ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-62-49, 8 (8692) 54-74-95

 E-mail: info@21aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А83-19699/2017

24 марта 2021 года

город Севастополь

Резолютивная часть постановления объявлена 18.03.2021.

В полном объёме постановление изготовлено 24.03.2021.

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Тарасенко А.А., судей Евдокимова И.В., и           Колупаевой Ю.В.,

при ведении протокола и аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела №А83-19699/2017 в суде первой инстанции

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: распорядитель имущества общества с ограниченной ответственностью «Витмет»  в лице арбитражного управляющего ФИО3; ФИО4; общества с ограниченной ответственностью «Агентство корпоративной безопасности»; ФИО5 и ФИО6, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым; общества с ограниченной ответственностью «Таврида»; акционерного общества «ВТБ БАНК»; общества с ограниченной ответственностью «Стройстандарт»; общества с ограниченной ответственностью «Симситилайт»; общества с ограниченной ответственностью «Мувиком»; общества с ограниченной ответственностью «Каштак»; общества с ограниченной ответственностью «Ваш консультант»; общества с ограниченной ответственностью «Империя тепла»; индивидуального предпринимателя ФИО7; индивидуального предпринимателя ФИО8; индивидуального предпринимателя ФИО9; общества с ограниченной ответственностью «Аликон» и общества с ограниченной ответственностью «ТК «Пеппелл», общества с ограниченной ответственностью «Харвест Лимитед», акционерного общества «Банк ВТБ» (в качестве представителя кредиторов в деле о банкротстве ООО «Витмет»), общества с ограниченной ответственностью «Мастер Консалтинг Рент»

о государственной регистрации права собственности,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Витмет» 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 

о признании недействительным договора

при участии в судебном заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО10, представитель по доверенности от 27.08.2020;

от распорядителя имущества общества с ограниченной ответственностью «Витмет»  в лице арбитражного управляющего ФИО3 – ФИО11, представитель по доверенности от 29.09.2020 №924;

от Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым – ФИО12 - представитель по доверенности от 11.01.2021 №07/01/4441;

от ФИО4 – ФИО13, представитель по доверенности от 03.03.2020 №318;

от общества с ограниченной ответственностью «Мастер Консалтинг Рент» - ФИО14, представитель по доверенности от 02.03.2021;

от общества с ограниченной ответственностью «Империя тепла»: директор, ФИО15, выписка из ЕГРЮЛ от 18.03.2021; ФИО16, представитель по доверенности от 17.03.2021; ФИО17, представитель по доверенности от 17.03.2021

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 ФИО2 (далее – предприниматель, ФИО2) обратилась в арбитражный суд с иском к иностранному юридическому лицу государства Украина – обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» (далее – общество, общество-банкрот) и с учетом ходатайства об уточнении исковых требований от 25.12.2017 (л.д.117-122 т.2), принятого протокольным определением суда первой инстанции от 20.02.2018 (л.д.186-187 т.3), просит суд произвести государственную регистрацию перехода предпринимателю права собственности на следующие объекты недвижимости:

- нежилые помещения в литере «А» №22, 24, 25,23, 29, 44, 45, 46, 30, 28, 27, 26, 61, 60, 59, 58, 57, 56, 55, 54, 53, 52, 51, 50, 49, 48, 47, 62, 71, 72, 74, 81, 326, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 63, 64, 43, общей площадью 6 759 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:153. Часть асфальтного покрытия автодороги площадью 1 641,1 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:1077. Сооружение №3 -резервуар для мазута площадью 151,5 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:133 (право собственности Продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 20.07.2005 №7832240), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «М» общей площадью 388,8 кв.м: №1, 7, 8, 9, кадастровый номер 90:22:010304:131, (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 20.05.2005 №7299457), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилое строение литер «П» общей площадью 752,9 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:128, асфальтовое покрытие к литеру «П» площадью 200 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:38 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 20.05.2005 №7299170), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилое строение литер «Ф» общей площадью 516,9 кв.м, нежилые помещения №5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 2, 4, 1, 3, 13, 14, 15 общей площадью 516,9 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:130 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 20.05.2005 №7298734), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» №333-348, общей площадью 952,9 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:229 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12179930), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» №327, 328, 329, 330, 331, 332, общей площадью 1311,5 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:228 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12179190), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» №112, 113, 113а, 114-122, 124-131, часть 132, общей площадью 1306,1 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:226 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12179037), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» №101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, общей площадью 1 390,5 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:227 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12178870), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» 97, 98, 99, 100, общей площадью 1430,8 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:222 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12178353), расположенные по адресу: 

<

...>;

- нежилые помещения в литере «А» №83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, часть №132, общей площадью 897,2 кв.м, кадастровый номер 90:22:010304:221 (право собственности продавца подтверждается Выпиской из реестра права собственности Симферопольского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 17.10.2006 №12179579), расположенные по адресу: 

<

...>;

- котельная лит. «Ж» общей площадью 235,2 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:38, бытовое лит. «Ш», «Щ1» общей площадью 78,2 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:39, административный корпус лит. «Л» общей площадью 329,1 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:45, ремонтные мастерские лит. «Я» общей площадью 254,2 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:47, автомобильные боксы лит. «Ю» общей площадью 528,6 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:49, склад №5 общей площадью 970,8 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:43, насосная №8 общей площадью 75,8 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:44, автовесовая №10 общей площадью 6,8 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:52, сторожка №11 общей площадью 21,2 кв.м, кадастровый номер 90:18:010154:53, трансформаторная «ТП-3», трансформаторная подстанция «ТП-4» (право собственности продавца подтверждается свидетельством о праве собственности на недвижимое имущество от 12.07.2005 года Серия САА №575185, Выпиской из реестра права собственности Евпаторийского межгородского бюро регистрации и технической инвентаризации от 26.07.2005 №7877143), расположенные по адресу: 

<

...>;

- битумный склад литер «Н» общей площадью 363,1 кв.м из которых 34,1 кв.м производственные помещения и 329 кв.м подсобные помещения, кадастровый номер 90:18:010154:42 (право собственности продавца подтверждается решением Хозяйственного суда АРК по делу №2-8/348-2008 от 08.04.2008, Выпиской из реестра права собственности КРП «Евпаторийское межгородское бюро регистрации и технической инвентаризации» от 01.10.2008 №20428814) расположенные по адресу: 

<

...>;

- основное каменное здание литер «А», общей нежилой площадью 729,6 кв.м, кадастровый номер 90:22:010107:240, навесов под литерами «Г», «К», «И», «В» и «Л», площадью 27,2 кв.м, кадастровый номер 90:22:010107:244, игровых зданий под литерами «Ж», «3», уборной под литерой «Д», сарая-склада под литерой «Е», площадью 15,5 кв.м, кадастровый номер 90:22:010107:1039 (право собственности продавца подтверждается договором купли-продажи нежилых помещений под реестровым номером 4207 от 04.04.2001, который зарегистрирован в Симферопольском межгородском бюро регистрации и технической инвентаризации 13.04.2001, а также зарегистрирован в электронном реестре прав собственности на недвижимое имущество 15.04.2003), расположенное по адресу: Республика Крым, г.Симферополь, ул. ФИО18, д.7. 

- литер «Р» резервуар с питьевой водой, Литер «С», скважины, Литер «Е» -здание водонасосной станции площадью 70,5 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:5, Литер «Д» -здание канализационно-насосной станции, площадью 48,8 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:6, Литер «Ж» - здание КПП площадью 27,1 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:7, Литер «Б» - здание столовой площадью 2 115,9 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:8, Литер «В» - здание административно-приемного корпуса площадью 2 897,1 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:9, Литер «А» - здание спального корпуса №2 площадью 3 621 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:11, Литер «Г» - здание центрального теплопункта площадью 154,1 кв.м, кадастровый номер 90:18:020104:10, Литер «3», «И», «К» -навесы, Литер «1», «2», - сооружения (право собственности продавца подтверждается Свидетельством о приобретении недвижимого имущества на публичных торгах от 23.09.2004, выданного частным нотариусам Евпаторийского городского нотариального округа ФИО19 под реестровым номером 4485, зарегистрированным Евпаторийским межгородским бюро регистрации и технической инвентаризации 23.09.2004 года номер выписки 4836181), расположенные по адресу: Республика Крым, г.Евпатория, пгт.Заозерное, ул. Аллея Дружбы, д. 111;

- контора, обозначенная на плане под лит. «А», «А1», площадью 104,4 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:641, проходная «Б», площадью 8,6 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:640, котельная «В», строения дрожжевого цеха “Г”, площадью 212,1 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:627, «Д», «Е», площадью 73,9 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:638, склады «3», площадью 67,4 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:639, «Н», «П», «И», площадью 222,8 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:629, «Ж», «ж1», площадью 125,7 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:630, «К», площадью 51,8 кв.м, кадастровый номер90:14:000000:634, строения маслоцехов «Л», площадью 124,8 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:637, «О», «С», «Р», «М», площадью 21,8 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:628, «Н», зерновая яма «Т», автомобильные весы «У», площадью 8,9 кв.м, кадастровый номер 90:14:000000:632, «Ф», насосная «X», бункер «Ц», уборная «Уб» - общая площадь указанного имущества составляет           1 796,8 кв.м, ограждение (право собственности продавца подтверждается договором Купли-продажи завода от 26.04.2005 под реестровым номером 1083, который зарегистрирован в Евпаторийском межгородском бюро регистрации и технической инвентаризации 27.04.2005, а также зарегистрирован в электронном реестре прав собственности на недвижимое имущество 27.04.2005, что подтверждается выпиской из реестра прав собственности Евпаторийского городского бюро технической инвентаризации от 27.07.2004 №7119774), расположенные по адресу: Республика Крым, пгт. Черноморское, ул. Фрунзе, д. 1а (далее – объекты недвижимого имущества, объекты купли-продажи). 

Исковые требования мотивированы заключением 02.03.2017 между предпринимателем и обществом договора купли-продажи указанных объектов недвижимого имущества. Истец указывает, что фактически объекты недвижимости ему переданы, однако общество уклонилось от регистрации перехода права собственности. Срок, установленный в договоре для исполнения обязанности подать документы для производства государственной регистрации (не позднее 07.03.2017) – пропущен.

Общество, являющееся банкротом, обратилось в лице арбитражного управляющего в арбитражный суд со встречным исковым заявлением (л.д.59-67 т.7) и с учетом ходатайств о дополнении и уточнении исковых требований (л.д.198-199 т.9,  л.д.132-133 т.21, л.д.137-145 т.21, л.д.1-6 т.29), удовлетворенных определениями апелляционного суда от 26.11.2020 (л.д.5-8 т.21), от 18.12.2020 (л.д.87-89 т.22), от 25.02.2021 (л.д.28-31 т.29), просит суд признать недействительным договор купли-продажи от 02.03.2017 в силу статей 10, 168, 170 ГК РФ, ссылаясь на то, что данный договор заключен между взаимосвязанными лицами (управленческие и родственные связи между: руководителем общества ФИО20, учредителем общества ФИО4, его отцом ФИО21, ФИО2, представителем общества ФИО22, подписавшим оспариваемый договор), с использованием схемы вывода всех активов общества, причем по явно заниженной стоимости. Договор заключен в условиях неплатежеспособности общества, с нарушением прав его кредиторов. Разница между рыночной стоимостью объектов недвижимости (340 093 400 руб.) и суммой продажи (118 500 000 руб.) составляет 221 593 400 руб. Анализ условий оспариваемого договора свидетельствует о том, что он является по существу безвозмездным. Общество считает, что допущено явное злоупотребление правом, что является основанием для вывода о ничтожности договора. Дополнительно общество ссылается на то, что нарушены правила о заключении крупных сделок (ненадлежаще оформлено согласие учредителя на сделку), соответствующие объекты недвижимости находились под арестом и были обременены ипотекой.

При этом такие основания иска как ничтожность сделки ввиду ее совершения в целях вывода активов общества в период его неплатежеспособности, несоответствия договора купли-продажи статьям 10, 168, 170 ГК РФ с учетом отчуждения основного имущества общества с целью предотвращения возможного взыскания со стороны кредиторов, нахождение объектов недвижимости под арестом и ипотекой, нарушение правил заключения крупных сделок – общество-банкрот ссылалось в своем встречном исковом заявлении и в ходатайстве об уточнении исковых требований в суде первой  инстанции.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 12.08.2020 первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречных исковых требований отказано. Суд руководствовался противоправным, по его мнению, уклонением общества от обеспечения регистрации перехода права собственности предпринимателя на объекты недвижимости. Встречный иск отклонен ввиду недоказанности заключения сделки в целях вывода активов с нарушением прав кредиторов. О соответствующих обременениях (аресты, ипотека) на объекты недвижимости предприниматель не знал, то есть действовал добросовестно.

Общество-банкрот обратилось с апелляционной жалобой (от имени непосредственно общества и от имени арбитражного управляющего общества, л.д.29-45, л.д.93-115 т.17, дубликат л.д.1-21 т.18, которые апелляционный суд определил рассматривать как единую апелляционную жалобу) с требованием об отмене решения суда первой инстанции, удовлетворении его исковых требований и отклонении исковых требований предпринимателя. Ссылается на то, что имущество отчуждено с использованием противоправной и недобросовестной схемы вывода активов общества-банкрота в условиях его неплатежеспособности, по явно заниженной стоимости. Между предпринимателем и подписавшим договор руководителем общества имеются фактические родственные и управленческие связи. Исковые требования предпринимателя подлежали рассмотрению в деле о банкротстве, возбужденному в государстве Украина. Суд первой инстанции не учел, что имущество было обременено арестом и ипотекой, о которых предприниматель знала или должна была знать с учетом своих родственных и управленческих связей. Суд первой инстанции не применил нормы права российского и украинского законодательства о недействительности сделок, злоупотреблении правами, которые подлежали применению. 

Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (далее – Крымреестр) и общество с ограниченной ответственности «Мувиком» (далее – общество «Мувиком») также обратились с кассационными жалобами на решение суда первой инстанции (л.д.8-18 т.17, л.д.144- 149 т.18). Крымреестр считает решение суда первой инстанции незаконным ввиду недействительности и безвозмездности оспариваемой сделки в условиях неплатежеспособности продавца-общества, считает, что регистрация права собственности предпринимателя невозможна ввиду отсутствия подлинника договора купли-продажи от 02.03.2017. Общество «Мувиком» просит исключить из мотивировочной части решения суда первой инстанции указание на действие между ним и предпринимателем договора субаренды от 01.08.2017.

На основании определения апелляционного суда от 26.11.2020 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению спора по правилам, предусмотренным для рассмотрения дел в суде первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО4 просил истребовать у общества выписку из публичного реестра юридических лиц государства Украина с переводом на русский язык.

Ходатайство отклонено апелляционным судом ввиду наличия в материалах дела многочисленных копий данной выписки на русском языке; при этом на вопрос апелляционного суда представитель ФИО4 признал, что сведения публичного реестра юридических лиц государства Украина являются открытыми.

Представитель предпринимателя ходатайствовал о привлечении к участию в рассмотрении дела Фонда гарантирования вкладов физических лиц (город Киев) ввиду передачи указанной организации полномочий по руководству АО «ВТБ банк», который привлечен к участию в настоящем деле в качестве третьего лица и в качестве представителя собрания кредиторов; просил отложить судебное заседание ввиду необходимости проведения дополнительной проверки по материалам КУСП №2327 №18.02.2020, а также истребовать у общества-банкрота копии протоколов двух электронных аукционов от 18.12.2020, согласно которым объекты недвижимости подлежат продаже обществу с ограниченной ответственностью «Мастер Консалтинг Рент».

В удовлетворении указанных ходатайств апелляционный суд отказал ввиду того, что указанный выше Фонд став исполнительным органом АО «ВТБ банк», реализует свои права по делу от имени АО «ВТБ банк», а не от своего имени, в связи с чем привлечению к участию в деле не подлежит (статья 51 АПК РФ); сами по себе результаты проведения правоохранительными органами проверки по указанным материалам КУСП правового значения для правильного рассмотрения спора не имеют; надлежаще заверенные копии протоколов перечисленных электронных аукционов в деле имеются; их достоверность признана представителем общества и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Представитель предпринимателя заявил также о применении срока исковой давности к встречным исковым требованиям общества-банкрота и просил исключить из числа доказательств по делу экспертное заключение об определении рыночной стоимости объектов недвижимости ввиду предполагаемой им непроцессуального общения между представителем общества-банкрота и экспертом.

Указанные процессуальные обращения подлежат оценке арбитражным судом в процессе исследования доказательств по делу и решения вопроса о наличии оснований для применения тех или иных норм права к спорным правоотношениям (статья 71 АПК РФ).

Представители предпринимателя, общества, ФИО4, Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, общества с ограниченной ответственностью «Мастер Консалтинг Рент», общества с ограниченной ответственностью «Империя тепла» в судебном заседании поддержали свои правовые позиции.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения, исследовав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд считает решение суда первой инстанции подлежащим отмене, первоначальный иск необходимо оставить без удовлетворения, встречный иск удовлетворить по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что общество зарегистрировано 22.07.1997, дата записи в ЕГРПОУ - 27.12.2004, номер записи 1882120 0000 001716.

Хозяйственная деятельность общества осуществляется на основании Устава, утвержденного общим собранием учредителей (участников) общества №59 от 19.03.2012 в новой редакции, зарегистрированного 20.03.2012 №18821050014001716 (далее - Устав).

В июле 2014 года произошли изменения в составе учредителей (участников) общества. Единственным его участником стал ФИО4, который, как указано истцом, является владельцем 100% уставного капитала общества, что подтверждается дополнениями к уставу общества, зарегистрированными 06.08.2014 №10261050018011932 и пунктом 5.3 Устава.

Согласно извлечению от 05.05.2017 №1002547795 из Государственного реестра юридических лиц, физических лиц - предпринимателей, по состоянию на 01.01.2017 общество (код ЕГРПОУ 24029801) находилось по адресу: 18000, Черкасская обл., г.Черкассы, Сосновский р-н, ул. Шевченко, д. 150, участником общества указан ФИО4, 04119, г.Киев, Шевченковский р-н, ул.Мельникова, д.36, общежитие, подписантом (руководителем) общества указан ФИО20 

02.03.2017 между обществом в лице директора ФИО20 и предпринимателем был заключен договор купли-продажи №2 укащанного выше недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...>; 

<

...>; 

<

...>; Республика Крым, г. Евпатория, пгт. Заозерное, ул. Аллея Дружбы, д.111; Республика Крым, пгт.Черноморское, ул.Фрунзе, д.1а (далее – договор купли-продажи).

Право собственности продавца подтверждается договором купли-продажи нежилых помещений под реестровым номером 4207 от 04.04.2001, который зарегистрирован в Симферопольском межгородском бюро регистрации и технической инвентаризации 13.04.2001, а также зарегистрирован в электронном реестре прав собственности на недвижимое имущество 15.04.2003. Имущество, являющееся предметом данного договора, передано предпринимателю по передаточному акту от 02.03.2017.

Согласно пункту 3.1 договора купли-продажи, оплата за объект должна быть произведена покупателем в полном объеме после регистрации в Едином государственном реестре недвижимости сведений о правах покупателя на вышеуказанные объекты, но не позднее 01.01.2020.

В силу пункта 3.2 договора купли-продажи стороны пришли к согласию, что продавец обязуется не позднее 3 (трех) рабочих дней после заключения и подписания сторонами настоящего договора обеспечить личное участие либо участие своего представителя в регистрирующем органе для подачи в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым необходимых документов для государственной регистрации перехода права собственности на указанный объект за покупателем.

Как указано истцом, в установленный договором срок, то есть до 07.03.2017 обязанности по подаче документов на государственную регистрацию обществом не исполнены.

Предприниматель ссылается на то, что неоднократно обращался к ответчику с требованием исполнить взятые на себя обязанности, а именно вручал лично представителю общества письменные уведомления от 09.03.2017 и от 10.04.2017.

Однако обществом не принято надлежащих мер по исполнению условий заключенного между сторонами договора, что и послужило основанием для обращения предпринимателем с данным иском в суд.

Общество, являющееся банкротом, обратилось в лице абитражного управляющего в суд с встречным исковым заявлением к предпринимателю с требованием о признании недействительным договора купли-продажи по основаниям, указанным выше.

При решении вопроса об обоснованности первоначального и встречного исковых требований апелляционный суд руководствуется следующим.

Правовое значение для правильного рассмотрения настоящего спора имеет выяснение вопросов о компетентном суде, о применимом законодательстве, о наличии юридически значимой взаимосвязи между участниками договора, о добросовестности сторон в спорном материальном правоотношении, о наличии признаков недействительности оспариваемого договора.

Судом установлено, что согласно преамбуле договора купли-продажи, он заключен на территории Российской Федерации (л.д.23 т.1).

В силу пункта 1.1 договора купли-продажи, он заключен в отношении объектов недвижимости, находящихся на территории Российской Федерации (л.д.23-26 т.1).

Из пунктов 5.2, 82 договора купли-продажи видно, что стороны договорились применять законодательство Российской Федерации при наличии споров из договора (л.д.30 т.1).

При таких обстоятельствах договор купли-продажи следует признать заключенным в отношении имущества, расположенного на территории Российской Федерации, и подлежащим исполнению на территории Российской Федерации (в том числе в части государственной регистрации вещных прав, обязанности по передаче имущества, оплате по договору и т.д.).

Соответствующее правоотношение в таком случае является тесно связанным с территорией Российской Федерации.

В силу пункта 2 части 1 статьи 248 АПК РФ к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации по делам с участием иностранных лиц относятся дела по спорам, предметом которых являются недвижимое имущество, если такое имущество находится на территории Российской Федерации, или права на него.

Согласно требованиям части 1 статьи 247 АПК РФ арбитражные суды в Российской Федерации рассматривают дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, с участием иностранных организаций, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, в случае, если, в частности, ответчик находится или проживает на территории Российской Федерации либо на территории Российской Федерации находится имущество ответчика (пункт 1); спор возник из договора, по которому исполнение должно иметь место или имело место на территории Российской Федерации (пункт 3).

При этом между Украиной и Российской Федерацией заключено Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, подписанное 20.03.1992 в г. Киеве, которое ратифицировано Российской Федерацией 09.10.1992, Украиной - 19.12.1992 и вступило в силу в соответствии со статьей 13 указанного Соглашения - 08.04.1993 (далее – Киевское соглашение).

Пункт «в» части 1 статьи 4 Киевского соглашения предусматривает возможность разрешения дела в компетентном суде государства-участника СНГ, если на территории этого государства исполнено или должно быть полностью или частично исполнено обязательство из договора, являющегося предметом спора.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 №23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», в основе общих правил определения компетенции арбитражных судов Российской Федерации лежит принцип наличия тесной связи спорного правоотношения с территорией Российской Федерации, поэтому нормы части 1 статьи 247 АПК РФ должны толковаться с учетом этого принципа.

При таких обстоятельствах арбитражный суд Российской Федерации является компетентным судом по рассмотрению первоначального и встречного исковых заявлений.

Согласно правилам статьи 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, настоящего Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации (пункт 1).

Если в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано (пункт 2).

В силу императивного указания статьи 1205 ГК РФ право собственности и иные вещные права на недвижимое и движимое имущество определяются по праву страны, где это имущество находится.

Правила пунктов 4, 5, 6 7 статьи 1205.1 «Сфера действия права, подлежащего применению к вещным правам» ГК РФ устанавливают, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, правом, подлежащим применению к вещным правам, определяются, в том числе, содержание вещных прав; возникновение и прекращение вещных прав, в том числе переход права собственности; осуществление вещных прав; защита вещных прав.

При отсутствии соглашения сторон о праве, подлежащем применению к договору в отношении недвижимого имущества, применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Правом страны, с которой такой договор наиболее тесно связан, считается, если иное явно не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится недвижимое имущество (пункт 1 статьи 1213 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, учитывая условия договора купли-продажи о применимом законодательстве, принимая во внимание объект купли-продажи (недвижимое имущество), констатируя тесную связь договора с территорией Российской Федерации, к спорным правоотношениям подлежит применению законодательство Российской Федерации – при оспаривании договора по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (с учетом изложенной ниже оговорки о применении к спорным правоотношениям норм законодательства о банкротстве государства Украина – применительно к оспариванию сделки по особым основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве).

При решении вопроса о применимости при решении вопроса о недействительности договора купли-продажи норм законодательства о банкротстве Российской Федерации и государства Украина, апелляционный суд руководствуется следующим.

Законодательством России и Украины предусмотрены специальные основания для признания сделок недействительными в деле о банкротстве должника (статья 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статья 20 Закона Украины от 14.05.1992 №2343-ХII «О восстановлении платежеспособности должника или признании его банкротом»; далее – Закон о банкротстве в Украине). 

Указанные основания оспаривая являются схожими и заключаются в возможности оспаривания в рамках дела о банкротстве должника заключенных им сделок по специальным экономическим основаниям.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.11.2013 №10508/13 содержится правовая позиция, касающаяся необходимости оценки судами действительности сделки исходя, в том числе из права о несостоятельности (банкротстве) страны, в которой осуществляется процедура банкротства. ВАС РФ указал, что если иск о признании сделки недействительной заявлен в связи с осуществляемой в другом государстве процедурой банкротства должника, суды должны были оценить допустимость и действительность оспариваемой сделки исходя из положений статьи 1202 «Личный закон юридического лица» ГК РФ и норм права государства, в котором осуществляется процедура банкротства.

Принимая во внимание указанную правовую позицию, а так же учитывая исключительную подсудность суду Российской Федерации указанного спора о правах на недвижимое имущество (вне зависимости от оснований такого оспаривания), апелляционный суд приходит к выводу о применимости в рамках рассмотрения настоящего спора правил об оспаривании сделок по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве Украины.

Дополнительно апелляционный суд отмечает следующее.

Верховный Суд Российской Федерации (далее – ВС РФ), отменяя судебные акты об оставлении без рассмотрения денежных требований реестрового характера по делу по иску органа местного самоуправления к обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» ввиду необходимости их заявления в рамках дела о банкротстве в Украине, указал следующее. Необходимо учитывать принцип  эффективной юрисдикции судов Российской Федерации в отношении имущества, находящегося на ее территории, равно как и в отношении ответчика, чья деятельность по извлечению прибыли с территории Российской Федерации тесно связана с ее территорией.

ВС РФ указал, что осуществление должником в Российской Федерации не носящей временного характера экономической деятельности (имеет недвижимое имущество) свидетельствует об образовании предприятия должника в целях удовлетворения требований к нему в рамках юрисдикции по месту нахождения имущества и за счет такого имущества, в том числе в целях установления места неосновного производства в трансграничном банкротстве (например, статья 2 Типового закона Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) о трансграничной несостоятельности от 30.05.1997).

Согласно пункту 2 статьи 1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» действие данного Федерального закона распространяется на юридических лиц, которые могут быть признаны несостоятельными (банкротами) в соответствии с ГК РФ.

Таким образом, констатировал ВС РФ, заявленные истцом требования относятся к компетенции арбитражных судов Российской Федерации и в отсутствие специальных международных договоров по вопросам взаимного признания и приведения в исполнение судебных решений по делам о несостоятельности (банкротстве), стороной которых являлась бы Российская Федерация, не могут быть рассмотрены в юрисдикции иностранного государства, в том числе в рамках иностранного дела о банкротстве (определение ВС РФ от 08.10.2020 №310-ЭС20-3002 по делу А83-6324/2018).

Руководствуясь указанной правовой позицией, а также дополнительно учитывая особенный статус в государстве Украина (Закон Украины «О правовом режиме обеспечения прав и свобод граждан на оккупированных территориях Украины»), российский органов власти на территории Республики Крым и российских участников предпринимательской деятельности, зарегистрированных на этой территории, принимая во внимание, что предмет спора – права на недвижимое имущество, расположенное на территории Республики Крым как субъекте Российской Федерации, апелляционный суд приходит к выводу о том, что на территории Российской Федерации в рамках рассмотрения настоящего спора обеспечивается эффективная юрисдикция и экономическое правосудие.

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что российский арбитражный суд является компетентным в рассмотрении настоящего спора применительно ко всем основаниям и предметам первоначального и встречного исковых заявлений предпринимателя и общества-банкрота, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы российского законодательства и нормы законодательства о банкротстве Украины (применительно к соответственно оспариванию сделки по общим и по специальным «банкротным» основаниям).

Апелляционный суд полагает, что имеются основания для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным как по общим основаниям, предусмотренным гражданском законодательством, так и по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

Лицами, участвующими в деле, неоднократно признавалось, что оспариваемый договор является крупной сделкой для общества и соответствующее недвижимое имущество является основным активом общества.

Как указано выше, в отношении общества на основании постановления Хозяйственного суда Киевской области от 14.12.2017 по делу №911/3554/17 возбуждено дело о банкротстве (л.д.158-166 т.3).

Поводом к возбуждению дела о банкротстве стало наличие неисполненного обязательства общества перед АО «ВТБ банк» в размере 38 805 025,05 грн. 

Общество признано банкротом в силу постановления Хозяйственного суда Киевской области от 17.05.2019 по делу №911/3554/17 (л.д.7-11 т.10).

Основание требования АО «»ВТБ банк» - неисполнение обществом ипотечного договора от 11.03.2008 (л.д.83-86 т.7), подтвержденное решением Хозяйственного суда Автономной Республики Крым от 18.05.2010 по делу №2-5/1666-2010 о взыскании долга с общества (л.д.103-110 т.7).

Общество (ипотекодатель) вправе производить отчуждение имущества только с согласия АО «ВТБ банк» (пункт3.2 ипотечного договора (л.д.85 т.7)

При этом в обеспечение исполнения решения суда на объекты недвижимости был наложен арест на основании постановления Хозяйственного суда Автономной Республики Крым от 25.03.2010 по делу №2-5/1666-2010 (л.д.91-94 т.7).

Соответствующие сведения учтены в Государственный реестр прав на недвижимое имущество Украины (л.д.126-142, 148-151 т.7).

Таким образом, оспариваемая сделка по отчуждению активов неплатежеспособного должника осуществлена в период, непосредственно предшествующий банкротству общества; основания банкротства обществу были известны; отчуждение имущества произведено с нарушением прав ипотекодержателя (АО «ВТБ банк») и с нарушением указанного выше судебного ареста.

При этом все лица, юридически и фактически участвующие в заключении данной сделки, составляют группу взаимосвязанных лиц.

Так, учредителем общества является ФИО4, отцом которого является ФИО21, что признано всеми лицами, участвующими в деле, в том числе представителем ФИО4 в судебном заседании апелляционного суда.

ФИО21 и ФИО2 находятся в фактических брачных отношениях и имеют совместного ребенка, что подтверждается объяснениями, данными ФИО21 в ходе доследственных проверок – постановления об отказе в возбуждении уголовных дел от 03.08.2017 (л.д.121-122 т.4), от 27.02.2020 (л.д.146-148 т.11).

Как пояснил ФИО21, ФИО4 – это его сын, являющийся учредителем общества. Помещения, принадлежащие обществу, сдаются а аренду иным лицам ФИО2, которая является гражданской женой ФИО21 ФИО21 оказывает ей содействие в указанной деятельности (л.д.121-122 т.4). 

ФИО21 также признал, что он является фактическим бенефициаром общества; решение о передаче объектов недвижимости ФИО2 на основании договора купли-продажи принимал он, так как она является его гражданской женой. Фактически собственность на объекты недвижимости в любом случае остается у ФИО21 как фактического бенефициара общества (л.д.146-148 т.11).

Сама по себе отмена одного из данных постановлений правового значения не имеет, поскольку для правильного рассмотрения настоящего спора значимы именно сами по себе пояснения ФИО21

При этом апелляционный суд неоднократно предлагал представителю предпринимателя опровергнуть факт наличия у нее и ФИО21 совместного ребенка, однако представитель, сославшись на нежелание доверителя давать информацию о своей частной жизни, от опровержения данного обстоятельства уклонился.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 12505/11).

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает факт наличия у ФИО21 и ФИО2 совместного ребенка установленным (для целей правильного рассмотрения именно настоящего спора, с учетом уклонения предпринимателя от доказывания; ничто не препятствует заинтересованным лицам устанавливать или опровергать факт отцовства в отдельных судебных процессах с учетом правил соответствующего отраслевого законодательства).

ФИО22, подписавший оспариваемый договор купли-продажи на основании доверенности от общества, выданной ФИО20 (л.д.23 т.1), является руководителем общества с ограниченной ответственностью «Управление строительства дорог и аэродромов», учредителем которого является общество с ограниченной ответственностью «Южный альянс».

Учредителем последнего до 2015 года являлось общество с ограниченной ответственностью «Крымгидрострой», у которого, в свою очередь учредителями являются ФИО22 и ФИО2 (л.д.69 т.12).

Изложенное подтверждается представленными в материалы дела обществом-банкротом выписками из ЕГРЮЛ в отношении указанных выше юридических лиц (л.д.153-183 т.12) и лицами, участвующими в деле, не оспорено.

При этом ФИО20, заключивший оспариваемый договор купли-продажи в лице ФИО22, также заключал ипотечный договор от 11.03.2008 (л.д.83-86 т.7)

Таким образом, предприниматель, руководитель общества ФИО20, формальный учредитель общества ФИО4, представитель общества ФИО22 (от имени ФИО20) образуют группу взаимосвязанных лиц ввиду наличия между ними родственных и управленческих связей.

При этом ФИО21 является отцом ФИО4, причем ФИО21 прямо указал, что является фактическим бенефициаром общества.  

Согласно общепринятому правовому подходу, управленческие и родственные связи являются значимыми для вывода о добросовестности и о знании юридически значимых обстоятельств членами соответствующей группы лиц (пункт 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 №126).

Недобросовестность предпринимателя в спорном правоотношении (знание о судебных арестах и ипотечном обременении) в отношении объектов недвижимости, дополнительно подтверждается фактом наличия общедоступной информации об указанных запретах в органе технической инвентаризации, что подтверждается письмом ГУП Республики Крым «Крым БТИ» от 13.03.2017 №5407/2019 (л.д.153 т.15). 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что предприниматель, заключившая оспариваемую сделку по приобретению всех активов неплатежеспособного должника, во всяком случае, знала или должна была знать об указанных выше обстоятельствах: неплатежеспособность должника, судебный арест объектов недвижимости и ипотечное обременение в пользу кредиторов.

Согласно заключению проведенной по делу на основании определения апелляционного суда от 18.12.2020 (л.д.87-89 т.22) судебной оценочной экспертизы от 13.01.2021 №23-28/12/20-РК, рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на дату заключения оспариваемого договора (02.03.2017) составила 340 093 400 руб.

Таким образом, разница между ценой продажи и рыночной стоимостью имущества составляет 221 593 400 руб.

При этом оспариваемый договор сконструирован предпринимателем и ФИО22, действующим от имени общества в лице руководителя ФИО20 (группа взаимосвязанных лиц), таким образом, что оплата должна быть произведена до 01.01.2020 (пункт 3.1 договора), то есть регистрация перехода права вообще не обусловлена фактом оплаты.

 Одновременно апелляционный суд констатирует, что по существу предприниматель претендует на регистрацию права собственности на объекты недвижимости безвозмездно, поскольку, в нарушение правил пункта 3.1 оспариваемого договора купли-продажи, оплата до 01.01.2020 в любом случае не произведена. При этом исполнение данной обязанности не поставлено в зависимость от регистрации перехода права собственности от общества к предпринимателю.

Доказательства реального наличия у предпринимателя указанной денежной суммы (118 500 000 руб.) в материалах дела также отсутствуют.

Принимая во внимание знание предпринимателя о факте неплатежеспособности должника, о судебном аресте объектов недвижимости, об ипотечном обременении в пользу кредиторов, а также учитывая отчуждение имущества по явно заниженной стоимости и, более того, конструирование оспариваемого договора таким образом, что регистрация перехода права не обусловлена реальной оплатой по договору, апелляционный суд приходит к выводу о том, что предприниматель и общество, заключая договор купли-продажи, заведомо преследовали цель противоправного вывода активов в целях причинения вреда обществу и его кредиторам.

В силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пунктом 4 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ

Как указано в пункте 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 указанного кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 названного кодекса.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ №1 (2015), утв. Президиумом ВС РФ 04.03.2015, ответ на 6 вопрос).

Учитывая, что предприниматель и связанное с ним общество в спорном правоотношении  заведомо преследовали цель противоправного вывода активов в целях причинения вреда обществу и его кредиторам, договор купли-продажи является недействительным в силу требований статей 10 и 168 ГК РФ.

Ссылка предпринимателя на то, что сам по себе факт нарушения ипотечного обременения и судебного запрета не может влечь недействительность договора купли-продажи соответствующего имущества, не принимается апелляционным судом.

Действительно, согласно пунктам 94-97 Постановления №25, пункту 68 постановления Пленума ВС РФ от 17.11.2015 №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» последствия нарушения залогового обременения и (или) судебного запрета непосредственно не влекут признание сделки по отчуждению имущества недействительной.

Однако в спорном правоотношении предприниматель и общество не просто нарушили ипотечный и судебный запреты, а допустили именно злоупотребление правом с противоправной целью, исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона.

Согласно правовой позиции, высказанной в определении ВС РФ от 13.06.2017 №301-ЭС16-20128 отчуждение недвижимого имущества общества с признаками злоупотребления правом, повлекшее нарушение прав лиц, имеющих права требования к должнику, влечет недействительность сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Аналогичная правовая позиция высказана в определениях ВС РФ от 15.12.2014 №309-ЭС14-923, от 14.06.2016 №52-КГ16-4.

Таким образом, договор купли-продажи является недействительным по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Помимо этого, данный договор недействителен и по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

В соответствии с правилами статьи 20 Закона о банкротстве в Украине, подлежащим применению в данном случае, сделки должника, совершенные должником в течение одного года, предшествовавшего возбуждению дела о банкротстве, могут быть признаны недействительными по заявлению арбитражного управляющего по следующим основаниям:

должник безвозмездно осуществил отчуждение имущества;

должник до возбуждения дела о банкротстве взял на себя обязательства, в результате чего он стал неплатежеспособным или выполнения его денежных обязательств перед другими кредиторами полностью или частично стало невозможным;

должник осуществил отчуждение или приобрел имущество по ценам соответственно ниже или выше рыночных, при условии, что в момент принятия обязательства или в результате его выполнения имущества должника было (стало) недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. 

Схожие правила применительно к оспариванию должником-банкротом своих подозрительных сделок предусмотрены статьей 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как установлено выше, стоимость в оспариваемом договоре купли-продажи занижена по сравнению с рыночной стоимостью на 221 593 400 руб.

Содержание договора купли-продажи (пункт 3.1), согласованное группой взаимосвязанных лиц, свидетельствует о том, что приобретение предпринимателем права собственности не поставлено в зависимость от реальной оплаты.

При этом денежная сумма по состоянию на дату рассмотрения настоящего спора, в нарушение условий пункта 3.1 договора об оплате, во всяком случае не позднее 01.01.2020, на счет общества-банкрота не внесена.

Доказательства реального наличия у предпринимателя даже указанной в договоре купли-продажи денежной суммы (118 500 000 руб.) в материалах дела отсутствуют.

При этом предприниматель на всем протяжении рассмотрения настоящего дела категорически настаивает (иными словами, признает), что уже владеет всеми объектами недвижимости (в частности, л.д.15 т.11).

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что общество и предприниматель, действуя недобросовестно, в целях причинения вреда обществу и кредиторам, совершили по существу безвозмездную сделку, причем формально указанная в договоре стоимость имущества является явно заниженной по сравнению с рыночной стоимостью.

Таким образом, оспариваемый договор купли-продажи является недействительным как в силу статьи 20 Закона о банкротстве Украины, так и согласно статье 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Самостоятельным основанием для признания договора купли-продажи недействительным является нарушение правил, установленных для заключения крупных сделок.

В соответствии с требованиями пункта 7.3 Устава общества к исключительной компетенции участников общества относится принятие решений об отчуждении имущества общества, составляющего 50 и более процентов имущества общества.

В силу правил статей 41, 59 Закона Украины от 19.09.1991 №1576-ХII «О хозяйственных обществах» к компетенции общего собрания относится утверждение договоров, заключенных на сумму, которая превышает указанную в Уставе общества.

По смыслу указанных требований закона в данном решении общего собрания должно быть указано существо согласия: в частности на какую конкретно сделку дается согласие и на какую сумму.

Аналогичные правила предусмотрены пунктом 3 статьи 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Однако в решении единственного учредителя общества ФИО4 от 14.09.2016 отсутствует какое бы то ни было указание на данные юридически значимые обстоятельства (л.д.94 т.11).

При таких обстоятельствах указанное  «согласие» признается апелляционным судом несостоявшимся, а оспариваемый договор купли продажи – недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 203, 215 ГК Украины (аналогичные правила предусмотрены в статье 174 ГК РФ).

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи является недействительной сделкой, в связи с чем встречный иск общества-банкрота в лице конкурсного управляющего подлежит удовлетворению

Первоначальный иск предпринимателя о регистрации перехода права собственности на основании договора купли-продажи подлежит отклонению ввиду недействительности данного договора.

Мнение предпринимателя об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям не принимается апелляционным судом.

Общий срок исковой давности, как по законодательству России, так и по законодательству Украины, составляет 3 года (статья 257 ГК Украины, статья 196 Гражданского кодекса РФ).

Начало течения срока исковой давности также определяется аналогично – с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права или о лице, которое нарушило данное права (часть 1 статьи 261 ГК Украины, часть 1 статьи 200 ГК РФ).

При этом в законодательстве Украины отсутствуют специальные сроки для оспаривания сделок по общим основаниям и по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве Украины (статья 258 ГК Украины, статья 20 Закона о банкротстве в Украине).

Выше обосновано, что к оспариванию сделок по специальным «банкротным» основаниям подлежит применению законодательство Украины; следовательно к данным требованиям применяется исковая давность 3 года.

Как указано выше, в отношении общества на основании постановления Хозяйственного суда Киевской области от 14.12.2017 по делу №911/3554/17 возбуждено дело о банкротстве (л.д.158-166 т.3).

Распорядителем имущества назначен ФИО23

Статус распорядителя имущества должника согласно Закону о банкротстве в Украине (статья 22) аналогичен статусу конкурсного управляющего согласно ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (статьи 65-67).

Выше также указано, что общество признано банкротом в силу постановления Хозяйственного суда Киевской области от 17.05.2019 по делу №911/3554/17 (л.д.7-11 т.10).

На основании указанного акта на должность назначен тот же арбитражный управляющий ФИО23 (ликвидатор).

Статус ликвидатора должника согласно Закону о банкротстве в Украине (статьи 38, 41) аналогичен статусу конкурсного управляющего согласно ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (статьи 127, 129).

Согласно соответствующему требованиям разумности и справедливости общеправовому подходу, при решении вопроса о моменте, когда арбитражный управляющий узнал о факте совершения соответствующей сделки, следует исходить из даты его первичного утверждения в качестве такового.

Указанная позиция отражена в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, которую суд считает правильным применить к спорным правоотношениям ввиду идентичности статусов арбитражного управляющего в разных процедурах банкротства согласно законодательствам России и Украины.

Однако с момента утверждения ФИО23 (14.12.2017) как в качестве распорядителя имущества должника, так и в качестве ликвидатора (17.05.2019) сроки исковой давности как для подачи как встречного иска (27.11.2018, л.д.68 т.7), так и для подачи нерассмотренного судом первой инстанции ходатайства о дополнении оснований иска (03.02.2020, л.д.198 т.9), не истекли.

В указанных процессуальных обращениях в адрес суда указаны по существу указаны все значимые для правильного рассмотрения спора основания иска: ничтожность сделки ввиду ее совершения в целях вывода активов общества-банкрота в период его неплатежеспособности, несоответствия договора купли-продажи статьям 10, 168, 170, 174 ГК РФ с учетом отчуждения основного имущества общества-банкрота по несправедливой стоимости с целью предотвращения возможного взыскания со стороны кредиторов, нахождение объектов недвижимости под арестом и ипотекой, нарушение правил заключения крупных сделок.

Впоследствии основания встречного иска только уточнялись и дополнялись.

При этом соответствующие дополнительные пояснения с указанием на основания недействительности договора купли-продажи, имеющие природу ходатайства о дополнении исковых требований, были сданы представителем общества в апелляционный суд 26.11.2020 (л.д.115-117 т.9); впоследствии истец по встречному иску, по предложению апелляционного суда, только свел все требования в единое ходатайство об уточнении исковых требований (л.д.137-145 т.21), которое было удовлетворено апелляционным судом на основании определения от 18.12.2020 (л.д.87-91 т.22). 

Заявление же об уточнении встречных исковых требований от 24.02.2021, поступившее в апелляционный суд 25.02.2021, также сводится к уточнению оснований исковых требований с учетом результатов проведенной по делу судебной оценочной экспертизы (л.д.1-6 т.29)

Во всяком случае, правильная правовая квалификация заявленных исковых требований (по общим гражданско-правовым основаниям или по законодательству о банкротстве) относится к компетенции суда, рассматривающего спор; принимая решение, суд в силу части 1 статьи 168 АПК РФ определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам (абзац 3 пункта 3 постановления Пленумов ВС РФ №10 и ВАС РФ №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, исковая давность по встречным исковым требованиям не истекла как по отношению к исковым требованиям по оспариванию сделки по общим основаниям, так и специальным «банкротным» основаниям.

Ссылка предпринимателя на то, что некий Прелый А.И. в период 2017-2018 годов совершил действия, направленные на противоправный перехват управления в обществе, в целом соответствуют действительности.

Так, вступившими в законную силу решением Хозяйственного суда Киевской области от 14.12.2017 по делу №911/1518/17 (л.д.60-66 т.2), решением Хозяйственного суда Киевской области от 03.09.2018 по делу №910/5741/18 (л.150-164 т.8) установлено, что Прелый А.И. допустил фальсификацию договоров купли-продажи долей в уставном капитале общества и решений общих собраний общества, направленных на создание видимости того, что формальный учредитель ФИО4 произвел отчуждение своей 100% доли ФИО24

Согласно приговору Центрального районного суда города Симферополя от 23.09.2020 Прелый А.И. осужден по статье 159 УК РФ (л.д.163-170 т.19).

Однако, по мнению апелляционного суда, указанные обстоятельства сами по себе никакого правового значения для правильного рассмотрения вопроса о недействительности оспариваемого договора купли-продажи не имеют.

Как предприниматель (л.д.69-75 т.10), так и общество (л.93-115 т.17) представили в материалы дела свои пояснения об относимости оценки действий ФИО24 к вопросу о добросовестности друг друга.

Суть данных пояснений предпринимателя и общества-банкрота сводится к тому, что Прелый А.И. действовал по указанию соответственно общества-банкрота и предпринимателя.

Оба указанных мнения не принимаются арбитражным судом, поскольку они не подтверждены доказательствами; обусловленность действий ФИО24 указаниями предпринимателя, общества, арбитражного управляющего, кредиторов общества либо иных лиц – ничем не подтверждена.

Во всяком случае, представители общества-банкрота на всем протяжении арбитражного процесса по делу занимали процессуальные позиции, не соответствующие позициям ФИО24 (например, в вопросах снятия ареста с имущества общества).

Апелляционный суд принял меры к обсуждению вопроса о необходимости применения реституционных последствий вследствие признания договора купли-продажи недействительным ввиду незаявления таких требований обществом-банкротом и не нашел оснований для этого.

Как первоначальный, так и встречный истцы представили в материалы дела многочисленные копии договоров аренды и субаренды, подтверждающие передачу ими объектов недвижимости во временное пользование иным лицам.

По предложению апелляционного суда стороны спора произвели осмотры объектов недвижимости для выяснения вопроса о фактическом владельце, представив в материалы дела соответствующие акты (л.д.48-103 т.21 и л.д.3-4, 25-81 т.22 – соответственно от предпринимателя и общества-банкрота).

Однако результаты осмотров носят взаимоисключающий характер. В судебном заседании апелляционного суда представители сторон спора также дали разноречивые пояснения по вопросу владения конкретными объектами.

В такой ситуации, принимая во внимание процессуальную волю общества-банкрота, учитывая установленные АПК РФ сроки рассмотрения дела, апелляционный суд считает разумным и законным не применять реституционные последствия; ничто не препятствует заинтересованным лицам предъявить соответствующий иск в отдельном судебном процессе применительно к конкретным объектам недвижимости.

Ссылка предпринимателя на необоснованность перехода апелляционного суда к рассмотрению дела по правилам, предусмотренным для суда первой инстанции, необоснованна.

В рамках рассмотрения настоящего спора суд первой инстанции, удовлетворяя первоначальные исковые требования неимущественного характера и отказывая в удовлетворении встречного искового требования неимущественного характера, оценил один единый (единственный) предмет доказывания по встречному иску без учета отдельных его оснований; нерассмотренные основания встречного иска могут влиять на определение единого предмета доказывания по обеим искам и, соответственно, на выводы об обоснованности этих двух исков. Поэтому объективно отсутствовала процессуальная возможность рассмотрения апелляционным судом только «требований, не рассмотренных ранее» в смысле, придаваемых этому понятию абз.2 пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12.

Кроме того, спор между предпринимателем и обществом-банкротом по поводу недвижимого имущества, находящегося на территории Российской Федерации, во всяком случае рассмотрен судом первой инстанции без учета необходимости в том числе применения процессуальных и материальных норм права, регламентирующих применение закона в отношении несостоятельных должников, что в любом случае повлекло бы впоследствии переход к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции ввиду необходимости привлечения к участию в деле иных лиц, права и законные интересы которых затрагиваются оспариваемым решением суда первой инстанции.

Поэтому суд апелляционной инстанции, во всяком случае, в итоге обеспечил соблюдение процессуальных норм в целях принятия законного и справедливого судебного акта по существу спора.

Мнение представителя предпринимателя о якобы имеющимся внепроцессуальном общении представителя общества-банкрота и эксперта, не принимается апелляционным судом. Суть сомнений представителя предпринимателя сводится к получению знания о факте проведения экспертизы представителем общества-банкрота без ознакомления с материалами дела. 

Представитель общества-банкрота пояснил, что выяснил результаты посредством телефонной связи ввиду того, что контакт имелся в силу инициирования проведения судебной экспертизы и предварительного направления запроса о возможности в данную экспертную организацию именно представителем общества-банкрота. Такое объяснение апелляционный суд считает адекватным.

Учитывая, что представитель предпринимателя не представил каких бы то ни было возражений против результатов проведенной судебной оценочной экспертизы по существу, не ходатайствует о проведении повторной судебной экспертизы, апелляционный суд не может поддержать заявление об исключении данного доказательства из числа доказательств по делу и рассматривает данное заявление как необоснованное.

Ссылка предпринимателя на то, что торги по продаже объектов недвижимости в рамках дела о банкротстве, находящегося в производстве государственного суда Украины,  привели к получению незначительной денежной суммы, правового значения для правильного рассмотрения  спора не имеет, поскольку в рамках настоящего дела имеется определенный предмет доказывания – наличие или отсутствие признаков недействительности договора купли-продажи.

В случае, если организатором торгов, арбитражным управляющим, лицом, выигравшим торги допущены злоупотребления, нарушения норм закона, то они вправе оспаривать результаты торгов. 

Доводы предпринимателя о том, что имеются вступившие в законную силу решения судов (л.д.98-172 т.9; дела №№А83-802/2018, А83-801/2018, А83-15357/17) о признании недействительными договоров о приобретении иными лицами (в частности, обществом с ограниченной ответственностью «Агентство корпоративной безопасности», ФИО5) вещных и обязательственных прав на отдельные объекты недвижимости, не принимаются апелляционным судом.

В предмет доказывания по данным делам не входил вопрос о недействительности договора купли-продажи.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит отмене, первоначальные исковые требования – отклонению; встречный иск необходимо удовлетворить (статьи 268-270 АПК РФ).

 При решении вопроса о распределении судебных расходов апелляционный суд руководствуется статьей 110 АПК РФ.

С предпринимателя в пользу общества необходимо взыскать судебные расходы по уплате государственных пошлин и по оплате судебной экспертизы по делу в размере 159 000 руб. (в том числе государственная пошлина в размере: 6 000 руб. за подачу встречного искового заявления, 3 000 руб. за подачу апелляционной жалобы; стоимость судебной экспертизы в размере  150 000 руб.).

Излишне уплаченные обществом-банкротом и арбитражным управляющим государственная пошлина в размере 3 000 руб. (каждому) необходимо вернуть из федерального бюджета (квитанции от 11.09.2020 №45/1, от 14.09.2020 №37/1).

При решении вопроса о распределении судебных расходов, апелляционный суд учитывает, что апелляционная жалоба общества «Мувиком» по существу является необоснованной, ввиду того, что данное юридическое лицо поддерживало решение, которое отменено апелляционным судом; иными словами, судебный акт принят по существу не в интересе общества «Мувиком».

В адрес экспертной организации - общества с ограниченной ответственностью «Научно-практический центр «Экспертные исследования» -  необходимо перечислить с депозитного счета апелляционного суда денежную сумму в размере 150 000 руб.

Принятые на основании определения Арбитражного суда Республики Крым от 26.12.2017 по делу №А83-19699/2017 обеспечительные меры в виде запрета обществу с ограниченной ответственностью «Витмет», а также иным лицам совершать сделки либо иные действия, направленные на распоряжение нежилыми помещениями, в том числе изменять сведения в Едином государственном реестре недвижимости в отношении принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» имущества необходимо полностью отменить.

Руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Республики Крым от 12.08.2020 по делу №А83-19699/2017 отменить. Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении первоначальных исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать.

Встречные исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Витмет» (ГГРПОУ 24029801) в лице арбитражного управляющего ФИО3 удовлетворить. Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 02.03.2017 №2, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Витмет» и индивидуальным предпринимателем ФИО2.

Взыскать с ФИО2 (ОГРНИП 3149102182002009, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Витмет» (ГГРПОУ 24029801) судебные расходы по уплате государственных пошлин и по оплате судебной экспертизы по делу в размере 159 000 руб. (в том числе государственная пошлина в размере: 6 000 руб. за подачу встречного искового заявления, 3 000 руб. за подачу апелляционной жалобы; стоимость судебной экспертизы в размере  150 000 руб.).

Вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» (ГГРПОУ 24029801) из федерального бюджета излишне уплаченную на основании квитанции от 11.09.2020 №45/1 государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Вернуть арбитражному управляющему ФИО3 из федерального бюджета излишне уплаченную на основании квитанции от 14.09.2020 №37/1 государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Перечислить с депозитного счета Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в адрес общества с ограниченной ответственностью «Научно-практический центр «Экспертные исследования» денежную сумму в размере 150 000 руб.

Принятые на основании определения Арбитражного суда Республики Крым от 26.12.2017 по делу №А83-19699/2017 обеспечительные меры в виде запрета обществу с ограниченной ответственностью «Витмет», а также иным лицам совершать сделки либо иные действия, направленные на распоряжение нежилыми помещениями, в том числе изменять сведения в Едином государственном реестре недвижимости в отношении принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Витмет» имущества – полностью отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                   А.А. Тарасенко

Судьи        И.В. Евдокимов

                  Ю.В. Колупаева