﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-7297/2015(21,22)-АК

Дело №А71-2946/2015

26 июня 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 июня 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л. М. Зарифуллиной,

судей                                 Е.Е. Васевой, С.И. Мармазовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Р.М. Филиппенко, 

при участии в судебном заседании:

от кредитора Валеева А.З. - Быков Андрей Викторович, паспорт, доверенность от 11.10.2018

от Муртазиной Л.Н. - Гизатуллин Наиль Махмутович, удостоверение адвоката №102 от 01.10.2002, доверенность от 19.10.2018.

от Жебровского Р.В. - Глазунов Дмитрий Владимирович, удостоверение адвоката №106 от 01.10.2002, доверенность от 12.07.2017

от ООО «Ижевск-Сервис» - Сорокин Андрей Николаевич, паспорт доверенность от 29.12.2018; 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Муртазиной Людмилы Николаевны, и кредитора Валеева Алмаза Зуьфатовича

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 02 апреля 2019 года 

об отказе в удовлетворении заявления кредитора Валеева Алмаза Зульфатовича о привлечении Муртазиной Людмилы Николаевны к субсидиарной ответственности, 

вынесенное судьей М.А. Чухманцевым

в рамках дела №А71-2946/2015

о признании общества с ограниченной ответственностью «Торг» (ОГРН 1131840000467, ИНН 1840014160) несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Жебровский Р.В.,

установил:

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 19.03.2015 поступило заявление Валеева Алмаза Зульфатовича о признании должника, общества с ограниченной ответственностью «Торг» (ИНН 1840014160) несостоятельным (банкротом), которое определением от 26.03.2015 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.05.2015 в отношении должника ООО «Торг» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена Сергеева Марина Петровна, член Некоммерческого партнерства Объединение арбитражных управляющих «Авангард».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №84 от 16.05.2015.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.10.2015  ООО «Торг» (ИНН 1840014160) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Сергееву Марину Петровну.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.11.2015  конкурсным управляющим должника утверждена Сергеева Марина Петровна.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №205 от 07.11.2015.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 18.09.2018 поступило заявление конкурсного кредитора Валеева Алмаза Зуьфатовича о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего должника лица Русских (Муртазиной) Людмилы Николаевны (участника должника с долей 75%) за отказ от финансирования деятельности должника, непубличное для третьих лиц финансирование деятельности ООО «Торг», в результате которого причинен вред имущественным правам кредиторов, что привело к невозможности погашения требований кредиторов должника.

Заявление мотивировано наличием оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Заявление  принято к производству суда определением от 25.09.2018.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 АПК РФ привлечен Жебровский Р.В.

Валеевым А.З. заявлено ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору. В удовлетворении ходатайства судом отказано определением от 12.12.2018.

Представителем ответчика заявлено о фальсификации представленных заявителем доказательств - заключений эксперта №613-18, №614-18 от 30.11.2018 и приложенного к ним бизнес-плана «Строительство и эксплуатация торгового центра». Проверку заявления о фальсификации просил провести путем назначения экспертизы.

В судебном заседании, проведенном с перерывом в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (08.02.2019 -15.02.2019) судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайств представителя ответчика о приостановлении производства по настоящему обособленному спору и о назначении судебной экспертизы. Проверка заявления о фальсификации доказательств произведена судом первой инстанции путем сопоставления доказательств, представленных в материалы дела.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.04.2019 (резолютивная часть от 15.02.2019) в удовлетворении заявления конкурсного кредитора Валеева Алмаза Зуьфатовича о привлечении к субсидиарной ответственности Муртазиной Людмилы Николаевны по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Торг» отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, Муртазина Людмила Николаевна, и кредитор Валеев Алмаз Зуьфатович обратились с апелляционными жалобами.

Лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, Муртазина Людмила Николаевна просит определение суда изменить в части – отменить обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее Муртазиной Людмиле Николаевне, находящееся у неё или у других лиц в пределах суммы 54 793 392,86 рубля. В остальной части определение от 02.04.2019 оставить без изменения.

Муртазина Людмила Николаевна в апелляционной жалобе указывает на то, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права, что привело к вынесению неправильного решения. Указав, что в связи с отказом в удовлетворении требования Валеева А.З. суд первой инстанции должен был рассмотреть вопрос об отмене обеспечительных мер. 

Валеев Алмаз Зуьфатович в апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления о привлечении Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на несогласие с выводом суда о возникновении обстоятельств, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, исключительно в результате действий (бездействия) руководителя должника Жебровского Р.В. Наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Жебровского Р.В., само по себе, не является фактом, который освобождает от субсидиарной ответственности по обязательствам должника иных лиц, если результатом их действий (бездействия) явилось банкротство должника. С учетом того, что схема ведения бизнеса в ООО «Торг», которая предусматривала привлечение заемных инвестиций от участников общества и их последующее размещение в строительство торгового центра через ООО «Урал», не была сложной, а ООО «Торг» не занималось каким-либо иным видом деятельности, помимо финансирования строительства объекта, Муртазина Л.Н. не могла не понимать, что прекращение финансирования на той стадии строительства, когда из предусмотренных условиями соглашения 324 млн. рублей на него фактически затрачено 31 млн. рублей (менее 10%), отсутствие у ООО «Торг» иных активов или источников дохода для завершения строительства, неминуемо ведет к возникновению кризисной ситуации в ООО «Торг», поскольку имеющихся у общества активов недостаточно даже для обслуживания текущих обязательств (аренда земельного участка, выплата заработной платы, налогов и т.п.). Наличие прямой зависимости от инвестиций участников общества было установлено в рамках рассмотрения споров по настоящему делу. Однако, данное обстоятельство судом учтено не было. Суд отказался дать оценку совершенным Муртазиной Л.Н. действиям, ссылаясь исключительно на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018. Муртазина Л.Н., будучи участником общества, участвовала в хозяйственной деятельности общества, была осведомлена о совершенных сделках. При этом, не только принимала решение об одобрении сделок, но и получила права требования по заключенным сделкам в пропорции, соответствующей доле участия в уставном капитале ООО «Торг». Муртазина Л.Н. должна нести ответственность за неисполнение корпоративных обязанностей, связанных с наделением общества имуществом в размере, достаточном для достижения цели, ради которой такое общество создавалось. Действия Муртазиной Л.Н. после прекращения финансирования преследовали определенную цель - наращивание кредиторской задолженности ООО «Торг» перед самим ответчиком и подконтрольным ему лицом ООО «Ижевск-Сервис» с тем, чтобы инициировать процедуру банкротства должника, как способ разрешения возникшего между участниками общества корпоративного конфликта. Выводы суда о том, что действия Муртазиной Л.Н. свидетельствовали о намерении погашения задолженности перед ООО «Урал», а не о намерении доведения должника до банкротства, являются несправедливыми, поскольку задолженности фактически не было. Действия ответчика были направлены на наращивание кредиторской задолженности в целях получения контроля над процедурой банкротства должника. Эти доводы оставлены судом без внимания. Выражает несогласие с выводом суда о невозможности принятия в качестве допустимых доказательств заключений эксперта №№613-18, 614-18 от 30.11.2018, как основанного на неправильном применении процессуального закона, поскольку бизнес-план не представлялся заявителем в качестве доказательства по делу. Следовательно, к возражениям ответчика о недостоверности данного документа не могут быть применены положения статьи 161 АПК РФ. Сомнения в достоверности содержащихся в бизнес-плане сведений, в том числе по причине указанных в судебном акте замечаний, могли и должны были быть разрешены судом по правилам статьи 71 АПК РФ. Заключения эксперта №№613-18, 614-18 от 30.11.2018 не являлись и не могли являться сфальсифицированными, что и подтверждено судом по результатам проверки заявления ответчика об их фальсификации. Лицо, которое подготовило экспертные заключения, было приглашено в судебное заседание и не было допрошено в данном обособленном споре, но допрошено в ином споре в рамках настоящего дела с участием тех же лиц. Наличие сомнений в достоверности указанных в бизнес-плане сведений не влияют и не могут повлиять на достоверность выводов, указанных в заключениях эксперта №№613-18, 614-18 от 30.11.2018. Выводы суда основаны на неправильном применении норм материального права.

До начала судебного разбирательства от Жебровского Р.В. поступил отзыв на апелляционную жалобу Валеева А.З., в котором согласен с доводами апелляционной жалобы, считает определение незаконным и подлежащим отмене. 

В обоснование отзыва указывает на то, что Муртазина Л.Н. создала такую систему, при которой она обеспечивала непубличное для третьих лиц финансирование деятельности ООО «Торг», впоследствии перестав исполнять свои обязательства по обеспечению финансирования ООО «Торг». В результате чего в ноябре 2013 года ООО «Торг» в одностороннем порядке прекратило финансирование строительства недвижимого имущества, расположенного по адресу г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20. Муртазина Л.Н., являясь мажоритарным участником ООО «Торг», в обход изначально выбранной схемы финансирования строительства через выдачу ему займов от участников самого общества, нарастила кредиторскую задолженность своей организации (75% в уставном капитале ООО «Торг») через другую полностью подконтрольную организацию (100% в уставном капитале ООО «Ижевск-Сервис»). Указанные действия были предприняты Муртазиной Л.Н. в связи с возникновением корпоративного конфликта между нею и вторым участником ООО «Торг» - Жебровским Романом Валентиновичем, который являлся директором ООО «Торг». Полагает, что инициирование конфликта Русских Л.Н. объясняется ее претензиями к Жебровскому Р.В. и к своей дочери Жебровской А.В., связанными с разделом совместно нажитого имущества супругов Русских при их разводе. После развода в собственность Русских Л.Н. перешла доля (50%) в праве собственности на нежилые помещения по адресу: ул. Горького, 156. Оставшаяся часть этих помещений принадлежала Жебровскому Р.В. Также указывает на наличие спора относительно доли в строящемся торговом центре (г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20), принадлежащей ООО «Торг», которая была реализована на торгах в рамках исполнительного производства, по делу о взыскании задолженности ООО «Торг». Муртазина Л.Н. в 2015 году пыталась в судебном порядке оспорить сделку, заключенную по итогам торгов (апелляционное определение Верховного Суда Удмуртской Республики от 13.07.2015 года). Ранее с претензией на указанное имущество и с требованием об оспаривании торгов по его реализации обращался сособственник торгового центра ООО «Эверест», подконтрольное Егорову Д.В. Полагает, что Егоров Д.В. действовал с единым умыслом с Муртазиной Л.Н. с целью завладения последней имуществом через банкротство ООО «Торг» и возврата недвижимости, реализованной в ходе исполнительного производства, несмотря на вступившее в законную силу решение суда, на основании которого и были проведены торги, инициируя судебные разбирательства по торгам в рамках исполнительного производства и дальнейшей судьбе доли в недвижимом имуществе. Действия Муртазиной Л.Н. были направлены на завладение имуществом, а именно торговым центром через банкротство ООО «Торг».

От Муртазиной Л.Н. поступил отзыв на апелляционную жалобу Валеева А.З., в котором возражает против доводов апелляционной жалобы

В обоснование указав своей позиции, указав, что доводы Валеева А.З. о намерении Муртазиной Л.Н. досадить ему являются ошибочными. Разумный смысл обмануть Валеева А.З., размер требований которого составляет 350 000 рублей, при том, что Муртазиной Л.Н. вложены в деятельность общества денежные средства в размере более 40 млн. рублей, отсутствует. Напртив, материально-правовой интерес Валеева А.З. в процедуре банкротства ООО «Торг» не обоснован. Он не участвовал ни в одном судебном заседании и ни в одном собрании кредиторов. Муртазиной Л.Н. предлагалось погасить задолженность Валееву А.З., но погашение требований им не было принято, настоял на введении наблюдения. Суд признал отказ от получения исполнения обоснованным, а действия Муртазиной Л.Н. признал злоупотреблением правом. Муртазиной Л.Н. заявлено ходатайство перед судом о назначении бухгалтерско-экономической экспертизы по ряду вопросов, от обсуждения которых Валеев А.З. уклонился. В результате активных действий Муртазиной Л.Н. были оспорены сделки с ООО «УК Содействие», в результате чего в конкурсную массу было взыскано 10 млн. рублей, Жебровский Р.В. был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, заявлен иск по возврату должнику объекта незавершенного строительством. Кредитором Валеевым А.З. были инициированы два иска, имеющих целью исключить требования Муртазиной Л.Н. и ООО «Ижевск-Сервис» из реестра требований кредитора должника и иск о привлечении Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности. Поведение Валеева А.З., который отказался от получения исполнения обязательства, и настоял на банкротстве организации, сумма обязательств которого, превышала стоимость ее активов в виде сомнительной дебиторской задолженности, требует объяснений. В ходе рассмотрения настоящего дела Муртазиной Л.Н. был поставлен вопрос о выкупе требований Валеева А.З., который от обсуждения указанного вопроса также отказался. Такое поведение Валеева А.З., указывает на наличие материально-правового интереса, который отличается от интереса в получении удовлетворения денежного требования на сумму 350 000,00 рублей, интерес кредитора соответствует интересу Жебровского Р.В. Полагает, что в действиях Валеева А.З. усматривается злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ), чему должна быть дана соответствующая правовая оценка в судебном акте. Муртазина Л.Н. никакие обстоятельства, заявленные Валеевым А.З. в качестве основания иска не признавала. Она не выстраивала схему финансирования деятельности должника. Схема ведения бизнеса должника была выстроена непосредственно Жебровским Р.В. Муртазина Л.Н. предоставляла Жебровскому Р.В. денежные средстива на организацию ресторанного бизнеса, на приобретение права на земельный участок по Бульвару Гоголя в г. Ижевске и на организацию бизнеса, связанного микрокредитованием. Об этих обстоятельствах Муртазина Л.Н. заявляла в многочисленных обособленных спорах по делу №А71-2946/2015 о банкротстве ООО «Торг» и по делу №А71- 6742/2015 по делу о банкротстве Жебровского Р.В., который никогда не отрицал указанные обстоятельства. То есть, в соответствии со статьёй 70 АПК РФ указанные обстоятельства являются признанными. Всего Жебровскому Р.В. было передано 130 млн. рублей. После возникновения вопросов о расходовании денежных средств, Жебровский Р.В. стал совершать сделки, направленные на создание своей кредиторской задолженности и задолженности ООО «Торг». В результате реализации объекта незавершенного строительства денежные средства в размере 19 млн. рублей были переданы Жебровским Р.В. аффилированным с ним лицам – ООО УК «Содействие» и Жебровской А.В. По сценарию Жебровского Р.В. дело о банкротстве ООО «Торг» должно было закончиться продажей с торгов дебиторской задолженности ООО «Инвест», ООО «Корсика» и ООО «Комфорт» (300 тыс. рублей), дело о банкротстве самого Жебровского Р.В. должно было закончиться заключением мирового соглашения, с выплатой Муртазиной Л.Н. незначительной суммы. После того, как постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2019 были признаны недействительными сделки, совершенные между ООО «Торг» и ООО УК «Содействие» на 42 млн. рублей, появился конкурсный кредитор Валеев А.З., который ранее ни в одном судебном заседании не участвовал. По мнению Муртазиной Л.Н. целью трех исков, заявленных Валеевым А.З., является освобождение Жебровского Р.В. от субсидиарной ответственности перед самой Муртазиной Л.Н. и перед ООО «Ижевск-Сервис». Доказательств того, что Жебровский Р.В. выступал исключительно как исполнитель воли Муртазиной Л.Н., материалы дела не содержат. Выводы суда первой инстанции о недопустимости заключений эксперта являются верными. 

В отзыве на апелляционную жалобу Муртазиной Л.Н. заявлен отказ от своей апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.04.2019.

От Валеева А.З. поступили пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, в которых полагает, что действиям участника ООО «Торг» Муртазиной Л.Н., как лицу, ответственному за создание «схемы ведения бизнеса за счет заемных средств», вмененной в вину бывшему руководителю ООО «Торг» Жебровскому Р.В., с учетом оценки схемы, как влекущей субсидиарную ответственность по обязательствам должника, которая была дана вступившим в законную силу судебным актом, должна быть дана аналогичная оценка. Муртазиной Л.Н. совершены действия по увеличению размера обязательств ООО «Торг» ввиду финансирования строительства через аффилированное с ней лицо ООО «Ижевск-Сервис».

Валеевым А.З. заявлено ходатайство о назначении экспертизы. Ходатайство мотивировано допущенным судом первой инстанции нарушением принципа состязательности сторон в арбитражном процессе, выразившимся в признании заключения эксперта №613-18, и №614-18 в качестве надлежащего и достоверного доказательства; отказе в допросе в качестве свидетеля Лапиной И.Н.; отказе в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы. В подтверждение доводов представлено заключение эксперта АНО «Экспертное бюро «Флагман» №1087-19, в котором сделан вывод о том, что прямым следствием совершения действий Муртазиной Л.Н. и ООО «Ижевск-Сервис» являлось ухудшение финансового состояния ООО «Торг» с целью банкротства ООО «Торг». 

В заявлении о назначении экспертизы заявлено ходатайство о приобщении заключения эксперта АНО «Экспертное бюро «Флагман» №1087-19, письма АНО «Экспертное бюро «Флагман», чека-ордера №4944 от 21.06.2019.

В судебном заседании представитель Валеева А.З. ходатайство о назначении экспертизы и приобщении дополнительных документов поддерживает, заявил ходатайство о допросе в качестве свидетеля Лапиной И.Н., отложении рассмотрения дела.

Представитель Муртазиной Л.Н просил не рассматривать отказ от апелляционной жалобы и рассмотреть апелляционную жалобу по существу.

Ходатайства судом рассмотрены и разрешены с учетом мнения лиц, участвующих в деле, в порядке статьи 159 АПК РФ.

В удовлетворении ходатайств о приобщении дополнительных документов, о допросе свидетеля (Лапиной И.Н.) судом апелляционной инстанции отказано на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, поскольку данные ходатайства являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции. 

Судом апелляционной инстанции ходатайство Валеева А.З. о назначении экспертизы рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ, отклонено в силу положений статьи 268 АПК РФ и с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 №36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 №36), поскольку аналогичное ходатайство было заявлено в суде первой инстанции и обоснованно отклонено судом по мотиву отсутствия оснований.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 24.06.2019 Валееву А.З. отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ. 

В судебном заседании представитель Валеева А.З. поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. С доводами апелляционной жалобы Муртазиной Л.Н. не согласен.  

Представитель Муртазиной Л.Н. доводы апелляционной жалобы Муртазиной Л.Н. поддерживает. С доводами апелляционной жалобы Валеева А.З. не согласен по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Считает определение суда законным и обоснованным. Просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель Жебровского Р.В. в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы Валеева А.З. и возражал против доводов жалобы Муртазиной Л.Н. 

Представитель ООО «Ижевск-Сервис» доводы апелляционной жалобы Муртазиной Л.Н. поддерживает. С доводами апелляционной жалобы Валеева А.З. не согласен. Дополнительно пояснил, что суд первой инстанции имел возможность обменить обеспечительные меры после вступления в законную силу судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу положений статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266 и 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, процедура банкротства в отношении должника возбуждена 26.03.2015 на основании заявления Валеева А.З. 

Определением суда от 20.05.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением суда от 28.10.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Временным управляющим, а в последующем и конкурсным управляющим должника утверждена Сергеева М.П.

Конкурсный кредитор Валеев А.З. обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности Муртазиной Л.Н., являющейся участником общества «Торг» (75% доли в уставном кпитале) по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи10 Закона о банкротстве.

В обоснование требований о привлечении к субсидиарной ответственности Муртазиной Л.Н. кредитор указывает на совершение ею действий, приведших к банкротству должника.

Представителем ответчика заявлено о фальсификации представленных заявителем доказательств - заключений эксперта №613-18, №614-18 от 30.11.2018 и приложенного к ним бизнес-плана «Строительство и эксплуатация торгового центра». Также заявлено ходатайство о назначении экспертизы.

Судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайства представителя ответчика о приостановлении производства по настоящему обособленному спору и о назначении экспертизы.

В качестве доказательств по делу заявителем представлены (приобщены судом к материалам дела - том 3) заключения эксперта №613-18, №614-18 от 30.11.2018 с приложением к ним бизнес-плана «Строительство и эксплуатация торгового центра». 

Согласно выводам, изложенным в заключении №613-18, экспертом выявлено ухудшение финансового состояния ООО «Торг», которое вызвано прекращением финансирования инвестиционного проекта «Строительство и эксплуатация торгового центра», для реализации которого создавалось ООО «Торг»; бездействием мажоритарного учредителя ООО «Торг» Русских (Муртазиной) Л.Н. в сложившейся ситуации дедлока на предприятии; использованием Русских (Муртазиной) Л.Н. аффилированного предприятия ООО «Ижевск-Сервис» для организации банкротства ООО «Торг» и потери им инвестиционного актива - 11/20 доли в праве собственности на незавершенный строительством объект - Торговый комплекс по адресу: г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

Также экспертом сделан вывод о том, что прекращение финансирования строительства Торгового комплекса по адресу:	г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20, отсутствие ответственной заинтересованности к финансовому состоянию предприятия мажоритарного учредителя Русских Л.Н., попытка последней с помощью ООО «Ижевск-Сервис» (единственный участник - Русских Л.Н.) овладеть имущественным комплексом и распоряжаться в дальнейшем финансовыми потоками привело ООО «Торг» к потере инвестиционного актива 11/20 доли в праве собственности на незавершенный строительством объект - Торговый комплекс по адресу: г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20, и последующему банкротству ООО «Торг».

Согласно выводам, изложенным в заключении №614-18, экспертом выявлено ухудшение финансового состояния ООО «Торг», которое вызвано: прекращением финансирования инвестиционного проекта «Строительство и эксплуатация торгового центра», для реализации которого создавалось ООО «Торг»; бездействием мажоритарного учредителя ООО «Торг» Русских (Муртазиной) Л.Н. в сложившейся в период с ноября 2013 года по июнь 2014 года ситуации дедлока на предприятии. Прекращение финансирования объекта строительства и бездействие мажоритарного учредителя привели к парализации деятельности компании. Использование Русских (Муртазиной) Л.Н. аффилированного предприятия ООО «Ижевск-Сервис» для дальнейшего финансирования строительства в обход ООО «Торг», организация наращивания кредиторской задолженности компании привели в результате к банкротству ООО «Торг» и потере им актива - 11/20 доли в праве собственности на незавершенный строительством объект - Торговый комплекс по адресу: г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

Таким образом, эксперт пришел к выводу, что в действиях Русских Л.Н. и аффилированного с ней ООО «Ижевск-Сервис» прослеживаются признаки преднамеренного банкротства ООО «Торг».

Судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена проверка заявления о фальсификации доказательств путем исследования документов, представленных в материалы дела, в совокупности с пояснениями участников дела, и в удовлетворении заявления о фальсификации отказано. 

Удовлетворяя заявление о фальсификации доказательств, суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации под фальсификацией доказательства понимается умышленное создание судебного доказательства, содержащего изначально ложные сведения о фактах или искажение посредством различных приемов сведений о реальных фактах.

Судом первой инстанции установлено, что эксперт на странице 8 Заключения №613-18, на начало строительства (осуществление финансирования проекта началось с февраля 2013 года - страница 10 заключения) инвестор ООО «Торг» имело (в том числе) Бизнес-план на строительство и эксплуатацию Торгового комплекса по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20 (приложение №4 к Заключению).

Таким образом, судом сделан вывод о том, что данный Бизнес-план имелся у должника в феврале 2013 года. Сам бизнес-план датирован 2012 годом.

Вместе с тем, на титульном листе Бизнес-плана указана также дата - 10.05.2018	(т.3 л.д.144). На странице 18 Бизнес-плана указано, что общий объем предложения торговых площадей в наиболее качественном сегменте торговых центров Ижевска по состоянию на 2017 год оценивается в 122 000 кв.м. На странице 43 Бизнес-плана в разделе «Налоговые обязательства» указано, что общество применяет общую систему налогообложения, ставка налога на добавленную стоимость - 20%, тогда как ставка НДС в размере 20% применяется только с 2019 года.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что приложенный к заключениям эксперта №613-18, №614-18 Бизнес-план, который, в том числе, был положен экспертом в основу заключений и обоснование выводов, не мог быть в наличии у ООО «Торг» в 2013 году и не мог быть составлен в 2012 году, а составлен в 2018 году.

Признав тем самым бизнес-план, положенный в основу заключений №613-18, №614-18 от 30.11.2018, является сфальсифицированным.

Поскольку в основу заключений №613-18, №614-18 от 30.11.2018 и выводов эксперта положен сфальсифицированный документ бизнес-план «Строительство и эксплуатация торгового центра», то заключения эксперта №613-18, №614-18 от 30.11.2018 признаны судом первой инстанции ненадлежащими и недопустимыми доказательствами (статьи 64, 68 АПК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности кредитором оснований для привлечения Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности. Судом сделан вывод о том, что доказательства осуществления должником хозяйственной деятельности за счет заемных денежных средств Муртазиной (Русских) Л.Н. в материалах дела отсутствуют. Суд не усмотрел наличия у Муртазиной Л.Н. обязательств по  финансированию деятельности должника, а также наличия в ее действиях противоправного поведения, повлекшего банкротство должника. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и представленных отзывов, выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», исключена статья 10 Закона о банкротстве. 

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми кредитор заявляет о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности (действия в период 2013 – 2014 годы), к данным правоотношениям подлежат положения о субсидиарной ответственности в редакции, действовавшей на указанный период времени, с учетом длящегося характера указанных действий.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции от 30.12.2012) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что  если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В силу положений статьи 2 Закона о банкротстве в применимой к спорным отношениям редакции контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

Как следует из материалов дела, общество «Торг» было зарегистрировано в качестве юридического лица 28.01.2013 за основным государственным регистрационным номером 1131840000467. 

Участниками общества являлись Муртазина Людмила Николаевна с долей участия 75% в уставном капитале и ООО «Система» с долей участия в уставном капитале 25%.

Руководителем общества «Торг» с момента его регистрации до открытия в отношении должника конкурсного производства (28.10.2015) являлся Жебровский Р.В.

Основной деятельностью общества «Торг» являлось строительство торгового комплекса, иная деятельность обществом не велась.

Уставный капитал общества «Торг» составлял 10 000 рублей; единственным ликвидным активом должника являлся объект незавершенного строительства (строящийся торговый комплекс).

Источником финансирования деятельности должника являлись заемные денежные средства, взятые под проценты от 20% до 50% годовых, которые направлялись на строительство объекта. Иных источников для финансирования текущей деятельности, включая оплату процентов по договорам займа, оплату услуг банка, оплату аренды земельного участка, выплату заработной платы, оплату налогов и т.д., у должника не было.

Определением от 26.03.2015 принято к производству заявление Валеева А.З. о признании общества «Торг» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве; определением арбитражного суда от 20.05.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением того же суда от 28.10.2015 общество «Торг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Сергеева М.П.

В ходе процедур банкротства в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования пяти кредиторов, в том числе уполномоченного органа, на общую сумму 105 333 613,86 рубля, из которых требования Валеева А.З. составляют 353 350 рублей (определение суда от 20.05.2015).

В настоящее время в реестре требований кредиторов учитываются требования двух внешних кредиторов: требование Федеральной налоговой службы в размере 592 008,77 рубля и 9 155,17 рубля (определения суда от 24.08.2015) и требование Валеева А.З. в размере 353 350 рублей (определение суда от 20.05.2015).

Кредитор Валеев А.З.  в обоснование заявленных требований ссылается на то, что контролирующее должника лицо Муртазина Л.Н., создавшая условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за действий (бездействия) данного лица окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитирующих мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В обоснование требований заявитель ссылается на следующее.

1. По мнению заявителя, виновное поведение ответчика, которая создала сначала ситуацию, при которой ООО «Торг», не обладая достаточным количеством активов и будучи заведомо неспособным удовлетворить требования своих кредиторов, осуществляло хозяйственную деятельность за счет заемных средств самой Русских (Муртазиной) Л.Н., а потом отказалась от финансирования этой деятельности, привело к признанию должника несостоятельным.

2. Между ООО «Торг» (заемщик) и Жебровским Р.В. (займодавец) были заключены следующие договоры займа: №01/13-3 от 20.02.2013, №01- 03/13 от 27.03.2013, №б/н от 24.04.2013, №3-05/13 от 14.05.2013, №3-06/13 от 26.06.2013, №3-07/13 от 29.07.2013, №1-08/13 от 01.08.2013, №4-08/13 от 29.08.2013, №5-09/13 от 18.09.2013.

Требования к ООО «Торг» по указанным договорам были переданы Жебровским Р.В. в пользу Русских (Муртазиной) Л.Н. по договору уступки прав (требований) №01/2013-т от 25.10.2013 в части требований на сумму 14 473 275 рублей (75% от суммы долга по всем договорам займа).

Заявитель ссылается на то, что из пункта 2.2 указанного договора следует, что именно Русских (Муртазина) Л.Н. предоставляла Жебровскому Р.В. 75% тех денежных средств, которые были в дальнейшем переданы Жебровским Р.В. обществу «Торг» по договорам займа. То есть, Русских (Муртазина) Л.Н. создала такую систему, при которой она обеспечивала непубличное для третьих лиц финансирование деятельности ООО «Торг».

3. В дальнейшем Русских (Муртазина) Л.Н. перестала исполнять свои обязательства по докапитализации имущества ООО «Торг», в результате чего в ноябре 2013 года ООО «Торг» прекратило финансирование строительства объекта - Торгового комплекса по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

4. На протяжении первой половины 2014 года Русских (Муртазина) Л.Н. действуя через подконтрольное ей лицо ООО «Ижевск-Сервис» приобрела у ООО «Урал» кредиторскую задолженность ООО «Торг» на сумму 17 715 919,33 рубля. По мнению заявителя, Русских (Муртазина) Л.Н. действуя разумно и добросовестно, должна была наделить ООО «Торг» имуществом, достаточным для строительства торгового комплекса и не позволила бы должнику нарастить кредиторскую задолженность. Более того, Русских (Муртазина) Л.Н. в дальнейшем пыталась воспользоваться приобретенными правами требования к ООО «Торг» в целях признания последнего банкротом.

5. ООО «Торг» на протяжении всего времени с момента создания не было способно погасить взятые на себя обязательства за счет самостоятельной хозяйственной деятельности, аккумулировало задолженность перед контролирующим общество лицом и третьими лицами, не компенсируя это увеличением размера своих активов. Русских (Муртазина) Л.Н. не только участвовала в создании подобной системы функционирования ООО «Торг», но и пыталась ею воспользоваться в целях признания ООО «Торг» банкротом и причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов.

Заявитель указывает на то, что контролирующее должника лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитирующих мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Суд первой инстанции, рассмотрев доводы заявителя Валеева А.З. о виновном поведении Русских (Муртазиной) Л.Н., выразившемся в создании ситуации, при которой ООО «Торг», не обладая достаточным количеством активов и будучи заведомо неспособным удовлетворить требования своих кредиторов, осуществляло хозяйственную деятельность за счет заемных средств самой Русских (Муртазиной) Л.Н., и последующем ее отказе  от финансирования этой деятельности, привело к признанию должника несостоятельным, пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, позволяющих привлечь участника общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц уже являлись предметом рассмотрения арбитражных судов.

Так, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.02.2018 (резолютивная часть от 22.01.2018) заявление общества «Ижевск-Сервис» о привлечении Жебровского Р.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено. Судом установлено наличие оснований для привлечения Жебровского Р.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания всех мероприятий конкурсного производства, формирования конкурсной массы, реализации имущества и расчетов с кредиторами общества «Торг». 

Этим же определением производство по заявлению общества «Ижевск-Сервис» в части взыскания с Жебровского Р.В. убытков в размере 30 601 307 рублей приостановлено до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления общества «Ижевск-Сервис» о признании недействительными сделками договоров уступки прав (требований) от 30.10.2013 №№30-10-13(1), 30-10-13(2), заключенных между обществом «Торг» и обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Содействие» (далее – общество «УК «Содействие»), перечисления должником обществу «УК «Содействие» денежных средств в сумме 10 906 307,07 рубля, соглашения от 26.11.2014 об уменьшении задолженности должника в части процентов за пользование коммерческим кредитом по договорам уступки прав (требований).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.02.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражный суд Уральского округа от 19.11.2018 определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.02.2018 по делу №А71-2946/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018 по тому же делу оставлены без изменения.

Определением Верховного Суда РФ от 18.03.2019 в передаче кассационной жалобы Жебровского Р.В. для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим вопросам Верховного Суда РФ отказано.

Как было установлено судами при рассмотрении заявления о привлечении Жебровского Р.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торг» (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.02.2018, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018), источником финансирования деятельности должника являлись заемные денежные средства, взятые под проценты от 20% до 50% годовых, которые направлялись на строительство объекта. Иных источников для финансирования текущей деятельности, включая оплату процентов по договорам займа, оплату услуг банка, оплату аренды земельного участка, выплату заработной платы, оплату налогов и т.д., у должника не было.

При этом, денежные средства были предоставлены в заем обществу «Торг» Жебровским Р.В. (директором ООО «Торг»), который действовал от своего имени и в качестве индивидуального предпринимателя, что следует из договоров займа: №01/13-3 от 20.02.2013, №01-03/13 от 27.03.2013, №б/н от 24.04.2013,	 №3-05/13 от 14.05.2013, №3-06/13 от 26.06.2013, №3-07/13 от 29.07.2013,	 №1-08/13 от 01.08.2013, №4-08/13 от 29.08.2013, №5-09/13 от 18.09.2013.

Иные договоры займа, свидетельствующие о предоставлении денежных средств обществу «Торг» Русских (Муртазиной) Л.Н. в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд первой инстанции пришел о противоречии материалам дела доводов заявителя о виновном поведении Русских (Муртазиной) Л.Н., финансировавшей деятельность ООО «Торг», а потом отказавшейся от финансирования.

Указывая на то, что требования к ООО «Торг» по указанным выше договорам займа были переданы Жебровским Р.В. в пользу Русских (Муртазиной) Л.Н. по договору уступки прав (требований) № 01/2013-т от 25.10.2013 в части требований на сумму 14 473 275 рублей (75% от суммы долга по всем договорам займа), заявитель полагает, что тем самым Муртазина Л.Н. создала такую систему, при которой она обеспечивала непубличное для третьих лиц финансирование деятельности ООО «Торг».

Из материалов дела следует, что между ИП Жебровский Р.В. (первоначальный кредитор) и Русских Людмила Николаевна (новый кредитор) заключен договор уступки прав (требований) №01/2013-т от 25.10.2013.

Согласно условиям договора первоначальный кредитор (Жебровский Р.В.) уступает свои права (требования) новому кредитору (Русских (Муртазиной) Л.Н.) к должнику (ООО «Торг»), вытекающие из указанных выше договоров займа. 

Согласно пункту 2.2 договора уступки прав (требований) № 01/2013-т от 25.10.2013, в счет оплаты передаваемых по настоящему договору прав новый кредитор (Русских (Муртазина) Л.Н.) погашает задолженность первоначального кредитора (Жебровского Р.В.) по договорам займа, заключенным между Жебровским Р.В. и Русских (Муртазиной) Л.Н.

Таким образом, из содержания и условий договора уступки прав (требований) №01/2013-т от 25.10.2013 следует, что предметом договора являются права требования из договоров займа, заключенных между Жебровским Р.В. и обществом «Торг», а оплата за уступленные права осуществляется путем погашения Русских (Муртазиной) Л.Н. задолженности Жебровского Р.В. по иным самостоятельным договорам займа, заключенным между Жебровским Р.В. и Русских (Муртазиной) Л.Н.

Каких-либо доказательств того, что Русских (Муртазина) Л.Н. предоставляла Жебровскому Р.В. 75% тех денежных средств, которые были в дальнейшем переданы Жебровским Р.В. обществу «Торг» по договорам займа, содержание и условия договора уступки прав (требований) №01/2013-т от 25.10.2013 не содержат. Сами договоры займа, заключенные между Жебровским Р.В. и Русских (Муртазиной) Л.Н., в материалы дела сторонами, в том числе Жебровским Р.В. и Русских (Муртазиной) Л.Н., не представлены.

При указанных обстоятельствах, доводы заявителя о предоставлении Русских (Муртазиной) Л.Н. денежных средств Жебровскому Р.В. для дальнейшего их предоставления должнику, а также об обеспечении Русских (Муртазиной) Л.Н. непубличного для третьих лиц финансирования деятельности ООО «Торг» отклонены судом первой инстанции  правомерно.

Иных обстоятельств, опровергающих выводы суда первой инстанции, кредитором Валеевым А.З. не указано. 

В качестве еще одного основания для привлечения к субсидиарной ответственности, заявителем указаны действия Муртазиной Л.Н., которые привели к банкротству общества, выразившиеся в прекращении исполнения обязательств по финансированию деятельности общества «Торг», в результате чего в ноябре 2013 года ООО «Торг» прекратило финансирование строительства объекта Торгового комплекса по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

Как следует из материалов дела, ООО «Ижевск-Сервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.02.2012 МИФНС №11 по Удмуртской Республике. Единственным учредителем со 100% долей участия в уставном капитале, а также генеральным директором является Муртазина Людмила Николаевна. 

ООО «Эверест» и ООО «Торг» на праве общей долевой собственности владеют объектом незавершенного строительства, кадастровый (условный) номер 18-18-01/049/2006-113, расположенным по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20, находящемся на земельном участке, кадастровый номер 18:26:040630:0126.

Согласно соглашению о совместном владении, пользовании и распоряжении недвижимым имуществом, находящимся в общей долевой собственности (строительство Торгового центра по адресу: г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20) от 05.04.2013 собственники обязуются пропорционально доле в праве собственности в недвижимости нести все затраты, связанные с ее содержанием и сохранением, а также связанные со строительством Торгового центра.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 27.03.2013 (серия 18-АБ №705128) ООО «Торг» принадлежит на праве общей долевой собственности объект незавершенного строительства с кадастровым (условным) номером 18-18-01/049/2006-113, расположенный по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20, доля в праве 11/20 (или 55%).

Для исполнения указанного выше соглашения, 22 июля 2013 года между ООО «Урал» (заказчик), ООО «Торг» и ООО «Эверест» (застройщик) заключен агентский договор на передачу функций заказчика-застройщика (т.1 л.д.11-14), по которому застройщик поручает заказчику осуществить функции по организации строительства и ввода в эксплуатацию Торгового центра, кадастровый (условный) номер 18-18-01/049/2006113, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, город Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

Согласно пункту 1.3 агентского договора заказчик обязуется выполнить функции по организации строительства торгового центра на условиях и в объеме, установленных договором в соответствии с проектно-сметной документацией и строительными нормами.

В целях исполнения предмета договора застройщик передает заказчику функции (права и обязанности) застройщика в отношении объекта и поручает ему от своего имени и в интересах застройщика заключать необходимые гражданско-правовые сделки направленные на строительство объекта, в т.ч. договоры подряда на выполнение специальных строительных работ (пункт 1.4.3 договора).

Пунктом 2.1.4 агентского договора стороны определили, что застройщик обязан производить передачу финансовых средств, для исполнения договоров, заключаемых заказчиком в установленные графиком производства и финансирования строительства сроки. Передача финансовых средств заказчику производится каждым из лиц, действующим на стороне застройщика пропорционально его доле в праве собственности на объект.

В ноябре 2013 года ООО «Торг» в одностороннем порядке прекратило  финансирование строительства недвижимого имущества.

Между тем, ООО «Урал» производило оплату по договорам, заключенным ООО «Урал» от своего имени и в интересах ООО «Эверест» и ООО «Торг».

Впоследствии между ООО «Урал» и ООО «Ижевск-Сервис» заключены договоры уступки права требования, по которым ООО «Урал» уступает ООО «Ижевск-Сервис» право требования долга к ООО «Торг».

Указанные обстоятельства послужили для общества «Ижевск-Сервис» основанием для обращения в суд с исками о взыскании долга и процентов.

Решениями Арбитражного суда Удмуртской Республики от 31.12.2014 по делу №А71-8877/2014 и от 02.02.2015 по делу №А71-8876/2014 исковые требования  ООО «Ижевск-Сервис» удовлетворены в сумме 295 816,34 рубля и 296 075,49 рубля, соответственно (в части суммы основного долга), что впоследствии послужило основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением об установлении требований в деле о банкротстве общества «Торг».

Вместе с тем, заявитель, указывая на отказ Русских (Муртазиной) Л.Н. от исполнения обязательств по финансированию должника не приводит доводов и не представляет суду доказательств, свидетельствующих о наличии и возникновении у Русских (Муртазиной) Л.Н. такого обязательства.

Каких-либо соглашений между Жебровским Р.В. и Русских (Муртазиной) Л.Н., свидетельствующих о возникновении у последней обязательств по финансированию деятельности должника либо обязательств по предоставлению денежных средств руководителю должника Жебровскому Р.В. для финансирования деятельности должника в материалах дела отсутствуют. Иных доводов о наличии оснований возникновения у Русских (Муртазиной) Л.Н. обязательств по финансированию деятельности должника за счет собственных денежных средств, предусмотренных статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявителем не приведено. Фактических обстоятельств, свидетельствующих о возникновении у Русских (Муртазиной) Л.Н. такого обязательства, судом не установлено.

Более того, как указывает в заявлении сам заявитель, именно Жебровский Р.В., будучи руководителем должника, осуществил такую схему ведения бизнеса, при которой текущая деятельность должника могла обеспечиваться только за счет заемных денежных средств, не осуществлялся поиск новых источников финансирования строительства, привлечение денежных средств осуществлялось на невыгодных для должника условиях.

Суд первой инстанции пришел к выводу о несостоятельности доводов заявителя о наличии у Русских (Муртазиной) Л.Н. обязательства по финансированию деятельности должника и о неправомерном отказе последней от такого обязательства.

Доводы апелляционной инстанции Валеева А.З. также не содержат доказательств, бесспорно подтверждающих обязанность участника общества финансировать деятельность должника. 

Относительно довода Валеева А.З. о том, что на протяжении первой половины 2014 года Русских (Муртазина) Л.Н., действуя через подконтрольное ей лицо ООО «Ижевск-Сервис», приобрела у общества «Урал» кредиторскую задолженность ООО «Торг» на сумму 17 715 919,33 рубля суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в указанных действиях Русских (Муртазиной) Л.Н., как учредителя и руководителя ООО «Ижевск-Сервис», противоправности поведения, в результате которого наступили объективные признаки банкротства должника, повлекшие невозможность погашения требований кредиторов. 

Данные действия свидетельствуют о том, что Русских (Муртазина) Л.Н. с помощью привлечения денежных средств третьего лица намеревалась погасить и погасила задолженность ООО «Торг» перед кредитором ООО «Урал», которое фактически осуществляло строительство Торгового комплекса по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что указанные действия были направлены не на увеличение обязательств должника и доведение его до банкротства, а на недопущение прекращения строительства торгового комплекса по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20 и погашение задолженности должника перед внешникм (независимым) кредитором.

Заявитель полагает, что Русских (Муртазина) Л.Н., действуя разумно и добросовестно, должна была наделить ООО «Торг» имуществом, достаточным для строительства Торгового комплекса и совершить действия по недопущению наращивания кредиторской задолженности. 

Данный довод заявителя признан судом первой инстанции несостоятельным в силу следующего.

Судом не установлено наличия у Русских (Муртазиной) Л.Н. обязательства по финансированию деятельности общества за счет собственных денежных средств. В свою очередь, наращивание кредиторской задолженности должника было вызвано не действиями (бездействием) Русских (Муртазиной) Л.Н., а действиями руководителя должника Жебровского Р.В., чему дана надлежащая правовая квалификация вступившим в законную силу судебным актом о привлечении последнего к субсидиарной ответственности. 

Также заявитель ссылается на то, что Русских (Муртазина) Л.Н. в дальнейшем пыталась воспользоваться приобретенными правами требования к ООО «Торг» в целях признания последнего банкротом. Судом правомерно отклонены доводы заявителя в указанной части, поскольку изначально погашая долги должника перед ООО «Урал», Русских (Муртазина) Л.Н. преследовала цель не допустить прекращения строительства торгового комплекса, а не цель - возбуждение деда о банкротстве ООО «Торг». В дальнейшем, после возбуждения дела о банкротстве должника по заявлению Валеева А.З., ООО «Ижевск-Сервис» воспользовалось своим правом на предъявление требований к должнику.

Валеев А.З. указывал на то, что ООО «Торг» на протяжении всего времени с момента создания не было способно погасить взятые на себя обязательства за счет самостоятельной хозяйственной деятельности, аккумулировало задолженность перед контролирующим общество лицом и третьими лицами не компенсируя это увеличением размера своих активов; при этом, Русских (Муртазина) Л.Н. не только участвовала в создании подобной системы функционирования ООО «Торг», но и пыталась ею воспользоваться в целях признания ООО «Торг» банкротом и причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов.

Суд проверив доводы заявителя в указанной части, установил, что именно Жебровский Р.В., будучи руководителем должника, осуществил такую схему ведения бизнеса, при которой текущая деятельность должника могла обеспечиваться только за счет заемных денежных средств, передаваемых обществу «Торг» самим же Жебровским Р.В. под невыгодные для должника проценты от 20% до 50% годовых, которые направлялись на строительство объекта. Иных источников для финансирования текущей деятельности, включая оплату процентов по договорам займа, оплату услуг банка, оплату аренды земельного участка, выплату заработной платы, оплату налогов и т.д., у должника не было. При этом, Жебровским Р.В. не осуществлялось поиска новых источников финансирования строительства, привлечения кредитных денежных средств Банков.

В свою очередь, изначально Русских (Муртазина) Л.Н., исходя из ее последовательных действий, приобретала права требования к ООО «Торг» в целях погашения долгов последнего перед иными кредиторами и недопущения прекращения строительства. Дальнейшие ее действия по предъявлению требований к ООО «Торг», вытекающих из договора уступки прав (требований) №01/2013-т от 25.10.2013 и приобретенных прав требования к должнику у ООО «Урал», были обусловлены действиями супруги Жебровского Р.В., которая первая предъявила требования к ООО «Торг», также вытекающие из договора уступки права (требования) от 25.10.2013, и действиями Валеева А.З., инициировавшего процедуру банкротства должника.

Как указывает заявитель, контролирующее должника лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитирующих мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Вместе с тем, как установлено судом апелляционной инстанции и отражено в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018 по настоящему делу, в 2014 году в отношении должника было возбуждено исполнительное производство о взыскании задолженности в пользу Жебровской А.В. (супруги Жебровского Р.В.). В рамках указанного исполнительного производства Жебровским Р.В. судебному приставу-исполнителю была представлена информация о наличии у общества «Торг» единственного актива - объекта незавершенного строительства по адресу: г. Ижевск, ул. Новоажимова, 20. Сведения же о наличии у должника дебиторской задолженности (прав требования к общества «Инвест», «Корсика» и «Комфорт») руководителем должника Жебровским Р.В. судебному приставу-исполнителю представлены не были. В связи с чем, объект незавершенного строительства был реализован в ходе исполнительного производства осенью 2014 года.

Действия (бездействие) Жебровского Р.В., выраженные в непредставлении судебному приставу-исполнителю информации об иных активах должника (дебиторской задолженности), привели к тому, что единственный ликвидный актив общества «Торг» (объект незавершенного строительства) был реализован в ходе исполнительного производства с нарушением положений статьи 94 Федерального закона «Об исполнительном производстве» (при наличии иных активов, на которые можно было обратить взыскание) по вине Жебровского Р.В.

Указанные действия (бездействие) Жебровского Р.В. привели к утрате должником единственного ликвидного имущества (при чем в целях удовлетворения требований заинтересованного лица), за счет которого было возможно удовлетворение требований внешних кредиторов должника, что в свою очередь привело к банкротству общества «Торг».

Оценив деятельность руководителя должника и результаты такой деятельности, суд первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу о том, что вышеуказанные сделки и вся хозяйственная деятельность должника под руководством Жебровского Р.В. на протяжении 2013 и 2014 годов явились причиной объективного банкротства должника. 

Суд апелляционной инстанции также указал, что Жебровский Р.В., будучи руководителем должника, осуществил такую схему ведения бизнеса, при которой текущая деятельность должника могла обеспечиваться только за счет заемных денежных средств, не обеспечивался поиск новых источников финансирования строительства, привлечение денежных средств осуществлялось на невыгодных для должника условиях, денежные средства направлялись на строительство объекта, но при этом наращивалась задолженность перед независимыми кредиторами, что свидетельствует о принятии Жебровским Р.В. неверных управленческих решений. После возникновения критической ситуации в финансовом положении должника Жебровским Р.В. были совершены действия, направленные фактически на вывод ликвидного актива должника.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что погашение требований кредиторов должника стало невозможным и привело к банкротству должника, вследствие действий и (или) бездействия руководителя должника Жебровского Р.В., а не участника должника Русских (Муртазиной) Л.Н.

Учитывая судебный акт, вступивший в законную силу, об установлении оснований для привлечения Жебровского Р.В. к субсидиарной ответственности, проанализировав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для привлечения Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судом первой инстанции не установлено оснований для удовлетворения заявления кредитора в отношении указанного лица и по тем основаниям, что заявителем и иными участниками процесса не представлено доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий, необходимых для привлечения Муртазиной Л.Н. к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков или привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Ссылка представителя заявителя жалобы на то обстоятельство, что в рамках настоящего дела проводится экспертиза на предмет наличия/отсутствия признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, не опровергает выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности. 

Процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7)). Несмотря на это необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

С учетом изложенного, по мнению суда апелляционной инстанции, ответчиком Муртазиной Л.Н. опровергнуты доводы заявителя о противоправности ее поведения, которые явились причиной банкротства должника и привели к невозможности погашения требований кредиторов.

При этом, кредитором не представлено таких доказательств, которые безусловно подтверждали бы вину контролирующего должника лица Муртазиной Л.Н., позволяющих привлечь ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере требований, включенных в реестр и текущих расходов. 

Выводы суда первой инстанции в достаточной мере мотивированы, основаны на правильном применении норм материального права. 

Доводы, изложенные в жалобе Валеева А.З., повторяют доводы заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. Заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Муртазиной Л.Н., ссылающейся на то, что по результатам рассмотрения обособленного спора не были отменены принятые в рамках настоящего дела обеспечительные меры. 

Материалами дела установлено, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 сентября 2018 года приняты обеспечительные меры, наложен арест на имущество, принадлежащее Муртазиной Людмиле Николаевне, проживающей по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. 10 лет Октября, д. 17а, кв. 149, находящееся у неё или у других лиц в пределах суммы 54 793 392,86 рубля, до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления Валеева А.З. о привлечении Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торг».

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18 февраля 2019 года Муртазиной Л.Н. было отказано в удовлетворении заявления о замене обеспечительных мер, принятых определением суда от 19.09.2018.

В соответствии со статьей 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска по ходатайству лица, участвующего в деле, может быть отменено арбитражным судом, рассматривающим дело. Вопрос об отмене обеспечения иска разрешается в судебном заседании в пятидневный срок со дня поступления заявления в арбитражный суд в порядке, предусмотренном статьей 93 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» ответчик, иные лица, участвующие в деле (часть 1 статьи 97 АПК РФ), а также лица, чьи права и интересы нарушены в результате применения обеспечительных мер (статья 42 АПК РФ), после получения определения арбитражного суда о применении обеспечительных мер вправе обратиться с ходатайством об их отмене в суд, их применивший, в порядке, предусмотренном статьей 97 АПК РФ, представив объяснения по существу примененных мер, на основании которых суд повторно проверяет наличие оснований, установленных части 2 статьи 90, статьей 97 АПК РФ, и оценивает отношения на соответствие критериям, указанным в пункте 10 настоящего Постановления. С учетом сбалансированной оценки доводов заявителя и ответчика суд отказывает в отмене обеспечительных мер либо выносит определение об их отмене.

В соответствии с пунктом 9 указанного Постановления при применении обеспечительных мер арбитражный суд исходит из того, что в соответствии с частью 2 статьи 90 АПК РФ обеспечительные меры допускаются на любой стадии процесса в случае наличия одного из следующих оснований: 1) если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе если исполнение судебного акта предполагается за пределами Российской Федерации; 2) в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.

Критериями принятия (отмены) соответствующих мер являются правила относимости и допустимости доказательств, установленные нормами статей 67 и 68 АПК РФ, поэтому в соответствии с требованиями пунктом 2 статьи 72 АПК РФ, помимо указания конкретных доказательств, которые необходимо обеспечить, и причин, побудивших обратиться с заявлением об их обеспечении, заявление об обеспечении (отмене) доказательств должно содержать указание на обстоятельства, для подтверждения которых необходимы эти доказательства.

Перечень случаев, при которых обеспечительные меры могут быть отменены, процессуальным законодательством не предусмотрен.

Действительно, судом по результатам рассмотрения обособленного спора в удовлетворении заявления Валеева А.З. о привлечении Муртазиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

В соответствии с процессуальным законом принятые обеспечительные меры сохраняются до вступления судебного акта в законную силу.

Сведений о том, что ответчик обращалась с заявлением об отмене обеспечительных мер, материалы дела не содержат.

Разрешение вопроса об отмене обеспечительных мер одновременно с рассмотрением заявленного спора по существу, является правом, а не обязанностью суда.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушение судом первой инстанции норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта.

В данном случае ответчик не лишена возможности обратиться в суд первой инстанции с ходатайством об отмене обеспечительных мер в порядке, предусмотренном статьей 97 АПК РФ.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Муртазиной Л.Н. и отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части. 

 Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02 апреля 2019 года по делу №А71-2946/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

Е.Е. Васева

 

С.И. Мармазова