﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-10423/2016к33

г. Красноярск

28 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена «27» июля 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен         «28» июля 2020 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Дамбарова С.Д., Парфентьевой О.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания Лизан Т.Е., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле (их представителей),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи» Трофимова Игоря Павловича 

на определение Арбитражного суда Красноярского края от «10» июня 2020 года по делу №  А33-10423/2016к33,  

установил:

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи» (ИНН 2465261168, ОГРН 1112468062080, далее - должник) несостоятельным (банкротом) поступило заявление (05.06.2019) конкурсного управляющего должником Бирюкова Евгения Юрьевича о привлечении Шишова Вячеслава Дмитриевича, Богдашина Александра Викторовича (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи», взыскании с Шишова Вячеслава Дмитриевича, Богдашина Александра Викторовича солидарно в пользу должника денежных средств в размере88 706 696 рублей 59 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 23.12.2019 по делу А33-10423-41/2016 Бирюков Евгений Юрьевич освобожден  от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником - обществом с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи», конкурсным управляющим должником – обществом с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи» - утвержден Трофимов Игорь Павлович.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 10.06.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Обособленное подразделение Смит Продакшн Технолоджи» Трофимов Игорь Павлович обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование доводов конкурсный управляющий указывает на то, что судом первой инстанции дана неверная оценка имеющимся в деле доказательствам. Именно действия бывших руководителей должника, выразившиеся в некомпетентной финансовой политике и в неподаче своевременно заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), привели к увеличению кредиторской задолженности, следовательно, причинен имущественный вред кредиторам. Антикризисный план бывших руководителей  должника сводился к необъективной  оценке финансового состояния предприятия, надежде на получение прибыли в долгосрочной перспективе.

 Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 27.07.2020.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 №220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 02.07.2020, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://.kad.arbitr.ru/) 03.07.2020 06:14:24 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившееся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание, в том числе в связи с наличием основания для сохранения режима самоизоляции (высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации принято решение о продлении режима самоизоляции, выявлено заражение коронавирусной инфекцией (COVID-19), имеется контакт с лицами, заразившимися указанной инфекцией, а также иные причины, в том числе наличие хронических заболеваний)  с приложением соответствующих доказательств для разрешения вопроса об отложении судебного заседания, в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Шишов Вячеслава Дмитриевича являлся генеральным директором должника с 10.08.2012 (дата внесения записи в ЕГРЮЛ), единоличным участником должника с 30.10.2015. 

Запись о назначении генеральным директором Богдашина Александра Викторовича датирована 20.01.2016.

Данные обстоятельства не оспаривались лицами, участвующими в деле.

По мнению конкурсного управляющего обязанность обратиться с заявлением о признании должника банкротом возникла у руководителя должника 05.09.2014 (то есть в качестве материального права подлежит применению пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату совершения вменяемого нарушения), поскольку на указанную дату у должника имелись неисполненные обязательства, что подтверждается судебными актами (допущена просрочка по исполнению обязательств перед следующими кредиторами: ООО Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция, ООО «Р.С. – Бурение», ООО «НОВ Ойлфилд Сервисез Восток», Федеральной налоговой службы, ООО «Сервисная Компания «Петроальянс» (в период руководства Шишова В.Д.); ООО Информационный центр «Искра», АО «Красноярское конструкторское бюро «Искра» (в период руководства Богдашина А.В.).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из доказанности наступления банкротства общества не вследствие бездействия ответчиков, а в силу внешних обстоятельств, наличии у руководителя плана выхода из кризиса. 

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование конкурсного управляющего о привлечении Шишова Вячеслава Дмитриевича, Богдашина Александра Викторовича к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, применимой в настоящем споре) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Исходя из приведенных норм права, руководитель должника должен обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; такое заявление должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве законодатель предусмотрел презумпцию наличия причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

В то же время данная презумпция может быть опровергнута контролирующим лицом путем представления достоверных доказательств, с высокой степенью вероятности подтверждающих его добросовестность, в частности, принятие им разумных мер, направленных на выход из кризисной ситуации.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3) сформулирован правовой подход, согласно которому в случае доказанности руководителем должника того, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.

В настоящем деле суд первой инстанции по результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, осуществленных по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения Шишова Вячеслава Дмитриевича, Богдашина Александра Викторовича к ответственности.

Так, суд первой инстанции правомерно исходили из того, что представленными в материалы дела доказательствами, подтверждается наличие у руководителей плана выхода из кризиса, на протяжении всего периода деятельности предприятия ответчиками предпринимались меры по антикризисному управлению (по поиску новых проектов для покрытия возникших убытков, по минимизации убытков, изменению портфеля заказов), погашению задолженности по заработной плате, перед бюджетом.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 2015 по 2016 годы отсутствовали объективные предпосылки уменьшения объема работ, проводилась работа по увеличению прибыли по действующим контрактам. Увеличены объемы подлежащих выполнению работ  по договору с ЗАО «Инвестгеосервис» по договору № Р-0336 от 15.05.2015, подписаны дополнительные соглашения от 01.10.2015. Стоимость услуг компании увеличилась на 15,8%, при сохранении расходов по затратной части; рентабельность работ составила 22-25%.  

В 4 квартале 2015 года были проведены мероприятия по оптимизации затрат: сокращена численность персонала, затраты на транспорт, оптимизирована схема доставки персонала на место проведения работ, уменьшен фонд оплаты труда. Эффект от проведенных мероприятий был оценен в 12-15 млн. рублей. Экономический эффект от произведенных действий позволил покрыть убытки прошлых лет, что послужило стимулом к расширению сферы деятельности, заключению новых договоров.

Обороты компании в 2014-2016 годах составляли десятки миллионов рублей, фонд заработной платы составлял порядка 10 млн. рублей в месяц, несмотря на задержки по оплате выполненных должником работ.

Предприятие длительное время существовало с просроченной задолженностью, однако впоследствии выполняло свои обязательства. 

У должника были значительные обороты – десятки миллионов рублей в год, - и наличие просрочки в сумме менее месячной выручки предприятия при сезонном характере деятельности, само по себе не свидетельствует о наличии признаков банкротства. Бывший руководитель должника и единственный участник – Шишов В.Д. – представил сведения о заключенных  договорах и планируемых мероприятиях по выходу из кризиса. 

Таким образом, учитывая, что с даты образования просроченной задолженности в  течение значительного времени (до конца 2015 года) предприятие исполняло обязательства по уплате обязательных платежей, заработной платы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что руководитель действительно рассчитывал, что предприятие выйдет из кризиса. При этом следует учитывать, что  Шишов В.Д., являясь также владельцем данного бизнеса, понимая неизбежность банкротства, не будет в полном объеме уплачивать налоги.

Как уже было отмечено ранее, у предприятия были многомиллионные обороты (согласно анализу финансового состояния выручка за 2015 год составила 237 629 000  рублей, за 2014 год - 627 862 000 рублей), должник продолжал заключать производственные договоры, вкладывал денежные средства в приобретение дорогостоящего имущества, которое было оформлено на должника. 

Однако в 1 квартале 2016 года заказчик уведомил об остановке работ. На дату приостановления работ тендерная компания на проведение работ в 2016 году была завершена, поиск новых источников финансирования осложнился.

Все это в совокупности свидетельствует о том, что бывшие руководители надеялись на выход из кризиса, восстановление платёжеспособности. Подача кредитором заявления о банкротстве существенно осложнила возможность восстановления платежеспособности.

Таким образом, суд первой инстанции, по существу, признал, что действия ответчиков в кризисный период были направлены не на сокрытие от кредиторов реального финансового положения должника, а на реализацию совместного с крупнейшими кредиторами  плана по преодолению финансовых затруднений.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии в действиях ответчиков оснований для привлечения к ответственности по обязательствам должника по заявленному основанию.

Расчет даты, с которой возникла обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), предложенный конкурсным управляющим (05.09.2014), признается судом апелляционной инстанции необоснованным, поскольку формально признаки банкротства должника возникли задолго до изменения редакции статьи, увеличения порога задолженности для признания должника банкротом до 300 000 рублей (введена с 29.01.2015 Федеральным законом от 29.12.2014 № 482-ФЗ). После того, как сумма задолженности для возбуждения дела о банкротстве была увеличена законодателем до 300 000 рублей, задолженность должника уже превышала указанный порог. Таким образом, на дату, которую указывает конкурсный управляющий, долг, образующий признаки банкротства, уже существовал.

Помимо этого, как следует из заявления конкурсного управляющего, в вину ответчикам также вменяется совершение сделок, повлекших существенный вред правам кредиторов. Конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В вину вменяется совершение сделок, датированных 31.12.2015, 15.03.2016, 06.05.2016, 25.01.2016.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» и до вступления в силу Федерального закона 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение вина субъекта ответственности и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Рассмотрев указанные требования, с учетом фактических обстоятельств совершения оспариваемых сделок, принятия ответчиком действий по выводу предприятия из кризиса, наличия соглашений, за счет которых в 2016 году имелась возможность погасить возникшие ранее обязательства, суд первой инстанции обосновано не усмотрел оснований для удовлетворения заявления по указанным основаниям.

Проведение зачета должником в преддверии процедуры банкротства, признанного недействительным по пунктам 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве (дело А33-10423-19/2016, в определении в полном объеме указан номер основного дела – А33-10423/2016) - в связи с преимущественным удовлетворением, - не может служить основанием для привлечения к ответственности Шишова В.А., поскольку не содержит пороков (злоупотребления, которое могло бы быть вменено в вину руководителю), оспариваемая сделка совершена в порядке преимущественного удовлетворения требований отдельного кредитора.

В отношении сделок, признанных недействительными по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве (дела А33-10423-17/2016, А33-10423-20/2016), суд первой инстанции также верно не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к ответственности, поскольку с учетом обстоятельств оспоренных сделок, последние были признаны недействительными не с учетом существующей презумпции: вторая сторона сделки не являлась аффилированным лицом, осведомлённость о признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества должника была установлена судом не с использованием существующих презумпций (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве устанавливает законодательную презумпцию доказывания - предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное), а на основе оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств. Вывода имущества должника в преддверии банкротства также не произведено – сторонами подписан акт зачета уже сложившейся задолженности. Совершение зачетов не является явным злоупотреблением, которое может быть вменено подписавшему соглашение руководителю. Кроме того, совершенные сделки не повлекли причинение вреда должнику.

В любом случае недобросовестность в совершении указанных сделок имеется не на стороне должника (подписавшего соглашение руководителя), а второй стороны по сделке, осведомленной о наличии признаков неплатежеспособности у должника.

Таким образом, совершение указанных сделок не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (Определение Верховного Суда РФ от 31.05.2016              № 309- ЭС16-2241 по делу № А60-24547/2009).

Бремя доказывания причинно-следственной связи между действиями или/и бездействиями и банкротством лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

 В отношении выплаты Шишову В.Д. части чистой прибыли за 9 месяцев 2015 года в размере 4 990 000 рублей, конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что именно данная выплата повлекла банкротство должника и невозможность формирования конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов  (сделка признана недействительной судом по обособленному спору А33-10423-22/2016, денежные средства взысканы в конкурсную массу). 

Таким образом, заявителем не доказано наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

На основании изложенного, правильно применив к установленным обстоятельствам приведенные нормы права в их толковании, данном высшими судебными инстанциями, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств. При этом, исследование и оценка доказательств произведена судом по правилам статей 64, 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявитель апелляционной жалобы не представил каких-либо доказательств в их опровержение.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от «10» июня 2020 года по делу № А33-10423/2016к33 не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «10» июня 2020 года по делу № А33-10423/2016к33 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.          Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

С.Д. Дамбаров

 

О.Ю. Парфентьева