ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-14531/2016

04 декабря 2017 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  28 ноября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 декабря 2017 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей  Краецкой  Е.Б., Шаровой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-13844/2017) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Статус» ФИО2, (регистрационный номер  08АП-14755/2017) ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 12 сентября 2017 года по делу №  А70-14531/2016 (судья Целых М.П.) о взыскании с ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Статус» убытков в размере 725 000 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Статус» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО3 – представитель ФИО4, по доверенности № 72АА 1328494 от 27.11.2017, сроком действия один год,  

 

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.11.2016 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Арктика» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Статус» (далее - ООО «Статус»,   должник).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 02.05.2017 (резолютивная часть от 25.04.2017) в отношении ООО «Статус» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО2.

Информация об открытии в отношении должника процедуры опубликована в официальном издании «Коммерсантъ» №88 от 20.05.2017.

31.05.2017 конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о взыскании с ФИО3 в пользу должника денежных средств (убытков) в размере 5 929 100 руб.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 12 сентября 2017 года по делу №  А70-14531/2016 заявленные требования удовлетворены частично. С ФИО3 в конкурсную массу ООО «Статус» взысканы убытки в размере 725 000 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Статус» ФИО2, ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда первой инстанции.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «Статус» ФИО2 настаивает на взыскании с ФИО3 убытков в полном объеме – в размере 5 929 100 руб. Указывает, что, несмотря на вынесение определения суда от 20.04.2017 об удовлетворении ходатайства временного управляющего об истребовании документов должника, до настоящего времени ФИО3 не передал конкурсному управляющему документы должника, материальные ценности, печати, штампы. Кроме того, ФИО3 получил со счета должника наличные денежные средства, назначение платежа - на хоз.расходы, на общую сумму - 5 929 100 руб. Документов, подтверждающих расходование денежных средств в интересах ООО «Статус», или возвращения денежных средств на счет должника ответчиком не предоставлено. Как полагает конкурсный управляющий, указанные денежные средства были присвоены ФИО3, что повлекло убытки предприятия и привело к банкротству. Своими действиями ФИО3 причинил ущерб кредиторам ООО «Статус». Конкурсный управляющий считает необоснованными выводы суда первой инстанции о том, что, являясь единственным участником ООО «Статус», ФИО3, даже действуя недобросовестно, не мог причинить убытки обществу (самому себе), до момента появления у ООО «Статус» лиц, перед которыми не были выполнены обязательства. Настаивает на том, что отождествление личности ФИО3 с обществом, неверно, не соответствует законодательству и сложившемуся деловому обороту. Кроме того, вывод суда о том, что моментом появления у ООО «Статус» обязательств перед кредиторами является начало 2016 года, ошибочен и не соответствует материалам дела. Так, база по налогу на добавленную стоимость сформировалась в 4 квартале 2015 года. Если исходить из логики суда, моментом появления у ООО «Статус» обязательств перед кредиторами следует считать не начало 2016 года, а 01.10.2015 по операциям на общую сумму 2 870 000 руб. При этом податель жалобы указывает, что ни в законодательстве, ни в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» нет указаний на то, что датой возникновения убытков необходимо считать дату возникновения задолженности перед кредиторами.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывает, что все необходимые документы, подтверждающие расходование денежных средств в интересах ООО «Статус», имеются. Авансовые отчеты и приложенные к ним первичные документы прилагаются ФИО3 в суд апелляционной инстанции, так как не могли быть представлены в суд первой инстанции. Так, корреспонденция от конкурсного управляющего в адрес ФИО3 была направлена по прежнему месту регистрации последнего: г. Тобольск, мкр. 10, д. 45, кв. 23, хотя ФИО3 снят с регистрационного учета по данному адресу 28.03.2017. По фактическому адресу проживания и регистрации ФИО3 - г. Тобольск, мкр. 9, д.11, кв.124, заявление конкурсного управляющего о взыскании не приходило. Доказательств фактического получения ФИО3 указанного заявления и прилагаемых к нему документов, не представлено. Со ссылкой на судебную практику, податель жалобы указывает, что отсутствие в распоряжении арбитражного суда надлежащих доказательств фактического адреса регистрации лица, с которого просят взыскать убытки, на дату обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением влечет за собой безусловную отмену по процессуальным основаниям вынесенного судебного акта.

В письменном отзыве на жалобу ФИО3 конкурсный управляющий указывает, что ФИО3 представлены копии авансовых отчетов с 24.01.2016 по 27.06.2016 с копиями первичных документов на общую сумму 725 370,04 руб. Вместе с тем представленные копии документов не являются надлежащими доказательствами, подтверждающими реальность хозяйственных операций, выполняемых ФИО3 от лица ООО «Статус». 

Конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО3 не передал конкурсному управляющему документы должника, материальные ценности, печати, штампы. Документация должника представляется в материалы ФИО3 исходя из его личных интересов в деле, в объемах, определяемых самим ответчиком. Конкурсный управляющий ФИО2 лишен возможности оценить хозяйственную деятельность должника в совокупности. Отсутствие всех документов должника не позволяет проверить обоснованность апелляционной жалобы, ввиду того, что, к примеру, указанные в расходных документах материалы, такие как, геоткань, труба, профтруба, круг алмазный универсальный, электроды, скотч малярный, замок навесной, саморезы по металлу, кисть, валик меховой, лампа накаливания, совок для мусора, щетка плоская, мешок п/пропиленовый, уголок, квадрат, штукатурка гипсовая, клей для плитки, клей обойный, лист металлический, эксцентрик для смесителя, бумага наждачная, перчатки х/б, вентилятор, решетка вентиляционная, скоба для укладки ламината, пенополистерол, строительная тележка, кабель, поликарбонат сотовый, профилированный лист, арматура, сетка рабица, лопата штыковая и др. могли использоваться ФИО3 в личных целях. У конкурсного управляющего нет документов, которые бы позволили ему установить, что данные расходы осуществлялись для конкретных нужд должника (строительства или ремонта конкретного объекта).

Кроме того, в рамках проверки конкурсным управляющим копий представленных ФИО3 оправдательных документов, было установлено, что ответчиком в обоснование своей позиции представлены документы, оформленные якобы от организаций, с которыми ООО «Статус» имело договорные отношения. Так, в частности, ФИО3 представлены товарный и кассовый чеки ИП ФИО5 ИНН 

<

***> от 24 января 2016 года (авансовый отчет №23 от 24.01.2016); товарный чек и кассовый чек №3521 от 26 января 2016 года ООО «Компания ССК» ИНН 

<

***> (авансовый отчет №23 от 24.01.2016). Вместе с тем, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, по состоянию на 26.11.2017 года, ИП ФИО5 31.10.2014 прекратила деятельность. Реестр юридических лиц не содержит сведений об ООО «Компания ССК» ИНН 

<

***>. Таким образом, надлежащих доказательств того, что полученные денежные средства были использованы ответчиком на удовлетворение нужд общества, материалы дела не содержат.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО3 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просила его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. Представитель поддержала ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. 

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ рассмотрел апелляционные жалобы в их отсутствие.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»  при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, суд должен определить, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Таким образом, уважительной причиной непредставления доказательства может являться только такое обстоятельство, которое не зависит от самого заявителя.

Риск последствий несовершения процессуальных действий, в том числе по доказыванию своих доводов и возражений, лежит на стороне, их не совершившей (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Кроме того, согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. 

Согласно части 3 и 4  статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Лица, участвующие в деле, вправе ссылаться только на те доказательства, с которыми другие лица, участвующие в деле, были ознакомлены заблаговременно.

Дополнительные доказательства в обоснование возражений на заявление конкурсного управляющего ФИО3 суду первой инстанции не представил.

Невозможность представления доказательств обоснована тем, что заявление о взыскании убытков им получено не было.

Как следует из материалов дела, в заявлении о взыскании убытков в качестве адреса ФИО3 указан адрес: 626150, 

<

...>. По указанному адресу ответчику направлена копия заявления (т. 4 л.д. 48). 

Копия определения суда от 07.06.2017 о назначении судебного заседания,  направленная ФИО3 по этому адресу,  возвращено в связи с истечением срока хранения (т. 4 л.д. 53).

Согласно ответу УМВД России по Тюменской области от 17.07.2017 № 43/6/68-1909 гр. ФИО3 зарегистрирован по месту жительства с 28.03.2017 по адресу: г. Тобольск, мкр. 9, д.11, кв.124.

Копии определения суда от 26.07.2017 об отложении судебного заседания направлены ФИО3 по двум указанным выше адресам и возвращены в связи с истечением  срока  хранения (т. 4 л.д. 76, 77).

Как разъяснено в статье 165.1 Гражданского кодекса РФ, пункте 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. 

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. 

Исходя из пункта 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25, статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Сам ФИО3 в жалобе указал адрес места жительства: г. Тобольск, мкр. 9, д.11, кв.124.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что этот же адрес является адресом места нахождения ООО «Статус», единственным участником которого является ФИО3 

В свою очередь, заявление конкурсного управляющего было направлено ООО «Статус» по адресу: г. Тобольск, мкр. 9, д.11, кв.124.

Со своей стороны, мер, направленных на получение как адресованной ему лично, так и адресованной обществу корреспонденции, ФИО3 не предпринял. Объективных причин невозможности получения корреспонденции по адресу места регистрации не обосновал и не раскрыл.

В связи с чем он необоснованно ссылается на ненадлежащее уведомление о настоящем обособленном споре.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что, если ответчик не явился за получением копии судебного акта арбитражного суда, данное обстоятельство свидетельствует о надлежащем его извещении судом о времени и месте судебного заседания.

Оснований для перехода к рассмотрению заявления по правилам рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

Определениями от 07.06.2017, 03.07.2017, 26.07.2017 суд первой инстанции неоднократно предлагал ФИО3 представить письменный отзыв и документы в обоснование расходования денежных средств.

Однако пояснения в отношении разумности и целесообразности действий по получению денежных средств с расчетного счета должника ФИО3 суду не даны, соответствующие доказательства не представлены.

Поскольку ФИО3 после вынесения обжалуемого судебного акта изменил (дополнил) свою собственную аргументацию, которую он был обязан раскрыть до вынесения судебного акта, суд не вправе приобщать к делу данные дополнительные доказательства, так как это будет являться грубым нарушением принципа состязательности. 

Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 АПК РФ).

Поведение ФИО3 по представлению дополнительных доказательств  после вынесения определения суда и только в целях опровержения сделанных судом выводов является поведением недобросовестным  (часть 2 статьи 41 АПК РФ). 

Уважительной причины непредставления доказательства ФИО3 суду апелляционной инстанции не обосновал и не подтвердил.

Тем более, что в отношении него как в отношении руководителя должника ранее было вынесено определение о передаче документов должника арбитражному управляющему, которое им не исполнялось и не исполнено до настоящего времени.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что в силу статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно части 3 этой же статьи не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В данном случае, удержав у себя документацию, не передав ее конкурсному управляющему, ФИО3 грубо нарушил закон.

Такая документация не может быть использована в целях установления фактических обстоятельств по делу, поскольку представлена в качестве доказательства с нарушением требований закона (минуя конкурсного управляющего и от лица, незаконно ее удерживающего).

Использование представленных доказательств в качестве доказательств применительно к части 3 статьи 64 АПК РФ запрещено.

Как верно указал конкурсный управляющий, при уклонении от передачи всей документации, бывший руководитель не вправе ссылаться и предоставлять документацию в объеме, который определяется им по своему усмотрению, поскольку только передача документации в целом позволяет оценить достоверность и правильность ведения бухгалтерского учета, в том числе в части расходования полученных от должника денежных средств на нужды должника. Сами нужды должника могут быть  определены только на основании достоверной бухгалтерской документации.

В такой ситуации, оснований для приобщения к материалам дела дополнительных доказательств, представленных ФИО3 только суду апелляционной инстанции, не имеется. В удовлетворении ходатайства о приобщении доказательств судом апелляционной инстанции отказано.

Изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзыва конкурсного управляющего, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого определения исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО3 является единственным учредителем (участником) ООО «Статус». Решением единственного участника № 1 ФИО3 также назначен на должность директора ООО «Статус» 21.04.2014. 

Правовым основанием заявленного требования конкурсный управляющий указал пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 года, статью 277 ТК РФ.

На основании абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), в ходе конкурсного производства, внешнего управления может быть подано конкурсным управляющим, внешним управляющим, учредителем (участником) должника, а в ходе конкурсного производства также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ (в редакции, действующей на дату совершения сделки) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В настоящее время действует статья 53.1 ГК РФ, посвященная ответственности лиц, уполномоченных выступать от имени юридического лица.

То есть данные нормы регулируют возмещение корпоративных убытков, вытекающих из корпоративных отношений (статья 65.2 ГК РФ).

В Постановлении от 04.12.2012 N 8989/12 по делу N А28-5775/2011-223/12 Президиум ВАС РФ указал, что принцип свободы договора (статья 421 Гражданского кодекса) расширяет возможности оптимизации деятельности взаимосвязанных юридических лиц по перераспределению между ними имущества (ресурсов). При этом не нарушаются права и интересы третьих лиц - кредиторов дочернего и основного обществ, так как их интересы защищаются положениями законодательства о банкротстве (об оспаривании сделок, совершенных в преддверии банкротства), а также нормами об ответственности лиц, имеющих право давать обязательные указания юридическому лицу и т.п. Положения Гражданского кодекса, запрещающие дарение между коммерческими организациями, направлены на защиту интереса участников юридического лица - дарителя в том, чтобы отчуждение имущества, принадлежащего этому юридическому лицу, осуществлялось за эквивалентное встречное предоставление. Однако при передаче имущества от дочернего общества основному (и наоборот) интересы миноритарных участников обществ, которые могут быть ущемлены такими сделками, защищаются специальными положениями законодательства о хозяйственных обществах (например, о праве требовать выкупа акций или приобретения обществом доли или части доли в уставном капитале, об одобрении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность участников хозяйственного общества).

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам (акционерам).

При этом, юридическое лицо, требуя возмещения корпоративных убытков, действует в интересах участников (акционеров).

Институт и механизм взыскания корпоративных убытков, несмотря на то, что убытки взыскиваются в пользу юридического лица, имеет целью защиту интересов его участников (акционеров), которые с помощью корпоративных отношений структурируют свое имущество особым образом путем обособления имущества и создания самостоятельного юридического лица, в том числе в целях ограничения своей имущественной ответственности.

Как уже было сказано выше, интересы кредиторов законодателем защищаются не с помощью института возмещения корпоративных убытков, а с помощью механизмов, предусмотренных нормами Закона о банкротстве (оспаривание сделок, привлечение к субсидиарной ответственности, возмещение убытков, причиненных нарушением Закона о банкротстве в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

То есть, для восстановления прав кредиторов предусмотрен специальный способ защиты права - в порядке предъявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности.

Способы защиты прав для корпоративных отношений в этом случае конкурсным управляющим использованы быть не могут.

Исходя из процессуальной позиции конкурсного управляющего заявление подано им  на основании статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ.

Однако доводов о нарушении корпоративных прав действиями (бездействием) ответчика, который в спорный период сам являлся единственным участником и исполнительным органом общества, не приведено. 

Требование о возмещении убытков  с лица, в интересах которого законом установлен механизм возмещения корпоративных убытков, противоречит существу защищаемого интереса, принципам частного права.

По общему правилу, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Поэтому подмена субсидиарной ответственности контролирующих лиц в деле о банкротстве полным возмещением с этих же лиц убытков с помощью института возмещения корпоративных убытков, приводит к тому, что законное ограничение ответственности контролирующих лиц субсидиарным пределом нивелируется.

Поскольку в целях восстановления и защиты интересов конкурсных кредиторов предусмотрен специальный способ защиты прав - привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В данном случае размер истребуемых убытков существенно превышает размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника.

При этом взыскание убытков с контролирующего лица не препятствует привлечению его же к субсидиарной ответственности.

Поэтому взыскание убытков в таких обстоятельствах может  привести к удвоению размера обязательств контролирующего лица без законных оснований, в отсутствие защищаемого интереса в таком объеме,  не говоря уже о нарушении законного ограничения субсидиарного предела ответственности.

В то же время, независимо от того, как при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование исходя из фактических обстоятельств, на которые указывает заявитель. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. И наоборот.

В настоящем обособленном споре конкурсный управляющий заявил о взыскании с бывшего руководителя должника — ФИО3 убытков в размере 5 929 100 руб.

В качестве основания заявленного требования указаны непередача ФИО3 конкурсному управляющему документов должника, материальных ценностей, печатей, штампов, а также снятие расчетного счета должника в период с 07.11.2014 по 23.05.2016 наличных денежных средств в общей сумме 5 929 100 руб. с назначением «хоз.нужны» в отсутствие оправдательных документов.

То есть, в настоящем споре конкурсным управляющим, по существу, раскрыты обстоятельства наличия презумпции для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации.

При этом само по себе снятие денежных средств на хозяйственные нужны не является действием неправомерным до тех пор, пока неправомерная цель совершения этих действий не раскрыта.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

То есть, Законом о банкротстве также предусмотрен специальный способ защиты права - в порядке предъявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Как следует из заявления, ссылаясь на непередачу бывшим руководителем ООО «Статус» ФИО3 документов (в том числе, по снятию с расчетного счета должника наличных денежных средств на сумму 5 929 100 руб.), материальных ценностей, печатей и штампов, конкурсный управляющий в сущности ставит вопрос о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим в обоснование заявленных требований приведена презумпция субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу статьи 6 АПК РФ законность при рассмотрении дела арбитражным судом обеспечивается правильным применением законов и иных нормативных правовых актов. При принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу (часть 1 статьи 168 АПК РФ).

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168 АПК РФ арбитражный суд не связан с правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование, исходя из фактических правоотношений. Поэтому суд вправе по своей инициативе изменить правовую квалификацию исковых требований, поскольку это не изменяет фактического основания и предмета иска, а также не влияет на объем исковых требований.

При наличии доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства по делу, необходимые для применения иной нормы права, чем та, на которую ссылается истец, суд может самостоятельно применить необходимую норму. В таком случае он не выходит за пределы заявленных требований, поскольку основывается лишь на тех обстоятельствах, на которые ссылается истец.

Иное толкование норм процессуального права (допущение возможности отказа в иске по формальному основанию - в связи с применением истцом нормы, не подлежащей применению) противоречит основной задаче судопроизводства - защите нарушенного права (статья 2 АПК РФ).

Таким образом, выбор подлежащей применению нормы права и, как следствие, правовая квалификация взыскиваемой суммы осуществляется судом исходя из обстоятельств конкретного спора.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции рассматривает заявленное конкурсным управляющим требование как требование о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего  обстоятельства:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо – это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Как следует из материалов дела, ФИО3 является единственным учредителем (участником) ООО «Статус». Решением единственного участника № 1 ФИО3 также назначен на должность директора ООО «Статус» 21.04.2014. 

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества.

ФИО3 вплоть до утверждения конкурсного управляющего являлся единоличным исполнительным органом общества.

Доказательств прекращения отношений ФИО3 и общества до признания должника банкротом и утверждения конкурсного управляющего в деле нет.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу разъяснений, данных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам частей 4 и 6 – 12 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В определении об их истребовании суд указывает, что они должны быть переданы арбитражному управляющему; в случае неисполнения соответствующего судебного акта суд вправе выдать исполнительный лист, а также наложить на нарушивших свои обязанности лиц штраф (часть 9 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.04.2017 на директора ООО «Статус» ФИО3 возложена обязанность передать временному управляющему - ФИО2 копии документов (сведений) ООО «Статус» согласно перечню.

Факт уклонения ФИО3 от передачи временному управляющему бухгалтерской и иной документацию должника установлен и не подлежит доказыванию в настоящем споре (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Как указал конкурсный управляющий, определение суда до настоящего времени не исполнено, первичные документы бухгалтерского учета должника, материальные ценности бывшим руководителем должника ФИО3 конкурсному управляющему не переданы.

В деле нет доказательств, подтверждающих то, что ФИО3 передавал конкурсному управляющему первичные документы бухгалтерского учета должника или то, что он не мог этого сделать по не зависящей от него причине.

Представитель ФИО3 пояснила, что считает вопрос передачи документации не относящимся к данному обособленному спору о взыскании убытков, заявила, что ФИО3 собирается передать документацию в будущем.

В данном случае сбор и реализация конкурсной массы из-за отсутствия документации существенно затруднены, поскольку   ФИО3 забрал у должника денежные средства на сумму, существенно  превышающую размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника и при этом активы, приобретенные на эти денежные средства, в конкурсную массу не переданы, сведений о доходах от расходования денежных средств у управляющего также нет.

По смыслу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (с учетом презумпции непередачи документации)  привлечение к субсидиарной ответственности осуществляется не только, если действия ответчика привели к возникновению признаков банкротства, но и тогда, когда действия (бездействие) субсидиарного должника привели к невозможности погашения требований кредиторов. 

Поэтому основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации имеются.

По общему правилу размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Между тем, с учетом приведенной нормы, размер субсидиарной ответственности   конкурсный управляющий не обосновал и не раскрыл.

Заявленная ко взысканию сумма - 5 929 100 руб. рассчитана в размере наличных денежных средств, снятых ФИО3, с расчетного счета должника, и к совокупному размеру требований кредиторов должника отношения не имеет.

Иного из материалов дела не следует.

В такой ситуации вопрос о размере субсидиарной ответственности не может быть разрешен судом апелляционной инстанции.

В силу шестого абзаца пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, признав доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Статус», суд апелляционной инстанции направляет вопрос о размере и о приостановлении производства по вопросу о размере привлечения к ответственности на рассмотрение в суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Тюменской области от 12 сентября 2017 года по делу №  А70-14531/2016 подлежит изменению, апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «Статус» ФИО2 – частичному удовлетворению. 

Апелляционная жалоба ФИО3 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьей 271, пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении апелляционной жалобы (регистрационный номер  08АП-14755/2017) ФИО3 отказать.

Апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-13844/2017) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Статус» ФИО2 удовлетворить частично.

определение Арбитражного суда Тюменской области от 12 сентября 2017 года по делу №  А70-14531/2016 (судья Целых М.П.) о взыскании с ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Статус» убытков в размере 725 000 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Статус» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>), изменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Статус».

Вопрос о размере и о приостановлении производства по вопросу о размере привлечения к ответственности направить на рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области (в суд первой инстанции).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Е.Б. Краецкая

Н.А. Шарова