ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 644024, 

<

...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-13559/2024

01 ноября 2025 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 01 ноября 2025 года. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Тетериной Н.В., судей Горобец Н.А., Солодкевич Ю.М., при ведении протокола судебного заседания: секретарем Жантасовой Г.Ш., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6864/2025) муниципального унитарного предприятия «Сельское жилищно-коммунальное хозяйство» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.07.2025 по делу № А75-13559/2024 (судья Бухарова С.В.), принятое по иску федерального казенного учреждения «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения управления министерства внутренних дел российской федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к муниципальному унитарному предприятию «Сельское жилищно-коммунальное хозяйство» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 772 427 руб. 24 коп.,  

установил:

федеральное казенное учреждение «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения управления министерства внутренних дел Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» (далее – истец, учреждение) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с исковым заявлением к муниципальному унитарному предприятию «Сельское жилищно-коммунальное хозяйство» (далее – ответчик, предприятие) о взыскании 772 427 руб. 24 коп. неосновательного обогащения, составляющее излишне уплаченные денежные средства за потребленную тепловую энергию по контракту на услуги по теплоснабжению от 25.07.20219 № 34/20-Т.  

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.07.2025 по делу № А75-13559/2024 исковые требования удовлетворены частично. С предприятия в пользу учреждения взыскано 535 149 руб. 25 коп. неосновательного обогащения.  

С предприятия в доход федерального бюджета взыскано 18 449 руб. государственной пошлины.  

В остальной части иска отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, предприятие обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 23.07.2025 по делу № А75-13559/2024, в случае отказа в отмене решения Арбитражного суда ХМАО-Югры от 23.07.2025, просит предоставить рассрочку исполнения решения суда сроком на один год.  

В обоснование апелляционной жалобы её податель указал, что перечисление ответчику денежных средств в сумме 535 149 руб. 25 коп. является оплатой оказанных услуг в рамках действующего контракта от 25.07.2019, которая произведена истцом уже  

после факта приемки оказанных услуг, что, по мнению ответчика, исключает возможность квалификации уплаченных истцом денежных средств как неосновательного обогащения.  

Стороны надлежащим образом извещены в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку представителей в судебное заседание, проводимое по ходатайству ответчика посредством веб-конференции, не обеспечили. На основании части 3 статьи 156, части 1 статьи 266 АПК РФ суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие участников спора.  

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266, 268 АПК РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции установил, что 25 июля 2019 года между истцом (потребитель) и ответчиком (теплоснабжающая организация) заключен государственный контракт № 34/20-Т на услуги по теплоснабжению (далее - контракт), согласно которому теплоснабжающая организация вырабатывает и отпускает тепловую энергию на отопление объектов учреждения.  

Согласно пункту 8.1 контракта (в редакции дополнительного соглашения от 29.05.2023 № 8 к контракту) срок оказания услуг составил период с 01.06.2020 по 31.10.2023, в части оплаты контракт действует до полного окончания расчетов между сторонами.  

Как указывает истец, оплата по контракту осуществлялась на основании актов выполненных работ за соответствующие периоды поставки тепловой энергии и составила 1 709 002 руб. 05 коп.  

Начисление и оплата за услуги теплоснабжения в отопительные периоды 2020-2023 годов по контракту от 25.07.2019 составлен специалистом предприятия, замечаний при подписании контракта от 25.07.2019 с обеих сторон не поступало.  

В ходе проведенной в октябре 2023 года проверки сотрудниками истца установлено, что ранее двусторонне согласованные объемы помещений рассчитаны неверно (завышены), что следует из актов обследования (проведенными совместно), технической документацией.  

Указанные факты стороны зафиксировали протоколом рабочей встречи, проведенной 24.04.2024.  

Протокол рабочей встречи от 24.04.2024 подписан уполномоченными представителями сторон, в нем зафиксирован факт переплаты.  

В связи с выявленными несоответствиями объемов потребления ресурса истец обратился к ответчику произвести перерасчет потребления тепловой энергии для объектов учреждения в отопительные периоды 2020-2023 годов по контракту от 25.07.2019 в размере 772 427 руб. 24 коп.  

Выявленные несоответствия площади и объема помещений, являющихся объектами теплоснабжения, влекущие завышение объемов ресурса, учтены при подписании государственного контракта на следующий отопительный период.  

Полагая перечисление денежных средств в сумме 772 427 руб. 24 коп. произведенным в отсутствие встречного предоставления, учреждение обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения.  

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, руководствуясь положениями статей 195, 196, 200, 539, 1102, 1107, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктами 21, 33 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808 (далее - Правила № 808), правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 305-ЭС17- 

4004(2), от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8), пунктами 1, 3, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление № 43), посчитав, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, исковые требования удовлетворил частично.  

Повторно рассматривая дело, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.  

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.  

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.  

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).  

В силу пункта 3 статьи 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.  

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).  

Таким образом, положения главы 60 ГК РФ носят универсальный характер, направленный на восстановление баланса интересов сторон и недопустимость отсутствия встречного эквивалентного предоставления, в том числе в рамках договорных обязательств.  

По общему правилу, истцу надлежит доказать, а суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 сформирована правовая позиция, согласно которой, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.  

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  

участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.  

В рассматриваемом случае учреждение обратилось с требованием о взыскании неосновательного обогащения в виде переплаты за тепловую энергию с 2020 по 2023 годы, полагая, что ответчик не отпустил ресурса в том объеме, который оплачен истцом.  

Частью 1 статьи 19 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее – Закон о теплоснабжении) предусмотрено, что количество тепловой энергии, теплоносителя, поставляемых по договору теплоснабжения или договору поставки тепловой энергии, а также передаваемых по договору оказания услуг по передаче тепловой энергии, теплоносителя, подлежит коммерческому учету.  

Коммерческий учет тепловой энергии, теплоносителя осуществляется путем их измерения приборами учета, которые устанавливаются в точке учета, расположенной на границе балансовой принадлежности, если договором теплоснабжения или договором оказания услуг по передаче тепловой энергии не определена иная точка учета (часть 2 статьи 19 Закона о теплоснабжении).  

Исходя из положений части 7 статьи 19 Закона о теплоснабжении, коммерческий учет тепловой энергии, теплоносителя осуществляется в соответствии с Правилами коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2013 № 1034 (далее – Правила № 1034).  

На основании пункта 5 Правил № 1034 коммерческий учет тепловой энергии, теплоносителя осуществляется с помощью приборов учета, которые устанавливаются в точке учета, расположенной на границе балансовой принадлежности, если договором теплоснабжения, не определена иная точка учета.  

Пунктом 31 Правил № 1034 установлено, что коммерческий учет тепловой энергии, теплоносителя расчетным путем допускается в следующих случаях:  

а) отсутствие в точках учета приборов учета; б) неисправность прибора учета; 

в) нарушение установленных договором сроков представления показаний приборов учета, являющихся собственностью потребителя.  

Из приложений к контракту следует, что указанные в них объекты истца не оборудованы приборам учета тепловой энергии, в связи с чем ориентировочный расчет расхода тепловой энергии при заключении контракта, как и объем фактически потребленного ресурса за каждый расчетный месяц, определен расчетным способом.  

Подобный подход не противоречит приведенным нормам права, однако следует учитывать, что определение количества поставленной (полученной) тепловой энергии, теплоносителя в целях коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя (в том числе расчетным путем) производится в соответствии с методикой (пункт 114 Правил № 1034).  

Такая методика утверждена приказом Минстроя России от 17.03.2014 № 99/пр «Об утверждении Методики осуществления коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя», в соответствии с пунктом 66 которой для целей отопления и вентиляции в случае, если в точках учета отсутствуют приборы учета или приборы учета не работают более 30 суток отчетного периода, определение количества тепловой энергии на отопление и вентиляцию расчетным путем осуществляется по формуле, одним из составляющих которой является - базовый показатель тепловой нагрузки, указанный в договоре.  

В соответствии с пунктом 116 Правил № 1034 в качестве базового показателя принимается значение тепловой нагрузки, указанное в договоре теплоснабжения.  

Величина тепловой нагрузки теплопотребляющих установок потребителя должна указываться в договоре теплоснабжения и в силу пункта 8 статьи 15 Закона о теплоснабжении (существенное условие).  

Таким образом, при определении количества поставленной тепловой энергии расчетным способом применяется базовый показатель тепловой нагрузки, включенный в договор.  

В данном случае в контракте такой показатель согласован по каждому из объектов теплоснабжения.  

Однако, по утверждению истца, тепловая нагрузка по части объектов не соответствует их физическим характеристикам, поскольку объем помещений определен неверно.  

В силу статьи 2 Закона о теплоснабжении под тепловой нагрузкой понимается количество тепловой энергии, которую может принять система теплопотребления потребителя за единицу времени.  

По общему правилу тепловая нагрузка для объекта определяется теплоснабжающей организацией, как профессиональным участником подобных правоотношений (пункты 4, 7 Правил установления и изменения (пересмотра) тепловых нагрузок, утвержденных Приказом Минрегиона Российской Федерации от 28.12.2009 № 61, далее – Правила № 610).  

В силу пункта 11 Правил № 610 величина тепловой нагрузки каждой из систем теплопотребления устанавливается с применением одного из следующих методов: 1) по данным о максимальной часовой тепловой нагрузке объекта теплопотребления, установленной в договоре энергоснабжения; 2) по данным о максимальной часовой тепловой нагрузке объекта теплопотребления, установленной в договоре на подключение к системе теплоснабжения (технических условиях, являющихся неотъемлемой частью договора) или ином договоре, регулирующем условия подключения к системе теплоснабжения; 3) по данным приборов учета тепловой энергии, допущенных в эксплуатацию в качестве коммерческих, в порядке, установленном пунктами 12 - 15 настоящих Правил; 4) по данным проектной документации соответствующего объекта теплопотребления; 5) по данным разрешительных документов на подключение объектов теплопотребления (акты, наряды, наряды-допуски на включение теплоснабжения), имеющихся в энергоснабжающей организации или у потребителя; 6) на основании статистических данных приборов технического учета тепловой энергии, имеющихся в энергоснабжающей организации при обоюдном согласии сторон на применение данного метода; 7) метода аналогов (для жилых и общественных зданий); 8) экспертного метода; 9) проектного метода.  

Указанные методы применяются исключительно в целях установления (изменения) тепловых нагрузок в соответствии с настоящими Правилами в порядке очередности в случае, если какой-либо из методов не может быть применен по причине отсутствия необходимых документов или информации.  

Как следует из приложений № 1, № 2 к контракту, базовый показатель тепловой нагрузки определен, исходя из показателей, обозначенных в отношении каждого объекта теплоснабжения, в том числе его объема.  

Совокупность таких показателей свидетельствует о том, что при определении тепловой нагрузки во внимание принят порядк определения максимального теплового потока (тепловой нагрузки) на отопление, закрепленного в формуле 2.5 (формула укрупненных расчетов теплового потока) пункта 2.1.3 Методических указаний по определению расходов топлива, электроэнергии и воды на выработку теплоты отопительными котельными коммунальных теплоэнергетических предприятий (издание 4-ое), одобренных Научно-техническим советом Центра энергоресурсосбережения Госстроя  

России (протокол от 12.07.2002 № 5), согласно которому объем отапливаемого объекта является одним из составляющей данной формулы.  

Именно с данным показателем истец и связывает неверное определение объема ресурса и возникновение неосновательного обогащения.  

 Действительно, оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными ее учета, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон (пункт 1 статьи 544 ГК РФ).  

Из толкования смысла изложенной нормы, приведенного в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», следует, что если плата за единицу поставляемого ресурса является регулируемой, то указанная норма может быть истолкована лишь следующим образом: установление соглашением сторон иного количества энергии, которое оплачивает абонент (потребитель, покупатель), допускается только тогда, когда невозможно определить фактически принятое им количество энергии в соответствии с данными учета, а закон или иные правовые акты не содержат порядка определения такого количества в отсутствие данных учета. Это правило направлено на защиту публичных интересов, обеспечиваемых государственным регулированием тарифов.  

Следовательно, в ситуации, когда деятельность поставщика энергии является регулируемой, условие договора о количестве потребленной тепловой энергии не может быть определено произвольно, а должно соответствовать положениям нормативных актов, регламентирующих порядок расчета энергии.  

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2017 № 309-ЭС17-8472, выбор сторонами величины тепловой нагрузки определяется физическими характеристиками объектов теплоснабжения и объективно не может их превышать. Это следует из определения понятия тепловой нагрузки как количества тепловой энергии, которое может быть принято потребителем тепловой энергии за единицу времени (пункт 7 статьи 2 Закона о теплоснабжении); требований закона о том, что условия договора теплоснабжения должны соответствовать техническим условиям (пункт 8 статьи 15 Закона о теплоснабжении).  

Следовательно, размер указанной нагрузки также не может быть произвольным и определяется формулами, подлежащими применению исходя из особенностей существующей системы теплоснабжения. Кроме того, строительная конструкция имеет относительно постоянные характеристики, предполагающие необходимость применения постоянной величины потребляемой тепловой энергии и корреспондирующего ему значению тепловой нагрузки.  

Таким образом, определение и взимание платы за объем энергоресурсов, который очевидно не мог быть поставлен в силу физических ограничений объектов теплоснабжения, влечет неосновательное обогащение на стороне истца.  

Как указывалось выше, 25.07.2019 между истцом и ответчиком заключен государственный контракт № 34/20-Т на услуги по теплоснабжению, в пункте 2.2. которого указано, что теплоснабжающая организация предприятие вырабатывает и отпускает тепловую энергию на отопление следующих объектов учреждения: с.п. Ваховск, ул. Школьная, д. 4; с.п. Ларьяк, ул. Мирюгина, д. 14; два объекта в с.п. Охтеурье, ул. Школьная, д. 6; с.п. ФИО1 Речка, ул. Леспромхозная, д. 3; с.п. Аган, ул. Рыбников, д. 15.  

Спор по объему помещений возник в отношении 4 объектов, расположенных по адресам: с.п. Ларьяк, ул. Мирюгина, д. 14; с.п. Охтеурье, ул. Школьная, д. 6 (два помещения); с.п. ФИО1 Речка, ул. Леспромхозная, д. 3.  

Базовый показатель тепловой нагрузки по таковым составила 0,0023 Гкал в час, 0,0017 Гкал в час, 0,0030 Гкал в час, 0,0284 Гкал в час, исходя из объема объекта 84 м³, 63,36 м³, 80,56 м³, 660 м³.  

Между тем, из материалов дела следует, что в октябре 2023 года в результате проведенной проверки истцом установлено, что ранее согласованные площади помещений и соответственно их объем рассчитаны не верно (являются завышенными), а именно, таковые в соответствии с техническими паспортами составляют:  

- объект в с.п. Ларьяк, ул. Мирюгина, д. 14 – 60,03 м³, - объекты в с.п. Охтеурье, ул. Школьная, д. 6 – 60,76 м³ и 51,30 м³,  

- объект в с.п. ФИО1 Речка, ул. Леспромхозная, д. 3 – 158,5 м³. 

Доказательств того, что во владение и пользование учреждения переданы помещения по перечисленным адресам в ином количестве, в материалы дела не представлено.  

Ответчиком приведенные с учетом технических паспортов данные не оспорены. 

Следовательно, при расчете объема теплопотребления ответчик принял к расчету и включил в договор с истцом не соответствующую техническому паспорту отапливаемый объем объектов учреждения, в связи с чем объем потребления тепловой энергии в отношении спорных объектов рассчитан неверно (завышен).  

Учитывая данное обстоятельство, исходя из вышеприведенной формулы, изложенной в пункте Методики № 99/пр, при расчете объема отпущенной тепловой энергии истцу неверно рассчитан Qб - базовый показатель тепловой нагрузки, для расчета которого необходимо указание фактического объема объекта, поскольку в случае его занижения или завышения, конечный расчет искажает количество потребленной энергии.  

Из изложенного следует, что истец со своей стороны достаточными и достоверными доказательствами поставил под сомнение факт поставки предприятием в исковой период тепловой энергии в том количестве, который оплачен учреждением.  

При этом договор, заключенный между сторонами, в силу положений статьи 426 ГК РФ является публичным и предприятие как ресурсоснабжающая организация является экономически более сильной в нем стороной и профессиональным участником рынка энергоснабжения.  

В связи с этим на ресурсоснабжающей организации лежит бремя опровержения недостоверности осуществленных, как в самом договоре, так и в период его исполнения, расчетов (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Таких доказательств ответчиком не представлено. 

Выставляя к оплате стоимость тепловой энергии исходя из объема, определенного по согласованной сторонами тепловой нагрузки, предприятие фактически возложило на учреждение все негативные последствия, связанные с возможным неправильным определением тепловой нагрузки при заключении договора, не учитывая вышеизложенные разъяснения, ограничивающие диспозитивность сторон в возможности произвольного определения условий договора о количестве тепловой энергии, поставленной по договору.  

При таких обстоятельствах факт наличия неосновательного обогащения истцом доказан.  

Доводы ответчика об отсутствии неосновательности получения денежных средств в исковой период со ссылкой на то, что в период исполнения договора истец подписывал акты и принял ресурс в указанных в актах объемах, подлежат отклонению, как противоречащие вышеприведенным нормам права и правовым позициям.  

Таким образом, частичное удовлетворение исковых требований учреждения (535 149 руб. 25 коп. за период с сентября 2021 года по октябрь 2023 года с исключением периода, за который истек срок исковой давности) не может быть признано необоснованным.  

На стадии апелляционного обжалования, не заявляя доводов относительно порядка расчета суммы задолженности, ответчик настаивал на том, что с учетом исполненного контракта, установленной цены договора, подписанных актов выполненных работ, предприятию не может быть вменено требование о взыскании неосновательного обогащения.  

Данные доводы ответчика построены на неверном понимании положений о неосновательном обогащении, которое является универсальным способом защиты нарушенного права в ситуации когда на стороне образуется прирост материального блага, не имеющего встречного предоставления, как в настоящем случае, начисление платы осуществлялось без учета фактического объема объектов теплоснабжения.  

Доводы ответчика о том, что перерасчет в рамках договора возможен только в случае предоставления услуги ненадлежащего качества (аварии, перетопи и т.д.) и с перерывами, превышающими установленную продолжительность перерывов передачи тепла, противоречат основополагающим принципам оборота энергетических ресурсов, построенных на эквивалентности и платности потребляемых ресурсов.  

В частности, в силу положений 539, 544 ГК РФ только фактически потребленный энергоресурс подлежит оплате.  

Ссылки на Положение о порядке перерасчета квартирной платы и платы за коммунальные услуги, утвержденное Указанием Государственного комитета РСФСР по жилищно-коммунальному хозяйству 30 декабря 1983 года № С-2784, устанавливающими порядок перерасчёта платы за коммунальные услуги, в обоснование причин не проведения перерасчета, не могут быть приняты во внимание, поскольку данное положение регулирует правоотношения о перерасчете коммунальных услуг, поставляемых на нужды собственников жилых помещений. Кроме того данное положение Приказом Минстроя России от 31.01.2025 № 46/пр «О признании утратившими силу приказа Министерства жилищно-коммунального хозяйства РСФСР от 6 апреля 1982 года № 214 «Об утверждении и введении в действие «Положения о системе планово-предупредительных ремонтов основного оборудования коммунальных теплоэнергетических предприятий (с нормами времени и нормами расхода материалов)» и Положения о порядке перерасчета квартирной платы и платы за коммунальные услуги, утвержденного Указанием Государственного комитета РСФСР по жилищно-коммунальному хозяйству от 30 декабря 1983 года № С-2784» утратило силу с 31.01.2025 и на момент вынесения обжалуемого решения являлось не действующим, в связи с чем не являлось нормой исключающей право заказчика на перерасчет суммы задолженности, исходя из фактического объема потребления тепловой энергии.  

Таким образом, доводы ответчика не опровергают законности и обоснованности, принятого судом первой инстанции решения.  

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.  

Судебные расходы по апелляционной жалобе относятся на ее подателя (части 1, 5 статьи 110 АПК РФ), в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы.  

Оценив ходатайства ответчика о предоставлении рассрочки исполнения решения суда сроком на один год, коллегия судей не установила правовых оснований для его рассмотрения.  

Согласно части 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.  

Частью 1 статьи 324 АПК РФ установлено, что при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, арбитражный суд, выдавший исполнительный  

лист, по заявлению взыскателя, должника или судебного пристава-исполнителя вправе отсрочить или рассрочить исполнение судебного акта, изменить способ и порядок его исполнения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и согласно разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», взыскатель, должник, судебный пристав-исполнитель вправе обратиться с заявлением о предоставлении отсрочки или рассрочки исполнения судебного акта, акта другого органа или должностного лица, а также об изменении способа и порядка его исполнения в суд, другой орган или к должностному лицу, выдавшим исполнительный документ. Заявление подается в суд, рассматривавший дело в первой инстанции и выдавший исполнительный документ, в том числе и в случае отмены (изменения) судебного акта и принятия нового судебного акта судом апелляционной, кассационной или надзорной инстанции.  

Из установленного порядка следует, что должник вправе обратиться с заявлением о предоставлении рассрочки исполнения судебного акта исключительно в суд, рассматривавший дело в первой инстанции и выдавший исполнительный документ, в том числе и в случае отмены (изменения) судебного акта и принятия нового судебного акта судом апелляционной, кассационной или надзорной инстанции.  

В данном случае суд апелляционной инстанции не является судом, который будет выдавать исполнительный лист.  

Следовательно, заявление о предоставления отсрочки или рассрочки исполнения судебного акта не подлежит рассмотрению апелляционным судом.  

В связи с этим, апелляционная коллегия не имеет правовых оснований для оценки заявления ответчика.  

Вместе с тем, предприятие не лишено возможности обратиться в арбитражный суд первой инстанции с аналогичным заявлением.  

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд  

постановил:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 23.07.2025 по делу № А75-13559/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.  

Председательствующий Н.В. Тетерина  

Судьи Н.А. Горобец  

 Ю.М. Солодкевич