СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город  Томск                                                                                    Дело № А45-2516/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 июня 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Апциаури Л.Н.,

                                                                                   ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел апелляционные жалобы ФИО3 (№ 07АП-3994/20 (11)), ФИО4 (№ 07АП-3994/20 (12)) на определение от 04.04.2022 Арбитражного суда Новосибирской области (судья – Мельникова А.О.) по делу № А45-2516/2020 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Базис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, место регистрации: 630005, 

<

...>, помещение 2.8) по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО3, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего АО «Базис»: ФИО5 (лично);

от ФИО3: ФИО7 по доверенности от 17.09.2020;

от ФИО4: ФИО8 по доверенности от 13.01.2022;

от АО «Электроагрегат»: ФИО9 по доверенности от 18.12.202, ФИО10 по доверенности от 07.10.2021.

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.08.2020 акционерное общество «Базис» (далее – АО «Базис») признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий должником ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением от 04.04.2022 (резолютивная часть объявлена 29.03.2022) Арбитражный суд Новосибирской области признал доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника АО «Базис» контролирующих должника лиц - ФИО4 и ФИО3; приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами; в остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 и ФИО4 просят его отменить, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

Апелляционная жалоба ФИО3 мотивирована тем, что конкурсный управляющий ФИО5 действует в интересах кредитора АО «Электроагрегат», своими действиями причиняя убытки обществу-должнику. В связи с установленным режимом самоизоляции ФИО3 не могла передать документы управляющему. Часть бухгалтерских документов была передана конкурсному управляющему, остальное было уничтожено в результате затопления. Часть документов ФИО3 запросила у контрагентов и передала управляющему, тогда как конкурсный управляющий не предпринимал попыток истребования документов у иных лиц.

В своей апелляционной жалобе ФИО11 считает, что суд первой инстанции неправомерно отказал в приостановлении производства по данному обособленному спору до рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО12, поскольку обвинительный приговор может служить основанием для пересмотра приговора в отношении ФИО4, на котором основано требование мажоритарного кредитора, контролируемого, по его мнению, ФИО12 Апелляционная жалоба также мотивирована наличием корпоративного, а не банкротного характера спора, связанного с конфликтом между двумя крупными акционерами кредитора – ФИО4 и ФИО12, что, по убеждению заявителя жалобы, не было учтено судом первой инстанции. Заявитель полагает, что предъявление иска о субсидиарной ответственности по правилам банкротного права, вместо иска по правилам корпоративного права, представляет собой, очевидно, недобросовестную попытку обойти правила об исковой давности. Заявитель считает, суду следовало применить исковую давность, срок которой истек. По мнению ответчика, суд не учел невиновность ФИО4, который полагался на многочисленные судебные акты о законности приобретения им помещений у кредитора и позицию самого кредитора о том, что он требует возмещения стоимости этих помещений, не требуя их возврата. Обращает внимание на то, что ФИО4 не мог и не должен был предвидеть появление более поздних судебных актов о якобы незаконности приобретения им помещений, а также на изменение позиции кредитором, который стал уклоняться от получения денежных средств от ФИО4 в качестве возмещения их стоимости, требуя вместо этого виндикации помещений. Впоследствии кредитор инициировал дело о банкротстве должника, его требование о возмещении доходов, полученных должником от сдачи в аренду помещений, включено в реестр требований кредиторов должника. Между тем, до определенного периода ФИО4 считал, что доход от сдачи помещения в аренду помещения принадлежал должнику, так как не сомневался в наличии права собственности на спорное помещение у АО «Базис». По мнению заявителя апелляционной жалобы, заявление конкурсного управляющего АО «Базис» о привлечении контролирующих должника лиц: ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, подлежит оставлению без рассмотрения. В случае если суд не установит таких оснований, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником должно быть отказано.

В апелляционной жалобе содержится ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе до вступления в законную силу приговора по уголовному делу № 1-158/2022 в отношении ФИО12, поддержанное в судебном заседании.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО4 ссылается на судебную практику, указывает на смерть ФИО12 и продолжение рассмотрения уголовного дела по существу.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили отзывы на апелляционные жалобы, в которых конкурсный управляющий ФИО5, АО «Электроагрегат», возражают против их удовлетворения.

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, представители ФИО3 и ФИО4 настаивали на доводах апелляционной жалобы, конкурсный управляющий ФИО5 и представитель АО «Электроагрегат» просили оставить судебный акт без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи  с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство ФИО4 о приостановлении производства по апелляционной жалобе, заслушав мнение участников процесса, судебная коллегия не находит оснований для его удовлетворения.

С учетом положений пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ и конкретных обстоятельств рассматриваемого спора (смерти ФИО12, разумных сроков рассмотрения дела, регламентированных сроков, отведенных на проведение банкротных процедур, наличия вступивших в законную силу и не пересмотренных по вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов, включая приговор суда в отношении ФИО4), сам по себе факт рассмотрения уголовного дела по обвинению ФИО12 по факту хищения у ФИО4 акций АО «Электроагрегат» не имеет прямого отношения к существу настоящего спора и не подтверждает наличие безусловных оснований для приостановления арбитражным судом производства по нему.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, в обоснование заявленного требования конкурсным управляющим приведены следующие основания для привлечения к субсидиарной ответственности:

- невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2020 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в отношении ФИО3 и ФИО6;

 - не передача документации должника (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) в отношении ФИО3, 

- несвоевременная подача заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве) в отношении ФИО3;

- причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки – инвестиционного договора от 19.07.2016 (подпункт 1 пункта 2 статьи61.11 Закона о банкротстве) в отношении ФИО3, ФИО6, ФИО4

По мнению конкурсного управляющего после вынесения постановления о виндикации имущества 15.03.2019 должник лишился возможности продолжать деятельность в виде сдачи аренды недвижимого имущества, что повлекло его несостоятельность и обязанность по обращению в суд с заявлением о собственном банкротстве. Кроме того, должник заключил договор № 1 от 19.07.2016 о совместной инвестиционной деятельности, которые заранее не мог быть исполним со стороны должника ввиду отсутствия денежных средств, размер которых был определен аффилированными сторонами в графике платежей. 

Заявление мотивировано также тем, что в результате совершения данной сделки произошло фактическое выведение денежных средств в пользу конечного бенефициара ФИО4, ФИО3 не в полном объеме передала истребованную судебным актом документацию, в результате чего конкурсный управляющий не смог проанализировать все сделки, бухгалтерскую документацию в целях формирования конкурсной массы.

Суд первой инстанции, привлекая к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4, исходил из обоснованности заявленных конкурсным управляющим требований.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор   и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, пункту 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан,  в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. 

Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Указанный выше порядок рассмотрения заявлений разъяснен в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении лиц, контролирующих должника в части совершения сделки по заключению инвестиционного договора в 2016 году к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, хотя заявление и поступило в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Закона № 266-ФЗ), но при этом должны применяться процессуальные нормы, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По правилам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой редакции (аналогичные положения закреплены в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Давая оценку доводу ФИО3 об исполнении ею обязанности по передачи документов управляющему, с учетом того, что часть документов была уничтожена вследствие затопления, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей документации (подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлась руководителем должника с 09.04.2013 до даты введения конкурсного производства.

Вступившим в законную силу определением суда от 14.07.2021 суд обязал бывшего руководителя должника ФИО3 передать конкурсному управляющему ФИО5 документацию должника АО «Базис», поименованную в определении.

После вынесения данного судебного акта, ФИО3 частично были переданы документы конкурсному управляющему по акту от 22.03.2022.

Вместе с тем, часть документов так и не была передана, в частности, не переданы истребованные судом: - документы первичного бухгалтерского учета, включая оборотносальдовые ведомости; - кассовые книги; - счета и регистры синтетического и аналитического учета, расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»; - расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; расшифровку краткосрочных финансовых вложений; - учетная политика и документы утвердившие ее; последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам;- расшифровка кредиторской и дебиторской задолженности с указанием почтовых адресов контрагентов и даты возникновения; договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами за весь период деятельности, но не менее чем за три последних года; - документы, свидетельствующие о выполнении или невыполнении АО «БАЗИС» денежных обязательств перед контрагентами, бюджетом и внебюджетными фондами (неисполненные платежные требования, платежные поручения и т.п.); - утвержденное штатное расписание; - сведения о выданных доверенностях в форме журнала учёта выдачи доверенностей, оригиналы договора - основания оплаты за компенсацию расходов на приобретение неисключительного права использования возможностей в системе «СБИС» по счету № 15 от 12.09.2017 ООО «НСТ» ИНН5406613173, договор аренды нежилого помещения по договору № 1ПЛ 30/2014 от 01.06.2014 (2 этаж) ООО «Рел- Эл» ИНН5406719395, договор № 2ПЛ 30/2014 от 20.10.2015 (2 этаж) ООО «Рел-Эл» ИНН5406719395, договор № 01/02/14 от 01.02.2014 ООО «Ависта Бухгалтерская Фирма» ИНН5406682018, договор ПЛ30/207 от 15.01.2014 ООО «КОМПАНИЯ ТРАНСПОРТ-СЕРВИС» ИНН7720668002, договор займа № 06/09/13 от 06.09.13 ООО «Терминал 2» ИНН5406361832, договор займа № 20/07-17 от 20.07.2017 ООО «Терминал 3», договор от 28.08.2017 № 057 ООО «А2» ИНН5407460748, договор займа № 05/03/12 от 05.03.12 ФИО13 (ИП) ИНН540531909001, договор займа № 29/01/19 от 29.01.2019 ООО «ВЭГ ИНВЕСТ» ИНН5406544160.

При этом если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Отсутствие всего перечня запрашиваемых документов не позволяет конкурсному управляющему установить полные условия договоров, а, следовательно, наличие или отсутствие неисполненных обязательств по данным договорам, включая штрафные санкции.

Кроме того, отсутствие оборотно-сальдовых ведомостей, кассовых книг не позволило ссылаться конкурсному управляющему на данные доказательства в судебном процессе по взысканию задолженности с ООО «Эталон» в пользу АО «Базис» в размере 2 300 000 рублей (дело № А45-30690/2020), где были представлены квитанции к ПКО подтверждающие возврат денежных средств.

Доводам ФИО3 относительно утраты документации в результате затопления уже давалась оценка судом первой инстанции при вынесении определения от 14.07.2021, которым такие доводы были отклонены ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что документы, истребуемые конкурсным управляющим, пришли в негодность в результате затопления. Каких-либо новых доказательств в обоснование данного довода не приведено.

При таких обстоятельствах, учитывая, что в полном объеме истребованная документация не была передана, доказательств невозможности представления не представлено, имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности применительно к подпункту 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности подлежат отклонению, поскольку противоречат установленным фактическим обстоятельствам дела.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом, следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Предусмотренная подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в рассматриваемом случае не применима, подобная презумпция в предыдущих редакциях Закона отсутствовала.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 АПК РФ) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства.

Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53.

По смыслу пунктов 3, 16 Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

При этом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как следует из материалов дела, в 2012 году из владения АО «Электроагрегат» выбыли по цепочке сделок объекты недвижимого имущества. Обстоятельства хищения имущества бывшим акционером АО «Электроагрегат» ФИО4 установлены приговором Центрального районного суда г. Новосибирска от 04.12.2017 по делу № 1-30/2017.

Обстоятельства хищения признаны имеющими преюдициальное значение постановлением Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 02.06.2015 в деле № А45-2444/2014.

14.02.2014 АО «БАЗИС» зарегистрировало право собственности на спорное имущество.

В последующем, в связи с вынесением приговора в отношении ФИО4, было пересмотрено постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2015 по делу А45-2444/2014, оставлено в силе решение Арбитражного суда Новосибирской области от 06.04.2015 об истребовании спорного имущества от АО «Базис» в пользу АО «Электроагрегат».

15.03.2019 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 06.04.2015 вступило в силу.

В период владения имуществом АО «Базис» получало доходы от аренды. Определением суда от 12.10.2020 по настоящему делу суд установил, что за период с 14.02.2014 по 30.09.2018 АО «Базис» получило или могло получить по заключенным договорам аренды доходы в размере 183 233 803,93 рубля. За вычетом расходов на содержание имущества в реестр требований кредиторов было включено требование АО «Электроагрегат» в размере 169 805 664 руб. 92 коп.

Как следует из материалов дела, 19.07.2016 между ООО «Альянс-НСК» (сторона 1) и АО «Базис» (сторона 2) заключен договор № 1 о совместной инвестиционной деятельности в строительстве (далее по тексту – договор), предметом которого является совокупность организационно-распорядительных, правовых, технико- экономических и финансовых мероприятий участников, призванных обеспечить наиболее экономически целесообразную реализацию инвестиционного проекта с целью достижения результата инвестиционной деятельности сторон: создание нежилого здания: «Бизнес-центр с офисами, помещениями общественного назначения, с подземной и наземной автомобильной стоянкой, встроенной трансформаторной подстанцией», расположенное по Красному проспекту в Заельцовском районе, строительство которого будет осуществляться в соответствии с проектом и настоящим Договором, для чего стороны объединяют усилия и свои вклады.

Согласно условиям договора Сторона 1 вносит следующий вклад: 

2.1.1. обеспечивает оформление права на земельный участок, на котором будет осуществляться строительство Объект, указанного в настоящем договоре, в компетентных органах; 

2.1.2. привлекает для исполнения настоящего договора строительную организацию (далее - Застройщик), на балансе которой будет вестись бухгалтерский учет операций, связанных со строительством Объекта и самостоятельно заключает с ней соответствующий договор;

2.1.3. участвует в приемке Объекта, оформляет и подписывает все необходимые для его ввода в эксплуатацию документы;

2.1.4. финансирует строительство в рамках проектно-сметной стоимости Объекта в соответствии с графиком строительства, несет иные необходимые расходы в целях осуществления проекта и завершения строительства Объекта; 

2.1.5. решает все организационные вопросы, связанные со строительством Объекта.

Сторона 2 вносит следующий вклад:

2.2.1. перечисляет денежные средства в размере проектно-сметной стоимости Объекта, а также дополнительные средства на иные необходимые расходы в целях осуществления проекта строительства. Указанные средства Сторона 2 перечисляет Стороне 1 для использования в целях, предусмотренных в пункте 2.1. настоящего договора, в соответствии графиком внесения вклада (Приложение №2 к настоящему договору).

Общий размер вклада, который обязался внести должник, определен сторонами в размере 1 002 430 000 рублей.

Сторонами согласован график внесения суммы в размере 1 002 430 000 рублей: один раз в квартал в период с 30.09.2016 по 30.06.2019 равными платежами - 83 535 833 рублей.

Указанный договор заключен между аффилированными лицами, что установлено вступившим в законную силу определением по настоящему делу от 21.10.2021.

Договор от имени АО «Базис» и от имени ООО «Альянс НСК» подписан ФИО3 При этом, согласно выписке из ЕГРЮЛ, с ноября 2013 года по октябрь 2015 года руководителем и участником ООО «Альянс НСК» являлся ФИО4, в период с октября 2015 года по настоящее время руководителем и участником ООО «Альянс НСК» является ФИО3 Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении АО «Базис», с 09.04.2013 по дату введения конкурсного производства руководителем являлась ФИО3

После получения ООО «Альянс» в июне 2016 года уведомления Мэрии об отказе в выдаче разрешения на строительство на земельном участке, в июле 2016 года стороны заключили договор о совместной инвестиционной деятельности в строительстве, которое предполагалось на том же спорном земельном участке.

Заключая договор № 1 о совместной инвестиционной деятельности в строительстве от 19.07.2016 ФИО3, являясь руководителем должника, знала об отсутствии возможности продления аренды (срок действия договора истек 07.09.2015, а 23.06.2016 получено уведомление об отказе). В последующем, судебными актами отказ Мэрии признан законным.

ФИО3 должна была осознавать то обстоятельство, что договор со стороны ООО «Альянс НСК» не может быть исполнен.

Со стороны АО «Базис» спорный договор также не мог быть исполнен по причине отсутствия у него денежных средств в определенном договором размере - 1 млрд. рублей.

Так, единственным активом должника, за счет которого возможно было получение доходов, являлось спорное недвижимое имущество, которое сдавалось в аренду в период владения с внесением ежемесячных арендных платежей в размере 3 505 164 рубля (до 09.12.2015 размер платежей составлял 3 118 243,19 рубля).

Вместе с тем, АО «Базис» согласно подписанному сторонами графику, должно было перечислять 83 535 833 рубля каждые три месяца за период с 30.09.2016 по 30.06.2019, то есть данный договор должен был обеспечивать входящий денежный поток АО «Базис» в размере 27 845 277,66 рублей ежемесячно.

Соответственно, при отсутствии иных доходов (наличие таковых не доказано) график платежей был заведомо неисполним, о чем руководитель должника не мог не знать.

Кроме того, согласно представленным в материалы дела сведениям по счету ООО «Альянс НСК», перечисленные АО «Базис» на расчетный счет кредитора денежные средства с назначением платежа «Инвестиционный взнос по договору № 1 от 19.07.2016 г» в тот же день или на следующий перечислялись ФИО4 с назначением платежа «возврат займа», либо ЗАО «Гавань», ООО «Новоград Инвестмент» (компании, подконтрольные ФИО14) с назначением платежа «возврат займа», либо шли на оплату текущих расходов ООО «Альянс НСК» (оплата связи, расходы по заработной плате, внесение обязательных платежей).

Указанные в совокупности обстоятельства свидетельствуют о мнимости инвестиционного договора (статья 170 ГК РФ), истинной целью которого являлся вывод денежных средств, полученных в результате предпринимательской деятельности должника конечному бенефициару – ФИО4

Все расходы на реализацию проекта строительства бизнес-центра «Европа-3» были понесены ООО «Альянс-НСК» до заключения договора о совместной инвестиционной деятельности от 19.07.2016 без участия АО «БАЗИС».

Денежные средства, перечисляемые АО «БАЗИС» в пользу ООО «Альянс НСК» после получения отказа в выдаче разрешения на строительство на земельном участке, использованы в целях погашения задолженности по договорам займа, ранее выданных ФИО4 в пользу ООО «Альянс НСК».

То обстоятельство, что договор был заключен сторонами при отсутствии разрешения на строительство, в отсутствие какого-либо права на земельный участок (срок договора аренды истек в 2015 году), длительная просрочка АО «Базис» по исполнению обязательств в отсутствие доказательств обращения ООО «Альянс НСК» с требованием об исполнении условий договора; не отражение в бухгалтерской отчетности должника за 2017-2019 годы наличия указанного договора, дополнительно свидетельствует о том, что между сторонами имелись правоотношения, выходящие за рамки обычного поведения участников такого рода правоотношений.

В данном случае, что именно ФИО4 являлся контролирующим должника лицом, извлекая выгоду от сдачи имущества в аренду с последующим перечислением полученных денежных средств в качестве оплаты по инвестиционному договору.

Помимо перечислений в пользу ООО «Альянс НСК» денежных средств по инвестиционному договору, в пользу ФИО4 до заключения договора перечислялись денежные средства в качестве погашения векселей, выданных АО «Базис».

При этом, учитывая, что вступившим в законную силу и не отмененным на дату судебного разбирательства приговором Центрального районного суда г. Новосибирска от 04.12.2017 установлены обстоятельства хищения ФИО4 спорного имущества (нежилых помещений). Получая денежные средства от должника, в том числе, в качестве гашения векселей, ФИО4 должен был осознавать, что извлекает выгоду из незаконного владения имуществом.

Так, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в размере 173 086 258,73 рублей (согласно судебным актам в картотеке арбитражных дел). При указанных обстоятельствах денежные суммы, перечисленные во исполнение инвестиционного договора 75 113 000 рублей, в счет гашения векселей на сумму более 30 млн. рублей, имели существенное значение для финансового состояния должника, могли быть использованы для расчётов с кредиторами.

Изъятие денежных средств привело к невозможности формирования конкурсной массы.

Таким образом, имеется совокупность доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание то обстоятельство, что договор о совместной инвестиционной деятельности подписывался со стороны должника и ООО «Альянс-НСК» ФИО3, в связи с чем, она со всей очевидностью не могла не осознавать факта наступления негативных последствий для общества, возникающих вследствие заключения подобной сделки.

Будучи руководителем обществ ФИО3 имела и волю и возможность не участвовать в заключении неисполнимой для должника сделки.

При таких обстоятельствах, ФИО3 также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Делая вывод о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом, суд первой инстанции исходил из того, что признаки объективного банкротства - у должника появились 30.05.2019, то есть с момента, в котором должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в частности налогового органа, в связи с утратой имущества, права требования взыскания дебиторской задолженности и наличием неисполненных обязательств перед налоговым органом, соответственно, в срок до 30.06.2019 руководитель должника обязан был обратиться с заявлением о банкротстве должника.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрен самостоятельный юридический состав для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не связанный с совершением контролирующими должника лицами действий или дачей обязательных указаний, вызвавших несостоятельность (банкротство) должника. 

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

При этом, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании указанной нормы осуществляется арбитражным судом в интересах конкретных кредиторов должника.

Указанная личная субсидиарная ответственность вызвана тем, что в случае, если бы контролирующие должника лица своевременно обратились в арбитражный суд с соответствующим заявлением, указанные кредиторы либо вообще не вступили бы в отношения с должником-банкротом, либо, вступив в такие отношения, приобрели бы статус его текущих кредиторов. 

Определяя размер обязательств должника, возникших после 30.06.2019, суд первой инстанции исходил из того, что определением суда от 03.07.2019 в рамках дела №А45- 2444/2014 произведен поворот исполнения определения Арбитражного суда Новосибирской области от 27.06.2016, с АО «Базис» в пользу АО «Электроагрегат» взыскано 1 519 115 руб., а также определением от 04.09.2019, с АО «Базис» в пользу АО «Электроагрегат» взыскано 439 300 руб. судебных расходов по оплате услуг представителей.

Между тем, судом первой инстанции не учтено, что для возникновения индивидуальной ответственности контролирующих должника лиц перед его кредиторами, существенное значение имеет момент возникновения обязательства. Такие обязательства должны возникнуть только после возникновения у контролирующих должника лиц обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом).

В то же время судом первой инстанции было установлено, что иск АО «Электроагрегат» к АО «Базис» об истребовании имущества из чужого незаконного владения был удовлетворен решением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.04.2015 (дело № А45-2444/2014).

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2015 решение суда первой инстанции от 06.04.2015 отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В последующем, в результате пересмотра судебного акта с учетом приговора суда от 04.12.2017, постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2019 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 06.04.2015 по делу №А45-2444/2014 было оставлено без изменения.

В последующем, определением суда от 03.07.2019 в рамках дела № А45-2444/2014 произведен поворот исполнения определения Арбитражного суда Новосибирской области от 27.06.2016, с АО «Базис» в пользу АО «Электроагрегат» взыскано 1 519 115 рублей, а также определением от 04.09.2019, с АО «Базис» в пользу АО «Электроагрегат» взыскано 439 300 рублей судебных расходов по оплате услуг представителей.

Таким образом, денежные обязательства, возникшие после 30.06.2019, включая судебные расходы, были связаны с пересмотром решения Арбитражного суда Новосибирской области от 06.04.2015 по делу №А45-2444/2014 по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, что установлено в определении от 04.09.2019.

Соответственно, условия для наступления личной субсидиарной ответственности ФИО3 не наступили, поскольку возникшие денежные обязательства у должника, связанные с пересмотром судебного акта не зависели ни от поведения ФИО3, ни от даты наступления объективного банкротства, и не подтверждают вступление кредитора в какие-то новые отношения с должником-банкротом, а также введения исполнительным органом кредитора в заблуждение относительно отсутствия у должника признаков неплатежеспособности и принятия должником дополнительных обязательств в условиях неплатежеспособности.

В рассмотренном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается наличие условий для привлечения ФИО3 по абзацу 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве в виду неисполнению ею обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица.

Однако ошибочный вывод суда первой инстанции не привел к принятию ошибочного решения, поскольку установлены иные основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вопреки доводу апелляционной жалобы ФИО4 о наличии оснований для оставления заявления конкурсного управляющего без рассмотрения с учетом корпоративного характера спора, оснований для утверждения о том, что заявление о привлечении их субсидиарной ответственности по долгам АО «Базис» является средством разрешения корпоративного спора с участием ФИО12 в рамках осуществления корпоративного управления АО «Электроагрегат» не имеется.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного суда РФ № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020)) при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Соответственно, механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров (Определение СКЭС ВС РФ от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015).

В данном случае под корпоративным спором понимается спор, в рамках которого требования предъявляют лица, имеющее отношение к корпоративному управлению самого должника, признанного банкротом.

При этом, описанный ФИО4 корпоративный спор, относится к деятельности кредитора АО «Электроагрегат», Одинец и иные акционеры кредитора влияния на хозяйственную деятельность должника АО «Базис» не оказывали (обратного не доказано), ФИО3 и ФИО6 акционерами АО «Электроагрегат» не являлись и не являются.

Спор, связанный с неисполнением обязательств должника перед кредитором, корпоративным спором не является. 

Само по себе наличие в производстве правоохранительных органов уголовного дела, и совершение в его рамках отдельных процессуальных действий, до вынесения приговора или завершающего процессуального акта, не имеют правового значения. 

Давая оценку доводам жалобы ФИО4 об истечении срока исковой давности, судебная коллегия не может не согласиться с правомерными выводами суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Процедура банкротства наблюдение введена в отношении АО «Базис» определением суда от 16.03.2020. Решением суда от 27.08.2020 в отношении должника открыто конкурсное производство. 

С требованием конкурсный управляющий обратился в суд 30.04.2021, то есть в установленный срок.

Недобросовестным владельцем применительно к положениям статьи 303 ГК РФ являлось АО «Базис», соответственно, ранее требование о возмещении всех доходов, которые могли или должны были быть извлечены за время неправомерного владения должником имущества, не могли быть предъявлены конкурсным управляющим должником к ФИО3, ФИО4 и ФИО6

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что пропущен срок исковой давности по заявленному требованию, с учетом отказа судом первой инстанции в признании наличия в данном споре корпоративного конфликта, не имеется.

Ссылка в  апелляционной жалобе ФИО3 на аффилированность ФИО5 с кредитором отклоняется, так как основанная на субъективном предположении. 

Довод ФИО3 о невыполнении ФИО5 обязанностей конкурсного управляющего, не принимается и не рассматривается, поскольку вопрос о надлежащим (ненадлежащем) исполнении конкурсным управляющим своих обязанностей в рамках дела о банкротстве, не входит в предмет доказывания по настоящему обособленному спору.

Ссылка ФИО4 на судебную практику подлежит отклонению, поскольку различие результатов рассмотрения дел, по каждому из которых устанавливается конкретный круг обстоятельств на основании определенного материалами каждого из дел объема доказательств, представленных сторонами, само по себе не свидетельствует о различном толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права.

Какого-либо преюдициального значения для настоящего дела данные судебные акты не имеют, приняты судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

В части привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности судом первой инстанции правомерно отказано, ввиду недоказанности того обстоятельства, что спорная сделка была совершена под его влиянием. Конкурсным управляющим не доказано, какие конкретно действия или бездействия им осуществлены.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку конкурсным управляющим не завершены мероприятия по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами, производство по делу подлежало приостановлению на основании статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Несогласие подателей апелляционных жалоб с выводами суда первой инстанции, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 04.04.2022 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-2516/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

 

             Председательствующий                                                    Е.В. Кудряшева 

 

            Судьи                                                                                   Л.Н. Апциаури 

 

                                                                                                          ФИО1