ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

02.10.2023                                                                                 Дело № А40-233597/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25.09.2023

Полный текст постановления изготовлен 02.10.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Дербенева А.А., Уддиной В.З.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 18.09.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023

о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу ФИО3 в общем размере 3 813 596,82 руб., и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Каскад-Телеком», 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2022 ЗАО «Каскад-Телеком» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2023 отказано в удовлетворении заявления о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу ФИО3 в общем размере 3 813 596,82 руб., и применении последствий недействительности сделки.

            Суд первой инстанции исходил из непредставления заявителем достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

            Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2023 отменено, заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

            Не согласившись с принятым судебным актом суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебный акт суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе судебный акт суда первой инстанции.

            В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал кассационную жалобу по указанным в ней доводам.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

            В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 5 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

            сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

            Наличие указанных презумпций дает возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

            В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

            При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

            Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

            В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

            В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

            Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

            Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации») (далее – Постановление № 25).

            В пункте 10 информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

            Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

            При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

            Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

            наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

            наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

            наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

            Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

            Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5)).

            При наступлении обстоятельств невозможности дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам, добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

            Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

            Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

            Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

            При этом если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

            Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

            Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 Постановления № 25).

            Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

            Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

            Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

            При оценке действий по возврату приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования судам не следует ограничиваться установлением факта оформления отношений в качестве заемных, не проанализировав обстоятельства, касающиеся их действительной правовой природы (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5)).

            Как верно указано судом апелляционной инстанции, оспариваемые сделки совершены в трехлетний период, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 с 26.05.2003 являлся генеральным директором должника, и с 26.05.2003 участником должника (95% доли в уставном капитале), то есть он, напрямую являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, обладал полной информацией о финансовом положении должника на момент совершения оспариваемых платежей.

            При этом оспариваемые платежи были осуществлены ФИО1 от имени должника в свою пользу. В частности, в качестве основания платежей, совершенных 25.09.2018, 01.11.2018, 07.11.2018 и 21.11.2018 на сумму 1 128 295,09 руб., указано «Возврат денежных средств (финансовая помощь на возвратной основе единственного акционера ЗАО «Каскад-Телеком»)».

            С учетом назначения спорных платежей суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО5, являющийся мажоритарным участником и генеральным директором должника, предоставлял должнику финансовую помощь на возвратной основе подконтрольному обществу.

            Первичных документов в обоснование предоставления финансовой помощи, как и объяснений необходимости ее предоставления, ответчиком в материалы дела представлено не было.

            При этом суд апелляционной инстанции верно указал, что возврат финансирования, как и выплата дивидендов осуществлены при уже возникших обязательствах перед иными кредиторами, требования которых  включены  в реестр требований  кредиторов должника.

            Суд апелляционной инстанции также правомерно учел, что обстоятельства совершения сделок в обычной хозяйственной деятельности не имеют правового значения при оспаривании сделок по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в пользу заинтересованного лица.

            Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий в обоснование наличия у должника неплатежеспособности в период осуществления оспариваемых перечислений ссылался на следующие обстоятельства.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2021 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Томаск» в размере 26 811 928 руб., подтвержденное решением Арбитражного суда города Москвы от 30.09.2019 по делу № А40-115552/2019, которым  установлена дата возникновения задолженности 19.06.2017.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2021 требование АО «НИИВЦ «Контакт» в общем размере 9 489 712,26 руб. включено в реестр требований кредиторов должника, подтвержденное вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 10.06.2020 по делу №А41-13868/2020, которым установлена просрочка исполнения должником своих обязательств в 2017 году.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2022 произведена процессуальная замена Министерства обороны Российской Федерации на правопреемника ИФНС России № 16 по городу Москве, признано обоснованным требование ИФНС России № 16 по городу Москве к должнику и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 633 902,68 руб. – основной долг, 218 279,21 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, с учетом положений пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

            Основанием задолженности являлось обращение Министерства обороны Российской Федерации с требованием, основанного на неисполнении должником условий контрактов, заключенных между сторонами, а именно в отсутствии оплаты по процентам за пользование чужими денежными средствами в общей сумме 218 279,21 руб., а также на сумму основного долга 633 902,68 руб., что подтверждалось вступившим в законную силу определение Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2015 по делу № А40-11318/2014.

            Более того, согласно данным ФССР РФ о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах к моменту осуществления платежей, в отношении должника имелись два исполнительных производства, возбужденных 15.12.2016,  о взыскании денежных средств в пользу ГУ ПФР № 6 по г. Москве и Московской области.

            С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности конкурсным управляющим должника наличия совокупности оснований для признания сделки по перечислению денежных  средств (25.09.2018, 01.11.2018, 07.11.2018, 21.11.2018, 07.11.2018) недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Кроме того, суд апелляционной инстанции правомерно установил наличие оснований для квалификации перечисления от 05.10.2017 в размере 1 033 693,73 руб. (перечисление  дивидендов за 2016  год,  решение  единственного акционера от 14.06.2017 № 3) недействительной сделкой применительно к  статье 10  ГК РФ, поскольку оно привело к выбытию из конкурсной массы должника ликвидного имущества и причинило вред имущественным правам кредиторов.

            Доводы ФИО1 обоснованно подлежали отклонению, поскольку в случае несовершения спорных платежей, он получил бы удовлетворение своих требований (возврат финансовой помощи, выплата дивидендов) с учетом  положений пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

            Также обоснованно признан судом апелляционной инстанции несостоятельным довод об отсутствии задолженности перед налоговым органом, поскольку  требования  включены  в  реестр требований  кредиторов, и сведения об их погашении отсутствовали.

            Доводы заявителя кассационной жалобы об отсутствии основания для признания недействительным платежа от 05.10.2017 недействительной сделкой согласно положениям статьи 10 ГК РФ подлежат отклонению с учетом совершения данного платежа за пределами трехлетнего периода подозрительности до даты возбуждения производства по делу о банкротстве и соответствии выводов судов правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5).

            В связи с изложенным суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 АПК РФ.

            Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. 

            Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов первой и апелляционной инстанций и были ими обоснованно отклонены.

            Иная оценка заявителем установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023 по делу № А40-233597/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                         А.А. Дербенев

 

                                                                                     В.З. Уддина