742/2018-193246(1) 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12 адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

   № 09АП-40456/2018

Дело № А40-97610/16

г. Москва

30 августа 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2018 года  Постановление изготовлено в полном объеме 30 августа 2018 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.Н. Григорьева судей В.С. Гарипова, С.А. Назаровой, при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.И. Матетой, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 июля 2018 года о привлечении к  субсидиарной ответственности по делу № А40-97610/16-160-129, принятое судьей  Романченко И. В., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дион» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), заявление конкурсного управляющего должника о  привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, Ответчик:  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: от конкурсного управляющего ООО «Дион» - ФИО2, дов. от . от 20.02.2018, от ФИО1 – ФИО3, дов. от . от 17.04.2018, от ООО «ДК-Сервис» - ФИО4, дов. от . от 21.09.2017. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 17.01.2017 г. ООО «Дион» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного  производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.  

Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства  опубликовано в газете "Коммерсантъ" № 16 от 28.01.2017.  

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО  «Дион» о привлечении к субсидиарной ответственности ликвидатора ООО «Дион» ФИО1 по обязательствам должника на сумму 44 407 603,45 руб.  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.07.2018 заявление конкурсного  управляющего удовлетворено.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 обратился в  Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  указанное определением суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.  

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на то, что при вынесении  оспариваемого судебного акта суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства,  имеющие значение для дела, пришел к неверным выводам, вынес определение с нарушением  материальных и процессуальных норм права.  

Представитель Юдина Д.П. в судебном заседании доводы апелляционной жалобы  поддержал.  

Представитель конкурсного управляющего ООО «Дион» в судебном заседании  против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам отзыва.  

Представитель ООО «ДК-Сервис» в судебном заседании против удовлетворения  апелляционной жалобы возражал по доводам отзыва.  

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в соответствии со  ст.ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав  материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд не находит  оснований для изменения или отмены судебного акта.  

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся:  

1) единоличным исполнительным органом ООО «Дион» в период с 20.02.2015 до  13.11.2015, в том числе:  

генеральным директором ООО «Дион»: с 28.02.2015 (дата внесения записи в ЕГРЮЛ  ГРН 6157746268168 от 28.02.2015 на основании решения от 13.02.2015 единственного  участника ООО «Дион» о досрочном прекращении полномочий генерального директора ООО  «Дион» и назначении нового генерального директора ООО «Дион») и до 26.06.2015 (дата  внесения записи ГРН 2157747245687 на основании решения от 18.06.2015 единственного  участника ООО «Дион» о ликвидации общества и назначении ликвидатора).  

ликвидатором ООО «Дион»: с 26.06.2015 (дата внесения ГРН 2157747245687) и по  09.10.2015 (дата внесения записей ГРН 8157747605898 и ГРН 8157747606052 об отмене  ликвидации и о прекращении полномочий как ликвидатора и возобновлении полномочий как  генерального директора на основании решения от 02.10.2015 единственного участника ООО  «Дион» об отмене ранее принятого решения о ликвидации общества).  

генеральным директором общества: с 09.10.2015 (дата внесения записей ГРН  8157747605898 и ГРН 8157747606052) и до 13.11.2015 (дата внесения записи ГРН  9157747811190 о внесении изменений в части сведений о физическом лице, Имеющем право  действовать без доверенности от имени юридического лица).  

2) Участником общества, владеющим более 50% доли в уставном капитале ООО  «Дион», в том числе:  

участником, владеющим долей в уставном капитале ООО «Дион» в размере 96%  уставного капитала ООО «Дион»: с 23.03.2015 (дата внесения записи ГРН 6157746984169 на  основании решения единственного участника ООО «Дион» от 06.05.2015 об увеличении  уставного капитала и принятии ФИО1 в общество с определением его доли в обществе  в размере 96% уставного капитала общества).  

участником, владеющим долей в уставном капитале ООО «Дион» в размере 100%  уставного капитала ООО «Дион»: с 02.04.2015 (дата внесения записи ГРН 7157746231230 на  основании решения от 27.03.2015 единственного участника ООО «Дион» о распределении  доли в размере 4% в уставном капитале общества и заявления от 24.03.2015 о выходе из  общества.  

В обоснование заявления относительно привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам ООО «Дион» контролирующего должника лица, конкурсный  управляющий ссылается на то, что ФИО1, будучи генеральным  директором Общества, его ликвидатором и единственным участником, совершил  противоправную сделку, которой был причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов.  

ФЗ «О внесении изменений в Федеральный Закон "О несостоятельности  (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» от  29.07.2017 № 266-ФЗ внесены изменения в Федеральный закон от 26 октября 2002 года N  127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в том числе, статья 10 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве), предусматривающая ответственность должника и иных лиц  в деле о банкротстве, признана утратившей силу.  

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 2 Информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 137 от 27.04.2010 "О  некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от  28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации", положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности,  статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2  и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника  применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой  ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение  контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после  дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73- ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам  должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N  73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до  вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо  от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Указанные разъяснения применимы и к отношениям, связанным с действием  Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.  

Судом установлено, что обстоятельства, указанные в качестве оснований для  привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности имели место до  вступления в силу ФЗ 29.07.2017 N 266-ФЗ, следовательно, применению подлежат  материальные нормы, в редакции ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), действовавшей до  вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 закона о банкротстве, если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут  субсидиарную ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при  наличии одного из следующих обстоятельств:  

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации,  к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения  временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле банкротстве, в том числе, формирование и реализация  конкурсной массы.  

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия  которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более  раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу  контрагента).  

Конкурсным управляющим в рамках дела оспаривалась сделка должника, связанная с  отчуждением имущества.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2017 по настоящему делу,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  19.06.2017 по тому же делу, признана недействительной как единая сделка, заключенная от  имени ООО «Дион» ликвидатором общества Юдиным Д.П., по последовательной уступке на  АО «Сталкер» прав ООО «Дион» к ООО «Гемма» на общую сумму 32 827 043,78 руб.  (договор уступки права требования (цессии) от 31.07.2015 между ООО «Дион» и ООО  «АльтИнвест» и договор уступки прав требования (цессии) от 18.11.2015 между ООО  «АльтИнвест» и АО «Сталкер»).  

Вышеуказанными вступившими в законную силу судебными актами установлено, что  лицо, являющееся единственным акционером АО «Сталкер» (ФИО6), является также  сотрудником организации (ООО «ЗД-Диагностика»), в которой учредителем и участником на  момент рассмотрения спора является ФИО1 - лицо, которое являлось генеральным  директором, ликвидатором и единственным участником должника, совершившим  оспариваемую сделку. ФИО6 находился во взаимозависимости (властном подчинении) с  ФИО1 Судами установлено участие ФИО6 в иных юридических лицах в  качестве руководителя/участника, созданных ФИО1, т.е. подтверждено наличие  деловых связей. Судами установлено, что АО «Сталкер» является «технической» компанией.  

Судом установлено, что Договор уступки права требования (цессии) от 31.07.2015г.  между ООО «Дион» и ООО «АльтИнвест» и Договор уступки права требования (цессии) от  14.10.2015г. между ООО «Альтинвест» и АО «Сталкер» являются взаимосвязанными  притворными договорами (п. 2 ст. 170 ПС РФ), и фактически представляют собой единую  сделку, совершенную исключительно в целях вывода имущества ООО «Дион» на АО  «Сталкер» в преддверии банкротства ООО «Дион» в ущерб интересам кредиторов  последнего.  

Договоры цессии, заключенные между Должником и ООО «АльтИнвест», между ООО  «АльтИнвест» и АО «Сталкер» являются ничтожными на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ,  поскольку прикрывают собой сделку по отчуждению Должником имущественных прав лицу,  связанному с ФИО1 и его родственниками, являющимися аффилированными и  заинтересованными лицами по отношению к Должнику. Сделка по отчуждению Должником  имущественных прав (выводу актива), совершенная путем последовательного заключения  притворных договоров, представляет собой одну сделку между Должником и  взаимосвязанным с ним АО «Сталкер». Несмотря на то, что оба договора формально  предусматривали встречное предоставление, однако они фактически не имели оплаты. Таким  образом, данные взаимосвязанные договоры имеют характер притворной сделки (п. 2 ст. 170  ГК РФ) также и ввиду того, что прикрывают собой фактическое дарение дебиторской  задолженности, что в силу ст. 575 ГК РФ запрещено между юридическими лицами.  

Сделка признана недействительной на основании ст.ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ ГК  РФ, п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», как заключенная руководителем  ООО «Дион» ФИО1 путем последовательного заключения притворных договоров,  представляющих собой одну сделку по выводу актива должника между Должником и  юридическим лицом, подконтрольным ФИО1  

Сделка осуществлена с целью вывода актива Должника и прикрывала собой  фактически одну, совершенную за один год до возбуждения дела о банкротстве Должника  сделку по безвозмездному отчуждению (выводу) актива должника на «техническую»  компанию, находящуюся под контролем ФИО1, с целью причинения вреда кредиторам  Должника.  

Как установлено судом, Должник, имея непогашенную кредиторскую задолженность,  которая впоследствии явилась основанием для возбуждения дела о банкротстве, и обладая  единственным ликвидным имуществом, за счет которого эта кредиторская задолженность  могла бы быть погашена - подтвержденным решением арбитражного суда имущественными  правами к дебитору ООО «Гемма» - совершил в лице своего ликвидатора отчуждение  указанного актива на подконтрольное лицо.  

Судебными актами о признании данной сделки недействительной установлено, что  данные неразумные и недобросовестные действия направлены на лишение кредиторов  значительной части того, на что они справедливо рассчитывают.  

Требования кредиторов, которые могли быть погашены за счет денежных средств,  которые были бы получены Должником от удовлетворения требования дебитором, должнику  не поступили, а право требование было безвозмездно отчуждено на подконтрольное ФИО1 лицо.  

Таким образом, вышеуказанная сделка по отчуждению актива Должника -  дебиторской задолженности к ООО «Гемма» является значимой и привела к существенной  убыточности ООО «Дион».  

При этом согласно отчету от 28.04.2018 № ОБ-070 рыночной стоимости  вышеуказанных прав требования ООО «Дион» к ООО «Гемма», подготовленным оценщиком  ООО «Оценочная фирма АСН», на момент совершения противоправной сделки (31.07.2015),  причинившей ущерб кредиторам, рыночная стоимость данного актива составляла 25 611 837  рублей. Таким образом, задолженность перед кредиторами могла быть погашена не только за  счет получения удовлетворения от дебитора, но и за счет денежных средств, которые могли  бы быть выручены должником в случае продаже этой дебиторской задолженности в  указанный период.  

В связи с изложенным, с учетом установленных обстоятельств, суд приходит к  выводу, что ФИО1 довел ООО «Дион» до банкротства, поскольку в результате  совершения этим контролирующим лицом (и в пользу этого лица) противоправной сделки  был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов (п. 2 ст. 61.11 Закона о  банкротстве).  

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города  Москвы от 13.06.2017г. по настоящему делу № А40-97610/16-160-129, принятому в рамках  рассмотрения требований АО «Сталкер» о включении в реестр требований кредиторов ООО  «Дион» и встречного заявления конкурсного управляющего ООО «Дион» о признании сделок  недействительными, недействительными также признаны и иные сделки должника: Договор  уступки прав (требований) от 04.06.2015 между ООО «Дион» и ООО «АльтИнвест»,  Соглашение о новации от 23.03.2016г.; в удовлетворении требования АО «Сталкер» о  включении в реестр требований кредиторов Должника отказано.  

Судом установлено, что вышеуказанные сделки совершены при злоупотреблении  правом и в их совокупности направлены на искусственное создание кредиторской  задолженности ООО «Дион» перед контролируемым кредитором (АО «Сталкер») - лицом,  являющимся «технической» компанией, фактический контроль над которой осуществляет  бывший руководитель и участник Должника - ФИО1, что также  причиняет вред кредиторам должника.  

Договор уступки прав (требований) от 04.06.2015 между ООО «Дион» и ООО  «АльтИнвест», который в числе прочих сделок признан арбитражным судом  недействительным как совершенный для создания мнимой задолженности ООО «Дион»,  предусматривал, что ООО «Дион» уступило свои права к ООО «Планата» в размере 122 000  000 руб., возникающих из Договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от  26.12.2013 г. между ООО «Дион» и ООО «Альткапитал» (последнее реорганизовано путем  присоединения к ООО «Планата»).  

В то же время, задолженность, являющаяся.предметом уступки по указанному  договору, в действительности, была погашена до момента его заключения. Так, решением  Арбитражного суда Московской области от 22.03.2016 г. по делу № А41- 108034/2015,  оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от  14.06.2016 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.09.2016 г. по  иску АО «Сталкер» к ООО «Планата» о взыскании 122 000 000 рублей установлено, что  задолженность ООО «Планата» перед ООО «Дион» была погашена, в связи с чем в иске было  отказано.  

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств, фактическая деятельность  Юдина Д.П. в качестве руководителя ООО «Дион» свелась к неправомерному выводу  активов, при том, что в период, начиная со вступления его в должность генерального  директора ООО «Дион», хозяйственная деятельность организации была остановлена, никакой  реальной хозяйственной деятельности общество не вело.  

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц  должника к ответственности при банкротстве» указано, что под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов  (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые  явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически  наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в  частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов  добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок  на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство  лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных  операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет  очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание  такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Вышеизложенные обстоятельства подтверждают наличие таких неправомерных  действий контролирующего должника лица - ФИО1, повлекших объективное  банкротство должника.  

Суд приходит к выводу, что осуществляя свои противоправные действия с целью  причинения вреда кредиторам, заключая сделки на заведомо невыгодных условиях и с  заведомо неспособными исполнить обязательство лицами, в отсутствие иного имущества, за  счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, ФИО1 осуществил  безвозмездное отчуждение (вывод) единственного ликвидного актива должника на  «техническую» компанию, находящуюся под своим контролем. Следствием этих действий  явилась невозможность полного погашения требований должника.  

Таким образом, поскольку действия ФИО1 как контролирующего должника лица  привели к невозможности погашения требований кредиторов в полном объеме, указанное  лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Довод ответчика о том, что на момент возникновения задолженности перед одним из  кредиторов (ООО «Алкомаркет») приходится на период, в который Юдин не являлся  контролирующим должника лицом, не может служить основанием для освобождения его от  ответственности.  

Вышеизложенные обстоятельства, в том числе установленные вступившими в  законную силу судебными актами, подтверждают, что именно ФИО1 совершил  противоправную сделку, повлекшую существенный вред кредиторам должника и приведшую  к объективному банкротству, в связи с чем лицо должно нести субсидиарную  ответственность по обязательствам должника, оставшимся не погашенными после расчетов с  кредиторами в ходе конкурсного производства. Будучи руководителем (ликвидатором)  Должника, совершил на подконтрольное ему лицо с противоправной целью причинения  вреда кредиторам отчуждение ликвидного имущества Должника, за счет которого могла быть  погашена имевшееся у Должника кредиторская задолженность, впоследствии явившаяся  основанием для признания Должника банкротом.  

ФИО1 является контролирующим лицом, что подтверждается соответствующими  записями в ЕГРЮЛ.  

При этом, все лица, значившиеся в должности единоличного исполнительного органа  и участника ООО «Дион» впоследствии (Гурьев С.Б., Кошелев В.А), являлись  номинальными, что подтверждается протоколами допросов свидетелей в рамках уголовного  дела № 11602450020000013, находящегося в производстве следственного управления по  Северо-Западному административному округу Главного следственного управления  Следственного комитета Российской Федерации, возбужденного по признакам преступления,  предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении группы лиц, в том числе в  отношении Юдина Дмитрия Павловича - обвиняемого, которому инкриминируется  организация преступления.  

Согласно протоколам допросов указанных лиц эти лица друг с другом не знакомы (в  том числе и те, которые находились в один период времени в качестве руководителя ООО  «Дион» и единственного участника ООО «Дион»), никаких фактических решений,  относительно управления ООО «Дион», не принимали.  

Таким образом, изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что и после  внесения записей в ЕГРЮЛ о прекращении действия ФИО1 в качестве единоличного  исполнительного органа и единственного участника ООО «Дион», указанное лицо  продолжало фактический контроль над должником.  

В соответствии с абз. 8 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после  закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам,  оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Согласно реестру требований кредиторов должника по состоянию на дату подачи  заявления о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности  размер ответственности составляет 44 407 603,45 руб.  

Апелляционный суд отклоняет довод жалобы о неправильном применении норм  материального права, поскольку судом установлено, что обстоятельства, указанные в  качестве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной  ответственности, имели место до вступления в силу Федерального закона 29.07.2017 № 266- ФЗ, следовательно, применению подлежат материальные нормы, в редакции Закона о  банкротстве, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266- ФЗ.  

Суд, исходя из указанных норм права, разъяснений, содержащихся в п. 2  Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации   № 137 от 27.04.2010 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями  Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ», а также из общих правил о действии закона во  времени, правомерно применил соответствующие материальные нормы, действующие до  вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а именно нормы п. 4 ст. 10  Закона о банкротстве.  

Нормы п. 4 статьи 10 Закона о банкротства арбитражным судом первой инстанции  правомерно применены в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части  противодействия незаконным финансовым операциям» (вступил в силу с даты его  официального опубликования - 02.07.2013), действовавшей в период вменяемых деяний.  

Арбитражный суд первой инстанции, вынося обжалуемое определение, обоснованно  руководствовался абзацем 8 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в указанной редакции,  установившим, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица  равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности  имущества должника.  

Вопреки доводу подателя апелляционной жалобы арбитражный суд первой инстанции,  исследовав и оценив все представленные участвующими в обособленном споре лицами  доказательства, а также их доводы и возражения, руководствуясь положениями  действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с  достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства,  пришел к обоснованному и правомерному выводу о том, что должник ООО «Дион» признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий Юдина Д.П., поскольку имущественным  правам кредиторов причинен вред в результате совершения этим контролирующим должника  лицом сделки, направленной на безвозмездное отчуждение (необоснованный вывод) актива  должника.  

Как верно отмечено арбитражным судом первой инстанции, под сделкой на  невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в  худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на  которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если  предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже  стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента) (абз. 7  п. 2 постановления ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2017 по настоящему делу,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  19.06.2017 по тому же делу, признана недействительной как единая сделка, заключенная от  имени ООО «Дион» ликвидатором общества ФИО1, по последовательной уступке на  АО «Сталкер» прав ООО «Дион» к ООО «Гемма» на общую сумму 32 827 043,78 руб.,  подтвержденных решением Арбитражного суда города Москвы от 23.07.2015 по делу № А40- 100113/2015 (договор уступки права требования (цессии) от 31.07.2015 между ООО «Дион» и  ООО «АльтИнвест» и договор уступки прав требования (цессии) от 18.11.2015 между ООО  «АльтИнвест» и АО «Сталкер»).  

Сделка признана недействительной на основании ст.ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ ГК  РФ, п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», как заключенная руководителем  ООО «Дион» ФИО1 путем последовательного заключения притворных договоров,  представляющих собой одну сделку по выводу актива должника, совершенную между  должником и юридическим лицом, подконтрольным ФИО1  

Материалами дела также подтверждается и не опровергнуто ответчиком, что со  стороны подконтрольного ФИО1 АО «Сталкер» уже после признания сделки  недействительной осуществлялось активное недобросовестное воспрепятствование  реализации ООО «Дион» права кредитора ООО «Гемма», выразившееся в неоднократном  представлении формальных возражений, процессуальных ходатайств в ходе рассмотрения  заявления конкурсного управляющего ООО «Дион» о пересмотре по новым обстоятельствам  определений о процессуальной замене взыскателя ООО «Дион» в рамках дела № А40- 100113/2015 с очевидной целью затягивания вынесения судебного акта по этому заявлению, а  также в последующем апелляционном оспаривании решения Арбитражного суда города  Москвы от 11.08.2017 по делу № А40-100113/2015 с целью затягивания вступления в  законную силу указанного решения, отменившего по новым обстоятельствам судебные акты  о последовательной процессуальной замене взыскателя на подконтрольное ФИО1 АО  «Сталкер».  

В результате вышеуказанных действий, совершенных со стороны ФИО1 и  подконтрольных ему «технических» компаний, фактическая реализация имеющегося у  Должника имущественного права к дебитору ООО «Гемма» стала возможной лишь в период  нахождения дебитора в конкурсном производстве (решение Арбитражного суда Республики  Северная Осетия -Алания от 23.06.2017 по делу № А61-740/2016), в связи с чем рыночная  стоимость указанного имущественного права (определена отчетом об оценке,  подготовленном в соответствии с требованиями Федерального закона от 29.07.1998 № 135- ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», для целей осуществления  

конкурсным управляющим реализации имущества Должника) существенным образом  обесценилась и на 09.04.2018 составила лишь 1227 рублей.  

С учетом имеющихся в материалах дела доказательств судом сделан обоснованный  вывод, что в период нахождения ФИО1 в должности руководителя ООО «Дион»  хозяйственная деятельность организации была остановлена, никакой реальной хозяйственной  деятельности общество не вело. Осуществляя свои противоправные действия с целью  причинения вреда кредиторам, заключая сделки на заведомо невыгодных условиях и с  заведомо неспособными исполнить обязательство лицами, в отсутствие иного имущества, за  счет которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов, ФИО1 осуществил  безвозмездное отчуждение (вывод) единственного ликвидного актива должника на  компанию, находящуюся под своим контролем.  

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые  обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и вынес законное и  обоснованное определение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам  дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения, судом первой  инстанции допущено не было.  

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции и не  содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные  судом первой инстанции, в связи с чем оснований для отмены определения суда первой  инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что Арбитражным  судом г. Москвы выяснены все обстоятельства дела, правильно оценены доводы сторон и  вынесено законное и обоснованное определение, в связи с чем, жалоба не подлежит  удовлетворению.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса  Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05 июля 2018 года по делу № А40- 97610/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в  течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: А.Н. Григорьев 

Судьи: В.С. Гарипов 

 С.А. Назарова