АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-7270/2021

22 февраля 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Яшкиной Е.К.

судей Захаренко Е.Н., Лесненко С.Ю.

при участии: от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 09.02.2022 № 82/2022, ФИО2 – представитель по доверенности от 10.01.2022  № 60/2022 

от Администрации представители: ФИО3 по доверенности от 30.12.2021, ФИО4 по доверенности 16.08.2021, ФИО5 (и.о. главы Олюторского муниципального района)

от МУП «Олюторский»: ФИО4 – представитель по доверенности от 12.04.2021

рассмотрев в судебном заседании посредством веб-конференции кассационную жалобу администрации Олюторского муниципального района, муниципального унитарного предприятия «Олюторский»

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021

по делу №  А24-5826/2020 Арбитражного суда Камчатского края

по иску акционерного общества «Корякэнерго» 

к администрации Олюторского муниципального района, муниципальному унитарному предприятию «Олюторский» 

о взыскании 5 235 109,91 руб.

по встречному иску администрации Олюторского муниципального района

к акционерному обществу «Корякэнерго»

о признании договоров купли-продажи от 27.09.2019 № 19S208007 и                   от 21.09.2020 № 20S208006 недействительными сделками

акционерное общество «Корякэнерго» (ОГРН 

<

***>,          ИНН 

<

***>, адрес: 683013, 

<

...>, далее – общество, АО «Корякэнерго») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к администрации Олюторского муниципального района (ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>, адрес: 688800, Камчатский край, 

<

...>, далее – Администрация) и муниципальному унитарному предприятию «Олюторский»                           (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 688800, Камчатский край,          

<

...>, далее – МУП «Олюторский», предприятие) о солидарном взыскании 5 235 109,91 руб. долга по оплате поставленного по договорам купли-продажи от 27.09.2019  № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006 каменного угля. 

В соответствии со статьей 132 АПК РФ к производству суда для  совместного рассмотрения принято встречное исковое заявление ответчиков к истцу о признании договоров купли-продажи от 27.09.2019 № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006 недействительными сделками. 

Решением суда от 06.07.2021 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречное требование удовлетворено: договоры купли-продажи каменного угля от 27.09.2019 № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006, заключенные между АО «Корякэнерго», Администрацией и                                  МУП «Олюторский» признаны недействительными сделками.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021 решение от 06.07.2021 отменено: первоначальный иск удовлетворен в заявленном размере, в удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с апелляционным постановлением, Администрацией и предприятием подана кассационная жалоба, в которой заявители просят его отменить, оставив в силе решение суда первой инстанции. В своей жалобе заявители, оспорили объемы поставленного угля, ссылаясь на отсутствие в деле первичной документации, подтверждающей объем угля, и её неверное оформление (без указания всех необходимых параметров товара). Кроме того, считают несостоятельным вывод судов о злоупотреблении со стороны ответчиков правом, поскольку последние не уклоняются от оплаты поставленного угля, однако фактический объем поставок не был установлен; о наличии исключительных обстоятельств, обосновывающих необходимость поставки каменного угля по спорным поставкам; об обязанности Администрации обеспечить теплоснабжение домов, не относящихся к жилому фонду. Также заявители указали на ряд допущенных судом процессуальных нарушений в виде необоснованного отказа суда в назначении по делу судебной экспертизы в целях определения объема поставленного угля, выход за пределы рассмотрения апелляционной жалобы.

В отзыве на кассационную жалобу общество оспорило доводы приведенные в ней, настаивая на оставлении в силе обжалуемого постановления.

В судебном заседании, которое в порядке статьи 158 АПК РФ откладывалось, представители ответчиков доводы кассационной жалобы поддержали, ответив на дополнительные вопросы суда, против чего возражали представители истца.

Проверив законность обжалуемого апелляционного постановления, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между                    АО «Корякэнерго» (продавец), МУП «Олюторский» (покупатель) и Администрацией (поручитель) заключены договоры купли-продажи каменного угля от 27.09.2019 № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006, по условиям которых продавец обязуется поставить покупателю на угольный склад в с. Корф Олюторского района каменный уголь с характеристиками, указанными в Приложении № 1 (далее - товар), в количестве 600 тн, согласно спецификации (Приложение № 2), а покупатель обязуется принять и оплатить поставленный (переданный) товар в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором (пункты 1.1, 1.2 договоров). 

Цена одной тонны товара по договору от 27.09.2019 № 19S208007 составляет 15 552,07 руб., в том числе НДС 20% - 2 591,01 руб. Общая стоимость поставки товара по настоящему договору составляет 9 331 242 руб., в том числе НДС 20% - 1 555 207 руб. (пункт 2.1 договора). 

Цена одной тонны товара по договору от 21.09.2020 № 20S208006 составляет 16 755,73 руб., в том числе НДС 20 % - 2 792,62 руб. Общая стоимость поставки товара по настоящему договору составляет 10 053 438 руб., в том числе НДС 20 % - 1 675 573 руб. (пункт 2.1 договора). 

Оплата товара по указанным договорам производится покупателем за поставленную партию в течение 10 рабочих дней с даты подписания товарных накладных, при фактическом получении товара, по безналичному расчету путем перечисления денежных средств на счет продавца (пункты 2.3. договоров). 

В пунктах 3.4 договоров стороны согласовали обязанности поручителя. 

В соответствии с товарной накладной от 30.03.2020 № 118 истец по договору купли-продажи от 27.09.2019 № 19S208007 поставил предприятию 137,3 тн каменного угля на сумму 2 135 299,49 руб.; по договору купли-продажи от 21.09.2020 № 20S208006 по товарной накладной № 486 от 13.10.2020 - 185 тн каменного угля на сумму 3 099 810,42 руб. 

Поставленные 30.03.2020 и 13.10.2020 партии каменного угля ответчиками оплачены не были, в результате чего на стороне ответчиков образовалась задолженность в сумме 5 235 109,91 руб., непогашенная и после направления претензии от 22.10.2020 № 2577/05 и от 09.11.2020 № 2736/05

В свою очередь, возражая относительно заявленных требований и ссылаясь на нарушение процедуры заключения спорных договоров, МУП «Олюторский» и Администрация обратились в арбитражный суд с встречным требованием о признании договоров купли-продажи от 27.09.2019 № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006 недействительными сделками.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, установив, что указанные договоры заключены без соблюдения конкурентных процедур, предусмотренных Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ), признал спорные договоры недействительными и отказал в удовлетворении первоначальных исковых требований.

С таким подходом не согласился апелляционный суд, который, проследив хронологию правоотношений сторон, констатировав наличие исключительных обстоятельств, обосновывающих необходимость поставки каменного угля в с. Корф, учитывая социальную значимость указанных поставок, не установил оснований для освобождения ответчиков от оплаты поставленного каменного угля, выявив и отметив признаки недобросовестного поведения МУП «Олюторский» и Администрации.

Как итог, апелляционный суд признал, что допущенные ответчиками нарушения (их собственные неправомерные действия по непроведению закупочных процедур), а также дальнейшие действия после заключения сделок, которые давали основание другим лицам, в частности АО «Корякэнерго», полагаться на действительность сделок, в том числе признание имеющейся задолженности, не могут быть положены судом в основу признания договоров недействительными, лишив права истца на получение платы за поставленный товар. На этом основании апелляционный  суд отменил решение суда, признав обоснованным первоначальный иск и отказав в удовлетворении встречного иска.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 1 статьи 525 ГК РФ предусмотрено, что поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530 указанного Кодекса).

Аналогичное требование содержится и в Закона № 44-ФЗ, согласно которому государственные органы, органы управления внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов вступают в договорные отношения только посредством заключения государственного или муниципального контракта.

Пунктом 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее - Обзор судебной практики от 28.06.2017), предусмотрено, что по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Пунктами 21, 22 Обзора судебной практики от 28.06.2017 предусмотрено, что не может быть отказано в удовлетворении иска об оплате поставки товаров, выполнения работ или оказания услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта, когда поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг являются обязательными для соответствующего исполнителя вне зависимости от его волеизъявления, а также в случаях экстренного осуществления поставки товаров, выполнения работ или оказания услуг в связи с аварией, иной чрезвычайной ситуацией природного или техногенного характера, а также угрозой их возникновения.

Таким образом, тот факт, что по общему правилу все отношения сторон должны регулироваться Федеральным законом № 44-ФЗ, не означает принципиальной невозможности взыскания задолженности за исполнение, предоставленное в целях удовлетворения муниципальных нужд без заключенного муниципального контракта. Такие исключения возможны в ситуациях, когда поставляемый товар (оказываемые услуги, выполняемые работы) носит социально значимый характер и является необходимым для повседневного удовлетворения публичных нужд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

Требование о признании недействительной сделки может быть удовлетворено, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия, либо в том случае, когда лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В пункте 70 постановление Пленума № 25 разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Приведенный правовой подход (правило эстоппеля) применим в тех случаях, когда стороны исполняют ранее заключенный договор, а заявление о недействительности такого договора сделано одной из его сторон в целях освобождения себя от обязательств, предусмотренных этим договором.

Согласно пункту 1 постановления № 25 судам при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В ходе рассмотрения спора судами установлено, что Законом Камчатского края № 210 от 04.03.2013 сельское поселение с. Корф было упразднено, территория сельского поселения включена в состав межселенной территории Олюторского муниципального района. Однако в настоящее время на межселенной территории «Корф» в Олюторском районе Камчатского края располагаются многоквартирные дома, в которых проживают преимущественно сотрудники ФКП «Аэропорты Камчатки», АО «Камчатское авиапредприятие», котельной «Центральная» с.Корф, а также иных служб, обеспечивающих работу аэропорта, и члены их семей. Исходя из пояснений сторон судом выяснено, что вопрос о продаже каменного угля МУП «Олюторский» для нужд межселенной территории с. Корф решался оперативно, в том числе с участием Правительства Камчатского края, поскольку данный вопрос имел первостепенное значение для обеспечения граждан, проживающих на территории соответствующего муниципального образования, бесперебойного доступа к необходимому для нормальной жизнедеятельности объему тепловой энергии надлежащего качества, с учетом недопустимости срыва отопительного сезона, являющегося чрезвычайной ситуацией, указанное решение было принято в качестве экстренной меры оказания необходимых услуг.

Проанализировав хронологию правоотношений сторон, дав с позиций статьи 71 АПК РФ представленным в дело доказательствам, в частности письмам от 27.09.2018 № 2986, от 14.02.2019 № 20, от 19.03.2019 б/н, от 10.10.2019 б/н, от 05.02.2021 № 328, в соответствии с которыми Администрация и МУП «Олюторский» обращались в адрес общества с просьбами провести работы по подготовке к отопительному периоду и приступить к подаче тепловой энергии, организовать поставку каменного угля в с. Корф, обращениям Администрации в адрес врио Губернатора Камчатского края, врио Министра жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Камчатского края, Министерства финансов Камчатского края с просьбой оказать содействие в выделении бюджетных средств на погашение дебиторской задолженности перед АО «Корякэнерго» за поставку угля по спорным договорам (письма от 28.05.2020 № 2457, 16.09.2020 № 4001, от 26.01.2021 № 184, от 21.01.2021 № 141, от 28.01.2021 № 236), апелляционный суд констатировал наличие исключительных обстоятельств, обосновывающих необходимость поставки каменного угля в с. Корф по спорным поставкам, отметив социальную значимость указанных поставок, а также длительный и регулярный характер отношений между истцом и ответчиками, подтвержденных представленными в дело иными договорами поставки каменного угля № 19Т213001 от 16.04.2019, № 20Т213001 от 08.05.2020, которые были оплачены в полном объеме.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд счел, что поставка угля, производимая истцом, была осуществлена в условиях предупреждения чрезвычайной ситуации с целью исключения срыва отопительного сезона 2019 - 2020 годов и причинения вреда жизни и здоровью населения с. Корф. Поэтому судебная коллегия не усмотрела в действиях истца намерений обойти закон с целью получения незаконной имущественной выгоды, а отсутствие договора, заключенного по итогам торгов и подписанного в виде единого документа обеими сторонами, в данном случае судом не принятого в качестве обстоятельства, исключающего обязанность покупателя оплатить обществу поставленный товар.

Проверяя возражения ответчиком относительно недоказанности факта поставки и объема поставленного по спорным договорам угля, апелляционная инстанция сочла их неубедительными и опровергаемыми представленной в дело доказательственной базой (подписанными без замечаний и возражений спецификациями, товарными накладными с отметками «груз принял»). В связи с чем апелляционная инстанция признала установленными факт поставки АО «Корякэнерго» каменного угля по договорам купли-продажи № 19S208007 от 27.09.2019 и № 20S208006 от 21.09.2020 на общую сумму 5 235 109, 91 руб. и его принятие МУП «Олюторский», а также факт неоплаты поставленного товара.

 Наряду с этим судом проверены с позиций статьи 424 ГК РФ и мотивировано отклонены как не нашедшие своего подтверждения доводы ответчиков относительно поставки угля по завышенным ценам.   

В тоже время, оценив поведение сторон с точки зрения добросовестности, судебная коллегия заключила, что, предъявляя встречный иск по рассматриваемому делу, МУП «Олюторский» преследовало интерес, заключающийся лишь в создании условий для неисполнения им обязательства по оплате задолженности, который в данном случае не может быть признан правомерным и подлежащим удовлетворению.

Исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, суд апелляционной инстанции правомерно отклонил доводы лица, допустившего собственные неправомерные действия при заключении договоров в нарушение законодательно установленных правил, как не являющиеся при установленных по делу обстоятельствах основанием для признания договора ничтожными, и возложил на предприятие обязанность оплатить задолженность за фактически поставленный товар.

Поддерживая выводы апелляционного суда в отношении покупателя по спорным договорам поставки угля, суд округа не может согласиться с выводами об удовлетворении требований к Администрации как солидарному должнику в силу следующего.

Так согласно условиям договоров купли-продажи от 27.09.2019 № № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006 администрация, как поручитель, обязалось отвечать перед исполнителем в том же объеме что и заказчиком.

Согласно пункту 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

На основании пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя (пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 23), государственная (муниципальная) гарантия представляет собой не поименованный в главе 23 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обеспечение исполнения обязательств» способ обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств, при котором публично-правовое образование дает письменное обязательство отвечать за исполнение лицом, которому дается гарантия, обязательств перед третьими лицами полностью или частично (пункт 1 статьи 115 Бюджетного кодекса РФ, пункт 1 статьи 329 ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

В силу статьи 124 ГК РФ гражданское законодательство предусматривает возможность наличия специального правового регулирования участия публично-правового образования в спорных отношениях, в том числе учитывающего особенности данного субъекта.

Особенности участия публично-правового образования в таких отношениях на момент их возникновения предусмотрены нормами Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 100 Бюджетного кодекса РФ установлен исчерпывающий перечень обязательств, в виде которых могут существовать долговые обязательства муниципального образования: муниципальные ценные бумаги, бюджетные кредиты, полученные от кредитных организаций кредиты и муниципальные гарантии.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления № 23 публично-правовое образование может обязываться нести ответственность за неисполнение обязательств иным лицом только путем предоставления государственной (муниципальной) гарантии, обязательства по которой в силу положений статей 98 - 100 БК РФ включаются в состав государственного (муниципального) долга.

Форма, порядок и условия предоставления муниципальных гарантий предусмотрены нормами статей 115, 115.2, 117 Бюджетного кодекса РФ.

Муниципальные гарантии предоставляются только в письменной форме (пункт 3 статьи 115 Бюджетного кодекса РФ).

От имени муниципального образования предоставление муниципальных гарантий осуществляет администрация муниципального образования. Муниципальные гарантии предоставляются в пределах общей суммы предоставляемых гарантий, указанной в решении представительного органа муниципального образования о бюджете на очередной финансовый год. Основанием для предоставления муниципальной гарантии являются решение местной администрации и договор о предоставлении муниципальной гарантии (пункт 1 статьи 115.2, пункт 2 статьи 117 Бюджетного кодекса РФ).

Предоставление и исполнение муниципальной гарантии подлежат отражению в муниципальной долговой книге (абзац 2 пункта 5 статьи 117 Бюджетного кодекса РФ).

Ввиду законодательного определения особенностей государственных гарантий, не позволяющих отождествлять их с поручительством, в пункте 4 названного Постановления № 23 разъяснено, что с 01.01.2008 существенно сужена сфера применения норм Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поручительства в порядке аналогии закона к правоотношениям, возникающим в связи с государственными гарантиями, выданными после 31.12.2007; права публично-правового образования, исполнившего такую государственную гарантию, определяются в зависимости от того, предусматривалось ли гарантией регрессное требование, и было ли обусловлено исполнение государственной гарантии уступкой гаранту требования бенефициара.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 20.07.2011 № 20-П, правоотношения по поводу бюджетных денежных средств, будучи гражданско-правовыми, имеют явную публично значимую цель, что позволяет федеральному законодателю – исходя из необходимости соблюдения баланса конституционно защищаемых публичных и частных интересов и специфики взаимоотношений государства и получателей бюджетных средств – ввести специальный порядок возврата этих средств.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается сторонами, при включении в спорные договоры условия о поручительстве Администрации порядок предоставления муниципальной гарантии соблюден не был, доказательства включения указанного обязательства в перечень муниципальных гарантий муниципального образования отсутствуют; договор о предоставлении муниципальной гарантии сторонами не представлен.

В силу разъяснений, данных в пункте 74 Постановления № 25, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления № 23 сделки по предоставлению муниципальных гарантий, совершенные после 31.12.2007, не предусматривающие предел ответственности гаранта, являются ничтожными.

В силу пункта 5 статьи 115 Бюджетного кодекса РФ, устанавливающего субсидиарный характер ответственности гаранта, условие государственной (муниципальной) гарантии о солидарной ответственности гаранта и должника является ничтожным (за исключением случая установления солидарной ответственности по гарантиям, предоставленным в обеспечение обязательств, составляющих государственный внешний долг Российской Федерации).

Признание указанного условия недействительным не влечет недействительности всей сделки о предоставлении государственной (муниципальной) гарантии (статья 180 ГК РФ), в данном случае подлежит применению пункт 5 статьи 115 Бюджетного кодекса РФ.

С учетом приведенных нормоположений и конкретных обстоятельств настоящего спора, суд округа считает, что несоблюдение сторонами при подписании спорных договоров требований бюджетного законодательства, предусматривающих порядок предоставления муниципальной гарантии, а также отсутствия условия, определяющего предел ответственности гаранта, свидетельствует о ничтожности сделки в части абзаца 3 преамбулы и пунктов 3.4 договоров купли-продажи каменного угля от 27.09.2019 № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006, как противоречащей существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства и посягающее на публичный порядок расходования средств муниципального бюджета.

В связи с чем оспариваемые сделки в данных частях признаются судом округа недействительными, соответственно апелляционное постановление на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит изменению.

При этом суд округа отмечает, что доводы кассационной жалобы, касающиеся недоказанности объема поставок, об отсутствии исключительных обстоятельств, обосновывающих необходимость поставки каменного угля по спорным поставкам, о добросовестном поведении ответчиков, не содержит доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов суда установленным им обстоятельствам по делу, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судебной инстанции, основанных на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Довод кассационной жалобы, касающейся необоснованного отказа в назначении по делу судебной экспертизы также подлежит отклонению судом округа в силу нижеследующего.

Необходимость назначения экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ для разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, исходя из тех возражений, которые заявлены сторонами процесса, и представленных ими доказательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2016 № 2130-О, арбитражный суд в силу части 3 статьи 9 АПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, - назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле (часть 1 статьи 82 АПК РФ), что является необходимым для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (пункт 1 статьи 2 АПК РФ). Предусмотренное статьей 82 АПК РФ полномочие арбитражного суда по назначению экспертизы вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Гарантией процессуальных прав лиц, участвующих в деле, выступают обязанность суда мотивировать отклонение ходатайства о назначении экспертизы, а также установленные данным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.

В данном случае суд, исходя из достаточного объема доказательств, имеющихся в материалах дела, в результате исследования и оценки которых на основании статьи 71 АПК РФ подлежал вынесению судебный акт по существу рассматриваемых требований, а также отсутствия доказательств, подтверждающих необходимость назначения судебной экспертизы (статья 65 АПК РФ), правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

 Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021 по делу №  А24-5826/2020 Арбитражного суда Камчатского края изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

«Решение Арбитражного суда Камчатского края от 06.07.2021 по делу №А24-5826/2020 отменить. 

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Олюторский» в пользу акционерного общества «Корякэнерго» 5 235 109,91 руб. долга по оплате поставленного по договорам купли-продажи от 27.09.2019                        № 19S208007 и от 21.09.2020 № 20S208006 каменного угля, а также               49 176 руб. государственной пошлины по иску и 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В удовлетворении иска к администрации Олюторского муниципального района отказать.

Признать недействительными абзац третий преамбулы договора, пункт 3.4 договора купли-продажи от 27.09.2019 № 19S208007 каменного угля.

Признать недействительными абзац третий преамбулы договора, пункт 3.4 договора купли-продажи от 21.09.2020 № 20S208006 каменного угля.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.»

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           Е.К. Яшкина                   

Судьи                                                                                    Е.Н. Захаренко         

С.Ю. Лесненко