№ 09АП-23542/2024

Дело № А40-53886/19

г. Москва

14 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.Г. Ахмедова, 

судей А.А. Комарова, С.А. Назаровой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы бывшего генерального директора ООО «СЕЛТА» ФИО1, конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.02.2024 по делу №А40-53886/19, об (1) отказе в привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности, (2) взыскании с ФИО1 в пользу ООО «СЕЛТА» убытки в размере 35 418 179,48 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СЕЛТА»,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением арбитражного суда от 09.04.2021 ООО «СЕЛТА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждён ФИО2 (член Ассоциации «СРО «МЦПУ», адрес для корреспонденции: 125190, г. Москва, а/я 20). 

В Арбитражный суд города Москвы от 25.10.2021 через канцелярию суда поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО1, АО «СЕЛТА», ФИО9, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «СЕЛТА». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2022 принят отказ конкурсного управляющего ФИО2 от заявления в части привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности, производство по заявлению в указанной части прекращено, в отдельное производство выделено заявление конкурсного управляющего ООО «СЕЛТА» о привлечении АО «СЕЛТА» к субсидиарной ответственности. 

В судебном заседании 09.02.2024 подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО1, ФИО9, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СЕЛТА» (заявленные требования имеются в т. 4 л.д. 79).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.02.2024 (резолютивная часть объявлена 09.02.2024) отказано в привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СЕЛТА» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), взысканы с ФИО1 в пользу ООО «СЕЛТА» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) убытки в размере 35 418 179,48 руб.

Не согласившись с вынесенным судом определением, бывший генеральный директор ООО «СЕЛТА» ФИО1 и конкурсный управляющий ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалоб ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу бывшего генерального директора ООО «СЕЛТА» ФИО1 (с возражениями против ее удовлетворения), который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ (доказательства заблаговременного направления сторонам предоставлены).

В судебном заседании представители конкурсного кредитора ФИО10, конкурсного управляющего ФИО2 доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 поддерживали по мотивам, изложенным в ней. 

Протокольным определением апелляционный суд отказал в приобщении к материалам дела приложений к апелляционной жалобе бывшего генерального директора ФИО1, поскольку нет оснований полагать, что было невозможно приобщить их в материалы дела в суде первой инстанции, или арбитражный суд первой инстанции отказал в их приобщении.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте https://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, полагает, что определение арбитражного суда первой инстанции не подлежит изменению исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Верховным Судом РФ в определении от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2, 3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Вместе с тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности имели место до 01.07.2017, а также после 01.07.2017 при рассмотрении настоящего заявления подлежат применению материальные нормы Закона о банкротстве в той редакции, которая действовала в соответствующий период, процессуальные нормы - по новой редакции.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве (ред. от 18.06.2017) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО1 являлся генеральным директором должника в период с 01.08.2013 до даты введения в отношении должника процедуры внешнего управления, а также членом совета директоров должника, что подтверждается протоколами совета директоров от 24.04.2013 № 1/2023, от 30.07.2013 № 8, приказом о переводе работника на другую работу от 01.08.2013.

Ответчики ФИО9, ФИО4 являлись членами совета директоров должника в 2013 году, что подтверждается протоколами совета директоров от 24.04.2013 № 1/2013, от 30.07.2013 № 8.

При этом не представлено каких-либо сведений либо документов, отражающих, до какого периода ответчики ФИО9 и ФИО4 являлись членами совета директоров.

Суд первой инстанции, исследовав наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации должника его конкурсному управляющему, пришел к следующим выводам.

Согласно пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу п. 3.2 ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94, абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Ответственность, предусмотренная п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, корреспондирует нормам об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, 7, 29 ФЗ «О бухгалтерском учете»), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (п. 3.2 ст. 64, п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Данная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств в части не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Таким образом, к числу обязанностей бывшего руководителя ООО относится обеспечение сохранности всех документов, касающихся его деятельности, а также передача этих документов вновь избранному руководителю.

Из указанного следует, что ответственность за организацию и хранение указанных документов несет руководитель организации.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2019 суд обязал руководителя должника ООО «СЕЛТА» не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Акт приема-передачи представить в суд.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2020 суд обязал руководителя должника ООО «СЕЛТА» в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности внешнему управляющему. Акт приема-передачи представить в суд.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.08.2020 удовлетворено ходатайство внешнего управляющего ФИО2, суд обязал ФИО1 передать внешнему управляющему ФИО2 бухгалтерскую и иную документацию должника, имущество и иные материальные ценности должника, печати и штампы должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2021 суд обязал руководителя, иные органы управления ООО «СЕЛТА» в трехдневный срок передать конкурсному управляющему должника бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

Конкурсный управляющий должника подтвердил получение от ответчика ФИО1 писем от 15.06.2021 и 17.08.2021 о готовности передать документацию и имущества должника, направление в адрес ответчика ответов с указанием даты приёмапередачи документов, на которые ответчик не явился.

Конкурсный управляющий полагал, что ответчик уклоняется от исполнение обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

Согласно пояснениям ответчика ФИО1 после введения в отношении должника процедуры внешнего управления передал всю имеющуюся у него документацию должника и его материальные ценности арбитражному управляющему ФИО2, который от приёма документов отказался ввиду отсутствия помещения для хранения документации. По утверждению ответчика, арбитражный управляющий ФИО2 пояснил ФИО1 о том, что на последнем сохраняется обязанность обеспечить сохранность документов ООО «СЕЛТА».

Между ООО «СЕЛТА» в лице генерального директора ФИО1 (поклажедатель) и ООО «ЭнергоСтройКомплекс» (хранитель) заключён договор хранения от 10.02.2020 № 0102, в соответствии с которым хранитель обязуется принять у поклажедателя оборудование а коробках и бухгалтерские документы, упакованные в коробки и мешки согласно актам приёма-передачи оборудования и документов ООО «СЕЛТА», хранить его в течение установленного договором срока или до востребования на условиях настоящего договора и возвратить оборудование и документы, упакованные в коробки и мешки в сохранности.

Согласно п. 1.3 договора хранения от 10.02.2020 № 0102 хранение имущества осуществляется по адресу: 119119, 

<

...> корпус 1-2-3, комната 11-01.

Передача документации и материальных ценностей на хранение ООО «ЭнергоСтройКомплекс» подтверждается актами приёма-передачи документов и оборудования от 10.02.2020.

Таким образом, ФИО1 как генеральным директором должника обеспечено надлежащее хранение документации и материальных ценностей должника.

Из материалов дела следует, что в целях принудительного исполнения определения суда от 19.08.2020 конкурсным управляющим получен исполнительный лист ФС № 137783427, на основании которого возбуждено исполнительное производство № 120620/21/77035-ИП.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Савеловского ОСП от 01.10.2021 исполнительное производство № 120620/21/77035-ИП окончено в связи с исполнением ФИО1 требований исполнительного листа в полном объёме.

Передача документации и материальных ценностей должника от ответчика ФИО1 в пользу арбитражного управляющего ФИО2 подтверждается подписанными с двух сторон описью передаваемых внешнему управляющему ООО «СЕЛТА» учредительных, бухгалтерских, кадровых, финансовых документов, печати ООО «СЕЛТА», а также актом приёма-передачи документов ООО «СЕЛТА» по дебиторской задолженности ООО «Энергософт ИК».

Данное подтверждает исполнение ФИО1 обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника в полном объёме.

Указанные выше акты не датированы, в связи с чем установить факт просрочки документации не представляется возможным, в том числе в связи с дачей конкурсным управляющим и ответчиком противоречивых показаний.

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на просрочку передачи либо на непередачу части документации, не был лишён возможности при приёме документации и материальных ценностей должника составить соответствующий протокол разногласий.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, заслушав мнение лиц, участвующих в деле, пришел к выводу о том, что ответчиком ФИО1 передана все имеющиеся у него документация и материальные ценности должника арбитражному управляющему ФИО2, факт просрочки передачи не доказан, в связи с чем заявление в указанной части удовлетворению не подлежит.

Суд первой инстанции, исследовав наличие оснований для привлечения ответчиков ФИО1, ФИО9, ФИО4 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о признании ООО «СЕЛТА» несостоятельным (банкротом), пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п. п. 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим должника проведён анализ финансового состояния должника, изложенный в заявлении, в соответствии с которым с 2015 года ООО «СЕЛТА» отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку деятельность общества приносила исключительно убыток, его финансирование осуществлялось за счёт заёмных денежных средств, кредиторская задолженность увеличивалась.

Из протокола собрания участников ООО «СЕЛТА» от 24.04.2013 № 1/2013 следует, что в повестку дня были включены вопросы об утверждении годового баланса общества за 2012 год и об увеличении уставного капитала для покрытия убытка. В протоколе указано, что убыток общества на 2012 год составлял 64 169 тыс. руб.

Вместе с тем, сама по себе сдача бухгалтерского баланса с указанием убытка и наличие такого убытка не свидетельствуют об объективном банкротстве должника.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, из проведённого анализа финансового состояния должника следует, что в период с 2017 года по 2019 год наблюдается рост коэффициентов абсолютной ликвидности, текущей ликвидности, обеспеченности обязательств должника его активами, степени платежеспособности.

Кроме того, из бухгалтерских балансов общества по результатам 2015-2018 годов следует значительное уменьшение убытка общества – с минус 37 843 тыс. руб. до минус 5 099 тыс. руб.

Данные обстоятельства подтверждают принятие контролирующими должника лицами мер по улучшению финансового состояния общества.

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на наличие у должника признаков объективного банкротства с 2015 года, в качестве доказательств представляет только анализ финансового состояния должника, не указывает, какие неисполненные в течение трёх месяцев обязательства перед кредиторами имелись у должника в данный период, не указывает вменяемую дату неисполнения обязанности ответчиков ФИО1, ФИО9, ФИО4 по обращению в суд с заявлением о признании ООО «СЕЛТА» несостоятельным (банкротом), принятие должником на себя новых обязательств перед кредиторами, возникших после даты неисполнения ответчиками ФИО1, ФИО9, ФИО4 обязанности.

Конкурсный управляющий в данной части не указал определенную дату объективного банкротства должника (указание на 2015 год датой не является), не указал, когда контролировавший должника ФИО1 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. Это является недостатком правовой позиции конкурсного управляющего в доказывании обстоятельств привлечения к субсидиарной ответственности, в связи с чем арбитражный суд правомерно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба конкурсным управляющим в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9 и ФИО4 не подавалась, но обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в действовавшей до 30.07.2017 редакции в случае наступления перечисленных в данном пункте обстоятельств возлагалась на руководителя должника, в связи с чем правовых оснований для привлечения членов Совета директоров должника ФИО9 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию не имеется; предусмотренная пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность членов совета директоров принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при неисполнении такой обязанности руководителем введена пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее Закон N 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017.

В связи с этим суд приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим должника не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1, ФИО9, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СЕЛТА» за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о признании ООО «СЕЛТА» несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции, исследовав наличие оснований для взыскания с ответчика ФИО1 убытков, пришел к следующим выводам.

В п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Положениями статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в п.п. 1 и 2 данной статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является установление совокупности условий: факта причинения убытков, наличия причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

Из бухгалтерского баланса должника следует, что по состоянию на 31.12.2019 у должника имелась дебиторская задолженность в размере 108 048 тыс. руб.

Конкурсный управляющий должника полагает, что должнику причинены убытки бездействием ответчика ФИО1, выразившимся в невзыскании дебиторской задолженности должника с дебиторов ООО «Р.В.С», ЗАО «ЦЭСС», ООО «УКиСЭ», ООО «Энергософт ИК».

Ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения заявленных требований, представляет пояснения относительно принятых мер по взысканию дебиторской задолженности должника.

Как следует из материалов дела, ответчиком ФИО1 как руководителем должника приняты следующие меры по взысканию дебиторской задолженности, выраженные в досудебном урегулировании спора путём направления писем и претензий, в последующем по обращению с исковым заявлениями к ЗАО «ЦЭСС», ПАО «Межрегиональная распределительная компания Северного Кавказа», с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Р.В.С».

Данные действия не могли быть признаны судом первой инстанции неразумными и недобросовестными только по тому основанию, что они не принесли положительных экономических результатов. Предпринимательская деятельность имеет рисковый характер и в процессе её осуществления могут возникать обязательства, исполнение которых невозможно в силу тех или иных обстоятельств, финансовых сложностей.

Конкурсным управляющим также не доказано наличие у признанных несостоятельными (банкротами) ЗАО «ЦЭСС», ООО «Р.В.С» имущества, способного удовлетворить требования должника ООО «СЕЛТА».

При этом судом первой инстанции установлено следующее.

Между должником ООО «СЕЛТА» и ООО «УКиСЭ» заключены следующие договоры:

1. Договор от 28.08.2013 № 2013-08/С-3 на поставку оборудования и инжиниринг ПТК ССПИ SELTA, в котором должник выступал поставщиком.

Факт поставки должником оборудования на сумму 32 612 961,11 руб. подтверждается актом от 26.11.2013 № 1/11 осмотра оборудования, актом сверки взаимных расчётов. ООО «УКиСЭ» произвело частичную оплату по договору в размере 14 416 060,82 руб.

Таким образом, размер задолженности ООО «УКиСЭ» перед ООО «СЕЛТА» по договору от 28.08.2013 № 2013-08/С-3 составил 18 196 920,29 руб.

2. Сублицензионный договор от 28.08.2013 № 2013-08ЛС/С-3 на передачу прав на использование специализированного ПО SCADA eXPert, в котором должник выступал сублицензиаром.

Факт исполнения должником обязательств по договору на сумму 9 709 978,17 руб. подтверждается актом приёма-передачи прав от 05.12.2013, актом сверки взаимных расчётов. ООО «УКиСЭ» произвело частичную оплату по договору в размере 2 912 993,45 руб.

Таким образом, размер задолженности ООО «УКиСЭ» перед ООО «СЕЛТА» по сублицензионному договору от 28.08.2013 № 2013-08ЛС/С-3 составил 6 796 984,72 руб.

3. Договор поставки от 10.02.2014 № 01/3/14, в котором должник выступал поставщиком.

Факт исполнения должником обязательств по договору на сумму 1 106 140 руб. поставки подтверждается накладной от 08.08.2014. ООО «УКиСЭ» произвело частичную оплату по договору в размере 331 842 руб.

Таким образом, размер задолженности ООО «УКиСЭ» перед ООО «СЕЛТА» по договору поставки от 10.02.2014 № 01/3/14 составил 774 298 руб.

Общий размер задолженности ООО «УКиСЭ» перед ООО «СЕЛТА» по указанным выше договорам составил 25 768 203,01 руб.

Также между должником ООО «СЕЛТА» (подрядчик) и ООО «Энергософт ИК» (заказчик) заключён договор подряда от 21.10.2013 № ДЭ2-2013.

Факт исполнения должником обязательств по договору подряда на сумму 8 984 559,71 руб. подтверждается справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 30.12.2013, актами приёмки выполненных работ, актом сверки взаимных расчётов. ООО «Энергософт ИК» произвело частичную оплату по договору в размере 3 288 477,58 руб.

Таким образом, размер задолженности ООО «Энергософт ИК» перед ООО «СЕЛТА» по договору подряда от 21.10.2013 № ДЭ2-2013 составил 9 649 976,47 руб.

Ответчик ФИО1 доводы конкурсного управляющего в части бездействия по взысканию с ООО «УКиСЭ» и ООО «Энергософт ИК» задолженности по указанным выше договорам не опроверг, доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ответчика в указанном деянии, не представил.

Суд первой инстанции, установив факт убытков, противоправное деяние, причинно-следственную связь между деянием и причинением убытков, вину ответчика, пришел к выводу о том, что противоправным бездействием ответчика ФИО1, выраженным в непринятии действий по взысканию задолженности с ООО «УКиСЭ» и ООО «Энергософт ИК», должнику причинены убытки в размере 35 418 179,48 руб., обоснованно удовлетворил заявление в указанной части.

Доводы апелляционной жалобу ФИО1 о том, что препятствием для взыскания задолженности явилось отсутствие денежных средств для оплаты государственной пошлины вследствие приостановления операций по расчетным счетам должника в конце 2016 года, подлежат отклонению. Обязательства по возврату задолженностей у ответчиков возникли задолго до периода приостановления операций по расчетным счетам должника, вследствие чего у должника и его руководителя имелся достаточный период времени для обращения в суд. В настоящем случае по вине руководителя должника именно пропущен срок исковой давности для обращения в суд, что апелляционный суд считает существенным обстоятельством для разрешения настоящего спора.

Апелляционный суд отказал в приобщении приложенных ФИО1 к апелляционной жалобе новых доказательств, поскольку арбитражный суд первой инстанции не имел возможности оценить таковые, а невозможность предоставления этих доказательств в суд первой инстанции ответчиком не доказана.

Конкурсный управляющий должника также полагает, что ФИО1 как руководитель должника после введения в отношении должника процедуры наблюдения обязан был произвести сокращение штата работников либо уменьшение заработной платы, вместо этого ответчик ФИО1 выплачивал заработную плату работникам.

Согласно выписке по расчётному счёту должника, открытому в АО Банке «Кузнецкий мост» 26.02.2020 и 27.02.2020 ответчиком ФИО1 произведена оплата задолженности по заработной плате за май-август 2019 года в размере 1 305 000 руб., из которых 425 000 руб. выплачены в пользу ФИО1 как генерального директора должника.

Из штатных расписаний ООО «СЕЛТА» от 01.04.2017, 01.06.2017, 01.07.2017, 01.09.2017 следует, что у должника имелось 17 работников, 13 из которых по совместительству.

Из справки от 14.02.2020, выданной главным бухгалтером ООО «СЕЛТА», следует, что задолженность должника по оплате заработной платы по состоянию на 14.02.2020 составляла 3 939 639,09 руб.

Ответчик ФИО1 указывает, что погашение задолженности по заработной плате перед работниками, возникшей в период с 2017 года по 2018 год, произведено вследствие взыскания с ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Северного Кавказа» денежных средств в размере 1 317 137,11 руб.

В 2019 году заработная плата работникам не начислялась, оплачивалось только пособие по уходу за ребёнком до трёх лет в размере 50 руб. в месяц в пользу ФИО11 В штатном расписании были указаны работники, которые могли быть привлечены к работе, при этом работники были трудоустроены по совместительству и привлекались только при исполнении обязательств по договорам. В период с 25.06.2018 по 01.10.2018 было уволено 12 работников должника.

Из указанного выше следует, что ответчиком приняты меры по сокращению штата работников, при этом в штате были оставлены те сотрудники, которые могли быть привлечены для эффективного исполнения обязательств, вины ответчика либо наличия в действиях должника неразумности либо недобросовестности судом не установлено, в связи с чем заявление в указанной части удовлетворению не подлежит.

Конкурсный управляющий должника также полагает, что ответчиком ФИО1 как руководителем должника причинены убытки вследствие продажи аффилированному с должником лицу ООО «Титроника» электротехнического оборудования, а также заключения с ООО «ЭнергоСтройКомплекс» договора хранения от 10.02.2020.

Как следует из материалов дела, между должником ООО «СЕЛТА» (поставщик) и ООО «Титроника» (покупатель) заключён договор от 12.12.2017 № 12/12-2017, в соответствии с которым должник передал ООО «Титроника» электротехническое оборудование.

Как следует из материалов дела, между должником ООО «СЕЛТА» (поставщик) и ООО «Титроника» (покупатель) заключён договор от 12.12.2017 № 12/12-2017, в соответствии с которым должник передал ООО «Титроника» электротехническое оборудование.

В качестве оплаты за данное оборудование ООО «Титроника» произведены перечисления денежных средств в пользу должника в размере 1 210 080 руб.

Конкурсный управляющий должника указывал, что генеральным директором ООО «Титроника» является бывший главный бухгалтер должника ООО «СЕЛТА».

Вместе с тем, действующее законодательство не содержит запрета на совершение сделок между аффилированными лицами. Сама по себе аффилированность сторон сделки не подтверждает её недействительность.

Факт оплаты ООО «Титроника» спорного оборудования конкурсным управляющим не оспаривается.

Кроме того, ответчик ФИО1 указывает, что в счёт взаимных расчётов ООО «Титроника» оплачивало коммунальные платежи должника на общую сумму 766 982,59 руб. через ООО КБ «Союзный» и ПАО «Сбербанк», что подтверждается выписками с расчётных счетов должника.

В нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ конкурсный управляющий, заявляя о несоответствии стоимости оборудования встречному предоставлению по сделке, не представил каких-либо доказательств, подтверждающих данный довод.

На основании изложенного судом не установлено убыточности заключённого между должником ООО «СЕЛТА» и ООО «Титроника» договора от 12.12.2017 № 12/12-2017, в связи с чем заявление в указанной части удовлетворению не подлежит.

Из материалов дела также следует, что между ООО «СЕЛТА» в лице генерального директора ФИО1 (поклажедатель) и ООО «ЭнергоСтройКомплекс» (хранитель) заключён договор хранения от 10.02.2020 № 0102, в соответствии с которым хранитель обязуется принять у поклажедателя оборудование а коробках и бухгалтерские документы, упакованные в коробки и мешки согласно актам приёма-передачи оборудования и документов ООО «СЕЛТА», хранить его в течение установленного договором срока или до востребования на условиях настоящего договора и возвратить оборудование и документы, упакованные в коробки и мешки в сохранности.

Согласно п. 1.3 договора хранения от 10.02.2020 № 0102 хранение имущества осуществляется по адресу: 119119, 

<

...> корпус 1-2-3, комната 11-01.

Передача документации и материальных ценностей на хранение ООО «ЭнергоСтройКомплекс» подтверждается актами приёма-передачи документов и оборудования от 10.02.2020.

Согласно пояснениям ответчика ФИО1 после передачи документации и материальных ценностей должника временному управляющему ФИО2, последний возвратил их ответчику по причине отсутствия помещения для хранения документации, в связи с чем должником в лице генерального директора ФИО1 заключён указанный выше договор хранения, направленный на надлежащее хранение и обеспечение сохранности документации и материальных ценностей должника.

Суд первой инстанции также отметил, что в силу прямого указания п. 1 ст. 99, ст. 102 Закона о банкротстве внешний управляющий вправе отказаться от исполнения договоров и иных сделок должника.

Договор хранения заключён 10.02.2020. Процедура внешнего управления в отношении должника введена определением суда от 25.02.2020 (резолютивная часть от 17.02.2020). Соответствующий отказ от договора хранения внешним управляющим ФИО2 заявлен не был.

В нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ конкурсный управляющий, заявляя о высокой рыночной стоимости хранения документации на Ленинском проспекте города Москвы, значительной площади помещения для хранения документации, не представил каких-либо доказательств, подтверждающих данные доводы.

На основании вышесказанного судебная коллегия соглашается с судом первой инстанции, что не установлено убыточности заключённого между должником ООО «СЕЛТА» и ООО «ЭнергоСтройКомплекс» договора хранения от 10.02.2020 № 0102, в связи с чем заявление в указанной части удовлетворению не подлежит и заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению в части взыскания с ФИО1 в пользу должника ООО «СЕЛТА» убытков в размере 35 418 179,48 руб.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе указал, что арбитражный суд г. Москвы в определении от 29.02.2024 не дал должной оценки доводам конкурсного управляющего ООО «СЕЛТА» о том, что ФИО1 не были своевременно предприняты меры по взысканию дебиторской задолженности.

В отношении дебиторской задолженности ООО «ЦЭСС» акт сдачи-приемки выполненных работ, из которого возникла задолженность, подписан 10.03.2016, а исковое заявление о взыскании задолженности принято судом к производству 27.01.2017, что с учетом необходимости соблюдения досудебного претензионного порядка в понимании апелляционного суда не является существенной просрочкой и не свидетельствует о том, что бывший директор должника в течение продолжительного периода времени бездействовал, и вследствие этого бездействия возникли основания для причинения убытков должнику.

В отношении дебиторской задолженности ООО «Р.В.С.» апелляционный суд обращает внимание на тот факт, что должник обратился с заявлением о взыскании задолженности в пределах срока исковой давности, бывший директор должника не мог предполагать, что в отношении ответчика будет возбуждено дело о банкротстве. В предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факт нарушения права истца; вина ответчика в нарушении права истца; факт причинения убытков и их размера; причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками. Поэтому апелляционный суд полагает недоказанным обстоятельства вины ФИО1 в причинении убытков конкурсным кредиторам должника в части дебиторской задолженности ООО «Р.В.С.».

Как уже указал суд первой инстанции, из бухгалтерского баланса должника следует, что по состоянию на 31.12.2019 у должника имелась дебиторская задолженность в размере 108 048 тыс. руб. Конкурсный управляющий должника полагает, что должнику причинены убытки бездействием ответчика ФИО1, выразившимся в невзыскании дебиторской задолженности должника с дебиторов ООО «Р.В.С», ЗАО «ЦЭСС», ООО «УКиСЭ», ООО «Энергософт ИК».

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

Суд апелляционной инстанции, также отмечает, что доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении Арбитражным судом города Москвы норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежат.

Таким образом, определение от 29.02.2024 принято Арбитражным судом города Москвы с соблюдением требований ст. 65 АПК РФ и ст. 6 ФКЗ от 28.04.1995 N 1-ФКЗ.

Поскольку содержание апелляционных жалоб бывшего генерального директора ООО «СЕЛТА» ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО2 обусловлено несогласием с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания иной оценки выводов суда первой инстанции и отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушение норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 29.02.2024 по делу №А40-53886/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                                 А.Г. Ахмедов

Судьи:                                                                                                                      А.А. Комаров

                                                                                                                      С.А. Назарова