ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-92441/2021

19 марта 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме19 марта 2025 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего С.В. Изотовой,

судей М.А. Ракчеевой, Н.Е. Целищевой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании при участии:

от АО «ПО «Строймашинвест» представителя ФИО2 (доверенность от 01.09.2022),

от  ФИО3 представителя ФИО2 (доверенность от 01.09.2022),

от ООО «Контрол лизинг» представителя ФИО4 (доверенность от 09.01.2025),

апелляционную жалобу акционерного общества «Производственное объединение «Строймашинвест» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2024 по делу № А56-92441/2021 (судья П.Н. Рагузина), принятое по иску: 

акционерного общества «Производственное объединение «Строймашинвест» (453265, Республика Башкортостан, Салават, ул. Островского, д. 82, оф. 4; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

ФИО3 (Москва)

к обществу с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг» (115088, Москва, Южнопортовая ул., д. 7, стр. 7; ОГРН 

<

***>; ИНН

<

***>)

о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами и встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг»

к акционерному обществу «Производственное объединение «Строймашинвест»

о взыскании задолженности и неустойки,

установил:

акционерное общество «Производственное объединение «Строймашинвест» (далее - Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Контрол лизинг» (далее - Компания) о взыскании 2 654 248,58 руб. неосновательного обогащения, 255 318,23 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения 2 654 248,58 руб. из расчета ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации начиная с 01.10.2022 до момента уплаты, а также расходов на оплату услуг представителя в размере 490 000 руб. 

Определением суда от 15.03.2022 принят встречный иск Компании о взыскании с Общества 10 029 837,54 руб., из которых 5 589 935 руб. задолженности, 4 439 902,54 руб. пеней. 

В судебном заседании 24.01.2023 Общество в порядке статьи 49 АПК РФ изменило размер требований, сославшись на расчет с учетом действия моратория на взыскание штрафных санкций: просило взыскать 2 714 790 руб. неосновательного обогащения, образовавшегося на стороне лизингодателя в связи с односторонним отказом лизингодателя от договоров лизинга и изъятием предметов лизинга у лизингополучателя, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 263 347 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные с 01.10.2022 (дата окончания моратория) на сумму неосновательного обогащения в размере 2 714 790 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты. 

Кроме того, Обществом заявлены требования о взыскании судебных расходов: по уплате госпошлины в размере 23 305 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 490 000 руб., расходы на оценку имущества в размере 6 000 руб., 487,31 руб. в качестве возмещения почтовых расходов (отправка претензии и искового заявления Почтой России). 

Решением суда от 01.02.2023 с Компании в пользу Общества взысканы 2 714 790 руб. неосновательного обогащения, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 263 347 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные с 01.10.2022 на сумму неосновательного обогащения в размере 2 714 790 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты, расходы на оплату услуг представителя в размере 300 000 руб., расходы на оценку в размере 6 000 руб., почтовые расходы на отправку претензии и искового заявления в размере 487 руб., а также 23 305 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

В удовлетворении встречного иска судом отказано. 

Определением от 09.03.2023 Общество заменено на ФИО3 (ИНН 

<

***>) в части взыскания 1 847 673,80 руб., из которых 1 684 290 руб. неосновательное обогащение, 163 383,80 руб. - проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных с 01.10.2022 на сумму неосновательного обогащения в размере 1 684 290 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты. 

Постановлением апелляционного суда от 15.06.2023 решение суда от 01.02.2023 оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.10.2023 решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении судом первой инстанции приняты уточнения Обществом иска, согласно которым Общество просит взыскать с Компании 1 030 500 руб. неосновательного обогащения, 291 544,28 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами с дальнейшим их начислением с 04.06.2024 на сумму неосновательного обогащения в размере 1 030 500 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты, расходы на оплату услуг представителя, понесенные в суде первой инстанции при первом и повторном рассмотрении дела, в размере 460 000 руб., расходы на оценку в размере 6 000 руб., 487,31 руб. (234,67 руб. + 245,44 руб.) в качестве возмещения почтовых расходов (отправка претензии и искового заявления Почтой России), проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные с 04.06.2024 на сумму судебных расходов в размере 489 804,31 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты; взыскать с Компании в пользу ФИО3 1 018 896,18 руб. неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 288 261,40 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитанные с 04.06.2024 на сумму неосновательного обогащения в размере 1 018 896,18 рублей из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты; расходы на оценку в размере 110 000 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные с 04.06.2024 на сумму судебных расходов в размере 110 000,00 руб. из расчета ключевой ставки ЦБ РФ до момента оплаты.

Компания также обратилась с уточнением встречных исковых требований, согласно которым просит взыскать задолженность по сальдо встречных обязательств по договору лизинга № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25462 в размере 717 580,43 руб., по договору лизинга № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25447 в размере 420 546,30 руб., по договору лизинга № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25432 в размере 81 423,74 руб., а также неустойку по договорам лизинга в размере 4 439 902,54 руб. 

Решением от 17.10.2024 суд первой инстанции в удовлетворении иска Общества и ФИО3 отказал, встречный иск Компании оставил без рассмотрения.

Не согласившись с указанным решением, Общество и ФИО3 обратились с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить,  исковые требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что вывод суда об отсутствии существенного расхождения между ценой реализации и оценочной стоимостью не соответствует материалам дела, по некоторым транспортным средствам расхождение в цене составляет более 50 %, лизингодателем не доказан факт проведения торгов, а также цена реализации транспортных средств, торги признаны несостоявшимися, в связи с чем не могут быть оспорены, при проведении торгов нарушены требования Закона о конкуренции,  площадка принадлежит лизингодателю, лизингодатель является организатором торгов, лизингодателем выставлены на продажу транспортные средства с указанием недостатков, которые отсутствовали у транспортных средств, лизингодатель не обосновал необходимость реализации транспортных средств лотами по 20 штук,  лизингодателем не был оспорен отчет, то есть достоверность отчета не опровергнута в установленном порядке, в актах возврата отсутствует  указание на наличие существенных недостатков у спорных транспортных средств, при определении срока договора лизинга и фактического срока финансирования  ответчик необоснованно указывает 09.04.2019, тогда как акты приема-передачи к договорам подписаны 24.04.2019.

В отзыве на апелляционную жалобу Компания просит оставить решение без изменения, указывает, что истцом в качестве обоснования стоимости реализации предметов лизинга представлены отчеты об оценке, являющиеся усредненными отчетами относительно стоимости реализации предметов лизинга, не содержит характеристик транспортных средств, техническое состояние указано со слов ФИО3, постановление Правительства Российской Федерации, на которое ссылаются истцы, не применимы к рассматриваемым отношениям, доводы истцов о относительно участия в торгах путем регистрации на платформе в электронной форме является личным мнением представителя, которое не подтверждено доказательствами, само по себе несогласие  истцов с ценой реализации предметов лизинга не означает, что лизингодатель действовал недобросовестно, предметы лизинга, возвращенные лизинговой компании, находились в залоге, о чем указано в договоре лизинга, транспортные средства использовались в целях перевозки такси, что существенно снижает их стоимость, оклеены рекламой «ЯНДЕКС такси», довод Компании о том, что на продажу выставлены транспортные средства с недостатками, подтверждается материалами дела, состояние транспортных средств свидетельствует о их непривлекательности для розничного покупателя, рынок транспортных средств, бывших в употреблении, перенасыщен, заявленные расходы на оплату услуг представителя являются чрезмерными.

В судебном заседании  представитель Общества и ФИО3 поддержал апелляционную жалобу, ходатайствовал о назначении оценочной экспертизы для  разрешения вопроса о рыночной стоимости автоомобиля с VIN-номером XTAGFL110KY325334, осмотра сайта www.fleetdata.ru, направлении запроса в органы ГИБДД относительно стоимости последующей реализации спорных транспортных средств; представитель Компании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве, возражал против назначения экспертизы одного транспортного средства, поскольку рыночная оценка одного транспортного средства не может быть распространена на иные транспортные средства; также возражал против направления запроса в органы ГИБДД, поскольку увеличение стоимости реализованных покупателем транспортных средств может быть обусловлено разными факторами,  сведения о состоянии транспортных средств отражены в актах изъятия, неотъемлемым приложением которых являются материалы фотофиксации,  против осмотра сайта  www.fleetdata.ru не возражал.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом (лизингополучателем) и Компанией (лизингодателем) заключены договоры лизинга № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25447 (далее - Договор № 47), № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25432 (далее - Договор № 32), № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25462 (далее - Договор № 62).

Предметами договоров лизинга являются легковые автомобили марки «LADA VESTA», 2019 года выпуска, в количестве 15 единиц по Договору № 47, 15 единиц по Договору № 32 и 10 единиц по Договору № 62. 

Лизингодатель 24.04.2019 передал предметы лизинга лизингополучателю. 

В соответствии с условиями договоров лизинга лизингополучатель оплатил первые взносы (авансовые платежи) и в дальнейшем производил оплату лизинговых платежей. 

В связи с просрочкой уплаты лизинговых платежей 15.08.2020 и 16.08.2020 лизингодатель в одностороннем порядке отказался от исполнения договоров лизинга и изъял предметы лизинга в количестве 40 единиц. 

Реализация предметов лизинга осуществлялась Компанией посредством выставления их двумя лотами (по 20 единиц в одном лоте) на торги на электронной площадке fleetdata (https://auction.fleetdata.ru/admin/sign-in/login). 

По результатам проведения торгов 22.10.2020 Компанией были заключены с обществом с ограниченной ответственностью «Марка» (покупателем; далее - ООО «Марка») договоры купли-продажи № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25432 (далее - ДКП БУ № 1), № 77-ЮЛ-Lada-2019-04-25447 (далее - ДКП БУ № 2). 

Каждый лот был приобретен покупателем по стоимости 7 200 000 руб. 

По мнению Общества, внесенные им Компании по первоначальному иску платежи в совокупности со стоимостью предмета лизинга превышают доказанную Компанией сумму предоставленного финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных договорами.

Лизингополучатель осуществил оценку по одному из изъятых предметов лизинга с VIN-номером XTAGFL110KY325334; согласно отчету от 19.05.2021 рыночная стоимость автомобиля составила 464 688 руб. 

Исходя из определенной оценщиком рыночной стоимости единицы предмета лизинга (464 688 руб.), умноженной на их количество, истец заявил стоимость реализации в размере 6 970 320 руб. (по Договору № 32), 6 970 320 руб. (по Договору № 47) и 4 326 842 руб. (по Договору № 62), за исключением одного транспортного средства (ТС) по Договору № 62, который обладает существенными недостатками, требующими ремонта. 

Согласно расчету Общества по первоначальному иску сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя с учетом уточнения исковых требований составила 1 031 716,19 руб. 

Согласно расчету Компании с учетом стоимости реализации предметов лизинга на торгах, сальдо встречных обязательств в пользу лизингодателя составляет 5 589 935 руб., пени за нарушение сроков внесения лизинговых платежей составляют 4 439 902, 54 руб.

При новом рассмотрении суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сальдо встречных обязательств сложилось в пользу лизингодателя, в иске Обществу отказал, встречный иск Компании оставил без рассмотрения в связи с возбуждением в отношении Общества определением от 10.05.2023 по делу № А07-274/2023 производства о несостоятельности (банкротстве) (решением от 10.07.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно положениям статьи 10 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, названным Федеральным законом и договором лизинга.

В силу статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей. 

Согласно абзацу третьему пункта 5 статьи 15 Закона о лизинге лизингополучатель обязан выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга. 

Согласно пункту 2 статьи 28 Закона о лизинге размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей определяются договором лизинга. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Закона о лизинге право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга. 

В силу пункта 2 статьи 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и договором лизинга. 

Поскольку Общество своевременно лизинговые платежи не уплачивало, транспортные средства по требованию Компании были Обществом возвращены. 

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2). 

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3). 

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга (пункт 3.6). 

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. 

После прекращения договора, а равно возврата (изъятия) предмета лизинга, за лизингополучателем сохраняются денежные обязательства, в том числе по погашению издержек лизингодателя по получению исполнения, включая расходы, которые лизингодатель совершает в связи с принудительной реализацией своего требования к лизингополучателю, в частности судебные издержки, связанные с рассмотрением дела судом, суммы уплаченных при обращении в суд государственных пошлин, суммы вознаграждений (комиссий), уплаченных кредитным организациям при выставлении платежных требований или инкассовых поручений на списание просроченной задолженности, затраты на изъятие имущества, его оценку, страхование и охрану, внесение имущественных налогов, необходимые расходы, связанные с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией. 

Согласно пункту 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор), последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом пределах свободы договора, что соответствует ранее изложенным позициям Верховного Суда Российской Федерации (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563) и положению статьи 421 ГК РФ. 

Лизингополучатель принял на себя риск возможной неоплаты имущества покупателем, согласовав условие расчета платы за финансирование до даты получения выручки от реализации возвращенного имущества. 

Между тем, согласно пункту 17 Обзора исходя из свободы выбора контрагента лизингодателем и свободы определения ими условий соглашения купли-продажи, а также с учетом принципа относительности обязательства на лизингополучателя, не участвующего в их соглашении, не может быть возложен риск ненадлежащего исполнения обязательств контрагентом лизингодателя и ему не могут быть противопоставлены условия договора купли-продажи предмета лизинга, определяющие срок уплаты покупной цены (пункт 3 статьи 308, статья 421 ГК РФ).

В связи с этим моментом возврата финансирования также не может считаться день фактического получения выручки от продажи предмета лизинга. 

Согласно объяснениям представителя Компании и не опровергнуто Обществом при расчете сальдо встречных обязательств  плата за предоставленное финансирование рассчитана до даты заключения договора купли-продажи.

Формула, изложенная в Постановлении № 17, является не императивной, а рекомендованной, при ее применении также учитываются условия договора лизинга. 

Согласно пункту 4 Постановления № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 данного Постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

При этом в абзаце втором пункта 4 Постановления № 17 разъяснено, что лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика. 

В рассматриваемом случае предметы лизинга были реализованы на торгах. 

Согласно пункту 19 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, если продажа предмета лизинга произведена по результатам торгов, цена его реализации предполагается рыночной, пока лизингополучателем не будет доказано нарушение порядка проведения торгов, в частности непрозрачность их условий, отсутствие гласности, ограничение доступа к участию в торгах и т.д. 

Согласно статье 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случаях, прямо указанных в пункте 1 данной статьи, а также в случае иных нарушений правил, установленных законом. 

По смыслу правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 № 2436/11 исходя из положений пункта 5 статьи 447 ГК РФ объявление торгов несостоявшимися является результатом проведения таких торгов; будучи проведенными с нарушение правил, установленных законом, они могут быть признаны недействительными по иску заинтересованного лица (статья 449 ГК РФ).

Истцом торги не оспорены, недействительными торги не признаны.

Истцами не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предметов лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно. 

В опровержение стоимости имущества реализованного на торгах Обществом представлен отчет от 19.05.2021. 

Как правильно указал суд первой инстанции, само по себе наличие отчета об оценке с более высокой рыночной ценой имущества не свидетельствует о наличии оснований для применения этой цены, поскольку согласно статье 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» рыночная цена отражает лишь вероятную стоимость имущества без учета реальной возможной ее продажи по такой цене в конкретных обстоятельствах.

Кроме того, как установлено судом первой инстанции, указанный отчет составлен без учета фактического состояния транспортных средств.

В отсутствие доказательств недобросовестного и неразумного поведения Компании  суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения экспертизы.

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой судебной практики сальдирование (определение завершающей обязанности сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа) в рамках одного договора либо нескольких взаимосвязанных договоров) производится в соответствии с абзацем вторым пункта 4 статьи 453 ГК РФ и состоит в осуществлении арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение с суммой такого исполнения. В подобной ситуации не возникают встречные обязанности, а формируется лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон договора (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043(2,3), от 23.06.2021 № 305-ЭС19-17221(2), от 30.09.2021 № 301-ЭС21-10601, от 26.12.2022 № 304-ЭС17-18149(15) и др.).

Если договор выкупного лизинга был заключен и финансирование предоставлено лизингодателем лизингополучателю ранее возбуждения дела о банкротстве лизингополучателя, то требования лизингодателя к лизингополучателю, основанные на сальдо встречных обязательств, относятся к реестровым требованиям (пункт 13 постановления Пленума № 63). Иное не следует из того факта, что при определении сальдо встречных предоставлений кредитор учел понесенные им убытки, связанные с ненадлежащим исполнением договора другой стороной (расходы лизингодателя на оказание коллекторских услуг, хранение предмета лизинга, его оценку для последующей продажи), поскольку требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, следуют судьбе соответствующих обязательств, то есть не являются текущими платежами (пункт 11 постановления Пленума N 63). 

Таким образом, сам по себе момент определения сальдо расчетов в связи с расторжением договора лизинга не является определяющим при квалификации требований лизингодателя о взыскании задолженности с поручителя, признанного банкротом. 

Поскольку финансирование предоставлено до возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве, сальдо сложилось в пользу лизингодателя, суд первой инстанции квалифицировал требования Компании к Обществу в качестве реестровых, оставил встречное исковое заявление Компании без рассмотрения.

Решение в указанной части Компанией не обжаловано.

Руководствуясь 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.10.2024 по делу № А56-92441/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Изотова

Судьи

М.А. Ракчеева

 Н.Е. Целищева