ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-147637/18-54-795

21 ноября 2018 г.

г. Москва

                                                                                                                                   

Резолютивная часть решения объявлена 20 ноября 2018 г.

Полный текст решения изготовлен 21 ноября 2018 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судьи Голоушкиной Т.Г.

при ведении протокола секретарем судебного заседания  ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании 

дело по иску  Общества с ограниченной ответственностью "ОПТИГАЗ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "ФЕНИКС КОНТАКТ РУС" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третье лицо: Конкурсный управляющий ООО "Оптигаз" ФИО2

о взыскании 19  496 989 руб. 11 коп. 

в заседании приняли участие: 

от истца: не явились;

от ответчика: ФИО3 по дов. № 110 от 28.05.2018 года.

от третьего лица: не явились.        

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "ОПТИГАЗ" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением Обществу с ограниченной ответственностью "ФЕНИКС КОНТАКТ РУС" о взыскании убытков в виде упущенной выгоды  размере 15 073 113 руб. 09 коп.,  разницы между фактически уплаченными денежными средствами  ООО «Оптигаз» вследствие не предоставления ООО «Феникс Контакт Рус»  с 16.03.2017 года скидок на товары, предусмотренные  условиями договора поставки № 5625-0187/17 от 09.01.2017 года и договора о партнерстве № 5625-0187/2017 от 09.01.2017 года и дополнительным соглашением № 1 от 09.01.2017 года в размере 4 018 352,70 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 405 523,32 руб.

 К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Москве.

  Определениями Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2018 года в удовлетворении заявления ФИО4 и ФИО5 о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отказано. 

    Дело рассматривалось в отсутствие представителя третьего лица, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в порядке, предусмотренном ст. 156 АПК РФ.

             Представитель истца поддержал заявленные требования по доводам искового заявления.

   Представитель ответчика против удовлетворения заявленных требований возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Суд, заслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, пришел к следующим выводам.

           Как следует из материалов дела, 09.01.2017 года между ООО «Феникс Контакт РУС» и ООО «ОПТИГАЗ» были заключены Договор о партнерстве № 5625-0186/2017, включая Дополнительные соглашения № 1 и №2 к нему от 09.01.2017, являющиеся его неотъемлемой частью, и Договор поставки № 5625-0187/2017.  

Согласно п.1.1. договора поставки продавец (ответчик) продает, а покупатель (истец) покупает изделия для энергетических систем и систем автоматики.

           Согласно пункту 1.2. договора поставки номенклатура, количество и цена продукции указываются в счетах, выставленных продавцом покупателю.

           Истец указывает, что два данных договора (поставки и о партнерстве),  взаимосвязаны между собой  и являются договорами поставки.

           Письмом от 15.03.2017 № 218 ООО «Феникс Контакт РУС» уведомило истца  об одностороннем  расторжении Договора о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09.01.2017 и Договора поставки № 5625-0187/2017 от 09.01.2017 с 14 апреля 2017 г.  и прекратило исполнение обязательств по указанным договорам. Истец с 14.04.2017 года был отключен  от системы электронных заявок, 16.03.2017 были изменены существенные условия вышеуказанных договоров, в результате чего выставляемые с 15 марта 2017 г. счета не учитывали специальные скидки на базовые цены, предусмотренные Дополнительным соглашением № 1 от 09.01.2017 г., и   которые по устной договоренности с Истцом фактически предоставлялись последнему в период  09 января - 15 марта 2017 г.

          Истец, посчитав действия ответчика по расторжению договоров не соответствующими действующему законодательству и условиям заключенных договоров, обратился в суд.

         Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2017 года по делу № А40-123557/17-138-1170, вступившим в законную силу 15.02.2018 года, суд признал действующими договор о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09.01.2017 и договор поставки № 5625-0187/2017 от 09.01.2017.

Полагая, что в результате действий ответчика, Общество не получило доход, который мог быть получен при надлежащем исполнении договора поставки, Истцом заявлен иск о взыскании упущенной выгоды и процентов за пользование чужими денежными средствами.

 В обоснование предъявленных требований истец указывает, что пунктом 2.2.6. договора о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09.01.2017 предусмотрено, что Истец обязуется обеспечить общий объем закупок по продукции Феникс Контакт до 31 декабря 2017 года не менее 100 000 000 руб.

         Пунктом 3.4. договора о партнерстве установлено, что объем продаж за квартал рассчитывается как 25% годового плана. 

           Согласно акта сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.03.2017 г., ООО «Феникс РУС» было передано ООО «ОПТИГАЗ» (закуплено) продукции на сумму 48 293 ,61 руб. 

         В связи с этим, за 1 квартал 2017 г. выручка ООО «ОПТИГАЗ» от реализации купленных товаров ООО «Феникс Контакт РУС», с учетом НДС, составила 53 685 057 руб. 

         С учетом изложенного, доход, как разница между ценой закупки и ценой продажи ООО «ОПТИГАЗ» при реализации товара в рамках исполнения договора поставки № 5625-0187/2017 от 09 января 2017 года и Договора о партнерстве № 5626-0186/2017 от 09 января 2017 года с ООО «Феникс Контакт РУС» составила за 1 квартал 5 024 371,03 руб., или 10,404% от цены закупки.

          Таким образом, ожидаемый доход (упущенная выгода), основываясь на результатах хозяйственной деятельности ООО «ОПТИГАЗ» за 1-й квартал 2017 года, составил бы, если бы Ответчик в одностороннем порядке не отказался от дальнейшего исполнения обязательств по Договору поставки, за 2-4 кварталы 2017 года (доход, как разница между ценой закупки и ценой продажи ООО «ОПТИГАЗ» за 1 квартал 5 024 371,03 руб. Х 3 квартала) = 15 073 113,09 руб.

          В обоснование требования о возмещения убытков в связи с изменением существенных условий договора поставки и взыскания разницы между фактически оплаченными денежными средствами ООО «ОПТИГАЗ» вследствие не предоставления ООО «Феникс Контакт РУС» с 16 марта 2017 г. скидок на товары, предусмотренных условиями вышеуказанных договоров, Истец указывает следующее.

          В соответствии с п. 3.1 договора поставки, базой для определения цены продукции является предоставляемый покупателю в электронном виде Прайс-лист Феникс Контакт РУС на 2017 год.

         Согласно условиям договора о партнерстве, на базовую цену продукции, указанную в прайс-листе, распространялись скидки, указанные в дополнительном соглашении № 1 от 09.01.2017 г.

          В связи с этим, в период 09 января - 15 марта 2017 г. по устной договоренности между сторонами, не смотря на оговорку в Дополнительном соглашении № 1 к договору о партнерстве, Ответчик предоставлял продукцию с учетом указанных скидок.

          После уведомления ООО «ОПТИГАЗ» об одностороннем расторжении Договора о партнерстве с 16 марта 2017 года ООО «Феникс Контакт РУС» в/выставляемых счетах не учитывал специальные скидки на базовые цены. 

          В период с 16 марта по 15 апреля 2017 года Истцом был оплачен товар по 6 выставленным  счетам (№ 599301, № 599496, № 599885, № 700234, № 700107, № 700182) без ранее предоставляемых скидок.

          Таким образом, сумма излишне уплаченных денежных средств составила 4 018 352 руб. 70 коп.

   Направленная истцом в адрес ответчика претензия от 21.03.2017 года  с требованием о возмещении убытков, оставлена без удовлетворения.

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно ст. 393 ГК РФ возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также их размер в соответствии со ст. 15 ГК РФ.

Требуя возмещения реального ущерба и упущенной выгоды, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

  В пункте 14 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

 Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер.

  В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, судом установлено, что после признания договора поставки № 5625-0187/2017 от 9 января 2017 года и договора о партнерстве № 5625-0186/2017 от 9 января 2017 года действующими истец не обращался к ответчику с требованиями о возобновлении поставки товара, что свидетельствует о незаинтересованности истца в приобретении у ответчика товара.

          Истцом не представлено доказательств приготовления к поставке продукции, которую он планировал приобретать у ответчика.

          Кроме того, отсутствуют подписанные и исполненные между сторонами (истцом и его контрагентами) договоры поставки товара, которую истец закупал у ответчика. 

          Истец документально не подтвердил, что им предполагалась поставка продукции своим контрагентам, приобретенная именно у ответчика.

 Ссылка на обстоятельства дела № А40-123557/2017-138-1170 не является надлежащим доказательством неисполнения или ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, которые привели к возникновению у истца упущенной выгоды.

         Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

  Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статьи 393.1, пунктов 1 и 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

  В указанном случае убытки в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой возмещаются соответствующей стороной независимо от того, заключалась ли другой стороной взамен прекращенного договора аналогичная (замещающая) сделка. Если в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения таких убытков и тогда, когда замещающая сделка им не заключалась (пункт 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

          Требований на основании статьи 393.1 ГК РФ истцом не заявлено, доказательств заключения замещающей сделки не представлено.

          С учетом необходимости со стороны истца совершения действий по уменьшению (минимизации) причиненного ущерба, истцом не представлено доказательств совершения действий по исполнению своих обязательств перед контрагентами.

          Согласно п. 1.1 приложения № 1 к договору о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09 января 2017 года, партнер (истец) предлагает Продукцию исключительно под названиями, указанными Феникс Контакт, с сохранением товарных знаков и отметок об авторском праве, и передает своим покупателям всю необходимую для использования Продукции информацию и документацию. 

          Из представленных истцом договоров поставки  не следует, что данным покупателям предполагалась к поставке продукция «Феникс Контакт». Также это не следует из представленных истцом оборотно-сальдовых ведомостей и актов сверки. Иных допустимых доказательств истцом не представлено.

  Доказательств объективной невозможности исполнения своих обязательств перед контрагентами за счет приобретения продукции у иного поставщика (производителя) материалы дела не содержат.

         Довод истца о том, что Общество было отключено ответчиком от системы электронных заявок также не находит документально подтверждения. 

         Обязанность ответчика по предоставлению такого доступа условиями вышеуказанных договоров не преудсомтрена. В любом случае, истец не был лишен возможности направить заявки иным доступным способом (по телефону, факсу, электронной почтой, почтой).

          Согласно п. 3.1 договора поставки, заказ на поставку принимается к исполнению после получения письменного (электронным или факсимильным письмом) подтверждения Заказа, от официально уполномоченного Покупателем представителя. 

         Следовательно, истец не был лишен права направить заказ способами, указанными в указанном пункте договора поставки.

Как следует из положений договора поставки № 5625-0187/2017 от 9 января 2017 года заказ продукции осуществляется путем направления истцом ответчику соответствующих заявок, которая подлежит подтверждению со стороны ответчика, последующим выставлением ответчиком истцу счета, подготовки товаров к поставке. 

         Однако Истцом не представлено доказательств направления ответчику заявок в отношении продукции, которую он впоследствии планировал поставить в адрес своих контрагентов.

  Учитывая отсутствие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками, оснований для удовлетворения требования истца о взыскании убытков  в размере 15 073 113,09 руб. не имеется.

           Требование истца о взыскании с ответчика убытков в виде разницы между фактически уплаченными истцом денежными средствами вследствие непредоставления ответчиком с 16.03.2017 года скидок на товары в размере 4 018 352,70 руб., суд также считает не подлежащим удовлетворению, поскольку обязательство по предоставлению скидки на товары, приобретаемые истцом условиями договора поставки № 5625-0187/2017 от 09.01.2017, договора о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09.01.2017 года не предусмотрено.

         Согласно п. 3.2 договора о партнерстве на базовую цену продукции, указанную в прайс-листе, распространяются скидки, изложенные в приложении № 1 к настоящему говору, которое является его неотъемлемой частью. 

         Согласно п. 3.3 договора о партнерстве, указанные в Приложении № 1 скидки предоставлены Партнеру авансом из счета запланированных параметров, указанных в договоре и приложениях Договора. 

        Партнер для решения локальных задач по продвижению продукции, имеет право письменно запросить дополнительную скидку или проектные (специальные) цены. Такие дополнительные или проектные скидки подлежат подтверждению со стороны Продавца (п. 3.7 договора о партнерстве).

        Однако в материалах дела отсутствуют письменные запросы истца о предоставлении скидки, согласование ответчиком указанных в исковом требовании скидок также документально не подтверждено.

        Скидки, предусмотренные в приложении № 1, на которое ссылается п. 3.2 договора партнерстве, распространяются на определенную продукцию (графа «наименование группы») и рассчитаны на основе плана продаж по указанным продуктовым линейкам.

         Истцом не представлено доказательств того, что приобретенные товары входят в указанную группу товаров.

        Отчеты о продажах товара согласно Приложения № 2 к договору о партнерстве № 5-0186/2017 от 09 января 2017 года истом не представлялись.

         В соответствии с п. 1 дополнительного соглашения № 1 к договору о партнерстве № 5625-0186/2017 от 09 января 2017 года стороны договорились о необходимости предоставления специальных скидок на базовые цены согласно таблице для ООО «Оптигаз» на поставки компонентов кампаниям согласно приложению № 3 Договора о партнерстве. 

          Указанное приложение № 3 в материалах дела отсутствует и сторонами договора о партнерстве не подписывалось. 

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

           Учитывая изложенное, требование истца о взыскании разницы между фактически уплаченными денежными средствами  ООО «Оптигаз» вследствие не предоставления ООО «Феникс Контакт Рус»  скидок на товары в размере 4 018 352,70 руб. удовлетворению не подлежит.

          Истцом заявлено требование о взыскании с Ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.03.2017 года по 21.06.2018 года в размере 405 523 руб. 32 коп. вследствие непредставления ответчиком скидок на товары, предусмотренные условиями договора поставки № 5625-0187/2017 от 09.01.2017 года, договора о партнерстве № 5625-0186/2017 года от 09.01.2017 года.

          В силу п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

            Поскольку требование истца о взыскании процентов в размере 405 523, 32 руб. является акцессорным (дополнительным) по отношению к основному требованию, правовых оснований для его удовлетворения у суда не имеется.

           Кроме того, убытки, предусмотренные статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и сами проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, относятся к мерам гражданско-правовой ответственности, вследствие чего, проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут начисляться на какие-либо денежные суммы, представляющие собой ответственность.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь ст.ст. 9, 65, 66, 71, 102, 110, 121, 123, 156, 167-171, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Т.Г. Голоушкина