнута ответчиками. Доказательства того, что имущество, аналогичное или сравнимое с имуществом, являвшемся предметом спорных сделок, при сравнимых обстоятельствах действительно могло отчуждаться обществом по цене спорных сделок, ответчиками не представлены. Существенное различие между ценой данной сделки и рыночной стоимостью имущества свидетельствует о том, что спорное имущество отчуждалось по заведомо нерыночной цене, о чем обе стороны сделки не могли не знать. Стоимость отступного несоразмерна рыночной стоимости земельного участка. Кадастровая стоимость земельных участков (59 697 650 рублей) также превышает 25% балансовой стоимости активов общества, несмотря на фактическое занижение ответчиками цены отчуждаемого имущества. Последняя финансовая отчетность предоставлялась обществом за 2017 год, по данным которой баланс составлял 1 312 тыс. рублей. Стоимость отступного по оспариваемым соглашениям составляла более 25% балансовой стоимости активов общества. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества является «деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания (код. 6.10)». Деятельность общества не является осуществления продаж земельных участков, а также сдача в аренду. Земельные участки являлись единственным активом общества, а исходя из представленных в материалы доказательств, цена отчужденного имущества не соответствует уровню как рыночной, так и кадастровой стоимости, а многократно ниже их. Поскольку стоимость имущества, переданного по спорным сделкам, превышает 25% балансовой стоимости активов общества, в рассматриваемом случае имеется количественный признак крупной сделки. Также имеет место и качественный признак для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку они выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности общества и направлены на причинение ему ущерба. Исходный участок с кадастровым номером 23:49:000000:600, впоследствии разделенный на пять самостоятельных участков (с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405, 23:49:0304021:1171, 23:49:0000000:9406, 23:49:0304021:1172, 23:49:0304023:1455), каждый из которых также был разделен, являлся основным активом общества. Отчуждение исходного земельного участка по частям привело к прекращению хозяйственной деятельности юридического лица, что свидетельствует о выходе оспариваемых сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. Следовательно, сделки по отчуждению земельных участков посредством отступного являлись крупными и подлежали одобрению. При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства одобрения данных сделок участниками общества в порядке, установленном законом. Представленное в материалы дела уведомление о проведении внеочередного собрания участков общества от 15.03.2019 № 17 и его получение истцом, не свидетельствует о том, что собрание, назначенное на 19.04.2019, проводилось, и на нем участниками были одобрены спорные сделки. Данное обстоятельство ФИО6 не признавалось, протокол общего собрания участников не представлен. Кроме того, из содержания названного уведомления следует, что в повестку дня были включены вопросы о выкупе земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:600 и о погашении задолженности перед ФИО3, ФИО9, ФИО11, ФИО10 предоставлением земельных участков в качестве отступного. При этом, какие именно земельные участки предполагались к передаче в качестве отступного, в уведомлении не указано. Общее собрание участников общества по вопросу об одобрении сделки по отчуждению земельных участков с указанием, в том числе, сторон сделок и выгодоприобретателей, не проводилось. Несостоятелен также довод о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям. Как следует из материалов дела, оспариваемые сделки совершены 17.05.2019, сторона по которым (общество) из-за недобросовестного поведения генерального директора ФИО9 (также участника общества) была исключена из ЕГРЮЛ 20.04.2020. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по делу № А32-22765/2022 признаны незаконными действия налогового органа по внесению в ЕГРЮЛ записи от 10.04.2020 о прекращении юридического лица. Налоговый орган в течение 10 дней со дня вступления постановления в законную силу обязали устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ФИО6 путем исключения из ЕГРЮЛ записи ГРН 2202305780455 от 10.04.2020 о прекращении общества. На основании данного судебного акта 28.12.2022 из ЕГРЮЛ соответствующая запись налоговым органом исключена. Кроме того, по итогам 2019 года общее собрание участников общества должно было проводиться не позднее 30.09.2020 (пункт 2 части 4 Федерального закона от 07.04.2020 № 115-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части унификации содержания годовых отчетов государственных корпораций (компаний), публично-правовых компаний, а также в части установления особенностей регулирования корпоративных отношений в 2020 году и о приостановлении действия положений отдельных законодательных актов Российской Федерации»). Однако оно в 2019 году не проводилось, протокол и иные документы по итогам собрания не составлялись, последняя бухгалтерская отчетность была сдана обществом в налоговый орган в 2017 году. В бухгалтерской отчетности спорные сделки не отражались, информация о совершенных ответчиками сделках скрывалась. Кроме того, в результате недобросовестных действий генерального директора общества, выразившихся в непредоставлении отчетности в налоговый орган, 18.12.2019 последним принято решение о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ. В связи с отсутствием возражений со стороны руководителя общества относительно предстоящего исключения, налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении общества от 10.04.2020. В связи с обстоятельствами, установленными апелляционным судом при разрешении спора, его вывод об обращении истца в суд за защитой нарушенного права в пределах давностного срока является правильным. Несостоятелен и довод ФИО3 о невозможности применения к спорным правоотношениям последствий недействительности оспариваемых истцом соглашений об отступном в связи с последующим разделом (дроблением) отчужденных по этим соглашениям земельных участков. Особенностью земельных участков как объектов недвижимости служит то обстоятельство, что они являются природными объектами, частью поверхности земли, формирование их границ осуществляется посредством землеустройства. В последующем в отношении таких участков производится государственный кадастровый учет. При образовании новых земельных участков путем перераспределения природный объект не исчезает, меняется лишь описание границ. Изменение учетных записей в системе государственного кадастра, а также изменение данных реестра прав на недвижимость, произведенное по инициативе лица, приобретшего земельный участок на основании недействительной сделки, не влечет исчезновение земельного участка. Это не исключает возможности реституции вновь образованного участка (постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2008 № 16975/07 и от 13.09.2011 № 3413/11).

В судебном заседании, состоявшемся 13.06.2024, представители ФИО3 поддерживали доводы жалобы, уточнили, что просят суд округа отменить судебные акты двух инстанций и направить дело на новое рассмотрение.  

Представитель ФИО6, также представляющий интересы финансового управляющего истца ФИО12, возражал в судебном заседании против доводов жалобы.   

Иные участники спора явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.06.2024 рассмотрение кассационной жалобы ФИО3 отложено. 

От ФИО3 в суд округа поступили возражения на отзыв истца, а 15.07.2024 (направлены в электронном виде) дополнительные пояснения по кассационной жалобе с учетом пояснений представителя ФИО6, которые он дал в судебном заседании, состоявшемся 13.06.2024.  

В суд округа 16.07.2024 от финансового управляющего ФИО6 ФИО13 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное тем, что ФИО12 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6 определением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2024 по делу № А40-168877/2023. Новым финансовым управляющим утвержден ФИО13 В связи с непередачей бывшим финансовым управляющим документов по делу № А32-25923/2021, ФИО13 направлено в суд ходатайство об ознакомлении с материалами дела. В суд округа поступили также: уведомление финансового управляющего ФИО6 ФИО13 об отмене доверенностей, ранее выданных бывшим финансовым управляющим ФИО12; ходатайство финансового управляющего ФИО13 об ознакомлении с материалами настоящего дела.   

В судебное заседание явились представители ФИО3, которые поддерживали доводы жалобы с учетом дополнительно поступивших документов, а также дали пояснения по существу заданных им вопросов. Разрешение ходатайства финансового управляющего ФИО13 об отложении судебного заседания оставили на усмотрение судебной коллегии.     

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.07.2024 ходатайство финансового управляющего ФИО6 об отложении судебного разбирательства удовлетворено, рассмотрение жалобы ФИО3 отложено. 

Определением председателя судебной коллегии Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.08.2024 произведена замена судьи Драбо Т.Н. в связи с нахождением ее в трудовом отпуске на судью Афонину Е.И.

На основании статьи 153.2 Кодекса судебное заседание проведено с использованием системы веб-конференции.

В судебном заседании представители ФИО3 поддерживали доводы кассационной жалобы, просили ее удовлетворить (с учетом уточнения просительной части жалобы).

Представитель финансового управляющего ФИО6 возражал против доводов жалобы, ссылался на соответствие выводов суда апелляционной инстанции нормам материального и процессуального права, а также фактическим обстоятельствам, установленным им при разрешении спора.

Иные участники спора явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Изучив материалы дела, доводы жалобы, отзыва и возражений (дополнений, пояснений), выслушав представителей ФИО3 и финансового управляющего ФИО6, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 10.04.2006, его уставный капитал составлял 12 040 рублей. Генеральным директором общества являлся ФИО9, учредителями – ФИО6 с долей 39,51%; ФИО9 с долей 13,2%; ФИО3 с долей 34,23% и ФИО10 с долей 13,06%.

На основании соглашений об отступном от 17.05.2019, заключенных между обществом и ФИО3, последней отчуждены принадлежащие обществу земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:1171 и 23:49:0000000:9405. Земельные участки переданы в собственность Мурадян в погашение обязательств, вытекающих из договоров уступки права требования от 25.03.2019 и от 30.05.2018, заключенных по договорам беспроцентного займа на общую сумму 10 539 819 рублей 72 копейки.

Налоговым органом 18.12.2019 принято решение о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ по основаниям об имеющимся в наличии ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. После истечения трехмесячного срока на представление возражений относительно предстоящего исключения, в период которого от генерального директора общества ФИО9 возражения не поступили, налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении общества от 10.04.2020.

ФИО6 в июне 2021 года оспорил соглашения об отступном в судебном порядке.

Постановлением суда апелляционной инстанции  от 22.04.2022 производство по делу производство по делу прекращено в связи с тем, что до обращения ФИО6 в суд с иском (09.06.2021) в ЕГРЮЛ в отношении общества внесена запись от 10.04.2020 о прекращении деятельности. Поскольку одна из сторон оспариваемых сделок (общество) исключена из ЕГРЮЛ, спор не может быть разрешен судом по существу, следовательно, имеются основания для прекращения производства по делу, предусмотренные пунктом 5 части 1 статьи 150 Кодекса.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по делу № А32-22765/2022 признано незаконным действие налогового органа по внесению в ЕГРЮЛ записи от 10.04.2020 ГРН 2202305780455 о прекращении общества. Суд обязал налоговый орган в течение 10 дней со дня вступления постановления в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ФИО6 путем исключения из ЕГРЮЛ записи от 10.04.2020 ГРН 2202305780455 о прекращении юридического лица. Данный судебный акт исполнен, в этой связи постановлением апелляционного суда от 27.04.2023 удовлетворено заявление ФИО6 о пересмотре по новым обстоятельствам постановления от 22.04.2022.

Оспаривая заключенные ответчиками соглашения об отступном, истец ссылается на то, что они являются для общества крупными сделками, которые не были одобрены общим собранием участников общества. Эти сделки совершены также в ущерб интересам юридического лица на неблагоприятных (явно невыгодных) для общества условиях. Кроме того, оспариваемые сделки ничтожны в силу мнимого характера совершения их ответчиками.

В силу части 1 статьи 4 Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункты 1, 3 статьи 166, пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса).

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной по указанному основанию (пункт 86 постановления от 23.06.2015 № 25).

Сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса).

Разъяснения по применению положений пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса приведены в пункте 93 постановления от 23.06.2015 № 25, согласно которым указанная норма предусматривает два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее – представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 Гражданского кодекса.

Крупной сделкой является сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом, связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату (пункт 1 статьи 46 Закона № 14-ФЗ).

По правилам пунктов и 4 статьи 46 Закона № 14-ФЗ принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества. Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Как указано в пункте 18 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2019, для признания крупной сделки недействительной не требуется доказывать наличие ущерба обществу в результате совершения сделки. Достаточно того, что сделка являлась крупной, не была одобрена и другая сторона заведомо должна была знать об этих обстоятельствах.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При разрешении спора апелляционный суд установил, что земельные участки с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 обществом отчуждены ФИО3 на основании оспариваемых истцом соглашений об отступном по цене 1 749 819 рублей 72 копейки и 8 790 тыс. рублей соответственно. Согласно представленному ФИО6 отчету от 29.05.2023 № 23-065 рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:9405 по состоянию на 17.05.2019 округленно составляет 145 890 тыс. рублей. Согласно отчету от 29.05.2023 № 23-067 рыночная стоимость участка с кадастровым номером 23:49:0304021:1171 по состоянию на 17.05.2019 округленно составляет 126 496 тыс. рублей. Согласно данным бухгалтерского баланса общества на 31.12.2017 балансовая стоимость его активов составляла 1 312 тыс. рублей. После 2017 года бухгалтерская отчетность обществом в налоговый орган не сдавалась, что подтвердили в судебном заседании представители сторон. Существенное различие между ценой данных сделок и рыночной стоимостью имущества свидетельствует о том, что имущество отчуждалось по заведомо нерыночной цене, о чем обе стороны сделки не могли не знать. Кроме того, кадастровая стоимость отчужденных земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 (254 880 729 рублей) также превышает 25% балансовой стоимости активов общества, несмотря на фактическое занижение цены имущества. Поскольку стоимость имущества, переданного по спорным сделкам, превышает 25% балансовой стоимости активов общества, в рассматриваемом случае имеется количественный признак крупной сделки. Имеется также и качественный признак для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку таковые выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности общества и направлены на причинение ему ущерба. Исходный земельный участок, по сути, являлся единственным существенным активом общества, а его раздел и отчуждение по частям исключили возможность осуществления обществом хозяйственной деятельности, что свидетельствует о выходе сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности юридического лица. Поскольку сделки по отчуждению земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171 являются для общества крупными, они подлежали одобрению общим собранием участников. Однако в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства одобрения спорных следок участниками общества. Общее собрание участников общества с повесткой дня об одобрении крупной сделки по продаже земельных участков с кадастровыми номерами 23:49:0000000:9405 и 23:49:0304021:1171, в том числе с указанием сторон такой сделки и ее выгодоприобретателей, не проводилось. Протокол внеочередного общего собрания участников общества не представлен. Уведомление о проведении внеочередного собрания участков общества от 15.03.2019 № 17 и документы о его получении истцом, на которые ссылается ФИО3 в подтверждение факта одобрения оспариваемых сделок, апелляционный суд не принял в качестве надлежащего доказательства. Данное уведомление само по себе не свидетельствует о том, что собрание, назначенное на 19.04.2019, проводилось, и что на нем были одобрены именно спорные сделки. Кроме того, из содержания представленного уведомления следует, что в повестку дня были включены вопросы о выкупе земельного участка с кадастровым номером 23:49:0000000:600 и о погашении задолженности перед ФИО3, ФИО9, ФИО11, ФИО10 предоставлением земельных участков в качестве отступного. При этом, какие именно участки предполагались к передаче в качестве отступного в названном документе не указано. Суд апелляционной инстанции проверил и отклонил довод ФИО3 о пропуске ФИО6 срока исковой давности для оспаривания соглашений об отступном. Оспариваемые истцом сделки совершены ответчиками 17.05.2019. По итогам 2019 года общее собрание участников общества должно быть проведено не позднее 30.09.2020. Однако общее собрание общества не проводилось, протокол и иные документы по итогам такого собрания не составлялись. Кроме того, в результате недобросовестных действий генерального директора общества, выразившихся в непредоставлении отчетности (последняя бухгалтерская отчетность сдавалась обществом в налоговый орган в 2017 году), последним принято решение от 18.12.2019 о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ. В установленный законом срок для представления возражений относительно предстоящего исключения от руководителя общества не поступили налоговому органу возражения относительно такого исключения, поэтому в ЕГРЮЛ налоговым органом внесена запись от 10.04.2020 об исключении общества. Если бы общество не было исключено из ЕГРЮЛ, то о своем нарушенном праве ФИО6 должен был бы узнать не позднее 30.09.2020. Исковое заявление подано в суд 09.06.2021, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности. Исходя из установленных обстоятельств, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о признании недействительными оспариваемых соглашений, как заключенных ответчиками с нарушением требований закона. Признание недействительными соглашений об отступном влечет применение последствий недействительности указанных сделок в виде возврата обществу ФИО3 земельных участков, образованных из отчужденных по этим соглашениям (за исключением тех, на которых находятся объекты недвижимости, право собственности на которые в ЕГРН зарегистрировано за ФИО3). Задолженность общества по заемным обязательствам, уступленная ФИО3 по договорам цессии от 25.03.2019 и от 30.05.2018 подлежит восстановлению. Записи в ЕГРН, подтверждающие право собственности ФИО3 на возвращаемые в порядке реституции обществу земельные участки, также подлежат погашению.

Кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее (часть 1 статьи 286 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы ФИО14 (о недоказанности ФИО6 заявленных им оснований для признания недействительными заключенных ответчиками соглашений об отступном от 17.05.2019, о пропуске истцом давностного срока по этим требованиям) судом округа не принимаются. Вопреки приведенным ответчиком доводам, суд апелляционной инстанции, исследовав фактические обстоятельства спора и оценив представленные сторонами в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, пришел к обоснованным выводам о наличии (доказанности) оснований для удовлетворения требований, давностный срок по которым истцом не пропущен. При этом апелляционный суд дал надлежащую правовую оценку уведомлению о проведении внеочередного собрания участков общества от 15.03.2019 № 17, а также применительно к совокупности представленных сторонами доказательств не усмотрел необходимости в проведении по делу судебной экспертизы. Судебная коллегия поддерживает эти выводы и полагает, что в данном случае имели место спланированные отдельными участниками (один из которых являлся руководителем) общества совместные действия, направленные на вывод исходного земельного участка как единственного существенного актива юридического лица, который после раздела был отчужден по явно заниженным ценам. Совершением оспариваемых сделок ответчики не преследовали цели восстановления затруднительного финансового положения общества, поскольку не намеревались реализовать приватизированный ранее из публичной собственности земельный участок (его часть) по рыночной цене, многократно превышающей цену приобретения данного участка у муниципального образования город-курорт Сочи. Такие действия, совершенные без одобрения всех участников (без проведения общего собрания участников общества), не могут быть признаны соответствующими закону и не нарушающими прав (интересов) истца (участника общества с долей 39,51%). При этом после заключения соглашений об отступном этими лицами созданы условия для ликвидации общества в административном порядке, а последовавшее за этим прекращение его деятельности по решению налогового органа существенно затруднило ФИО6 возможность оспаривания указанных сделок. Исходя из обстоятельств, установленных судом при разрешении спора (бухгалтерская отчетность в налоговый орган не сдавалась, в ней спорные сделки не отражались, собрание участников не проводилось, недобросовестные действия руководителя общества повлекли исключение в ЕГРЮЛ сведений об обществе), не может быть принят во внимание и довод ФИО3 о том, что об оспариваемых сделках истец должен был узнать после регистрации перехода права собственности в ЕГРН. Довод о фактической осведомленности истца о планируемом заключении ответчиками соглашений об отступном, что обсуждалось ФИО6 с иными участниками общества в первом квартале 2019 года, принявшими совместное решение о выкупе земельного участка и последующего его направления на погашение задолженности общества, несостоятелен. Этот довод не основан на материалах дела, не содержащих ни одного подтверждающего его доказательства. Довод жалобы о невозможности последствий недействительности оспариваемых сделок в связи с прекращением существования (разделом) земельных участков, переданных ФИО3 по соглашениям об отступном, противоречит правовым позициям, сформированным в постановлениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2008 № 16975/07 и от 13.09.2011 № 3413/11. Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, не влияют на обоснованность выводов суда апелляционной инстанции по существу спора. Нормы материального права применены судом правильно, которым исполнена и обязанность по определению обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам спора, они основаны на исследовании материалов дела и им не противоречат. Нарушений норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, приведших к судебной ошибке (часть 3 статьи 288 Кодекса), не выявлено. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Кодекса), также не установлено. В этой связи оснований для отмены апелляционного постановления у суда округа не имеется.

Государственная пошлина уплачена ФИО3 в доход федерального бюджета при подаче кассационной жалобы (платежное поручение от 20.02.2024 № 6126).

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 по делу № А32-25923/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

В.Е. Епифанов

 

Судьи

Е.И. Афонина

 

А.И. Мещерин