Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-3479/2020

г. Владивосток

15 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 сентября 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.М. Синицыной,

судей Д.А. Глебова, Е.Н. Шалагановой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

Rovio Animation Oy (Ровио Анимэйшн Ою),

апелляционное производство № 05АП-4585/2020,

на решение от 29.06.2020 судьи М.Н. Гарбуз 

по делу № А51-3479/2020 Арбитражного суда Приморского края,

по иску Rovio Animation Oy (Ровио Анимэйшн Ою) в лице автономной некоммерческой организации «Защита интеллектуальных прав «Красноярск против пиратства» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Владпресса» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки,

при участии: 

от истца: ФИО2, по доверенности от 14.07.2020 (участие онлайн);

от ответчика: не явились,

УСТАНОВИЛ:

Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Владпресса» (далее – ответчик, ООО «Владпресса») о взыскании 200 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки №№1266657, 1268168, 1268526, 1322496, 1329929, а также с требованием о возмещении судебных расходов, составляющих стоимость вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, в размере 200 рублей, стоимость почтовых услуг по отправлению досудебной претензии и искового заявления в размере 467 рублей 54 копеек.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 29.06.2020 исковые требования и требования о взыскании судебных расходов удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 100 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, а также 100 рублей 00 копеек судебных расходов по оплате вещественного доказательства, 233 рубля 77 копеек почтовых расходов. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с настоящей апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что судом первой инстанции необоснованно снижен размер компенсации, поскольку ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих наличие оснований для такого снижения, предусмотренных постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П. Отмечает, что судом неверно применены положения норм материального права о едином процессе использования объекта. Считает, что суд неправомерно определил в резолютивной части решения сумму компенсации в целом, а не за каждое нарушение, допущенное ответчиком, в отдельности. Полагает, что в связи с оставлением ответчиком досудебной претензии истца без ответа судебные расходы, в том числе по оплате истцом государственной пошлины, независимо от результатов рассмотрения дела возлагаются на него.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2020 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 09.09.2020.

В заседание суда 09.09.2020 ответчик, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явились, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие указанного лица.

Представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела, решение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, Rovio Entertainment Oyj (Ровио Энтертейнмент Оюй) является действующим иностранным юридическим лицом (Финляндия), которому принадлежат права на объекты интеллектуальной собственности – товарные знаки, зарегистрированные в Международном реестре товарных знаков под номерами 1266657, 1268168, 1268526, 1322496, 1329929. 

В ходе закупки, произведенной 27.02.2019 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар – конструктор (далее – товар №1), содержащий вышеуказанные товарные знаки.

В ходе закупки, произведенной 11.04.2019 в торговой точке ответчика, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар – конструктор (далее – товар №2), также вышеуказанные товарные знаки.

Претензиями №24424 и 26442 от 21.06.2019 истец известил ответчика о зафиксированном факте реализации спорных товаров и предложил ему добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Поскольку указанное в претензии требование было оставлено ответчиком без удовлетворения, истец обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим иском.

Возникшие между сторонами правоотношения были правильно квалифицированы судом первой инстанции как отношения по поводу охраны прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.

В соответствии со статьей 4 (1) а) протокола к Мадридскому соглашению, участником которого является Российская Федерация (Постановление Правительства РФ от 19.12.1996 №1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков»), с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3 ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны.

На основании изложенного отношения по правовой охране исключительных прав истца на спорные товарные знаки на территории Российской Федерации подлежат регулированию национальным законодательством по охране интеллектуальной собственности, в частности, частью четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно подпункту 14 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. 

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 

2) при выполнении работ, оказании услуг; 

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ). 

Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление №10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. 

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Сравнив изображения товарных знаков истца с изображениями, используемыми на реализованных ответчиком товарах, в частности на упаковках, апелляционным судом установлено визуальное сходство – графические изображения на упаковках конструкторов ответчика сходны до степени смешения с товарными знаками истца. 

При оценке сходства изображения, имеющегося на реализованном ответчиком товаре, с товарными знаками истца суд руководствуется  вышеприведенными разъяснениями постановления №10, а также пунктом 7.1.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом Роспатента от 24.07.2018 №128, и исходит из того, что обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия, в результате чего пришел к выводу, что с учетом первого впечатления, внешней формы, смыслового значения, вида и характера изображений, содержащиеся на реализованном истцом товаре надпись и изображения воспроизводят товарные знаки истца.

Факт реализации ответчиком спорных товаров с изображением товарных знаков истца подтверждены совокупностью имеющихся в деле доказательств, в частности, видеозаписями закупок, осуществленных истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав, а также товарными чеками на оплату товара от 27.02.2019 и 11.04.2019, содержащими сведения о датах реализации, продавце – ООО «Владпресса», его ИНН и ОГРН, уплаченных за товар денежных суммах в размере по 100 рублей за товар, согласно которому получателем денежных средств является ответчик.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ вышеперечисленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности факта реализации ответчиком спорных товаров, а также о том, что реализованные ответчиком товары содержат обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца.

Осуществив продажу спорных товаров, ответчик нарушил исключительные права истца на спорные товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал своё разрешение ответчику на использование принадлежащих ему товарных знаков.  Доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товаров с товарными знаками истца, в материалах дела также отсутствуют.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на вышеуказанные средства индивидуализации – товарные знаки.

Согласно пункту 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными ГК РФ, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ установлено, что в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления    №10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 61, 63 постановления №10 нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ). 

Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение и проч., компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (пункт 63 постановления №10).

Как следует их содержания иска, истцом выбран такой способ защиты своего нарушенного исключительного права на товарные знаки как взыскание компенсации в размере 20 000 рублей за каждый факт нарушения исключительных прав истца на каждый товарный знак (всего – 5 товарных знаков, следовательно, 10 нарушений), итого – 200 000 рублей (10 нарушений * 20 000 рублей). 

Как разъяснено в пункте 61 постановления №10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Обосновывая сумму компенсации в размере 40 000 рублей за каждое отдельное нарушение истец ссылается в том числе на следующие обстоятельства:

- ответчика ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав по делам №№ А51-8636/2016, А51-30096/2016, А51-16300/2019, что подтверждается данными картотеки арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/);

- действия ответчика являются грубым нарушением прав, совершенных умышлено, так как он неоднократно был предупрежден о незаконности торговли контрафактными товарами и был ознакомлен с требованиями уничтожить всю продукцию такого рода.

В свою очередь, ответчик в суде первой инстанции заявил о снижении размера требуемой истцом компенсации, ссылаясь на следующие обстоятельства:

- согласно выписки из ЕГРСМСП ООО «Владпресса» является малым предприятием, в штате которого числится 33 человека. 

- согласно ассортиментному перечню общество не получает большой прибыли от реализации спорных товаров, поскольку основное направление торговли ответчика – печатная продукция;

- ООО «Владпресса» попало в список отраслей экономики пострадавшие от распространения короновируса (COVID-19);

- ответчик не является злостным нарушителем прав истца, игрушки были представлены в единичном экземпляре в каждой торговой точки.

Согласно пункту 62 постановления №10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Проанализировав вышеуказанные доводы истца и ответчика, а также обстоятельства настоящего дела, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, суд первой инстанции, руководствуясь абзацем вторым пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, разъяснениями пункта 62 постановления №10, правомерно снизил размер взыскиваемой истцом компенсации до 100 000 рублей, что составляет 10 000 рублей за одно нарушение исключительного права на каждый товарный знак (10 нарушений * 10 000 рублей).

При изложенных обстоятельствах, довод апеллянта о том, что судом первой инстанции необоснованно снижен размер компенсации за нарушение исключительных прав истца, подлежит отклонению. 

В настоящем случае суд первой инстанции правомерно не руководствовался положениями пункта 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, поскольку снизил размер компенсации не ниже установленного законом минимального предела (10 000 рублей).

Из материалов следует, что доказательств того, что покупкой спорных товаров общей стоимостью 200 рублей истцу причинены значительные убытки, с очевидностью превосходящие сумму иска в материалы дела представлено не было. Ни товар, ни упаковка такового не были изготовлены самим обществом. Оснований полагать, что ответчик заведомо знал о том, что приобретает контрафактный товар и намеренно воспользовался возможностью его приобретения, суд не усматривает. 

Указанные обстоятельства не освобождают ответчика от ответственности, однако позволяют рассматривать вопрос о снижении ее размера. 

Таким образом, воспользовавшись своим правом, суд первой инстанции правомерно снизил размер заявленной компенсации в переделах установленных законом, установив баланс между применяемой к ответчику мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного истцу нарушением его исключительных прав. Оснований для переоценки выводов суда в указанной части у апелляционного суда не имеется.

Довод истца о том, что судом неверно применены положения норм материального права о едином процессе использования объекта, подлежит отклонению, поскольку судом первой инстанции допущенное ответчиком нарушение не было расценено как один факт нарушения в отношении каждого товарного знака, при этом ниже установленного законом минимального предела компенсация снижена не была. 

Позиция истца о том, что суд неправомерно определил в резолютивной части решения сумму компенсации в целом, а не за каждое нарушение в отдельности, подлежит отклонению как основанная на неверном толковании норм процессуального права.

Так, в силу части 5 статьи 170 АПК РФ резолютивная часть решения должна содержать выводы об удовлетворении или отказе в удовлетворении полностью или в части каждого из заявленных требований, указание на распределение между сторонами судебных расходов, срок и порядок обжалования решения. При полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

В соответствии с частью 1 статьи 171 АПК РФ при удовлетворении требования о взыскании денежных средств в резолютивной части решения арбитражный суд указывает общий размер подлежащих взысканию денежных сумм с раздельным определением основной задолженности, убытков, неустойки (штрафа, пеней) и процентов.

Относительно требований истца о взыскании судебных издержек, из которых 200 рублей в виде стоимости вещественного доказательства (спорного товара), приобретенного у ответчика, 467 рублей 54 копейки почтовые расходы на отправление ответчику претензии, апелляционный суд учитывает следующее.

В силу статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании статьи 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются судом в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Согласно пунктам 1 и 7 части 1 статьи 126 АПК РФ доказательства направления ответчику копии искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют, а также документы, подтверждающие соблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка, являются необходимыми приложениями к исковому заявлению.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление №1) расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Пунктом 10 постановления №1 предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В подтверждение несения заявленных расходов истцом представлены соответствующие доказательства, в том числе: товарные чеки от 27.02.2019 и 11.04.2019 на общую сумму 200 рублей, почтовая квитанция от 21.06.2019 на сумму 467 рублей 54 копейки.

Следовательно, несение указных расходов в заявленном размере подтверждено истцом документально.

В то же время, абзац 2 части 1 статьи 110 АПК РФ предусматривает, что в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Как разъясняется в пунктах 20 и 21 постановления №1 при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ). 

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: 

иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда); 

иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения); 

требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ); 

требования, подлежащего рассмотрению в порядке, предусмотренном КАС РФ, за исключением требований о взыскании обязательных платежей и санкций (часть 1 статьи 111 указанного Кодекса). 

Иск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав имеет имущественный характер и подлежит оценке. 

Таким образом, при разрешении вопроса о распределении судебных расходов, в том числе судебных издержек, применяется правило пропорциональности. 

Указанный правовой подход был неоднократно выражен в постановлениях Суда по интеллектуальным правам (например, постановления от 28.04.2016 №С01-279/2016 по делу №А46-9715/2015, от 23.05.2016 №С01-295/2015 по делу №А40-80567/2014, от 11.07.2016 №С01-422/2016 по делу №А08-4070/2015, от 29.05.2017 № С01-739/2016 по делу №А49-14142/2015.

Довод истца о необходимости возложения судебных издержек по делу на ответчика в соответствии с частью 1 статьи 111 АПК РФ, ввиду того, что ответчиком не был дан ответ на претензию, основан на неправильном понимании норм процессуального права.

Согласно части 1 статьи 111 АПК РФ в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

Суд апелляционной инстанции, отмечает, что по смыслу указанной нормы права суд возлагает на лицо, нарушившее обязательный досудебный порядок, негативные последствия в виде отнесения судебных расходов в случае, если судебный спор возник именно вследствие данного нарушения.

Таким образом, если действиями (бездействием) ответчика права и законные интересы истца нарушены не были, на ответчика не может быть возложена обязанность возместить понесенные судебные издержки.

Само по себе бездействие ответчика по досудебному урегулированию спора не влечет с неизбежностью вывода о злоупотреблении последним своими правами и, соответственно, о наличии оснований для отнесения на него всех судебных расходов. 

Указанное согласуется с правовой позицией, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 15.08.2019 по делу       № А03-19009/2017.

Судебной коллегией установлено, что в рассматриваемом деле настоящий спор возник по инициативе истца.

Между тем, из материалов дела не следует, что в случае направления ответчиком ответа на претензию судебное разбирательство не было бы инициировано истцом, и судебный спор не возник бы. Следовательно, в настоящем деле отсутствует причинно-следственная связь между бездействием ответчика, выразившемся в ненаправлении ответа на претензию истца, и возникновением судебного спора, в связи с чем часть 1 статьи 111 АПК РФ к отношениям сторон неприменима.

Ссылки заявителя жалобы в подтверждение своей позиции по делу на акты судебной практики не принимается, поскольку выводы судов, изложенные в указанных постановлениях, основаны на иных обстоятельствах, не являющихся идентичными с рассматриваемыми.

В связи с тем, что исковые требования удовлетворены частично, то требования о взыскании судебных издержек в виде стоимости вещественного доказательства (спорного товара), приобретенного у ответчика, и почтовые расходы на отправление ответчику претензии подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенным исковым требованиям в сумме 100 рублей и 233 рубля 77 копеек соответственно.

Таким образом, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 29.06.2020 по делу №А51-3479/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.М. Синицына

Судьи

Д.А. Глебов

Е.Н. Шалаганова