АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А11-7998/2020

г. Владимир

26 июля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 19.07.2021. 

Полный текст решения изготовлен 26.07.2021.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Романовой В.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании в помещении арбитражного суда: 600025, 

<

...>, дело по иску ФИО2 (г.Москва) к ФИО3 (Владимирская область, Муромский район, с.Борисоглеб), обществу с ограниченной ответственностью "Омега" (602251, 

<

...>, этаж 2, кабинет 9, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным решения единственного участника ООО "Омега" ФИО3 от 05.03.2016, признании недействительным приказа от 05.10.2019 № 1 генерального директора ООО "Омега" ФИО3, применении последствий недействительности сделки и взыскании с ФИО3 в пользу ООО "Омега" в счет возврата неосновательного обогащения денежных средств; при участии: от истца ФИО4- адвокат по доверенности от 16.01.2020 № 77АГ3053829 (сроком действия на 5 лет, нотариально удостоверена), от ФИО3 лично (предъявлен паспорт), от ООО "Омега" ФИО5- по доверенности от 10.08.2020 (сроком действия на 3 года), ФИО3- директор, установил.

ФИО2 обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3, являющейся участником и руководителем общества с ограниченной ответственностью «Омега», о признании недействительным решения единственного участника ООО «Омега» от 05.03.2016 в части выплаты ФИО3 дивидендов в размере 288 000 000 руб.; признании недействительным приказа генерального директора ООО «Омега» от 05.10.2019 № 1 о производстве выплат дивидендов участнику ООО «Омега» ФИО3 в сумме 288 000 000 руб.; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Омега» в счет возврата неосновательного обогащения денежных средств, полученных на основании приказа от 05.10.2019 № 1.

Дважды уточняя заявленные требования, в окончательном варианте истец просил признать недействительным приказ генерального директора ООО «Омега» от 05.10.2019 № 1 о производстве выплат дивидендов участнику ООО «Омега» ФИО3 в сумме 288 000 000 руб.; признать недействительными сделки между ООО «Омега» и ФИО3 о перечислении денежных средств: 24.04.2020 на сумму 500 000 руб., 23.04.2020 на сумму 4 800 руб., 23.04.2020 на сумму 75 400 руб. (НДФЛ), 20.08.2020 на сумму 304 500 руб., 20.08.2020 на сумму 45 500 руб. (НДФЛ), 24.08.2020 на сумму 261 000 руб., 24.08.2020 на сумму 39 000 руб. (НДФЛ), 07.09.2020 на сумму 261 000 руб., 07.09.2020 на сумму 39 000 руб. (НДФЛ); признать недействительной сделку о зачете требований о выплате дивидендов ФИО3 от 05.032019 на сумму 3 500 000 руб.;  взыскать с генерального директора ООО «Омега» ФИО3 в пользу ООО «Омега» в качестве компенсации убытков, причиненных ООО «Омега», а также в счет возврата неосновательного обогащения денежные средства, полученные ею за период с 21.04.2020 по 03.11.2020 в размере 5 030 200 руб.; признать денежные средства в сумме 288 000 000 руб. на 31.12.2018 в составе нераспределенной прибыли ООО «Омега» (заявление от 02.06.2021). 

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял уточнение истцом исковых требований.

Определением от 12.11.2020 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Омега».

В обоснование своих требований истец сослался на статьи 53, 53.1, 153-155, 168, 174, 181.1, 190 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 28, 43 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 5, 6, 9, 13, 14 Федерального закона от 06.12.2011      № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Инструкцию по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утвержденную приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н. 

Пояснил, что бухгалтерский баланс ООО «Омега» за 2015 год, представленный в налоговый орган 18.03.2016, содержал сведения о нераспределенной прибыли общества на конец 2015 года в сумме 58 583 000 руб.; 25.03.2016 ФИО3 в налоговый орган представлен уточненный баланс общества, согласно которому нераспределенная прибыль составляла 288 000 000 руб. 

По мнению истца, если решение о распределении прибыли от 05.03.2016 принято на основании бухгалтерского баланса, представленного в налоговый орган 18.03.2016, то он не содержал сведения о нераспределенной прибыли 288 000 000 руб. (имелись сведения о нераспределенной прибыли в сумме 58 583 000 руб.); если решение принято на основании бухгалтерского баланса, представленного в налоговый орган 25.03.2016, то оно могло быть принято только в период с 18 по 25 марта 2016 года, а в это время участниками ООО «Омега» являлись ФИО3 и ФИО6, при этом решение о распределении прибыли обоими участниками общества не принималось.

Истец в подтверждение довода о том, что 05.03.2016 решение о распределении прибыли не принималось, указал, что в бухгалтерском балансе за 2016 год нераспределенная прибыль общества составляет 57 260 000 руб., кредиторская задолженность с 2015 года в сумме 950 000 руб. увеличилась до 2 465 000 руб., то есть задолженность в размере 288 000 000 руб. не отражена ни в краткосрочных, ни в долгосрочных (с 2017 года) обязательствах общества. В бухгалтерском балансе общества за 2018 год отражена нераспределенная прибыль общества в сумме 353 400 000 руб., краткосрочные обязательства – 4 040 000 руб., долгосрочные обязательства – 116 800 000 руб. (задолженность ООО «Омега» перед ООО «Хранитель» и ООО «Астра»); по итогам 2018 года нераспределенная прибыль увеличилась на сумму чистой прибыли за отчетный период и составила 353 400 000 руб. и данные финансовые результаты были утверждены участниками общества решением от 20.03.2019.

Кроме того, истец указал, что, поскольку срок выплаты прибыли в решении от 05.03.2016 не определен, он равен 60 дням и по истечении этого срока распределенная и невостребованная прибыль восстанавливается в составе нераспределенной прибыли общества; в период с 06.05.2016 по 06.05.2019 требование о выплате дивидендов ФИО3 не заявлялось, в связи с чем приказ от 05.10.2019 № 1 является недействительным.

Указал, что перечисленные в пользу ФИО3, а также зачтенные в ее пользу денежные средства являются для ФИО3 неосновательным обогащением, а для ООО «Омега» - убытками от незаконных действий директора; действия по перечислению денежных средств и по зачету взаимных требований – недействительными сделками, совершенными в ущерб интересам представляемого юридического лица.

По мнению истца, восстановление его прав как участника ООО «Омега» невозможно без определения статуса суммы 288 000 000 руб. как суммы в составе нераспределенной прибыли общества.

В судебном заседании 19.07.2021 истец пояснил, что под сделкой о зачете требований о выплате дивидендов ФИО3 от 05.03.2019 на сумму 3 500 000 руб., которую он просит признать недействительным, истец подразумевает письмо "Омега" от 23.06.2020 № 31 ООО.

ФИО3 и ООО «Омега» в отзыве на исковое заявление с требованиями истца не согласились, сославшись на представление в налоговый орган 25.03.2016 уточненного бухгалтерского баланса за 2015 год с отражением в нем нераспределенной прибыли в сумме 288 600 000 руб. Указали, что в бухгалтерских балансах за 2016-2018 годы задолженность по дивидендам не отражалась, поскольку ФИО3 не предъявляла требование об их выплате и поскольку согласно учетной политике ООО «Омега» (утверждена соответствующими приказами) выплата дивидендов является условным обязательством, не отражаемым в бухгалтерском учете; в бухгалтерском балансе за 2019 год задолженность по дивидендам была отражена в связи с предъявлением ею такого требования.

Кроме того, ФИО3 обосновала причины принятия решения от 05.03.2016 предстоящим вводом в состав участников общества ФИО6 и наличием взаимоотношений между ним, ООО «Борисоглебское» и ООО «Омега».

По мнению ответчиков, наделение ФИО2 статусом участника 28.02.2017 не дает ей права обжаловать решения органов управления, принятых до указанной даты; наличие приказа от 05.10.2019 № 1 не влияет на право участника ФИО3 требовать выплаты причитающихся ей дивидендов и не нарушает прав ФИО2

Ответчиками представлено заключение специалистов ООО «Юридический центр «Вердикт» от 28.03.2021 № 557/21/ЭС об установлении фактических данных о финансовых показателях деятельности ООО «Омега» и выплате дивидендов ФИО3

Также ответчики указали, что денежные средства в сумме 198 900 руб., оплаченные обществом 23.04.2020, 20.08.2020, 24.08.2020, 07.09.2020, соответственно, являются налогом на доходы физических лиц, которые ФИО3 не получала; выплата ФИО3 дивидендов является по своей правовой природе сделкой, совершенной под отлагательным условием (статья 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчики указали на пропуск истцом срока исковой давности для обращения с настоящим иском в арбитражный суд, который исчислили с 2017 года (с момента приобретения ФИО2 статуса участника общества); на перерыв в течении 3-летнего срока, установленного пунктом 4 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», на выплату дивидендов 05.03.2019, когда по требованию ФИО3 ООО «Омега» произвело оплату ФИО7 денежных средств в счет оплаты дивидендов.

Возражая против доводов ответчиков, истец указал, что уточненный бухгалтерский баланс за 2015 год содержит недостоверные сведения в строке 1400 «Долгосрочные обязательства» (не отражена долгосрочная кредиторская задолженность перед ООО «Астра» и ООО «Хранитель»); при учете достоверных сведений чистые активы составят 178 765 000 руб., в связи с чем начисление дивидендов в размере 288 000 000 руб. приводит к уменьшению чистых активов до отрицательных показаний, что неправомерно.

Также в подтверждение своего довода о том, что дивиденды в связи с их невыплатой и невостребованностью были приняты на баланс общества, истец сослался на зафиксированное в решении общего собрания участников ООО «Омега» от 09.04.2019 намерение создать ООО «Рубикон Ривер» путем выделения из ООО «Омега» с передачей ему различных активов, в том числе, нераспределенной прибыли в сумме 395 469 623 руб.

В отношении заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности истец пояснил, что его необходимо исчислять с 29.05.2020, поскольку 19.03.2020 истцу было направлено уведомление о поведении общего собрания участников  с приложением бухгалтерского баланса за 2019 год, согласно которому объем нераспределенной прибыли значительно уменьшился по сравнению с 2018 годом, в связи с чем ФИО2 письмами от 06.11.2020 и от 11.04.2020 затребовала дополнительные документы; ФИО3 представила оспариваемые документы письмом от 29.05.2020.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

ООО «Омега» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.06.2007 при создании в форме выделения (ОГРН 

<

***>), единственным участником общества до 17.03.2016 являлась ФИО3 с долей участия 100 % уставного капитала. 

Решением единственного участника общества от 17.03.2016 № 2 в состав участников общества с долей 50 % уставного капитала номинальной стоимостью 10 000 руб. на основании заявления от 16.03.2016 принят ФИО6

На основании нотариально удостоверенного заявления от 19.12.2016          № 33АА1316121 ФИО6 вышел из состава участников. 

По договору купли-продажи от 19.01.2017 доля участия в ООО «Омега» в размере 50 % уставного капитала номинальной стоимостью 10 000 руб. продана ФИО2, о чем 28.02.2017 внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ.

В настоящее время участниками общества являются ФИО3 с долей в размере 50 % уставного капитала и ФИО2 с долей в размере 50 % уставного капитала. Единоличным исполнительным органом общества как по состоянию на 05.03.2016, так и до настоящего времени является ФИО3

Как пояснил истец, 29.05.2020 ему стало известно, что 05.03.2016 единственный участник ООО «Омега» ФИО3 приняла решение, в соответствии с которым утверждены результаты деятельности общества за 2015 год, оформленные бухгалтерским балансом и отчетом о финансовых результатах; по состоянию на 31.12.2015 чистая прибыль общества составляет 288 000 000 руб., что позволяет выплатить дивиденды участнику ФИО3 в сумме 288 000 000 руб.; произвести выплату дивидендов после снятия обременения в виде залога объектов недвижимости, принадлежащих ООО «Омега» в обеспечение кредитных договоров, заключенных ООО «Борисоглебское» со Сбербанком РФ.

Кроме того, 29.05.2020 ему стало известно, что 05.10.2019 генеральный директор ООО «Омега» ФИО3 издала приказ № 1 о выплате ФИО3 дивидендов в сумме 288 000 000 руб.

Истцом в материалы дела представлено требование от 15.06.2019 ФИО3, адресованное обществу, о выплате в срок до 31.12.2019 дивидендов в связи со снятием обременения в виде залога объектов недвижимости, принадлежащих ООО «Омега» (получено обществом 15.06.2019). Истец также указал, что 21.04.2020, 23.04.2020, 20.08.2020, 24.08.2020, 07.09.2020 ФИО3 как директор ООО «Омега» произвела выплаты в общей сумме 1 530 200 руб., полученные ФИО3 как участником общества (в том числе из них 198 900 руб. НДФЛ); платежным поручением от 05.03.2019 № 24 ООО «Омега» перечислило ФИО7 денежные средства в сумме 3 500 000 руб. по договору займа от 13.04.2018 и письмом от 23.06.2020 № 31 директор ООО «Омега» ФИО3 сообщила ФИО8, что данные денежные средства зачтены в счет оплаты дивидендов участнику ФИО3 

Полагая, что приказ от 05.10.2019 № 1 является недействительным и нарушает его права как участника общества, перечисление денежных средств является недействительными сделками, причинившими ущерб обществу, ответчиком ФИО3 причинены убытки обществу и получено неосновательное обогащение, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Проанализировав материалы дела и доводы сторон, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества вправе принимать участие в распределении прибыли.

В силу пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества.

Пунктом 2 этой статьи предусмотрено, что часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества. Уставом общества при его учреждении или путем внесения в устав общества изменений по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, может быть установлен иной порядок распределения прибыли между участниками общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ срок и порядок выплаты части распределенной прибыли общества определяются уставом общества или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними. Срок выплаты части распределенной прибыли общества не должен превышать шестьдесят дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества. В случае, если срок выплаты части распределенной прибыли общества уставом или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними не определен, указанный срок считается равным шестидесяти дням со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества.

На основании пункта 4 указанной статьи в случае, если в течение срока выплаты части распределенной прибыли общества, определенного в соответствии с правилами пункта 3 этой статьи, часть распределенной прибыли не выплачена участнику общества, он вправе обратиться в течение трех лет после истечения указанного срока к обществу с требованием о выплате соответствующей части прибыли. Уставом общества может быть предусмотрен более продолжительный срок для обращения с данным требованием, при этом указанный срок не может превышать пять лет со дня истечения срока выплаты части распределенной прибыли общества, определенного в соответствии с правилами пункта 3 этой статьи.

Аналогичные положения предусмотрены в статье 18 устава ООО «Омега», при этом иной срок и порядок выплаты прибыли уставом не предусмотрены.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если судом будет установлено, что общим собранием участников общества принято решение о распределении части прибыли общества между его участниками в соответствии с пунктом 2 статьи 28 этого Закона, однако общество не производит соответствующие выплаты либо произвело их в меньшем размере, чем предусмотрено решением, суд вправе взыскать причитающиеся суммы в пользу истца. Если же общим собранием участников общества не принималось решение о распределении части прибыли, суд не вправе удовлетворять требование истца, поскольку решение вопроса о распределении прибыли относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества (пункт 1 статьи 28 Закона). В случае, когда решение общего собрания о распределении прибыли принято при наличии обстоятельств, ограничивающих возможность принятия такого решения (пункт 1 статьи 29 Закона), либо после его принятия возникли обстоятельства, исключающие возможность выплаты части прибыли (пункт 2 статьи 29 Закона), суд также не вправе удовлетворять требования истца.

Таким образом, для возникновения у участника общества права на получение дивидендов необходимо принятие общим собранием участников общества решения о распределении чистой прибыли общества и выплате участникам дивидендов, отсутствие обстоятельств, ограничивающих возможность принятия такого решения, а также отсутствие после его принятия обстоятельств, исключающие возможность выплаты части прибыли.

Как следует из материалов дела, по состоянию на дату принятия оспариваемого решения (05.03.2016) ФИО3, являясь единственным участником общества, имела право принимать решение о распределении чистой прибыли общества и выплате дивидендов; обстоятельства, ограничивающие возможность принятия такого решения отсутствовали.

Истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, что уточненный бухгалтерский баланс общества от 25.03.2016 являлся недостоверным. Так, возражая против доводов истца о неотражении в бухгалтерском балансе сведений о заемных средствах, ООО «Омега» пояснило, что за 2015-2017 годы в бухгалтерских балансах общества учтены заменые средства, выданные ООО "Астра" и ООО "Хранитель" обществу, на соответствующих строках бухгалтерских балансов (дополнительный отзыв ООО "Омега" от 10.02.2021 № 2). Указанные обстоятельства истцом не опровергнуты.

Тот факт, что уточненный бухгалтерский баланс был представлен в налоговый орган позднее принятого ФИО3 05.03.2016 решения, не свидетельствует о том, что на момент принятия данного решения чистой прибыли общества в распределенном размере не существовало.

Ссылка истца на то, на момент сдачи в налоговый орган уточенного бухгалтерского баланса в обществе имелось два участника (ФИО3 и ФИО6), не свидетельствует о недействительности решения, принятого 05.03.2016, так как на указанную дату ФИО3 была единственным участником общества.

О фальсификации решения единственного участника от 05.03.2016 со ссылкой на подписание данного документа позднее истцом не заявлено.

С учетом действительности решения единственного участника ООО «Омега» от 05.03.2016 само по себе обжалование действий директора общества по изданию приказа от 05.10.209 № 1 о распределении прибыли является ненадлежащим способом защиты права при настоящих обстоятельствах, поскольку не приведет к восстановлению нарушенного права истца (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 9 постановления Пленума Верховного Ссуда Российский Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

Требование истца в данной части удовлетворению не подлежит.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого Кодекса.

Исходя из указанной нормы, обязательным условием возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого.

В силу части 3 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ срок и порядок выплаты части распределенной прибыли общества определяются уставом общества или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними. Срок выплаты части распределенной прибыли общества не должен превышать шестьдесят дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества. В случае, если срок выплаты части распределенной прибыли общества уставом или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними не определен, указанный срок считается равным шестидесяти дням со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества.

В случае, если в течение срока выплаты части распределенной прибыли общества, определенного в соответствии с правилами пункта 3 настоящей статьи, часть распределенной прибыли не выплачена участнику общества, он вправе обратиться в течение трех лет после истечения указанного срока к обществу с требованием о выплате соответствующей части прибыли. Уставом общества может быть предусмотрен более продолжительный срок для обращения с данным требованием, при этом указанный срок не может превышать пять лет со дня истечения срока выплаты части распределенной прибыли общества, определенного в соответствии с правилами пункта 3 настоящей статьи. Срок для обращения с требованием о выплате части распределенной прибыли общества в случае пропуска указанного срока восстановлению не подлежит, за исключением случая, если участник общества не подавал данное требование под влиянием насилия или угрозы (часть 4 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ).

Факт получения ФИО3 от ООО «Омега» денежных средств в размере 5 030 000 руб. подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, банковскими выписками, договором займа от 13.04.2018, письмом от 23.06.2020 № 31 и последней в ходе рассмотрения дела не оспорен.

Вместе с тем, требование к участнику общества, основанные на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении, вправе предъявить само общество, поскольку требования о выплате дивидендов участником может быть заявлено только к обществу.

При оспаривании действий лица, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа, надлежащим считается требование о возмещении причиненных убытков.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены Федеральными законами.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" предусмотрено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, если он действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Как следует из материалов дела, в течение спорного периода и по настоящее время ответчик - ФИО3 занимает должность директора ООО "Омега", выполняя функции единоличного исполнительного органа, она осуществляет руководство текущей деятельностью общества, в том числе, распоряжается денежными средствами общества в установленном порядке.

Материалами дела подтверждено, что ФИО3 в свою пользу произведено перечисление денежных средств на общую сумму 1 331 300 руб. руб. с указанием в качестве назначения платежа: "выплата дивидендов". Между тем, после того как истек срок обращения с требованием о выплате дивидендов, невостребованная участниками часть прибыли восстанавливается в составе нераспределенной прибыли общества (пункт 4 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ). В рассматриваемом случае срок на обращение ФИО3 с требованием о выплате дивидендов истек 06.05.2019, однако после наступления указанной даты ФИО3 произвела выплату себе дивидендов в сумме 4 831 300 руб. (в том числе путем зачета имевшейся у нее задолженности перед ФИО7 по договору займа от 13.04.2018), что противоречит требованиям пункта 4 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ.

При этом суд полагает, что установленный в решении от 05.03.2016 срок (после снятия обременения в виде залога объектов недвижимости, принадлежащих ООО "Омега") на выплату дивидендов учредителю общества не является сроком, связанным с определенным событием, поскольку в силу статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации срок может определяться указанием лишь на такое событие, которое должно неизбежно наступить, то есть не зависит от воли и действий сторон. Следовательно, в данном случае подлежит применению срок, установленный статьей 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ.

При указанных обстоятельствах требование истца о взыскании с ФИО3 денежных средств в сумме 5 030 000 руб. (в том числе НДФЛ), представляющих собой убытки ООО «Омега», является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Ссылка ответчиков на то, что установленный законом трехлетний срок на обращение участника общества к обществу с требованием о выплате дивидендов прерван выплатой обществом 05.03.2019 по требованию ФИО3 денежных средств в сумме 3 500 000 руб. ФИО7 в счет оплаты дивидендов, отклоняется судом, поскольку зачет данной задолженности произведен обществом лишь 23.06.2020 (письмо ООО «Омега» от 23.06.2020    № 31). В платежном поручении от 05.03.2019 № 24 в графе назначение платежа указано: возврат заемных средств по договору займа от 13.04.2018.

Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 данной статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 Налогового кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей.

Указанные организации в Российской Федерации признаются налоговыми агентами и в силу подпункта 1 пункта 3 статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на соответствующие счета Федерального казначейства.

В соответствии со статьей 209 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения налогом на доходы физических лиц признается доход, полученный налогоплательщиками.

Пунктами 4 и 6 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации на налоговых агентов возложена обязанность удерживать начисленную сумму НДФЛ непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате. Налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем выплаты налогоплательщику дохода.

Уплата налога за счет средств налоговых агентов не допускается (пункт 9 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, уплата НДФЛ неразрывно связана с выплатой организацией (иным лицом) дохода физическим лицам (вознаграждения).

При таких обстоятельствах, поскольку ООО "Омега" является только лишь налоговым агентом, на которого возлагается обязанность по удержанию начисленной суммы налога из доходов налогоплательщика при их фактической выплате и последующему перечислению в бюджет, начисленные и выплаченные ФИО3 дивиденды являются убытками общества, причиненными в результате неправомерных действий ответчика, то, следовательно, выплата налоговых отчислений с дивидендов ФИО3 также является для общества убытками.

Произведенная ООО «Омега» платежным поручением от 05.03.2019 № 24 выплата ФИО7 денежных средств в сумме 3 500 000 руб. по договору займа от 13.04.2018, заключенному между последним (заимодавец) и ФИО3 (заемщик) с последующий зачетом данного долга ООО «Омега» перед ФИО3 в счет выплаты дивидендов (письмо от 23.06.2020 № 31) также является убытками общества, причиненными руководителем ФИО3 по изложенным выше основаниям.

Довод ответчиков о том, что выплата ФИО3 дивидендов является по своей правовой природе сделкой, совершенной под отлагательным условием (статья 157 Гражданского кодекса Российской Федерации), отклоняется судом.

Согласно пункту 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Вместе с тем, условие, которое ответчики считают отлагательным (после снятия обременения в виде залога объектов недвижимости, принадлежащих ООО "Омега"), содержится в решении от 05.03.2016, тогда как такое решение по смыслу гражданского законодательства не является сделкой.

Перечисление денежных средств произведено без какого-либо отлагательного условия.

Доводы ответчиков об истечении срока исковой давности отклоняются судом как не обоснованные, поскольку по требованию о взыскании убытков данный срок не пропущен. Общий срок исковой давности составляет три года, в течение которого истец вправе реализовать свои права на защиту.

Требование истца о признании недействительными сделок между ООО «Омега» и ФИО3 о перечислении последней денежных средств в заявленной сумме, в том числе, сделки по зачету суммы займа, не подлежит удовлетворению, поскольку в данном случае истцом избран неверный способ защиты права, без учета характера допущенного нарушения, не способствующий восстановлению нарушенного права и удовлетворению его материально-правового интереса.

Требование истца о признании денежных средств в сумме 288 000 000 руб. на 31.12.2018 в составе нераспределенной прибыли ООО «Омега» также подлежит отклонению, поскольку ведение бухгалтерского учета и составление бухгалтерской отчетности организуются руководителем экономического субъекта (статьи 7, 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ); утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов относится к компетенции общего собрания участников общества (статья 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату государственной пошлины подлежат отнесению на ФИО3

Руководствуясь статьями 17, 65, 110, 167-171, 176, 318 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд   

Р Е Ш И Л:

взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Омега» убытки в сумме 5 030 000 руб.

В остальной части иска отказать.

ФИО3 в десятидневный срок со дня вступления решения в законную силу уплатить в федеральный бюджет государственную пошлину в сумме 48 150 руб. в порядке, установленном статьей 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации, и представить доказательства ее уплаты в арбитражный суд.

Выдать исполнительный лист в случае непредставления доказательств уплаты.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья              В.В.Романова