ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-36018/18

22 января 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 января 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ОАО «Пушкинская теплосеть» ФИО1: ФИО2, доверенность от 01.06.2023;

от Администрации городского округа Пушкинский Московской области: ФИО3, доверенность от 09.01.2024;

рассмотрев 15 января 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ОАО «Пушкинская теплосеть» ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области

от 17 июля 2023 года,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда

от 13 октября 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.09.2019 в отношении ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ» (далее - должник) введена процедура банкротства - наблюдение.

Решением Арбитражного суда Московской области от 17.11.2020 ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 о привлечении Администрации Пушкинского городского округа Московской области в лице Комитета по управлению имуществом Администрации Пушкинского городского округа Московской области к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании с Администрации Пушкинского городского округа Московской области в лице Комитета по управлению имуществом Администрации Пушкинского городского округа Московской области в пользу должника в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 163.298.543,52 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.06.2022 произведено процессуальное правопреемство, Администрация Пушкинского городского округа Московской области заменена на ее правопреемника - Администрацию городского округа Пушкинский Московской области (далее - администрация).

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.09.2022 по ходатайству конкурсного управляющего должника в качестве соответчика привлечен ФИО5

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 принят отказ конкурсного управляющего должника от указанных требований к ФИО5, производство по обособленному спору в этой части прекращено.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17 июля 2023 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий ОАО «Пушкинская теплосеть» ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО4

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего ОАО «Пушкинская теплосеть» ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель Администрации городского округа Пушкинский Московской области возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.07.2011 и создано в результате преобразования муниципального унитарного предприятия «Объединенная дирекция жилищно-коммунального хозяйства Пушкинского района Московской области».

Владельцем 100% акций должника являлось муниципальное образование Пушкинский муниципальный район Московской области, преобразованное в Пушкинский городской округ Законом Московской области от 22.04.2019 № 68/2019-ОЗ «Об организации местного самоуправления на территории Пушкинского муниципального района».

В дальнейшем Законом Московской области от 03.12.2020 № 250/2020-ОЗ «О преобразовании городского округа Ивантеевка Московской области, городского округа Красноармейск Московской области и Пушкинского городского округа Московской области, о статусе и установлении границы вновь образованного муниципального образования» городской округ Ивантеевка Московской области, городской округ Красноармейск Московской области и Пушкинский городской округ Московской области преобразованы путем объединения во вновь образованное муниципальное образование - городской округ Пушкинский Московской области.

Решением Арбитражного суда Московской области от 17.11.2020 ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Обращаясь в Арбитражный суд Московской области с соответствующим заявлением, конкурсный управляющий ФИО4 указал, что с 2013 года деятельность должника являлась убыточной, однако контролировавшими его лицами решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве не принято.

Отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, суды исходили из отсутствия доказательств в подтверждение заявленных требований, а также правомерно руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В настоящее время порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Указанной главой Закон о банкротстве дополнен Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ), которым также статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ).

Суды указали, что рассматриваемое заявление подано в Арбитражный суд Московской области 17.12.2021, то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Между тем, порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности, изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, суды правомерно отметили, что подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Суды указали, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылался на то, что контролировавшие должника лица должны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.01.2014.

Таким образом, суды отметили, что основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определялись статьями 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Федеральный закон № 134-ФЗ).

При этом, как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/15, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Также суды отметили, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылался на то, что с 2013 года хозяйственная деятельность должника являлась убыточной, следовательно, контролировавшее должника лицо - муниципальное образование, как единственный акционер должника, должно было обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника в срок не позднее 01.01.2014.

Однако, как указали суды, из содержания пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве следует, что обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве должника лежала на руководителе должника, а не его учредителе.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац второй пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Приведенные нормы свидетельствуют о том, что установлен особый вид ответственности учредителя, собственника имущества - субсидиарная ответственность, которая наступает при наличии определенных законодательством специальных обстоятельств.

Основанием для привлечения учредителя (участника), собственника имущества должника к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, но и причинно-следственная связь между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должно подтверждаться (доказываться) лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Суды указали, что конкурсный управляющий должника ФИО4 ссылался на то, что единственным активом должника в течение всего периода осуществления хозяйственной деятельности являлась дебиторская задолженность - задолженность населения по оплате коммунальных платежей, при этом фактическая собираемость платежей с населения по различным причинам не превышала 60%. Должник регулярно (не реже раза в квартал) отчитывался о своей деятельности в рамках заседаний специальных комиссий, созданных администрацией.

По мнению конкурсного управляющего, деятельность должника изначально являлась неликвидной и не могла быть таковой, однако была направлена на исполнение важнейших публично-социальных задач - обеспечение населения коммунальными ресурсами (водоснабжение, отопление и прочее). Поскольку ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ» создавалось администрацией для осуществления публичных интересов, не преследуя цели извлечения прибыли, это предполагает возможность принятия решения о подаче заявления о банкротстве организации исключительно с ведома учредителя.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4) по делу № А40-240402/16, при определении вины руководителей необходимо учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

Деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

В определении от 21.10.2021 № 307-ЭС21-5954(2,3) по делу № А42-9226/17 Верховный Суд Российской Федерации отметил, что основной причиной внесения муниципальным образованием вклада в уставный фонд унитарного предприятия является не характерное для обычного контролирующего лица бенефициарное стремление участвовать в распределении всей возможной будущей прибыли созданной им организации, а выполнение публично-правовых обязанностей.

Судами установлено, что основным видом деятельности ОАО «Объединенная дирекция ЖКХ», как и его правопредшественника - МУП «Объединенная дирекция ЖКХ Пушкинского района Московской области», является управление эксплуатацией жилого фонда.

Неплатежеспособность должника вызвана неисполнением населением обязанности по оплате коммунальных услуг, при этом должник, как управляющая компания, не вправе был остановить предоставление соответствующих услуг населению, в связи с чем задолженность перед его кредиторами увеличивалась.

При таких обстоятельствах суды обоснованно заключили, что функционирование должника в рассматриваемых условиях носило заведомо убыточный характер, общество не могло надлежащим образом исполнять обязательства независимо от личности и управленческой деятельности своих руководителей (учредителей).

Согласно правовой позиции, сформулированной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 и от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе, в получении необходимой информации.

Суды правомерно указали, что применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Вместе с тем, как следует из материалов дела и установлено судами, мажоритарным кредитором должника является МУП «Пушкинский «Водоканал», который, как и должник, находится под полным контролем муниципалитета. В такой ситуации покрытие убытка могло осуществляться путем субсидирования как должника, так и кредитора, соответственно, администрация полностью имеет возможность контролировать кредиторскую задолженность должника, в связи с чем суды правомерно заключили, что основания для покрытия задолженности с использованием механизма субсидиарной ответственности органа местного самоуправления отсутствуют.

Суды отметили, что данный вывод соответствует правовой позиции, сформулированной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211 и от 29.12.2022 № 305-ЭС22-11886.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 Постановления № 53, по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и так далее;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Указанное в данном пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Участники корпорации, учредители унитарной организации, являющиеся контролирующими лицами по признаку аффилированности между собой, обладающие в совокупности количеством голосов, необходимым для созыва собрания коллегиального органа должника, не совершившие надлежащие действия для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве, несут субсидиарную ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве солидарно, если хотя бы один из них не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о неисполнении этой обязанности.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим должника не представлено судам сведений ни об одном обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения контролировавшего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 17 июля 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2023 года по делу № А41-36018/18 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ОАО «Пушкинская теплосеть» ФИО1 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            Н.А. Кручинина

 

Н.Н. Тарасов