АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-42333/2018

Дело № А65-11502/2017

г. Казань

27 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 августа 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Советовой В.Ф., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И. (протоколирование велось с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции представителя:

конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Казанский завод синтетического каучука» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 24.12.2024,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителя:

конкурсного управляющего акционерным коммерческим банком «Спурт» (публичное акционерное общество) государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО3, доверенность от 13.07.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного коммерческого банка «Спурт» (публичное акционерное общество) 

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2025

по делу № А65-11502/2017

по заявлению акционерного коммерческого банка «Спурт» (публичное акционерное общество) о включении требований в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.07.2019 открытое акционерное общество «Казанский завод синтетического каучука» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.07.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Публичное акционерное общество Акционерный коммерческий банк «Спурт» (далее – Банк) в лице конкурного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлениями о включении требований в размере 1 102 106 049,01 руб. и в размере 1 407 071 107,38 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.11.2023 требования Банка о включении в реестр требований кредиторов должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.03.2024 требование Банка в размере 1 841 230 085,38 руб. (из которых 1 102 075 833,96 руб. транзитных платежей (1 085 072 254,60 руб. +8 003 601,36 руб. +8 999 978 руб.) и 739 154 251,42 руб. неосновательного обогащения) включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.09.2024 отменено по новым обстоятельствам определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.03.2024 в части требования Банка в размере 1 085 072 254,60 руб. о включении в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника, назначено судебное заседание по рассмотрению требования.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2024 требование Банка в размере 1 085 072 254,60 руб. включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2025 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2024 отменено, в удовлетворении заявления Банка о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 1 085 072 254,60 руб. отказано.

В кассационной жалобе Банк просит постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2025 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2024, указывая на следующее: заявленные в настоящем споре требования о включении требований Банка в реестр требований кредиторов должника не идентичны требованиям о применении последствий недействительных сделок, рассмотренных Верховным Судом Российской Федерации в деле о банкротстве Банка; вследствие различности требований в настоящем споре и требований, рассмотренных Верховным Судом Российской Федерации, к первым не может быть применен вывод о пропуске срока исковой давности, сделанный Верховным Судом Российской Федерации; позиция суда апелляционной инстанции противоречит его собственной позиции в этом же деле, поскольку ранее суд апелляционной инстанции согласился с включением аналогичных требований в реестр требований кредиторов должника.

Проверив законность принятых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции находит постановление апелляционного суда подлежащим отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Как установлено судом первой инстанции, между Банком и должником были заключены 3 соглашения об отступном от 06.03.2017 и от 09.03.2017, в соответствии с которыми путем передачи должником Банку имущества (52 объекта недвижимости) были прекращены личные обязательства должника перед Банком на сумму 307 923 087,69 руб., а также обязательства 16 технических компаний-заемщиков из группы должника на общую сумму 1 863 005 170,94 руб. по 16 договорам поручительства с должником.

В рамках настоящего дела о банкротстве должника определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022, были признаны недействительными 15 договоров поручительства и 3 соглашения об отступном, применены последствия недействительности сделок в виде обязания Банка возвратить в конкурсную массу должника 52 объекта недвижимости.

Банк по акту приема-передачи имущества от 06.04.2022 возвратил должнику 52 объекта недвижимости, полученные по спорным соглашениям об отступном.

Банк, ссылаясь на то, что возврат имущества, полученного им по недействительной сделке, дает основание для предъявления им требования о включении в реестр требований кредиторов должника, 17.05.2022 и 18.05.2022, обратился в настоящими требованиями в суд.

Заявленные Банком требования мотивированы тем, что операции по выдаче кредита третьим лицам носили транзитный характер, а реальным получателем денежных средств являлся должник, в связи с чем последний  выдал поручительство и передал в качестве отступного 52 объекта недвижимости.

При разрешении спора суд первой инстанции принял во внимание, что вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу (определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.06.2022) установлен факт транзитных (ничтожных в силу притворности) операций по перечислению полученных «техническими» компаниями кредитных средств в адрес должника и опосредованного финансирования должника, а также необходимость установления состава и размера требования к обязанному по полученному финансированию лицу в рамках отдельного обособленного спора.

Судом первой инстанции также было отмечено, что в рамках дела № А65-25939/2017 о несостоятельности (банкротстве) Банка, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.04.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2023 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.10.2023, признаны недействительными сделками взаимосвязанные операции по перечислению Банком за период с 30.12.2014 по 02.03.2017 денежных средств 15 заемщикам в пользу конечного получателя – должника в общем размере 1 085 072 254,60 руб., применены последствия недействительности сделок в виде признания прав требования Банка к должнику на общую сумму 1 085 072 254,60 руб.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.05.2024 № 306-ЭС19-10346(10) по делу № А65-25939/2017 указанные судебные акты были отменены, в применении последствий недействительности сделок отказано по мотиву пропуска срока исковой давности.

Вместе с тем суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отмена судебных актов по делу № А65-25939/2017 не является основанием для отказа в удовлетворении требований Банка к должнику, указав, что с учетом уже установленного судами транзитного характера операций нормы законодательства о банкротстве носят специальный характер и сами по себе обеспечивают защиту нарушенных прав Банка путем включения требований Банка в реестр требований кредиторов должника при соблюдении двух условий – возврата полученного по сделке имущества и заявлении требований в двухмесячный срок после вступления в силу определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021.

Суд первой инстанции отметил, что данные условия Банком были соблюдены (52 объекта возвращены должнику, а требования о включении требований в реестр требований кредиторов должника заявлены 17.05.2022 и 18.05.2022), срок для предъявления требований в соответствии с пунктом 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве Банком не пропущен, о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим не заявлено.

Учитывая установленные определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 по настоящему делу обстоятельства транзитности операций, а также то, что материалами дела подтверждено получение должником опосредованного финансирования через взаимосвязанные операции за период с 30.12.2014 по 02.03.2017 по перечислению денежных средств 16 заемщикам (ООО «Алиант-К», ООО «Химкоминвест», ООО «Даламит», ООО «Фрезия-С», ООО «Поликсен», ООО «Консенсус», ООО «Промресурс», ООО «Химэксгрупп», ООО «Химснаб», ООО «Прогресс Опторг» ООО «Химкомснаб», ООО «Химинверс», ООО «Тесмар», ООО «Арфин», ООО «Фит-Инвест», ООО «ТЛЦ «СК-Терминал») по 59 кредитным договорам с последующим перечислением указанными заемщиками в короткий промежуток времени полученных от Банка денежных средств по кредитным договорам напрямую либо через промежуточные компании (ООО «Индория», ООО «ТД КЗСК+», ООО «Капитал Инжиниринг», ООО «Финар», ООО «Райсад», ООО «ФПК Март», ООО «РТЭК», ООО «Поли-С») в пользу должника в общем размере 1 085 072 254,60 руб., суд первой инстанции признал заявленное требование в размере 1 085 072 254,60 руб. обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводы конкурсного управляющего должником о необходимости субординирования требования Банка суд первой инстанции отклонил, указав, что понижение требования кредитора, реальность которого подтверждена надлежащими доказательствами, лишь на том основании, что в момент совершения сделок должник и кредитор являлись аффилированными лицами, нарушало бы права и законные интересы кредиторов Банка, с учетом того, что на данный момент в результате включения требования в реестр требований кредиторов должника выгода конечным бенефициаром не извлекается.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, пришел к выводу о том, что Банк, заявляя настоящие требования, фактически пытается преодолеть ранее вступившие в законную силу судебные акты, в том числе определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.05.2024 № 306-ЭС19-10346(10) по делу № А65-25939/2017, поскольку требование Банка при новом рассмотрении после пересмотра основано на взыскании неосновательного обогащения, то есть Банк фактически предъявляет к должнику аналогичное требование тому, в удовлетворении которого судом Банку уже было отказано.

Апелляционный суд отметил, что Банк воспользовался допустимым способом защиты права в виде обращения с заявлением о применении последствий ничтожной сделки, и в удовлетворении указанного требования было отказано судом по основанию пропуска срока исковой давности, а обращаясь с заявлением о применении последствий ничтожных сделок и предъявляя настоящие требования к должнику, Банк действует в защиту одного и того же интереса – возврата ранее предоставленных кредитов, а потому и исковая давность по таким требованиям должна начинать течь одновременно.

Принимая во внимание, что Банку отказано в применении последствий недействительности ничтожных сделок, то есть фактически отказано во взыскании неосновательного обогащения в связи с пропуском срока исковой давности, апелляционный суд пришел к выводу о том, что аналогичное требование не может быть включено в реестр требований кредиторов должника.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал, что Банк пропустил и срок на включение требований в реестр требований кредиторов должника.

Между тем апелляционным судом не учтено следующее.

Признавая необоснованными требования Банка, суд апелляционной инстанции, по сути, исходил из тождественности заявленных Банком настоящих требований о включении в реестр в качестве неосновательного обогащения, с ранее рассмотренным заявлением Банка (в рамках его дела о банкротстве) о применении последствий недействительности ничтожных сделок, и ввиду этого пришел к выводу о наличии оснований для применения к спорным требованиям срока исковой давности.

Однако апелляционным судом не учтено, что при рассмотрении настоящего обособленного спора о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции лица, участвующие в деле, не заявляли, в то время как в силу положений статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), применение срока исковой давности может иметь место лишь по заявлению стороны в споре.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, отказав Банку в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском им срока исковой давности, законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2024 по существу спора не проверил.

При таких обстоятельствах выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для включения требований Банка в реестр требований кредиторов должника по мотиву пропуска срока исковой давности являются ошибочными, соответственно, постановление апелляционного суда не может быть признано законным и подлежит отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2025 по делу № А65-11502/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

                                                                                              В.Ф. Советова