АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А82-10109/2017

14 августа 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.08.2024

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Кузнецовой Л.В.,

 

в отсутствие участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью 

«Новоком Плюс» ФИО1 

на определение Арбитражного суда Ярославкой области от 20.11.2023  и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 

по делу № А82-10109/2017

 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью 

«Новоком Плюс» ФИО1 

о привлечении ФИО2, ФИО3, 

ФИО4, ФИО5, 

ФИО6, ФИО7, 

ФИО8, ФИО9, 

ФИО3 и ФИО10

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – 

общества с ограниченной ответственностью «Новоком Плюс» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новоком плюс» (далее – Общество, должник) конкурсный управляющий должником ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в солидарном порядке ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО3 и ФИО10.

В качестве оснований привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал статьи 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) и заявил о совершении ответчиками действий, в результате которых должник лишился возможности полностью погасить требования кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 20.11.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024, отказал в удовлетворении заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Новоком плюс» ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11, ФИО3 и ФИО10 Требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 выделено в отдельное производство.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций неправомерно рассмотрели настоящий обособленный спор только в отношении части солидарных ответчиков. С точки зрения кассатора, выделение судами в отдельное производство требований, предъявленных к ФИО2 и ФИО3, не соответствует целям судебного разбирательства и совершено в отсутствие объективных причин. 

По мнению конкурсного управляющего, ответчики осуществляли совместную противоправную деятельность по искажению бухгалтерской и кадровой документации должника в целях получения финансовой выгоды, в связи с чем обществу «Новоком плюс» был причинен имущественный вред.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, Общество зарегистрировано при создании в результате реорганизации 11.04.2013; единственным участником должника со дня создания является ФИО2 

В период с 11.04.2011 по 11.08.2016 обязанности единоличного исполнительного органа Общества исполнял ФИО3, с 12.08.2016 – ФИО2 

ФИО3 (сын ФИО2) замещал в Обществе должности менеджера по продажам и начальника отдела ОМТС, являлся членом комиссии по трудовым спорам. 

Акционерное общество «Протон М» (далее – общество «Протон М») зарегистрировано в качестве юридического лица 27.03.2009, генеральным директором данного юридического лица является ФИО9 – дочь ФИО2 и сестра ФИО3 и ФИО3 

ФИО9 совместно с иными членами семьи С-ных является акционером данного общества. Кроме того, ФИО9 замещала должности секретаря, инженера по охране труда и технике безопасности, юрисконсульта, начальника отдела кадров должника, являлась членом комиссии по трудовым спорам. 

Факт наличия трудовых отношений между должником и ответчиками: ФИО3, ФИО3 и ФИО9, установлен в ходе рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО12 о признании недействительными сделками начислений заработной платы указанным лицам и перечислению денежных средств с расчетного счета общества в пользу данных ответчиков (определение Арбитражного суда Ярославской области от 10.06.2021 об отказе в удовлетворении заявленных требований). 

Ответчик ФИО4 занимала должность старшего бухгалтера должника в период с 11.04.2013 по 11.09.2018. 

Ответчики ФИО5, ФИО6, ФИО7 занимали должности бухгалтеров должника в период с 11.04.2013 по 11.09.2018. 

Ответчик ФИО8 занимал должность начальника производства в обществе «Новоком Плюс» в период с 11.04.2013 по 31.07.2016 и являлся председателем комиссии по трудовым спорам общества с 05.05.2016. 

ФИО10 в период с 110.04.2013 работал в обществе «Новоком», с 05.05.2016 являлся членом комиссии по трудовым спорам общества.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 05.07.2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Проксима Текнолоджи» возбуждено производство по делу о признании общества «Новоком Плюс» несостоятельным (банкротом); на основании определения суда от 02.10.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Решением суда от 18.09.2018 Общество признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющий утвержден ФИО12 

Определением суда от 13.12.2021 ФИО12 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве должника в связи с дисквалификацией, определением суда от 16.06.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО13. 

Определением суда от 05.04.2023 ФИО13 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве должника; определением                    от 08.06.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО1. 

Конкурсный управляющий должником, полагая, что ответчиками допущено совместное искажение данных бухгалтерского и налогового учета, бухгалтерской и налоговой отчетности, недобросовестные действия при заключении хозяйственных и трудовых договоров и документов к ним, документов о выплате дополнительных средств по документам комиссии по трудовым спорам, осуществлена непередача конкурсному управляющему всей необходимой документации должника, обратился с заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности касаются отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности относятся к нормам материального гражданского (частного) права, к которым в соответствии с общим принципом действия закона во времени, закрепленным в пункте 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может применяться обратная сила. Поэтому к правоотношениям сторон подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. 

При этом нормы процессуального права согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон                               «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Судебные инстанции не установили конкретные фактические основания для привлечения их к субсидиарной ответственности, указанные конкурсным управляющим. Вместе с тем, из материалов дела следует, что спорные обстоятельства, послужившие основанием для обращения с рассматриваемым заявлением, имели место до и после вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Таким образом, в рассматриваемом случае подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) и статьи 61.11 Закона о банкротстве.

 Согласно абзацам 2 и 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

Аналогичные положения содержатся в части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу абзаца 31 статьи 2 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

В 2016 году в понятии контролирующее должника лицо был заменен один из содержательных признаков: слово «два» заменено словом «три», после слов «или возможность» дополнено словами «в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо» (подпункт «в» пункта 1 статьи 4 Закона                          от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Такое понимание контролирующего должника лица вступило в силу с 01.09.2016.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Из пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 Постановления № 53 разъяснено, что, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

По смыслу пунктов 4 и 16 Постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Согласно пункту 7 Постановления № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе, принципу добросовестности. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Согласно пункту 17 Постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11, ФИО3 и ФИО10

Судебными инстанциями принято во внимание наличие определений Арбитражного суда Ярославской области от 10.06.2021, от 14.11.2022 и от 14.11.2022 по настоящему делу, принятых в рамках рассмотрения заявлений конкурсных управляющих о признании недействительными сделками выплат должником заработной платы, в которых судом установлена реальность трудовых отношений между Обществом и ответчиками. Кроме того, судом установлены должности, занимаемые ФИО3 и ФИО9, спектр их трудовых обязанностей и функций.

Ссылка кассатора на наличие у ФИО4 возможности вносить изменения в бухгалтерскую документацию должника и тем самым влиять на его хозяйственную деятельность в собственных интересах обоснованно не принята судами, поскольку сама ФИО4 бухгалтерскую отчетность Общества в налоговый орган не сдавала, проверку отчетности и ее сдачу осуществлял руководитель должника ФИО2, что не оспаривалось участвующими в обособленном споре лицами.

Конкурсный управляющий в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательств, свидетельствующих об осуществлении ответчиками деятельности, которая могла привести к невозможности исполнения должником требований кредиторов либо к объективному банкротству организации. К тому же заявителем не доказано, что указанные выше лица имели возможность руководить хозяйственной деятельность Общества и давать ему обязательные для исполнения указания в силу своих должностных полномочий.

Доказательств того, что ответчики ФИО8, ФИО10, ФИО5,             ФИО6 и ФИО7 являлись лицами, аффилированными с должником, его руководителем или членами его семьи, в материалы дела не представлено.

Судами справедливо отмечено, что члены комиссии по трудовым спорам, как и рядовые сотрудники бухгалтерии (ФИО5, ФИО6, ФИО7) не могут быть отнесены к контролирующим должника лицам.

При названных обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего в части привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,                  ФИО8, ФИО11, ФИО3 и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Аргумент кассатора о том, что судебные инстанции необоснованно выделили в отдельное производство требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен на основании части 3 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Указанной нормой установлено право суда первой инстанции выделить одно или несколько соединенных требований в отдельное производство, если он признает раздельное рассмотрение требований соответствующим целям эффективного правосудия. При этом суд руководствуется критерием процессуальной экономии и необходимостью соблюдения баланса интересов истца и ответчиков.

В рассматриваемом деле, суд пришел к выводу о том, что выделение и самостоятельное рассмотрение выделенного требования будет соответствовать целям эффективного правосудия. Конкурсным управляющим не приведено доводов, свидетельствующих о нарушении его прав в результате выделения требований к ФИО2 и ФИО3 в отдельное производство.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. 

Иная оценка исследованных судами доказательств и установленных фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославкой области от 20.11.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 по делу № А82-10109/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новоком Плюс» ФИО1 –                                      без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

Ю.Б. Белозерова

 

 

Судьи

 

Е.В. Елисеева

Л.В. Кузнецова