АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-18516/2020

г. Краснодар

26 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2024 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Герасименко А.Н., судей Прокофьевой Т.В. и Черных Л.А., при участии в судебном  заседании от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2  (доверенность от 01.11.2022), от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой  службы № 9 по Ставропольскому краю – ФИО3 (доверенность от 15.12.2023),  рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на  решение Арбитражного суда Ставропольского края от 08.09.2023 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2023 по делу   № А63-18516/2020, установил следующее.  

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель)  обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к ИФНС России по  городу Георгиевску Ставропольского края (далее – инспекция, налоговый орган) о  признании недействительным решения налогового органа от 14.08.2020 № 07-16/2  «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель  ФИО4  

Решением суда от 23.12.2021 заявленные требования удовлетворены частично.  Решение инспекции от 14.08.2020 № 07-16/2 признано недействительным в части  доначисления НДС за 2016 – 2017 годы в сумме 238 675 рублей, НДФЛ  за 2015 – 2017 годы в размере 177 807 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафа. В  остальной части в удовлетворении требований отказано.  

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.03.2022 решение суда  от 23.12.2021 оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.05.2022  решение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.12.2021 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 оставлены без  изменения.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2022 решение  Арбитражного суда Ставропольского края от 23.12.2021, постановление Шестнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 и постановление Арбитражного суда  Северо-Кавказского округа от 26.05.2022 отменены в части отказа в удовлетворении  заявленного предпринимателем требования. В отмененной части дело направлено на  новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края. В остальной части  принятые по делу судебные акты оставлены без изменения.  

При новом рассмотрении дела произведена процессуальная замена инспекции на  МИФНС России № 9 по Ставропольскому краю в связи с реорганизацией.  

Решением суда от 08.09.2023 решение инспекции признано недействительным в  части доначисления НДФЛ за 2015 – 2017 годы в размере 736 251 рубля, 964 877 рублей  20 копеек пеней и 73 440 рублей штрафа. В остальной части в удовлетворении требований  отказано. Заявление налогового органа о взыскании с предпринимателя судебных  расходов удовлетворено частично. С предпринимателя в пользу налогового органа  взысканы судебные расходы в размере 2824 рублей 82 копеек. В удовлетворении  остальной части заявления о взыскании расходов отказано.  

Постановлением суда апелляционной инстанции от 04.12.2023 решение суда  от 08.09.2023 оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить принятые по делу  судебные акты в части отказа в удовлетворении предпринимателем требований о  признании недействительным решения от 14.08.2020 № 07-16/2 и удовлетворить его  требования в указанной части. По мнению подателя жалобы, судебные акты приняты с  нарушением норм материального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам  дела. Инспекция вменяет предпринимателю дробление бизнеса исключительно по  формальным основаниям, не анализируя коммерческую деятельность налогоплательщика  в целом и игнорируя все доводы и доказательства, изложенные в возражениях на акт и в  возражениях на дополнение к акту налоговой проверки. Суды необоснованно отклонили  доводы предпринимателя о его самостоятельности и индивидуального предпринимателя  ФИО4, осуществлении ими реальной предпринимательской деятельности,  

обусловленной разумными деловыми целями и направленной на достижения  определенного экономического эффекта. Суды не установили формального  перераспределения между предпринимателями персонала (перераспределения без  изменения их должностных обязанностей), равно как и перемещение работников между  предпринимателями без изменения трудового функционала, а также обстоятельств  перераспределения выручки, полученной предпринимателями. Налоговый орган принял  лишь часть налоговых обязательств только в части сумм, уплаченных индивидуальным  предпринимателем ФИО4 в проверяемый период. В отношении  предпринимателя и уплаты налога в связи с применением упрощенной системы  налогообложения непосредственно им суды указали, что налоговый орган якобы принял  его оплаты во внимание при расчете налоговых обязательств по оспариваемому решению,  однако это не соответствует действительности.  

В отзыве на кассационную жалобу и дополнении к нему МИФНС России № 9 по  Ставропольскому краю просит принятые по делу судебные акты оставить без изменения.  

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал позицию,  изложенную в кассационной жалобе, представитель МИФНС России № 9 по  Ставропольскому краю просил принятые по делу судебные акты оставить без изменения.  

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в  деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба  не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела, инспекция в порядке статьи 89 Налогового кодекса  Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс) на основании решений от 19.11.2018   № 07-16/2420 и 07-16/2421 провела выездную налоговую проверку предпринимателя по  вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты всех налогов с 01.01.2015  по 31.12.2017, а также страховых взносов с 01.01.2017 по 31.12.2017.  

По результатам выездной налоговой проверки инспекцией составлен акт  от 16.09.2019 № 07-16/2, дополнение к акту от 13.01.2020 № 07-16/2/1 и вынесено  решение, в соответствии с которым предприниматель привлечен к налоговой  ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса, с учетом  статей 112, 114 Налогового кодекса, в виде взыскания штрафа в размере 436 247 рублей.  Кроме того, заявителю предложено уплатить недоимку по налогу, уплачиваемому в связи  с применением УСН, по НДС, НДФЛ в общей сумме 42 108 710 рублей, ему начислены  пени в сумме 12 383 294 рублей 74 копеек, уменьшен налог по УСН за 2016 год в размере  1 359 908 рублей, за 2017 год – 2 513 217 рублей.  

Основанием для дополнительного начисления предпринимателю налогов  послужили выводы инспекции о получении налогоплательщиком необоснованной  налоговой выгоды путем сокращения налоговых обязательств в результате дробления  бизнеса, а также скрытой реализации продукции (перечисление значительных денежных  средств на личную карту заявителя), доход от которой не отражен в налоговой отчетности.  

Полагая, что решение является необоснованным, предприниматель обратился с  апелляционной жалобой в УФНС России по Ставропольскому краю.  

Решением от 30.11.2020 № 08-20/028302@ апелляционная жалоба  предпринимателя на решение инспекции от 14.08.2020 № 07-16/2 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения оставлена без  удовлетворения.  

Не согласившись с решением инспекции от 14.08.2020 № 07-16/2 и решением  УФНС России по Ставропольскому краю от 30.11.2020 № 08-20/028302@,  предприниматель обратился с жалобой в ФНС России.  

Решением ФНС России от 03.03.2021 № КЧ-3-9/1547@ жалоба предпринимателя  оставлена без удовлетворения.  

Полагая, что решение инспекции от 14.08.2020 № 07-16/2 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения не соответствует  требованиям законодательства о налогах и сборах, нарушает его права и законные  интересы, предприниматель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым  заявлением.  

При принятии судебных актов суды руководствовались статьей 198 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 3, 26.2, 52, 54.1, 105.1, 143,  166, 346.11, 346.12 Налогового кодекса, статьями 1232, 1487, 1489 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

При первоначальном рассмотрении дела суды выяснили, что предприниматель и  индивидуальный предприниматель ФИО4 зарегистрированы в качестве  индивидуальных предпринимателей с 15.03.2006 и с 20.04.2009 соответственно, основной  вид деятельности – производство верхней одежды. Предприниматели в проверяемом  периоде применяли УСН с объектом налогообложения «доходы».  

Как верно определили суды, в силу подпункта 11 пункта 2 статьи 105.1 Налогового  кодекса предприниматели являются взаимозависимыми лицами, поскольку с 23.06.1990  являются супругами, что подтверждается записью акта о заключении брака от 23.06.1990   № 257.  

В рамках проверки инспекцией выявлены обстоятельства, в совокупности  свидетельствующие о применении предпринимателями схемы уклонения  от налогообложения, заключающейся в искусственном дроблении бизнеса в целях  сохранения у индивидуальных предпринимателей статуса плательщика по специальному  налоговому режиму (УСН) и минимизации налоговых обязательств, что указывает на  имитацию работы нескольких лиц, в то время как в действительности они действовали как  единый хозяйствующий субъект.  

Фактически указанными участниками осуществлено дробление одного бизнеса –  производственного процесса в целях ухода от исчисления и уплаты НДС, НДФЛ  основным участником, осуществляющим реальную деятельность по производству  изделий.  

Инспекцией в рамках выездной налоговой проверки установлено, что в  проверяемом периоде предприниматель и индивидуальный предприниматель  ФИО4 (супруга) осуществляли предпринимательскую деятельность по  производству и реализации верхней одежды под торговой маркой SofiLena в  производственном здании, расположенном по адресу: 

<

...>,  принадлежащем заявителю на праве собственности.  

В соответствии со свидетельствами на товарный знак (знак обслуживания)  от 09.03.2011 № 431855, от 28.07.2011 № 441817 и от 06.05.2013 № 486296  предприниматель являлся правообладателем товарных знаков SL, SofiLena и СофиЛена.  

Среднесписочная численность работников предпринимателя за 2015 год составила  56 человек, за 2016 год – 60 человек, за 2017 год – 63 человека; среднесписочная  численность работников индивидуального предпринимателя ФИО4 за 2015 год  составила 45 человек, за 2016 год – 47 человек, за 2017 год – 47 человек.  

В заявлении налогоплательщик описывал производственный процесс, состоящий  из следующих стадий: моделирование и конструирование, подготовка тканей к раскрою и  раскрой, осуществление контроля качества готовых изделий, упаковка готовых изделий,  то есть без изготовления швейных изделий. Предприниматель указывал, что  индивидуальный предприниматель ФИО4 оказывает услуги по пошиву именно  одежды, а не полуфабрикатов швейных изделий.  

Согласно штатному расписанию предпринимателя за 2015 и 2016 годы в структуре  предпринимателя имеется швейное производство со значительным количеством  работников – швей, которые выполняют операции по пошиву швейных изделий (по  состоянию на 01.01.2015 – 20 человек, по состоянию на 31.12.2015 – 19 человек, по  состоянию на 01.01.2016 – 19 человек, по состоянию на 31.12.2016 – 13 человек).  

Из содержания инвентаризационной описи основных средств предпринимателя  от 26.06.2019 № 1 следует, что в его собственности имеются швейные машины в  количестве 65 единиц, что значительно превышает количество штатных единиц швей.  

Доводы предпринимателя о том, что в ходе инвентаризации швейного  оборудования не была установлена его принадлежность предпринимателю, не учтено, что  часть оборудования находится в неисправном состоянии и подлежат утилизации,  подлежат отклонению, поскольку инвентаризационная опись составлена в присутствии  предпринимателя и подписана им без замечаний, доводы о непригодности оборудования  документально не подтверждены. Единый производственный процесс подтверждаются  также показаниями свидетелей ФИО5 (протокол допроса от 20.02.2019),  ФИО6 (протокол допроса от 26.02.2019), ФИО7 (протокол допроса  от 30.01.2018), согласно которым работники предпринимателя и индивидуального  предпринимателя ФИО4 работали одной бригадой, занимались пошивом  одежды от раскройного вида до полностью готового изделия. Все швеи выполняли в  зависимости от модели одну и ту же работу по пошиву одежды.  

Кроме того, в ходе выездной налоговой проверки установлено совпадение  IP-адресов при совершении предпринимателем и индивидуальным предпринимателем  ФИО4 операций по расчетным счетам и направлению налоговой отчетности;  отправка налоговой отчетности указанных лиц производилось по телекоммуникационным  каналам связи через ООО «Терминал-Сервис».  

На основании выписок банка о движении денежных средств по расчетным счетам  предпринимателя выявлены поступления денежных средств от покупателей, а также  перечисления заявителем денежных средств, связанные с ведением  финансово-хозяйственной деятельности, а именно расчеты с поставщиками, оплата  коммунальных услуг, услуг связи и охраны предприятия, оплата за обслуживание  пожарной системы, заработная плата и др.  

Таким образом, инспекцией сделан обоснованный вывод о том, что имело место  деление по существу единого хозяйствующего субъекта.  

В данном случае обстоятельства, установленные налоговым органом в ходе  мероприятий налогового контроля, подтверждают создание схемы дробления бизнеса,  позволяющей ее участникам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, минимизировать налоговые обязательства. Предприниматели  являются аффилированными лицами в силу того, что являются законными супругами,  имеют совместных детей, один адрес регистрации, совместный бизнес, применяют УСН,  один вид деятельности. Этот вывод подтвержден материалами проверки, документами,  

полученными по встречным проверкам, протоколами допросов свидетелей и не  опровергнут заявителем.  

Материалами проверки, представленными в дело, также подтверждено, что в  составе доходов в соответствии со статьей 346.15 Налогового кодекса предпринимателем  не отражены в книге учета доходов и расходов с 01.01.2015 по 30.09.2015 денежные  средства (выручка от продажи товаров, работ, услуг, имущества и имущественных прав),  полученные по личной карте (как физического лица). Налоговым органом на основании  выписки о движении денежных средств по банковской карте предпринимателя  установлено, что денежные средства, поступившие на его лицевой счет, являются  доходом, полученным от осуществления предпринимательской деятельности, и не  включены заявителем в состав доходов в целях налогообложения. Предприниматель не  обосновал обстоятельства заключения представленных в материалы дела договоров займа  с учетом требований статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации,  предусматривающей письменную форму заключения договора займа между гражданами,  если его сумма превышает 10 тыс. рублей, а также требований статей 160, 434 названного  Кодекса.  

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2022   № 308-ЭС22-15224 не содержит указаний на то, что выводы судов в части установления  схемы дробления бизнеса являются недостаточно обоснованными или не соответствуют  материалам дела.  

При новом рассмотрении дела суды повторно пришли к выводу о том, что  предпринимателями создана схема дробления бизнеса и скрыты доходы от реализации в  целях получения необоснованной налоговой выгоды.  

Направляя дело на новое рассмотрение, Верховный Суд Российской Федерации  указал на необходимость определить действительные налоговые обязательства заявителя с  учетом сумм налогов, уплаченных предпринимателем и индивидуальным  предпринимателем ФИО4 в связи применением УСН.  

Принимая во внимание указания Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации, методологический подход, изложенный в  письме ФНС России от 14.10.2022 № БВ-4-7/13774@, а также фактическое состояние  расчетов с бюджетом заявителя, УФНС России по Ставропольскому краю в ходе нового  рассмотрения дела вынесло решение об отмене решения от 25.04.2023 № 12, которым  уменьшен НДФЛ на 1 774 568 рублей 20 копеек, из которых 736 251 рубль налога,  964 877 рублей 20 копеек пеней, 73 440 рублей штрафа (таблица № 6 резолютивной части  решения от 25.04.2023 № 12).  

Из решения управления следует, что уменьшение НДФЛ на 736 251 рублей  и 165 тыс. рублей 53 копеек пеней, 10 610 рублей штрафа произведено в результате зачета  налога по УСН, уплаченного индивидуальным предпринимателем ФИО4  с IV квартала 2015 года по 2017 год (таблица № 4 решения от 25.04.2023   № 12); уменьшение 799 876 рублей 67 копеек пеней по НДФЛ и 62 830 рублей штрафа  произведено так, как если бы суммы налога по УСН, уплаченные предпринимателем с  2016 по 2017 год, были бы учтены в счет уплаты НДФЛ, доначисленного по итогам ВНП  (таблица № 5 решения от 25.04.2023 № 12).  

Суды установили, что инспекция не уменьшала НДФЛ на суммы налога по УСН,  уплаченного предпринимателем за 2016 – 2017 годы, поскольку после вступления в силу  оспариваемого решения инспекции в КРСБ по УСН налогоплательщика 30.11.2020  появилась переплата 1 359 908 рублей за 2016 год и 2 513 217 рублей за 2017 год, всего  3 873 125 рублей, которая была зачтена в счет погашения обязательств по УСН  последующих налоговых периодов 2020 – 2021 годов, за которые налогоплательщик  представил налоговые декларации, но не в полном объеме уплатил налог.  

Суды приняли во внимание, что предприниматель решение УФНС России по  Ставропольскому краю не обжаловал.  

Довод налогоплательщика о недопустимости учета сумм, уплаченных им по УСН  за 2016 – 2017 годы непосредственно в УСН последующих периодов, поскольку по итогам  выездной налоговой проверки налоговый орган пришел к выводу об утрате  предпринимателем права на применение УСН, подлежит отклонению по следующим  основаниям. Оспариваемым решением инспекции предпринимателю доначислен УСН в  размере 132 467 рублей. Кроме того, по итогам ВНП с 2015 по 2017 год инспекция  выявила, что предприниматель утратил право на применение УСН с IV квартала 2015 года  (с 01.10.2015), так как его деятельность перестала отвечать требованиям,  предусмотренным абзацем 1 пункта 4 статьи 346.13 Налогового кодекса.  

В силу пункта 7 статьи 346.13 Налогового кодекса налогоплательщик,  перешедший с УСН на иной режим налогообложения, вправе вновь перейти на УСН не  ранее чем через один год после того, как он утратил право на применение УСН.  

Поскольку заявитель утратил право на применение УСН в IV квартале 2015 года, а  также по итогам 2016, 2017 годов, то с учетом положений пункта 7 статьи 346.13  Налогового кодекса у заявителя не имелось оснований для применения УСН в 2019 году.  

При этом при соблюдении условий и ограничений, предусмотренных главой 26.2  Налогового кодекса, налогоплательщик вправе вновь применять УСН с начала  

календарного года, следующего за календарным годом, в котором истек годичный срок  запрета на применение УСН, т. е. с 01.01.2019.  

Вопреки доводам предпринимателя инспекция не лишала его права на применение  УСН в 2019 – 2023 годах. Решением инспекции от 26.10.2022 № 04-16/2 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения, принятым по итогам  выездной налоговой проверки за 2018 год (с учетом решений от 06.12.2023 № 43 и  от 09.01.2024 № 1), предприниматель признан утратившим право на применение УСН в  2018 году. Исходя из перечисленных норм Налогового кодекса Российской Федерации  ограничение права заявителя применять УСН не носит бесконечный характер. Результаты  выездной налоговой проверки за 2015 – 2017, 2018 годы не лишают заявителя права  применения УСН с 01.01.2019.  

УСН как специальный налоговый режим является альтернативой общей системе  налогообложения, а единый налог по УСН заменяет собой уплату ряда налогов по общей  системе налогообложения. Таким образом, экономическая основа для уплаты единого  налога по УСН и налогов по общей системе – одна и та же, различается лишь механизм  (режим) взимания налога.  

В момент вынесения оспариваемого решения инспекции (14.08.2020)  налогоплательщик применял УСН и не утратил на это право в последующих налоговых  периодах, кроме того, на момент проведения зачета Верховным Судом Российской  Федерации еще не сформирован правовой подход о необходимости самостоятельно учета  налоговым органом (без заявления плательщика) налогов, уплаченных по специальным  налоговым режимам всеми участниками схемы дробления бизнеса, в целях определения  действительных потерь бюджета в результате уклонения от уплаты налогов по общей  системе налогообложения инспекция правомерно уменьшила действительные налоговые  обязательства предпринимателя на суммы, уплаченные им в связи с применением УСН за  2016 – 2017 годы в размере 3 873 125 рублей, из которых 1 359 908 рублей за 2016 год,  2 513 217 рублей за 2017 год (пункт 3.3 итоговой части решения инспекции, карточка  расчетов с бюджетом налогоплательщика по УСН).  

Таким образом, в данном случае необходимость в поиске фискального эквивалента  УСН в связи с тем, что указанная система налогообложения продолжала применяться  налогоплательщиком, отсутствовала.  

Самостоятельное уменьшение налоговым органом налоговых обязательств по УСН  позволило предпринимателю избежать начисления пеней в 2020, 2021 годах в связи с  неосуществлением им фактической оплаты УСН за последующие налоговые периоды в  

установленные сроки, что свидетельствует об улучшении положения налогоплательщика  и отсутствии избыточного налогообложения.  

Кроме того, об отсутствии правовых оснований на данном этапе для корректировки  налоговых обязательств предпринимателя по УСН за 2020 – 2021 годы в сторону их  увеличения на 3 873 125 рублей свидетельствует то, что такие действия приведут к  обогащению налогоплательщика на указанную сумму, так как придется сторнировать  соответствующие доначисления и по НДФЛ, и необходимо восстановить задолженность  по УСН последующих периодов, возможность взыскания которых в настоящий момент  утрачена.  

Довод налогоплательщика о том, что он не имел возможности осуществлять уплату  налога по УСН за налоговые периоды, следующие за вынесением оспариваемого решения  инспекции, в связи с приостановлением операций по счетам налогоплательщика,  несостоятелен, поскольку в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 76 Налогового кодекса на  операции по списанию денежных средств в счет уплаты налогов (авансовых платежей),  сборов, страховых взносов, соответствующих пеней и штрафов и по их перечислению в  бюджетную систему Российской Федерации введенное налоговым органом  приостановление не распространяется.  

Приостановление операций по счетам налогоплательщика как способ обеспечения  исполнения обязанности по уплате налогов, сборов и страховых взносов предполагает  наличие оснований для принудительного взыскания налога, при этом предоставляя  возможность осуществления платежей, очередность исполнения которых в соответствии с  гражданским законодательством Российской Федерации предшествует исполнению  обязанности по уплате налогов, сборов, страховых взносов, а также совершения операций  по списанию денежных средств в счет уплаты налогов (авансовых платежей), сборов,  страховых взносов, соответствующих пеней и штрафов и по их перечислению в  бюджетную систему Российской Федерации.  

Суд округа отмечает, что контррасчет действительных налоговых обязательств,  представленный предпринимателем при новом рассмотрении дела, касался  исключительно эпизода, связанного с дроблением бизнеса, не учитывал доходы,  поступившие на личную карту предпринимателя, а также не содержал расчет пеней и  штрафов.  

Ссылаясь на необходимость при определении действительных налоговых  обязательств реализации правовых подходов, выработанных Верховным Судом  Российской Федерации, налогоплательщик сам же им противоречит в части  

представления расчета уменьшения пени по НДС с учетом сумм, уплаченных элементами  схемы дробления бизнеса за проверяемые налоговые периоды.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 17.10.2022 № 301-ЭС22-11144 по делу № А43-21183/2020 по  аналогичному спору указано, что с учетом положений пункта 7 статьи 3 Налогового  кодекса такой зачет производится способом, который является наиболее благоприятным  для налогоплательщика: в первую очередь, при определении размера доначисляемого  налога на прибыль организаций (в рамках проверяемых периодов, начиная с наиболее  ранних дат возникновения недоимок), поскольку налоги, уплачиваемые в связи с  применением специальных налоговых режимов, являются фискальными эквивалентами  налога на прибыль организаций. Соответствующим образом производится корректировка  пеней и штрафов, начисляемых по налогу на прибыль организаций. В случае если после  зачета указанных платежей в счет налога на прибыль организаций остается  положительная разница (незачтенный остаток), то она подлежит зачету в счет иных  образовавшихся по итогам проверок недоимок, включая косвенные налоги.  

В данном случае размер доначислений по НДФЛ по решению инспекции  составляет 14 775 887 рублей, что в значительной степени превышает размер сумм  уплаченного налога по УСН элементами схемы дробления бизнеса.  

Таким образом, нет необходимости осуществлять уменьшение начисления по НДС  и, соответственно, корректировать расчет пени по данному налогу.  

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, направлены на  переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Пределы рассмотрения  дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286  данного Кодекса. Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями  по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в  ходе его рассмотрения по существу.  

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения  процессуальных норм, влекущие отмену обжалуемых судебных актов (статья 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 08.09.2023 и постановление  Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2023 по делу   № А63-18516/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий А.Н. Герасименко  Судьи Т.В. ФИО8 Черных