ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-37396/2017

город Ростов-на-Дону

23 октября 2021 года

15АП-13187/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 октября 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сулименко Н.В.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего Приходько Алексея Витальевича

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2021 по делу№ А53-37396/2017 

по жалобе индивидуального предпринимателя ФИО3 на действия конкурсного управляющего ФИО2 с ходатайством об отстранении конкурсного управляющего, 

по ходатайству акционерного общества «Россельхозбанк» об отстранении конкурсного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МерАл», 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МерАл» (далее – должник, ООО «МерАл») в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный кредитор - индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ИП ФИО3) с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2 (далее – арбитражный управляющий ФИО2); с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего должника ФИО2 в конкурсную массу должника убытков в размере10 576 706,34 руб., причиненных незаконными действиями (бездействием) конкурсного управляющего; о снижении размера фиксированного вознаграждения конкурсного управляющего должника ФИО2 до 241 290,32 руб.; об обязании конкурсного управляющего должника ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 482 580,65 руб. и с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Акционерное общество «Россельхозбанк» (далее – АО «Россельхозбанк») обратилось с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

В материалы дела представлен протокол собрания кредиторов должника от 12.10.2020, на котором принято решение об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.12.2020 по делу№ А53-37396/2017 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь». 

К участию в рассмотрении обособленного спора привлечена Ассоциация «КМ СРО АУ «Единство».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.02.2021 по делу№ А53-37396/2017 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: НП – Союз «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных управляющих «Альянс управляющих», СК «Арсеналъ», ООО «Розничное и корпоративное страхование».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.03.2021 по делу№ А53-37396/2017 обособленный спор по рассмотрению протокола собрания кредиторов об отстранении конкурсного управляющего от 12.10.2020 объединен с жалобой конкурсного кредитора ИП ФИО3, с ходатайством АО «Россельхозбанк» об отстранении конкурсного управляющего должника ФИО2 от исполнения обязанностей в одно производство для совместного рассмотрения в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2021 по делу№ А53-37396/2017 признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «МерАл» ФИО2, выразившиеся в превышении установленного законом предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов, необращении в арбитражный суд с ходатайством об увеличении предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов; неуказании в составе реализуемого на торгах имущества должника сведений об имуществе должника; неотражении достоверной и полной информации о составе лотов при проведении торгов по реализации имущества должника в отношении земельных участков должника; неуказании в отчетах конкурсного управляющего сведений о заключенном между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» дополнительном соглашении № 19/078 от 31.05.2019 к договору оказания услуг на проведение оценки от 16.11.2018; неотражении в отчетах конкурсного управляющего сведений о текущей задолженности должника; нарушении порядка погашения требований кредиторов по текущим платежам 5-й очереди; заключении сделок с заинтересованностью без согласования с собранием кредиторов.

Снижен размер вознаграждения конкурсного управляющего ФИО2 до 15 000 руб. в месяц.

С ФИО2 в пользу ООО «МерАл» взыскано 361 935,49 руб. убытков.

ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «МерАл».

В остальной части в удовлетворении жалобы ИП ФИО3 отказано.

Конкурсным управляющим ООО «МерАл» утвержден ФИО4.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2021 по делу № А53-37396/2017, арбитражный управляющий ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Апеллянт не согласен с судебным актом в части удовлетворения требований. По мнению апеллянта, вывод суда о превышении лимитов, предусмотренных пунктом 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве, на оплату услуг привлеченного специалиста для оказания юридических услуг ООО «Донской центр консалтинга» является необоснованным и сделан в результате неправильного применении норм материального права, поскольку лимиты расходов на оплату услуг привлеченных специалистов не были превышены, в связи с чем обязанность по обращению в суд с ходатайством об их увеличении у арбитражного управляющего отсутствовала. В отношении признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО2, выразившихся в неуказании в составе реализуемого на торгах имущества должника сведений об имуществе должника, апеллянт указал, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку в жалобе конкурсного кредитора с учетом уточнения заявленного требования не содержалось самостоятельного требования о признании незаконным вышеуказанного действия арбитражного управляющего. Вывод суда о неотражении конкурсным управляющим ФИО2 достоверной и полной информации о составе лотов при проведении торгов по реализации имущества должника в отношении земельных участков должника, который повлиял на права и законные интересы участников торгов, является необоснованным и преждевременным. Податель апелляционной жалобы указывает, что в лотах № 2, 5, 6, 31, 32 о продаже земельных участков отсутствуют какие-либо ошибки в указании размера долей. По мнению апеллянта, две опечатки в составе лотов № 1, 3,4 не могли повлечь существенного искажения информации относительно сведений обо всех характеристиках, выставленных на торги долей земельных участков, с учетом правильного отражения долей в гектарах, в соответствии с их фактическим размером площади земельных участков, приходящихся на долю, и правильным указанием всех кадастровых номеров. Отсутствие в отчетах конкурсного управляющего ООО «МерАл» сведений о заключенном между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» дополнительном соглашении № 19/078 от 31.05.2019 к договору оказания услуг на проведение оценки от 16.11.2018 не может служить основанием для отстранения от исполнения конкурсного управляющего должника, поскольку данное нарушение не является существенным, влекущим какие-либо неблагоприятные последствия с учетом того, что сведения отражены в отчетах конкурсного управляющего об использовании денежных средств должника, из которых конкурсный кредитор и узнал, что конкурсный управляющий не отразил дополнительное соглашение в графе о заключенных договорах с привлеченными специалистами. Вывод суда о неотражении в отчете конкурсного управляющего сведений о сумме текущих обязательств должника перед ООО «Топаз», ФИО5, ФИО6, ФГБУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Ростовской области» и нарушении очередности погашения их требований, основан на неверном применении закона. Выводы суда о заключении конкурсным управляющим сделок - договора № 09/18-2 от 03.08.2020 с ООО «Донской центр консалтинга» на оказание юридических услуг в качестве привлеченного специалиста в процедуре банкротства ООО «МерАл», по которому плательщиком выступает кредитор ФИО6, договора займа № 27/01/03 от 27.03.2020 с ИП ФИО7, договора аренды (без экипажа) № 1 от 01.07.2019, хранения от 01.03.2019 и поставки (купли-продажи) пшеницы с ООО «Агроресурс» без согласия собрания кредиторов, как нарушающих пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве, являются необоснованными. Вывод суда о нарушении прав кредиторов несвоевременным расторжением договора аренды земельного участка площадью 2 097 075 кв.м., как основание для отстранения конкурного управляющего на основании решения собрания кредиторов от 12.10.2020, является  необоснованным.

В отзыве на апелляционную жалобу ИП ФИО3 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный кредитор – ФИО8 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В отзыве на апелляционную жалобу Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2021 по делу № А53-37396/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.06.2018 требования общества с ограниченной ответственностью «Топаз» признаны обоснованными, ООО «МерАл» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре как ликвидируемый должник. В отношении ООО «МерАл» открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве, - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Сведения о признании должника банкротом и об открытии процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 168 от 15.09.2018.

В Арбитражный суд Ростовской области обратился ИП ФИО3 с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившиеся в:

- незаконном привлечении неаккредитованного Ассоциацией «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство» аудитора - ИП ФИО9;

- необращении в Арбитражный суд Ростовской области с ходатайством об увеличении предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов;

- превышении установленного законом предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов;

- необоснованном привлечении и увеличении расходов на оплату услуг ООО «Донской Центр Консалтинга»;

- необоснованном исключении имущества из конкурсной массы должника;

- неотражении достоверной и полной информации о составе лотов при проведении торгов по реализации имущества должника;

- отнесении расходов по выплате страховых премий по дополнительным договорам страхования ответственности арбитражного управляющего на конкурсную массу должника;

- неуказании в отчетах конкурсного управляющего сведений о заключенном между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» договора № 19/078 от 31.05.2019;

- несвоевременном опубликовании отчета об оценке № 15687/18 от 15.01.2019 в карточке должника на сайте ЕФРСБ (9);

- осуществлении своей деятельности без надлежащим образом оформленного договора обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего в размере 25 000 000 руб.;

- необеспечении возможности ознакомления с подлежащим продаже на торгах имуществом должника;

- необоснованном отказе от взыскания убытков с бывшего руководителя должника в размере 10 042 643,65 руб. и утрате возможности взыскания убытков в будущем;

- неотражении в отчетах конкурсного управляющего сведений о текущей задолженности должника;

- нарушении порядка погашения требований кредиторов по текущим платежам 5-й очереди;

- заключении сделок с заинтересованностью без согласования с собранием кредиторов; с заявлением о взыскании с конкурсного управляющего должника ФИО2 в конкурсную массу должника убытков в размере10 576 706,34 руб., причиненных незаконными действиями (бездействием) конкурсного управляющего; о снижении размера фиксированного вознаграждения конкурсного управляющего должника ФИО2 до 241 290,32 руб.; об обязании конкурсного управляющего должника ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 482 580,65 руб. и с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Кроме того, в Арбитражный суд Ростовской области поступило ходатайство АО «Россельхозбанк» об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «МерАл».

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции признал незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО2 и отстранил его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В силу статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) конкурсный управляющий - арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий. 

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов, в том числе уполномоченного органа, они вправе обжаловать действия (бездействие) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном статьей 60 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве кредиторы вправе обратиться в арбитражный суд с жалобой на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов, в том числе уполномоченного органа, они вправе обжаловать действия (бездействие) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном статьей 60 Закона о банкротстве.

По смыслу данной нормы права одним из способов защиты прав кредиторов является обращение в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего. Условием признания жалобы обоснованной является установление арбитражным судом одновременно двух обстоятельств: нарушение арбитражным управляющим требований законодательства о банкротстве к порядку выполнения управляющим возложенных на него обязанностей и нарушение вследствие этого прав и законных интересов кредиторов должника.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); или факта несоответствия этих действий требованиям разумности; или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

Из указанных норм права следует, что при рассмотрении арбитражным судом жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего законодателем предусмотрена возможность признания таких действий (бездействия) незаконными лишь в том случае, если судом установлено, какими конкретными действиями арбитражного управляющего по неисполнению или ненадлежащему исполнению обязанностей, обжалуемыми заявителем, нарушены те или иные права подателя жалобы, и это неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей повлекло или могло повлечь за собой убытки для должника либо его кредиторов.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

В качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО2 ИП ФИО3 указал, что конкурсным управляющим превышен установленный законом предельный лимит на оплату услуг привлеченных специалистов и конкурсный управляющий не обратился в Арбитражный суд Ростовской области с ходатайством об увеличении предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов.

По мнению ИП ФИО3, конкурсным управляющим должника ФИО2 нарушены требования пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве и необоснованно расходованы денежные средства из конкурсной массы должника, а также причинены убытки конкурсной массе в размере 316 022,69 руб. (учитывается по состоянию на 02.08.2020), что в свою очередь нарушает права и законные интересы конкурсных кредиторов.

Признавая доводы ИП ФИО3 обоснованными, суд первой инстанции исходил из следующего.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными.

В силу статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника в порядке и на условиях, которые установлены Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1, 3 и 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника, при этом размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения своей деятельности, поставлен в зависимость от балансовой стоимости активов должника, а в случае превышения размера оплаты таких услуг их оплата осуществляется по определению арбитражного суда.

Согласно положениям статьи 20.3 Закона о банкротстве привлечение лиц должно осуществляться с соблюдением в отношении услуг, не упомянутых в пункте 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве, положений пунктов 3 и 4 этой статьи о лимитах расходов на оплату их услуг.

Указанные положения о лимитах распространяются на услуги любых лиц (относящихся к категориям, как специалистов, так и обслуживающего персонала), привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности и исполнения возложенных на него обязанностей; они не распространяются на оплату труда лиц, находящихся в штате должника (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве»).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 60), пунктами 3 и 4 статьи 20.7 Закона о банкротстве установлены лимиты расходов на оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности. Предусмотренный указанными нормами Закона о банкротстве лимит расходов распространяется в целом на соответствующую процедуру. При необходимости привлечения лиц, оплата услуг которых приведет к превышению общей суммы расходов на оплату привлеченных лиц, арбитражный управляющий вправе обратиться с соответствующим ходатайством в суд на основании пункта 6 статьи 20.7 данного Закона. Данное ходатайство рассматривается в порядке, определенном статьей 60 Закона о банкротстве.

Из вышеизложенных норм и разъяснений следует, что по достижении установленного пунктом 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве лимита расходов последующее привлечение арбитражным управляющим специалистов с условием оплаты их услуг за счет средств должника осуществляется исключительно на основании соответствующего определения арбитражного суда.

Необоснованные выплаты за счет имущества должника уменьшают размер конкурсной массы, что ущемляет права и законные интересы кредиторов должника, в связи с чем расходование средств сверх лимита, установленного статьей 20.7 Закона о банкротстве, допускается лишь под контролем суда, проверяющего необходимость, обоснованность, разумность таких предстоящих расходов, как это предусмотрено пунктом 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве.

Соответственно, вне зависимости от необходимости получения услуг, конкурсный управляющий должен обращаться в суд с заявлением о повышении лимитов на оплату услуг привлекаемых специалистов.

Заключение по собственной инициативе договора со специалистами, с превышением установленных законом лимитов, не порождает обязанность арбитражного суда установить оплату таких услуг при наличии превышения размера оплаты таких услуг.

Произвольное привлечение конкурсным управляющим обеспечивающих его деятельность лиц, влекущее возможность расходования денежных средств должника, за пределами установленного законом лимита расходов без судебного контроля, противоречит пункту 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве.

Таким образом, при возникновении потребности в использовании стороннего специалиста сверх установленного законом лимита расходов арбитражный управляющий обязан своевременно (до момента фактического привлечения) обратиться в арбитражный суд с соответствующим ходатайством, документально обосновав в данном ходатайстве невозможность выполнения имеющимися силами тех функций, для которых привлекается специалист, подтвердив наличие у привлекаемого лица требующейся квалификации, представив свидетельства направленности ходатайства на достижение целей процедуры банкротства и рыночного характера цены услуг специалиста.

Данный правовой подход сформулирован в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2021 № 305-ЭС18-24484 (12) по делу № А40-239581/2015.

Судом первой инстанции установлено, что согласно последнему бухгалтерскому балансу ООО «МерАл» по состоянию на 31.12.2016 совокупная балансовая стоимость активов общества составляла 107 372 000 руб.

С учетом вышеизложенного, лимит на оплату услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве ООО «МерАл», исходя из данных бухгалтерского баланса, составляет 1 331 860 руб. 

Однако балансовая стоимость фактически выявленного имущества может быть лишь условно признана базой для определения размера лимитов, поскольку в ходе мероприятий конкурсного производства как состав конкурсной массы, так и балансовая стоимость входящего в нее имущества может изменяться.

Согласно абзацу 2 пункта 16 постановления № 60 суд вправе снизить сумму процентов по вознаграждению и размер лимита расходов, исходя из действительной стоимости имеющихся у должника активов по ходатайству участвующего в деле лица, при условии, если оно докажет, что действительная стоимость активов значительно меньше стоимости, рассчитанной на основании бухгалтерской отчетности.

В данном случае учитывая, что согласно отчетам об оценке ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга», а также отчетам конкурсного управляющего должника от 27.03.2020, от 21.07.2020 совокупная рыночная стоимость всех активов ООО «МерАл» составляла 64 897 731 руб.

С учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления № 60, учитывая рыночную стоимость активов должника - 64 897 731 руб., размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим не должен превышать 943 977,31 руб. 

Согласно отчетам конкурсного управляющего от 08.07.2019, от 10.10.2019, от 23.12.2019, от 13.02.2020, от 27.03.2020, от 21.07.2020, от 02.11.2020 - разделу «Сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности» конкурсным управляющим должника ФИО2 заключен договор № 09/18 от 03.09.2018 с ООО «Донской Центр Консалтинга» на оказание юридических услуг.

Согласно договору № 09/18 от 03.09.2018 оплата услуг ООО «Донской Центр Консалтинга» с 03.09.2018 по 01.12.2019 составляла 50 000 руб. в месяц.

Согласно дополнительному соглашению № 1 от 02.12.2019 к договору оплата услуг ООО «Донской Центр Консалтинга» с 02.12.2019 по 30.06.2020 составляла 70 000 руб. в месяц.

Согласно дополнительному соглашению № 2 от 01.07.2020 к договору№ 09/18 от 03.09.2018 оплата услуг ООО «Донской Центр Консалтинга» с 01.07.2020 составляла 20 000 руб. в месяц (в соответствии с отчетом договор исполнен 31.07.2020).

Таким образом, к 01.08.2020 оплата услуг ООО «Донской Центр Консалтинга» по договору № 09/18 от 03.09.2018 (включая дополнительные соглашения) составила 1 260 000 руб. (750 000 + 490 000 + 20 000). 

Согласно данным, представленным конкурсным управляющим должника, привлеченному лицу - ООО «Донской Центр Консалтинга» на основании договора от № 09/18 от 03.09.2018 перечислено 990 030 руб. за оказание юридических услуг.

При этом согласно картотеке дела № А53-37396/2017, конкурсный управляющий должника ФИО2 с ходатайством об увеличении лимита на привлеченных специалистов в соответствии с пунктом 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве заблаговременно в Арбитражный суд Ростовской области не обращался. Определение Арбитражного суда Ростовской области об установлении предельных расходов на привлеченных специалистов, по состоянию на дату обращения с жалобой не выносилось.

Согласно выписке об операциях на расчетном счете должника, привлеченному лицу ООО «Донской Центр Консалтинга» на основании договора от № 09/18 от 03.09.2018 конкурсный управляющий перечислил 990 030 руб. за оказание юридических услуг.

Таким образом, сумма лимита превышена на 46 052,69 руб. (990 030 руб. -943 977,31 руб. = 46 052,69 руб.).

На основании вышеизложенного, в силу положений пункта 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве арбитражный управляющий ФИО2, при исполнении обязанностей конкурсного управляющего ООО «МерАл», не вправе был привлекать специалиста - ООО «Донской Центр Консалтинга» для обеспечения деятельности конкурсного управляющего и оплате их услуг за пределами лимита оплаты таких услуг, рассчитанного на основании рыночной стоимости активов ООО «МерАл», в отсутствие судебного акта, установившего законность и обоснованность привлечения специалиста и размер оплаты его услуг.

Довод арбитражного управляющего ФИО2 о том, что превышение лимита расходов в данном случае соответствовало положениям абзаца 10 пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве, обоснованно отклонен судом первой инстанции, исходя их следующего.

Возможность покрытия превышения лимита размером страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего не освобождает арбитражного управляющего и в этом случае от обязанности обратиться в суд с соответствующим ходатайством, поскольку возможность оплаты услуг привлеченных лиц с превышением лимита оплаты таких услуг, установленного Законом, определяется лишь судом, но не самим арбитражным управляющим по его усмотрению. При необоснованности расходов на оплату указанных услуг арбитражный управляющий не вправе нести такие расходы не только с превышением лимита, но и в его пределах.

Потенциальная возможность возмещения за счет страховой суммы денежных средств, изъятых конкурсным управляющим из конкурсной массы, не восполняет нарушенных прав кредиторов должника в конкретный период процедуры банкротства. При расходовании из конкурсной массы денежных средств сверх лимита не происходит одновременное возмещение этих средств за счет страховой суммы.

Позиция арбитражного управляющего ФИО2 о том, что конкурсный управляющий может обратиться в суд с таким ходатайством в любое время, не может быть признана обоснованной, поскольку лишает кредиторов права на своевременные возражения по таким расходам, а также рассмотрения вопроса об источниках финансирования процедуры банкротства.

Довод апеллянта о необходимости при расчете лимитов использовать только данные бухгалтерского баланса ООО «МерАл» за 2016 год основан на неверном толковании норм права, без учета разъяснений, изложенных в постановлении № 60 и постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве».

Ссылки ФИО2 на экспертное заключение, подготовленное ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга» от 05.07.2019 № 16166/19, признаются судом апелляционной инстанции необоснованными, поскольку постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.03.2020 по делу № А53-37396/2017 в указанном экспертном заключении были установлены существенные пороки, в связи с чем, в том числе обособленный спор был направлен на новое рассмотрение.

При повторном рассмотрении обособленного спора согласно заключению эксперта № ЭО2-1/18 от 03.03.2021, выполненному ООО «Лаборатория судебных экспертиз и исследований им. Потапова», установлено, что выплаченная стоимость по договорам уступки прав аренды на момент заключения сделок соответствовала рынку.

Кроме того, конкурсный управляющий должника ФИО2, действуя добросовестно и разумно, исходя из совокупной рыночной стоимости всех активов ООО «МерАл» установленных в отчетах об оценке ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга» б/н от 16.11.2018, № 19/017 от 21.02.2019, № 19/078 от 31.05.2019 не лишен был возможности соблюсти требования статьи 20.7 Закона о банкротстве и заблаговременно обратиться в Арбитражный суд Ростовской области с ходатайством об увеличении предельных лимитов на привлеченных специалистов.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившиеся в превышении установленного законом предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов и в необращении в Арбитражный суд Ростовской области с ходатайством об увеличении предельного лимита на оплату услуг привлеченных специалистов, являются незаконными.

Обращаясь с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, ИП ФИО3 указал на то, что в составе реализуемого имущества на торгах, проводимых 20.08.2020, в предлагаемых лотах не указаны сеялка зернотукотравяная СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10, что указывает на необоснованное исключение данного имущества из состава реализуемой конкурсной массы должника, что в свою очередь является нарушением пункта 3 статьи 110 и пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве и приводит к затягиванию процедуры конкурсного производства должника.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Согласно пункту 3 статьи 110 Закона о банкротстве при продаже предприятия отчуждаются все виды имущества, предназначенного для осуществления предпринимательской деятельности, в том числе земельные участки, здания, строения, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукция, права требования, а также права на средства индивидуализации должника, его продукцию (работы, услуги) (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), другие принадлежащие должнику исключительные права, за исключением прав и обязанностей, которые не могут быть переданы другим лицам.

Согласно инвентаризационной описи основных средств ООО «МерАл» № 1 от 26.11.2018, опубликованной сообщением № 3252010 от 27.11.2018 в карточке должника на сайте ЕФРСБ, конкурсным управляющим ФИО2 установлено наличие имущества должника, в том числе сеялка зернотукотравяная СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10 (№ 44 в инвентаризационной описи основных средств№ 1 от 26.11.2018).

В соответствии с отчетом об оценке № 15687/18 от 15.01.2019 ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга» рыночная стоимость сеялки зернотукотравяной СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10 установлена в размере 530 000 руб.

В соответствии с сообщениями № 4246865 от 08.10.2019, № 4401303 от 21.11.2019, № 4663709 от 04.02.2020, № 4859651 от 25.03.2020, опубликованными в карточке должника на сайте ЕФРСБ, указанное имущество было включено в конкурсную массу ООО «МерАл» и реализовывалось в ходе проведения торгов.

При этом все указанные торги признаны несостоявшимися. Договоры купли-продажи ни с кем не заключались, что также подтверждается сообщениями, опубликованными в карточке должника на сайте ЕФРСБ, о результатах проведения торгов.

Согласно сообщению № 5180839 от 10.07.2020, размещенному в карточке должника на сайте ЕФРСБ, объявлению № 61030489081 стр. 196 № 121(6842) от 11.07.2020, опубликованному в газете «Коммерсантъ», аукционам, размещенным на сайте ЭТП ООО «Фабрикант.ру», организатор торгов - конкурсный управляющий ООО «МерАл» ФИО2 приступил к реализации имущества должника, опубликовав уведомление о начале приема заявок с 13.07.2020 09:00 по 14.08.2020 15:00 - торги планируется проводить 20.08.2020 12:00.

Вместе с тем, в составе реализуемого имущества на указанных торгах, в предлагаемых лотах, сеялка зернотукотравяная СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10 отсутствовала, что указывает о необоснованное исключение данного имущества из состава реализуемой конкурсной массы должника, что в свою очередь является нарушением пункта 3 статьи 110 и пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве и приводит к затягиванию процедуры конкурсного производства должника.

Возражая против указанного довода жалобы, конкурсный управляющий должника ФИО2 указал, что указанное имущество снято лишь с одних торгов в форме аукциона, назначенного на 20.08.2020, так как сеялка была арендована по договору аренды № 3 от 01.07.2020, заключенному между ООО «МерАл» (арендодатель) и ИП Главой КФХ ФИО10 на два месяца, что позволило сократить расходы на хранение, арендатором 18.08.2020 было оплачено 53 100 руб.

Признавая возражения конкурсного управляющего должника ФИО2 необоснованными, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии со статьей 131 Закона о банкротстве имущество должника, имеющееся на день открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, если иное не установлено законом.

В силу приведенной нормы права спорная сеялка вошла в состав конкурсной массы должника, и включена в состав имущества, подлежащего оценке в порядке статьи 130 Закона о банкротстве, следовательно, указанный актив подлежит реализации по правилам продажи имущества должника - сельскохозяйственной организации.

В соответствии с отчетом об оценке № 15687/18 от 15.01.2019, подготовленным ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга», рыночная стоимость сеялки зернотукотравяной СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10 установлена в размере 530 000 руб.

В соответствии со статьей 179 Закона о банкротстве при продаже имущества и имущественных прав должника - сельскохозяйственной организации арбитражный управляющий должен выставить на продажу на первых торгах предприятие должника. Преимущественное право приобретения имущества должника имеют лица, занимающиеся производством или производством и переработкой сельскохозяйственной продукции и владеющие земельным участком, непосредственно прилегающим к земельному участку должника. Арбитражный управляющий при продаже указанного имущества и имущественных прав обязан произвести независимую оценку стоимости имущества и имущественных прав и предложить названным лицам приобрести имущество и имущественные права по оценочной стоимости.

Для целей настоящего Федерального закона под предприятием должника понимается имущественный комплекс, предназначенный для осуществления предпринимательской деятельности (пункт 1 статьи 110 Закона о банкротстве).

При продаже предприятия отчуждаются все виды имущества, предназначенного для осуществления предпринимательской деятельности, в том числе земельные участки, здания, строения, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукция, права требования, а также права на средства индивидуализации должника, его продукцию (работы, услуги) (коммерческое обозначение, товарные знаки, знаки обслуживания), другие принадлежащие должнику исключительные права, за исключением прав и обязанностей, которые не могут быть переданы другим лицам (пункт 3 статьи 110 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника ФИО2 не представил суду мотивированных объяснений относительно экономической целесообразности фактического вывода ликвидного актива из состава имущества на стадии его реализации, учитывая, что договор аренды заключен им за 9 календарных дней до размещения объявления о проведении торгов.

Довод апеллянта о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку в жалобе конкурсного кредитора с учетом уточнения заявленного требования не содержалось самостоятельного требования о признании незаконным вышеуказанного действия арбитражного управляющего, не соответствует фактическим обстоятельствам и материалам дела.

Из заявления ИП ФИО3 (т. 1 л.д. 7) следует, что конкурсным кредитором обжалуются действия конкурсного управляющего должника  ФИО2, выразившиеся в необоснованном исключении из состава реализуемого имущества - сеялка зернотукотравяная СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10 на торгах, проводимых 20.08.2020, что в свою очередь является нарушением пункта 3 статьи 110 и пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве и приводит к затягиванию процедуры конкурсного производства должника.

Кроме того суд апелляционной инстанции также учитывает, что арбитражный управляющий ФИО2 в отзывах представлял в суд пояснения и документы, обосновывающие совершенные им действия по исключению сеялки зерностукотравяной СЗТ-5,4 со сцепкой СП-10, с торгов, которые проведены 20.08.2020.

В качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО2 ИП ФИО3 указал, что сообщение № 5180839 от 10.07.2020 о проведении торгов содержит недостоверные сведения о характеристиках предмета торгов:

лот № 1 - в части информации о земельном участке № 61:31:0600011:47, неверно указан размер доли: 13/230 и площадь в гектарах: 8,9 га (согласно выписке из ЕГРН ООО «МерАл» принадлежит 13/230 долей, что соответствует 1,2 га);

лот № 2 - в части информации о земельном участке № 61:31:0600011:51, доля 89/870 (8,9 га), 88/435 (17,6 га) (согласно положению о проведении торгов площади указанных долей в гектарах составляю 7,08 га и 14,16 га соответственно);

лот № 3 - в части информации о земельном участке № 61:31:0600011:53, доля 177/315 (17,7 га) (согласно выписке из ЕГРН и положению о проведении торгов ООО «МерАл» принадлежит 89/355 и 88/355 долей указанного земельного участка по 6,59 га и 6,67 га соответственно);

лот № 6 - в части информации о земельном участке № 61:31:0600009:170, доля 5/8 (18 га) - пашня (согласно положению о проведении торгов ООО «МерАл» принадлежит 1/8 и 4/8 долей указанного земельного участка по 3,5 га и 14,4 га соответственно, что в сумме составляет 17,9 га).

Возражая против удовлетворения заявления, конкурсный управляющий должника ФИО2 указал, что в каждом из опубликованном в сообщении лоте указан размер доли, принадлежащей должнику в праве общей долевой собственности на земельный участок и кадастровый номер земельного участка, который позволяет его индивидуализировать на местности и на публичной кадастровой карте, соответствующий сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН).

Признавая возражения конкурсного управляющего должника ФИО2 необоснованными, суд первой инстанции исходил из следующего. 

Согласно абзацу 2 пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве в публикации должны быть отражены сведения о предприятии его составе, характеристиках, описание предприятия, порядок ознакомления с предприятием. При этом, иные нормы законодательства, в том числе Закон о банкротстве, не содержит требование о детальном описании каждого объекта выставленного на торги, а также не указывает на необходимую степень детализации данных об имуществе.

Кроме того, абзацем 3 пункта 9 статьи 110 Закона о банкротстве установлено, что организатор торгов обязан обеспечить возможность ознакомления с подлежащим продаже на торгах имуществом должника и имеющимися в отношении этого имущества правоустанавливающими документами, в том числе путем осмотра, фотографирования указанного имущества и копирования указанных правоустанавливающих документов.

Из указанного следует, что целью публикации в порядке статьи 110 Закона о банкротстве является надлежащее первичное описание объекта, то есть такое описание, которое позволит потенциальному покупателю определенно установить реализуемое имущество.

Судом установлено и не оспаривалось представителем конкурсного управляющего в судебном заседании, что к сообщению о проведении торгов не размещалась документация в отношении реализуемых земельных участков (необходимые документы на имущество, в том числе выписки из ЕГРН и иные документы). Однако потенциальные участники торгов вправе рассчитывать на то, что конкурсным управляющим размещена достоверная информация об имуществе должника, выставляемом на торги и не должны самостоятельно запрашивать информацию в Росреестре, а также сличать опубликованную информацию с информацией, содержащейся в ЕГРН.

Размещая документацию о проведении торгов на электронной торговой площадке, организатор торгов гарантирует достоверность размещенной им информации, что корреспондирует праву участников торгов на получение достоверной информации.

Информация о размере принадлежащих должнику долей в праве собственности на земельные участки и площади земельных участков доведена до сведения участников торгов и потенциальных покупателей в искаженном виде, в ряде случаев не указаны сведения об обременении, в частности в отношении сособственника ФИО11 ареста от 07.05.2020.

Довод конкурсного управляющего должника ФИО2 о том, что им допущена техническая ошибка, отклонен судом первой инстанции, поскольку у конкурсного управляющего было достаточное количество времени, чтобы проверить и исправить внесенную информацию. Сведений о том, что конкурсным управляющим принимались меры к исправлению ошибок, исправление указанных ошибок было невозможно, в материалы дела не представлено.

ИП ФИО3 также просит признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившиеся в неуказании в отчетах конкурсного управляющего сведений о заключенном между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» договора № 19/078 от 31.05.2019.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Перечень сведений, которые должны содержаться в отчете конкурсного управляющего, установлен пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах конкурсного производства составляется согласно пункту 2 статьи 143 Закона о банкротстве в соответствии с Общими правилами подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299 (далее - Правила подготовки отчетов); Типовыми формами отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденными приказом Минюста Российской Федерации № 195 от 14.08.2003 № 195 (далее - Типовая форма отчета).

Согласно пункту 4 Правил подготовки отчетов отчет (заключение) арбитражного управляющего составляется по типовым формам, утвержденным Министерством юстиции Российской Федерации, подписывается арбитражным управляющим и представляется вместе с прилагаемыми документами в сброшюрованном виде.

В соответствии с пунктом 10 Правил подготовки отчетов отчеты конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства должны содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Пунктом 10 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 № 299, предусмотрено, что отчеты конкурсного управляющего о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства должны содержать сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

 Перечень обязательных сведений, которые должны содержаться в отчете конкурсного управляющего, установлен пунктом 2 статьи 143 Закона о банкротстве, а также пунктами 1 - 5, 10, 11, 12, 13 Общих правил.

Системный анализ указанных положений свидетельствует о том, что законодатель не предусмотрел составление отчетов конкурсного управляющего в произвольной форме.

В соответствии с пунктом 3 Общих правил в отчетах (заключениях) арбитражного управляющего указываются сведения, определенные названными Правилами, сведения, предусмотренные Законом о банкротстве, и дополнительная информация, которая может иметь существенное значение для принятия решений арбитражным судом и собранием (комитетом) кредиторов.

Законом о банкротстве установлено, что конкурсный управляющий отчитывается перед кредиторами посредством представления отчета о своей деятельности и о результатах конкурсного производства. Отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства является первоисточником информации для кредиторов и должен содержать полную и достоверную информацию. Арбитражный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах кредиторов, должен отражать в отчетах о своей деятельности только полную и достоверную информацию

Включение соответствующих сведений в отчет конкурсного управляющего относится к непосредственным обязанностям арбитражного управляющего.

Судом первой инстанции установлено, что в отчете конкурсного управляющего от 21.07.2020 указаны сведения о привлеченном специалисте - ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» (оценщик), действующем на основании договоров б/н от 16.11.2018 и № 19/017 от 21.02.2019. Вместе с тем в отчете конкурсного управляющего об использовании денежных средств от 11.06.2020 указано, что за счет конкурсной массы ООО «МерАл» конкурсным управляющим осуществлялось погашение задолженности перед ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга», в том числе на основании договора № 19/078 от 31.05.2019 (страница 7 отчета).

При этом в отчете конкурсного управляющего от 21.07.2020 и всех иных предшествующих отчетах конкурсного управляющего сведения о наличии заключенного договора № 19/078 от 31.05.2019 между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» отсутствуют.

То обстоятельство, что 31.05.2019 между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» заключен не договор № 19/078, а дополнительное соглашение к договору № 19/078 об оказании услуг на поведение оценки от 16.11.2018, правового значения не имеет. Указанное дополнительное соглашение содержит дополнительное условие о том, что заказчик (ООО «МерАл») поручает и обязуется оплатить, а исполнитель (ООО «Аналитический центр оценки и консалтинга») принимает на себя обязательства по оказанию услуг на проведение оценки с заданиями на оценку дополнительных объектов оценки, в частности: автобус ПАЗ 32050R, 2000 года выпуска, VIN 

<

***>, трактор К-700 А, 1988 года выпуска, заводсткой № 8817447.

Отсутствие в отчетах конкурсного управляющего ООО «МерАл» сведений о заключенном между ООО «Аналитический Центр Оценки и Консалтинга» и ООО «МерАл» дополнительном соглашении № 19/078 от 31.05.2019 к договору оказания услуг на поведение оценки от 16.11.2018, нарушает требования пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве, так как в отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения обо всех принятых обязательствах и расходах, производимых конкурсным управляющим, в том числе и о тех, которые должны быть понесены в будущем на основании уже заключенных договоров.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что представление отчетов арбитражного управляющего является формой контроля со стороны кредиторов и арбитражного суда за деятельностью арбитражного управляющего и результатами проведения процедуры банкротства, в связи с чем, предоставление отчетов, содержащих неполные сведения, нарушает права кредиторов на получение полной и достоверной информации о ходе процедуры, выполнении арбитражным управляющим своих обязанностей.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что неуказание соответствующей информации в отчете нарушает право кредиторов на своевременное осуществление контроля за деятельностью конкурсного управляющего. Иное толкование может привести к бесконтрольному принятию конкурсным управляющим обязательств, оплачиваемых за счет должника, затронуть права кредиторов на удовлетворение требований за счет конкурсной массы, на своевременное обжалование действий конкурсного управляющего по несению им расходов за счет конкурсной массы.

Обращаясь с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, ИП ФИО3 просил признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившееся в неотражении в отчетах конкурсного управляющего сведений о текущей задолженности должника.

Признавая доводы ИП ФИО3 обоснованными, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

В соответствии с абзацем 11 пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве в отчете арбитражного управляющего должны содержаться сведения о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размер обязательств и непогашенный остаток.

В силу статьи 143 Закона о банкротстве контроль кредиторов за деятельностью конкурсного управляющего осуществляется на основании информации и сведений, которые содержатся в отчетах конкурсного управляющего.

Конкурсный управляющий обязан был отразить текущие обязательства и расходы в отчете конкурсного управляющего о проделанной работе.

Сведения о текущих обязательствах имеют существенное значение для оценки размера обязательств должника и осуществления контроля за расходованием денежных средств по текущим обязательствам.

Непредставление указанных сведений является нарушением Закона о банкротстве, лишает конкурсных кредиторов и уполномоченный орган возможности надлежащего контроля за деятельностью арбитражного управляющего и ходом процедуры банкротства.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.08.2018 по делу№ А53-37396/2017 требования ООО «Топаз» к ООО «МерАл» включены в реестр требований кредиторов. Указанным судебным актом также прекращено производство по заявлению в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по судебным расходам в размере 20 849,18 руб. Судом установлено, что указанная задолженность относится к текущей.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 29.11.2018 по делу № А53-37396/2017 требования ФИО5 к ООО «МерАл» включены в реестр требований кредиторов. Указанным судебным актом также прекращено производство по заявлению в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по судебным расходам в размере 69 113,01 руб. Судом установлено, что указанная задолженность относится к текущей.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.01.2019 по делу № А53-37396/2017 требования ФИО6 к ООО «МерАл» включены в реестр требований кредиторов. Указанным судебным актом также прекращено производство по заявлению в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по судебным расходам в размере 37 907 руб. Судом установлено, что указанная задолженность относится к текущей.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 по делу № А53-37396/2017 требования ФГБУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Ростовской области» к ООО «МерАл» включены в реестр требований кредиторов. Указанным судебным актом также прекращено производство по заявлению  в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по судебным расходам в размере 17 016,90 руб. Судом установлено, что указанная задолженность относится к текущей.

Проанализировав отчеты конкурсного управляющего от 23.12.2019 (стр. 22), от 13.02.2020 (стр. 24), от 27.03.2020 (стр. 25), от 21.07.2020 (стр. 26), от 02.11.2020 (стр. 33), суд первой инстанции установил отсутствие сведений об указанной текущей задолженности ООО «МерАл», ее размерах, кредиторах, очередности, ее размерах погашения и датах погашения, наличие которых является обязательным в силу абзаца 11 пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

То обстоятельство, что кредиторы не претендовали на выплату указанных сумм, не направляли исполнительные листы и требование конкурсному управляющему об учете указанных сумм в качестве текущих платежей, правового значения не имеет.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», обязанность по возмещению судебных расходов (расходов на оплату услуг представителя, государственной пошлины и т.д.), понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, для целей квалификации в качестве текущего платежа считается возникшей с момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании указанных расходов.

Как указано выше, судебными актами от 28.08.2018, от 29.11.2018, от 15.01.2019, от 26.01.2019 прекращены производства по заявлениям в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по судебным расходам. Указанные суммы судебных расходов взысканы вступившими в законную силу судебными актами, а, следовательно, у конкурсного управляющего возникла обязанность отразить данные суммы в отчетах в качестве текущих платежей.

Вместе с тем в представленных отчетах конкурсного управляющего отсутствуют сведения о текущих обязательствах ООО «МерАл» перед ООО «Топаз», ФИО5, ФИО6, ФГБУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Ростовской области» и об основаниях их включения.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что действия конкурсного управляющего должника ФИО2 по невключению в отчеты от 23.12.2019, от 13.02.2020, от 27.03.2020, от 21.07.2020, от 02.11.2020 сведений о сумме текущих обязательств должника, оснований их возникновения, размере обязательств и непогашенного остатка, нарушают требования законодательства о банкротстве.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника ФИО2 об отсутствии нарушения прав должника и кредиторов указанными действиями, суд апелляционной инстанции учитывает, что данной обязанности конкурсного управляющего корреспондирует право должника и кредиторов получать информацию о ходе процедуры, движениях денежных средств по счетам и т.д. Соответственно, составив ненадлежащим образом отчет о своей деятельности, конкурсный управляющий нарушил право лиц, участвующих в деле, на получение информации.

Исходя из указанных выше обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о доказанности совокупности условий для признания действий конкурсного управляющего должника ФИО2, выразившихся в неотражении в отчетах конкурсного управляющего сведений о текущей задолженности должника, несоответствующими закону.

В качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО2, ИП ФИО3 указал, что конкурсным управляющим нарушен порядок погашения требований кредиторов по текущим платежам 5-й очереди.

В обоснование жалобы конкурсный кредитор указал, что в отчетах конкурсного управляющего от 23.12.2019 (стр. 22), от 13.02.2020 (стр. 24), от 27.03.2020 (стр. 25), от 21.07.2020 (стр. 26), от 02.11.2020 (стр. 33) отсутствуют сведения об указанной текущей задолженности ООО «МерАл», ее размерах, кредиторах, очередности, ее размерах погашения и датах погашения.

Вместе с тем согласно отчету конкурсного управляющего от 02.11.2020 раздел «Сведения о текущих платежах» конкурсным управляющим уже производилось погашение текущей задолженности 5-й очереди:

- ИП ФИО12 (03.07.2019);

- ООО «ТОПАЗ» (03.07.2019);

- АО «Россельхозбанк» (05.07.2019);

- МИФНС № 16 по Ростовской области - транспортный и земельный налоги (04.07.2019);

- МИФНС № 16 по Ростовской области - решения о взыскании налогов от 04.07.2019, от 14.09.2020, от 15.09.2020).

При этом согласно отчету конкурсного управляющего от 02.11.2020, а также отчету конкурсного управляющего о движении денежных средств от 30.10.2020, погашение текущей задолженности в пользу ООО «Топаз» (20 849,18 руб.), ФИО5 (69 113,01 руб.), ФИО6 (37 907 руб.), ФГБУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Ростовской области» (17 016,90 руб.) конкурсным управляющим ООО «МерАл» ФИО2 не производилось.

По мнению ИП ФИО3, при погашении задолженности в пользу ИП ФИО12 (03.07.2019); ООО «ТОПАЗ» (03.07.2019); АО «Россельхозбанк» (05.07.2019); МИФНС № 16 по Ростовской области (04.07.2019,  14.09.2020,  15.09.2020) конкурсным управляющим ООО «МерАл» ФИО2 нарушен порядок погашения требований кредиторов по текущим платежам 5-й очереди, что также свидетельствует о нарушении требований пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Признавая указанный довод конкурсного кредитора обоснованным, суд первой инстанции исходил из следующего.

В пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве установлена очередность удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам. 

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Как установил суд, у должника имеются не исполненные текущие обязательства (расходы по уплате государственной пошлины), которые не указаны в отчете конкурсного управляющего. 

При этом датой возникновения задолженности в силу разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», является дата вынесения судебных актов (28.08.2018, 29.11.2018, 15.01.2019, 29.01.2019).

Вместе с тем, из отчета конкурсного управляющего следует, что была погашена текущая задолженность пятой очереди в отношении: ИП ФИО12 - 03.07.2019, ООО «Топаз» - 03.07.2019, АО «Россельхозбанк» - 05.07.2019, МИФНС №16 - 04.07.2019, 14.09.2020, 15.09.2020.

Таким образом, конкурсным управляющим должника ФИО2 нарушены требования статьи 5, пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что арбитражный управляющий ФИО2, исполняя обязанности конкурсного управляющего ООО «МерАл», 30.06.2021 привлечен к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему было назначено наказание в виде дисквалификации сроком на 6 месяцев. Правонарушение выразилось в нарушении срока направления в суд протокола собрания кредиторов должника, в невключении текущей задолженности в реестр текущей задолженности и в нарушении календарной очередности погашения текущих задолженностей (решение Арбитражного суда Ростовской области от 30.06.2021 по делу № А53-5744/2021). 

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходит из следующего. Если после прекращения судом производства по заявлениям текущих кредиторов, они повторно не направили соответствующие требования арбитражному управляющему, это не свидетельствует о том, что кредиторы утратили интерес к материальному требованию. Добросовестный конкурсный управляющий обязан учесть эту задолженность в составе текущей и погашать ее в порядке, предусмотренном статьей 134 Закона о банкротстве.

Довод апеллянта на волеизъявление кредиторов о необходимости погашать их текущие требования только после погашения требований кредиторов второй очереди, отклоняется судебной коллегией, поскольку конкурсный управляющий в вопросе погашения задолженности не связан волеизъявлением кредиторов, а обязан руководствоваться только нормами Закона о банкротстве и императивно установленным порядком погашения таких требований.

В качестве основания для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего должника ФИО2 конкурсный кредитор также указал на то, что конкурсным управляющим заключены сделки с заинтересованностью без согласования с собранием кредиторов.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия конкурсного управляющего незаконными; при этом предусмотренный в названных нормах права перечень не является исчерпывающим.

В соответствии с абзацем 12 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве о банкротстве конкурсный управляющий обязан заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 -7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 -7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.01.2019 по делу № А53-37396/2017 требования ФИО6 в размере 5 941 370 руб. включены в реестр требований кредиторов ООО «МерАл».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.07.2019 по делу № А53-37396/2017 требования ООО «Агроресурс» в размере 13 809 900,63 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке, определенном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Таким образом, ФИО6 и ООО «Агроресурс» являются конкурсными кредиторами ООО «МерАл».

При этом согласно выписке из ЕГРЮЛ, открытым сервисам CaseBook, Спарк-Интерфакс, RusProfile, ООО «Агроресурс» является микропредприятием, директором которого является ФИО6 Соучредителями являются ФИО6 - доля 50 % и ФИО13 - доля 50 %.

Так же ФИО7 и ФИО6 являются родными братьями, что подтверждается сведениями из органов ЗАГСа.

Из представленного отчета конкурсного управляющего от 02.11.2020 (разделы: «Сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности»; «Сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источника данных поступлений»; «Меры по обеспечению сохранности имущества должника»; «Сведения о расходах на проведение конкурсного производства, произведенных за счет средств кредитора ИП ГКФХ ФИО6»; «Сведения о текущих платежах»), отчета конкурсного управляющего об использовании денежных средств от 30.10.2020, следует, что ООО «МерАл» в рамках конкурсного производства заключены следующие сделки:

- договор № 09/18-2 от 03.08.2020 с ООО «Донской Центр Консалтинга» на оказание юридических услуг, плательщиком по которому выступает ИП ГКФХ ФИО6 (фактически сделка является трехсторонней) - «Сведения о лицах, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности»;

- договор займа № 27/01/03 от 27.03.2020 с ИП ФИО7 - «Сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источника данных поступлений»;

- договор аренды (без экипажа) № 1 от 01.07.2019 с ООО «Агроресурс» - «Сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источника данных поступлений»;

- договор хранения от 01.03.2019 с ООО «Агроресурс» - «Меры по обеспечению сохранности имущества должника»;

- договор поставки (купли-продажи) пшеницы с ООО «Агроресурс» (предоплата за пшеницу по счету № 10 от 17.09.2019 - 04.10.2019, 29.10.2019) (погашение задолженности за пшеницу по счету № 10 от 17.09.2019 -21.02.2020) - ООО «МерАл» продавало ООО «Агроресурс» пшеницу - «Сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источника данных поступлений».

Конкурсный управляющий ООО «МерАл» ФИО2 в ходе конкурсного производства заключил сделки, как с конкурсными кредиторами, так и с лицами, являющимися заинтересованными по отношению к конкурсным кредиторам, без согласования с собранием кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделки, заключаемые между ООО «МерАл» и вышеуказанными лицами, подлежали одобрению собранием кредиторов или комитетом кредиторов.

Закон о банкротстве не запрещает конкурсному управляющему передавать в аренду имущество должника, заключать договоры хранения. Однако независимость арбитражного управляющего, которая предусмотрена Закона о банкротстве, не отменяет императивную обязанность арбитражного управляющего, которая также предусмотрена действующим законодательством, действовать при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Данное законоположение, находящееся во взаимосвязи, в том числе с нормой пункта 4 статьи 20.3 названного закона об обязанности арбитражного управляющего действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, направлено на недопущение бесконтрольного заключения конкурсным управляющим сделок, в отношении которых имеется заинтересованность, защиту прав и законных интересов кредиторов.

Поскольку речь идет о совершении сделки с заинтересованным лицом, то целью одобрения такой сделки собранием кредиторов является получение согласия не на совершение данной сделки вообще, а на совершение сделки с заинтересованностью. То есть в решении о согласии на совершение сделки должно быть указано лицо (лица), имеющее заинтересованность в совершении сделки, основания, по которым лицо (каждое из лиц), имеющее заинтересованность в совершении сделки, является таковым, либо представлены иные доказательства того, что эти обстоятельства при разрешении вопроса об одобрении раскрывались.

Соответственно, конкурсным управляющим как лицом, совершившим указанную сделку, должны быть представлены доказательства одобрения сделки как сделки с заинтересованностью. 

Вместе с тем в нарушение требований пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве все вышеуказанные сделки, являющиеся сделками, заключенными с заинтересованными по отношению к конкурсным кредиторам лицами, были заключены конкурсным управляющим ООО «МерАл» ФИО2 без согласования указанного вопроса с собранием кредиторов должника.

При этом возражения арбитражного управляющего ФИО2 относительно рассматриваемого довода жалобы конкурсного кредитора не освобождают арбитражного управляющего от обязанности доведения до сведения собрания кредиторов информации о заключении договора с участием заинтересованного лица и заключать вышеуказанные договоры только после согласования с собранием кредиторов, поскольку, заключив сделки с заинтересованным лицом без согласия собрания кредиторов, конкурсный управляющий допустил нарушение прав кредиторов на их осведомленность о деятельности конкурсного управляющего, на участие в принятии решения по данному вопросу.

Таким образом, действия конкурсного управляющего в указанной части противоречат требованиям Закона о банкротстве.

АО «Россельхозбанк», обращаясь с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «МерАл», указал на следующие нарушения: непредставление имущества ООО «МерАл», составляющего конкурсную массу и выставленного на торги к осмотру потенциальным приобретателям; непроведение мероприятий по заключению договора аренды, допущение просрочки оплаты коммунальных услуг; игнорирование решения собрания кредиторов; несвоевременное расторжение договора аренды; неуведомление ФИО14 и ООО «Энегрия» в установленном законом порядке о праве преимущественной покупки имущества ООО «МерАл»; искажение существенной для конкурсных кредиторов информации в сообщении о проведении торгов.

При этом представитель банка пояснил, что не просит признать действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2 незаконными, перечисленные нарушения не входили в повестку собрания кредиторов 12.10.2020, и озвучены банком в качестве пояснений к ходатайству об отстранении. Банк указал, что кредиторами принято решение об отстранении конкурсного управляющего в связи с утратой доверия к арбитражному управляющему.

Рассмотрев доводы банка в части несвоевременного расторжения договора аренды, повлекшего наращивание текущих расходов, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно отчетам конкурсного управляющего между СА «Уютная» и ООО «МерАл» 01.02.2014 заключен договор аренды земельного участка площадью2 097 075 кв.м., кадастровый номер 61:31:0600011:36, расположенного по адресу: Ростовская область, р-н Пролетарский, СА «Уютная» контур 304. Указанный договор расторгнут только 01.06.2020 по соглашению сторон.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.12.2020 по делу№ А53-33000/2020 с ООО «МерАл» в пользу СА «Уютная» взыскано 431 200 руб. задолженности по арендной плате за 2018 - 2019 годы, 11 624 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

По смыслу норм статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе в одностороннем порядке заявлять об отказе от сделок, заключенных должником.

Как указывает банк, арбитражный управляющий ФИО2, утвержденный конкурсным управляющим должника 28.08.2018, действуя добросовестно и разумно, мог своевременно расторгнуть данный договор, избежав тем самым наращивание текущих расходов.

При ведении процедуры банкротства арбитражный управляющий, если полагает, что дальнейшее использование земельных участков не является целесообразным, с целью минимизации затрат на процедуру банкротства, вправе заявить требование о расторжении указанного договора аренды, либо в силу абзаца 4 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве заявить отказ от исполнения данного договора.

Являясь самостоятельным лицом, конкурсный управляющий вправе определять порядок осуществления конкретных мероприятий по проведению процедур банкротства.

Вопреки доводам конкурсного управляющего должника ФИО2 о том, что об указанном договоре аренды он узнал только после получения требования о погашении записи об аренде СА «Уютная» в мае 2020 года, с момента утверждения конкурсный управляющий не лишен был права обратиться в регистрирующий орган и получить выписку из ЕГРН о правах ООО «МерАл» и своевременно заявить требование о расторжении либо отказ от договора аренды в порядке статьи 129 Закона о банкротстве.

Сохранение договорных отношений в ситуации систематического невнесения платежей арендатором не только нарушает права собственника, не получающего того, на что он справедливо рассчитывал при заключении договора аренды, но и влечет за собой наращивание задолженности по текущим арендным платежам, чем ухудшилось положение кредиторов арендатора.

Рассмотрев доводы банка, суд первой инстанции пришел к выводу, что такими действиями как несвоевременное расторжение договора аренды нарушаются права кредиторов, что свидетельствует о недобросовестности конкурсного управляющего.

Вместе с тем, банком не заявлены требования о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2 незаконными.

Таким образом, при наличии установленных обстоятельств недобросовестности конкурсного управляющего должника ФИО2 при осуществлении им возложенных на него функций, судебная коллегия пришла к выводу о нарушении арбитражным управляющим положений Закона о банкротстве и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о несостоятельности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно удовлетворил жалобу конкурсного кредитора - ИП ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО2

Рассмотрев требование АО «Россельхозбанк» об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, принимая во внимание нижеследующее.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015№ 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

В соответствии с абзацами 2 - 3 пункта I статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего:

- на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей;

- в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Таким образом, ходатайство собрания кредиторов должника об отстранении конкурсного управляющего в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей является самостоятельным основанием для его отстранения.

Исходя из буквального смысла абзаца 2 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве, при рассмотрении ходатайства собрания кредиторов об отстранении арбитражного управляющего суд оценивает все имеющиеся доказательства неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей.

Закон о банкротстве, в том числе статья 145 Закона о банкротстве, не содержит требований о конкретизации в протоколе собрания кредиторов, ходатайстве собрания кредиторов тех нарушений, которые послужили основанием для принятия собранием кредиторов решения об обращении в суд с ходатайством об отстранении конкурсного управляющего. Названное ходатайство является лишь поводом для рассмотрения вопроса о таком отстранении, суд в силу своей контрольной функции в деле о банкротстве при рассмотрении этого вопроса не связан (не ограничен) конкретными нарушениями, отраженными в протоколе собрания кредиторов либо ходатайстве собрания кредиторов (аналогичный правовой подход изложен в пункте 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» (далее - Информационное письмо № 150).

Таким образом, если в суд поступил протокол собрания кредиторов, на котором принято решение об обращении с ходатайством об отстранении конкурсного управляющего, вопрос о его отстранении по основанию, предусмотренному абзацем вторым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве, может быть рассмотрен судом и при отсутствии ходатайства в виде отдельного процессуального документа, подписанного представителем собрания кредиторов или иным уполномоченным на это лицом.

При этом при рассмотрении ходатайства собрания кредиторов об отстранении конкурсного управляющего наличие или возможность причинения убытков не является необходимым условием для его отстранения (абзац 1 пункта 9 Информационного письма № 150).

В материалы дела представлен протокол собрания кредиторов должника от 12.10.2020, на котором принято решение об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание установленные факты ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим ФИО2 своих обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «МерАл», в том числе принятое на собрании кредиторов должника решение об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, учитывая, что нарушения являются существенными, пришел к обоснованному выводу об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку.

Доводы апеллянта не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

  На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2021 по делу № А53-37396/2017 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьёй 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиЯ.А. Демина

М.Ю. Долгова