ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

25.06.2019                                                                              Дело № А41-28742/16

 

Резолютивная часть постановления оглашена 19 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 июня 2019 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей – Кручининой Н.А., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 10.03.2017;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 

на определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2019,

вынесенное судьей Колисниченко Е.А.,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019,

принятое судьями Муриной В.А., Катькиной Н.Н., Терешиным А.В.,

по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительной сделки, применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 27.09.2016 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.07.2017 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2017 финансовым управляющим должника утвержден ФИО6

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным заключенного между должником и ФИО3 договора дарения от 15.10.2013 земельного участка, категория земель – земли населенных пунктов, площадью 1 210 кв.м, кадастровый номер 50:09:0010103:545, жилого дома, площадью 159,20 кв.м, кадастровый номер 50:09:0110103:1948, расположенных по адресу: Московская обл., Солнечногорский р-н, с. Алабушево, ул. Пушкина, 13б; а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 рыночной стоимости объектов недвижимости в общей сумме 11 260 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.01.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019, указанное заявление финансового управляющего должника удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании представитель должника доводы кассационной жалобы поддержал.

4Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, финансовый управляющий должника указывает, что в ходе проведения анализа документов, полученных по запросам финансового управляющего, было установлено, что должник являлся собственником 22 объектов недвижимого имущества.

Ссылаясь на то, что в результате заключения спорного договора дарения произошло уменьшение размера имущества должника при наличии большой кредиторской задолженности, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что договор дарения является недействительной сделкой, в результате ее заключения был причинен вред как самому должнику так и его кредиторам, поскольку из собственности должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, за счет которого могли быть погашены требований кредиторов, сделки, совершены сторонами, в том числе, со злоупотреблением правом.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 10 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 30.04.2009 № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию, в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ, составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела, такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25)).

Как усматривается из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 10 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127, если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168ГК РФ).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем, судами отмечено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) подано в арбитражный суд 27.05.2016, принято к производству 06.06.2016.

Оспариваемая сделка совершена 15.10.2013, то есть менее чем за три года до принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Следовательно, оспариваемая сделка совершена должником в период подозрительности.

Как указал финансовый управляющий должника, в период с 2008 года по 2013 год должник являлся собственником 22 объектов недвижимого имущества.

Должником 17 объектов недвижимого имущества было отчуждено заинтересованным лицам (мать и сын) в период с октября 2013 года по январь 2015 по аналогичным сделкам.

На дату заключения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства по договору займа, заключенному с ФИО7 на сумму 23 202 232 руб. со сроком возврата в марте 2012, что впоследствии было подтверждено решением Зеленоградского районного суда от 18.11.2014, включенные в реестр требований кредиторов должника определением от 20.03.2017.

При этом, дата вынесения Зеленоградским районным судом решения от 18.11.2014 о взыскании с должника суммы займа не имеет значения, поскольку обязательства по его возврату, исходя из условий договора, возникли в марте 2012 года, но в установленные соглашением сроки должником не исполнялись.

Кроме того, на дату заключения сделки дарения у должника имелись, в том числе, непросроченные обязательства по договорам займа от 26.03.2013 № 2013/17 и от 04.04.2013 № 2013/18, заключенным с обществом с ограниченной ответственностью «ВИКо» на общую сумму 51 500 000 руб., со сроком возврата 25.03.2016 (определение о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника от 05.06.2017).

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелась просроченная задолженность перед ФИО7 на сумму 23 202 232 руб., которая не погашалась должником и обязательства, вытекающие из договоров займа, заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «ВИКо» на общую сумму 51 500 000 руб.

Упомянутые обстоятельства были установлены в рамках настоящего дела постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2018, оставленными без изменения постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 04.02.2019 и 20.01.2019.

При этом, к доводам о том, что дату совершения оспариваемой сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности, являясь индивидуальным предпринимателем, вел активную предпринимательскую деятельность, своевременно платил налоги и с получаемых доходов, которые в период за 2012-2014 годах составили 62 569 123 руб., суды отнеслись критически, поскольку имея доход в указанной сумме, должник, тем не менее, не исполнял свои обязательства, в том числе, по договору займа, заключенному с ФИО7 на сумму 23 202 232 руб., срок возврата которого - март 2012 года, а с 2013 года предпринимал действия по отчуждению всего принадлежащего ему недвижимого имущества, имея обязательства, вытекающие из договоров займа, заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «ВИКо» на общую сумму 51 500 000 руб.

Суды также отметили, что по смыслу пункта 1 статьи 572 ГК РФ, договор дарения является безвозмездной сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 423 ГК РФ, безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Следовательно, ввиду того, что в результате совершения сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, после заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился.

Из владения должника выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу и за счет реализации которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии.

По смыслу абзаца 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии являются родители, дети, дедушки, бабушки и внуки.

На основании договора дарения от 15.10.2013 вышеуказанное имущество было передано в дар ответчику, являющемуся сыном должника.

Таким образом, должник и ответчик, являются родственниками по прямой нисходящей линии, а, следовательно, заинтересованными лицами, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Поскольку на момент осуществления оспариваемой сделки, в связи с недостаточностью денежных средств, должником не исполнялись денежные обязательства по договору займа в полном объеме, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Суд первой инстанции пришел к поддержанному судом апелляционной инстанции выводу о том, что оспариваемая сделка совершена на безвозмездной основе, при наличии неисполненных денежных обязательств по вышеупомянутым договорам займа с лицом, которое состояло в родственных отношениях с должником, соответственно, имеются основания полагать, что оспариваемый договор был направлен на отчуждение активов должника, на который возможно было обратить взыскание, то есть с целью причинить имущественный вред кредиторам., то есть, со злоупотреблением правом.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, само по себе наличие на момент совершения оспариваемой сделки иного имущества у должника, не свидетельствует об отсутствии неисполненных денежных обязательств перед третьими лицами, равно как и о возможности должника рассчитаться с кредиторами, то есть о его платежеспособности.

При этом, в период с октября 2013 года по январь 2015 года, должником было отчуждено по аналогичным сделкам 17 объектов недвижимости, принадлежащих ему на праве собственности, что также свидетельствует о злоупотреблении правом.

Принимая во внимание изложенное, имеется совокупность оснований для признания оспариваемого договора недействительным применительно к статье 10 ГК РФ.

При этом, суды признали ошибочными доводы о пропуске срока исковой давности на обращение в суд с рассматриваемым заявлением по следующим основаниям.

По мнению должника и ФИО3, срок исковой давности необходимо исчислять с 29.09.2016, то есть с даты оглашения резолютивной части решения об утверждении ФИО4 финансовым управляющим должника.

Между тем, из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что арбитражный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе, такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника.

Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Под надлежащим предъявлением в арбитражный суд требования о признании недействительным договора понимается подача заявления с соблюдением правил о форме и содержании такого заявления, а также других положений процессуального закона и Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 28.02.2012 № 15935/11).

Как профессиональный участник конкурсного производства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок.

Действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок и трехгодичного для ничтожных сделок.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

На основании части 1 статьи 200 ГК РФ, течение исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом, срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Заключенные до 01.10.2015 сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, с целью причинить вред кредиторам, оспариваются на основании статьи 10 ГК РФ в рамках дела о банкротстве гражданина.

Как отмечалось ранее и следует из разъяснений пункта 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе, такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, 10 ГК РФ.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную юридическую возможность, узнать о нарушении права, а также с моментом когда у него появилось право оспаривать сделки.

Изложенный вывод соответствует правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в частности в определении Верховного суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225.

Течение срока исковой давности не могло начаться ранее даты получения информации о совершении должником ряда сделок, то есть выписки из ЕГРП, датированной 30.03.2017 и полученной не ранее указанной даты предыдущим управляющим ФИО4

Из системного толкования пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве следует, что гражданин-должник обязан хранить и предоставлять финансовому управляющему любую информацию (в том числе подтверждающие ее первичные документы) о составе/месте нахождения своего имущества, сделках с этим имуществом, совершавшихся в течение трех лет до даты подачи заявления о признании гражданина несостоятельным (банкротом), а также иные, имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения.

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов (пункт 42 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление от 13.10.2015 № 45).

При этом, материалы дела не содержат доказательств того, что должник, действуя добросовестно, с момента вынесения решения 27.09.2016 передал финансовому управляющему информацию, в том числе, о совершенных им сделках.

Таким образом, о совершенной сделке первоначально утвержденный финансовый управляющий мог узнать только из выписки из ЕГРП в отношении спорного имущества, то есть не ранее 30.03.2017.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2017 финансовым управляющим должника утвержден ФИО6

Рассматриваемое заявление подано в суд 02.11.2017 (посредством сдачи в канцелярию суда), то есть в пределах срока исковой давности (3 года).

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Имущество по оспариваемой сделке отчуждено в пользу третьего лица – ФИО8

Поскольку спорное имущество отчуждено в пользу третьего лица, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 11 260 000 руб.

Указанная стоимость спорного объекта недвижимости была определена в Заключении эксперта № 127-09/18 по результатам проведения судебной экспертизы.

Упомянутое заключение не оспорено надлежащими доказательствами по делу.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11.01.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 по делу № А41-28742/16 - оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов 

 

Судьи:                                                                                             Н.А. Кручинина

 

                                                                                                   Л.В. Михайлова